Глава 12

Несколько недель все было хорошо. Алла цвела и с легким придыханием рассказывала на переменках о том, что родителям пришлось смириться с ее выбором. Ёршик сам поговорил с ее родней и после скандала со взаимными обвинениями перевез молодую жену на съемную квартиру. Правда, на съем уходила вся повышенная стипендия, ведь сердитые родители перестали подбрасывать студентке денег. Но это были мелочи. Зато вдохновленная новой жизнью девушка активно училась, и ее начали хвалить преподаватели.

Маша за Аллу радовалась и сама старалась домашку не запускать.

После лекций Рыбин частенько ждал жену возле аудитории. Друзья его сопровождали редко – молодой папа Лаптев убегал сразу после занятий, чтобы помочь жене. А Соколов картинно морщился и заявлял, что быть третьим лишним при голубках не намерен.

Одним удивительно хмурым ноябрьским днем Маша, как обычно, вышла из аудитории, бросила взгляд на Рыбина и Аллу, кивнула им и двинулась к лестнице. Вдруг ее окликнули:

– Цыганочка, стой!

Она удивленно обернулась. К ней подошел Соколов, и карты над его головой вновь молчали.

– Что?

– Поговорить надо! – парень увлек ее за угол, и Маша не сразу сообразила, что в этом коридоре они одни. Первый курс уже ушел.

– Говори, – осторожно сказала она, вцепившись руками в ремни рюкзака.

– Ты меня заколдовала?

– Что? – от изумления девушка покачнулась.

– Ты. Меня. Заколдовала? – раздельно спросил парень.

– Нет!

– Почему тогда от меня шарахаются девушки? Почему ни одна не согласилась на свидание с тех самых пор, как ты упала в парке?

Маша уставилась на парня, как на привидение:

– Почему ты решил, что это я виновата? Может, девушки попались странные? Или ты слишком понадеялся на свое очарование?

Парень сделал абсолютно зверское лицо – похоже, ему не понравились ее предположения.

– Девушки странные? – прошипел он. – Понадеялся? Да мне даже самая… короче, все девки от меня шарахаются, как… от маньяка!

Маша внезапно успокоилась и даже слегка улыбнулась:

– Может, ты просто их пугаешь? Подходишь с таким вот лицом и начальствующим тоном: «А ну, на свидание со мной, раз-два!»

– Смеешься? Надо мной?

Соколов стукнул кулаком в стену и вдруг навалился пугающе близко, заглянул Маше в лицо, потом прижался губами к губам и… в ту же минуту отшатнулся, согнувшись.

– Понятно, почему тебе не дают, – зло сказала Маша, утирая губы, – если ты всех так на свидания зовешь, тебе только с препаратами в экспертизе целоваться!

После этого девушка развернулась и убежала к лестнице. Парень постоял еще немного, мучительно пытаясь выпрямиться, наконец ему это удалось, и он медленно пошел следом, ругая себя последними словами. Идиот! Теперь цыганочка к нему и не подойдет!