ГЛАВА 13

… и это всё, что ты можешь сказать? — услышала Полина конец фразы, входя в кабинет Рордана в ратуше. Хотя теперь это был уже кабинет Конола.

В кабинете находились Рордан, Конол, Крейден и Дэниэл, а напротив них сидела Уна и демонстративно пренебрежительно цедила сквозь зубы какие-то оскорбительные ответы. «Да, что она себе позволяет?! — вскипела Полина. — чуть не угробила мне брата и ни капли раскаяния!» Сила непроизвольно выплеснулась вместе с атакующим жестом. Полина хотела лишь заставить эту наглую девицу замолчать, а получилось…

Тело Уны вытянулось в струнку и теперь она стояла, почтительно склонив голову перед мужчинами. Рот был плотно закрыт и ни одного хулительного слова она не могла произнести. Тело не слушалось Уну. Оставались самостоятельными лишь глаза и ими она обещала Полине все возможные несчастья.

— Я сама слышала, как ты обсуждала с братом передачу ядовитого зелья Райнеру. Я сама видела и слышала, как ты готовила зелье милорду. Мне самой жаловались оборотни на кабальные долги твоему отцу. Мне других обвинителей не надо! Ты, твой отец и твой брат лишаетесь имущества в пользу ближайших родственников. Ты отправляешься в обитель плача до тех пор, пока не изменишься. Твой отец и твой брат арестованы и отправятся в столицу для дальнейшего расследования и наказания. Дэниэл, проверь распоряжение об аресте этих лиц. Я отдала его ещё перед боем твоим гвардейцам. Просто рядом больше никого не было. Извини за своеволие.

Полину немного потряхивало от неожиданно выплеснувшейся силы, и она даже покачнулась, но её тут же поддержала рука Дэниэла, мгновенно оказавшегося рядом.

— Присядь, Поли, — мягко сказал он и помог ей устроиться на стуле. — Я уже знаю о твоём распоряжении. Ребята всё выполнили чётко и эти двое сейчас здесь в подземной камере. Привести?

— Да, Дэн, им нужно объяснить, в чём я их обвиняю.

Во время этого короткого разговора Полина старалась не смотреть на бывшую наложницу, испытывая при этом то ли чувство вины, то ли сожаления. В общем, она была недовольна своей резкой вспышкой и не знала, как сгладить впечатление о себе. Тем более, что свидетелями были несколько мужчин. Полина считала раньше, что нельзя опускаться до личной мести своим противникам, считая такой путь ниже собственного достоинства, а сама сейчас… Что это, если не месть?! Причём месть человеку, который в данный момент не может ответить тем же. Полина расстроилась и переживала, ушла в себя и не заметила тишины в кабинете. Очнулась только от прикосновения брата.

— Поли… Поли, прекращай! Ты всё сделала верно. И ты в своём праве. Этой недостойной женщине, — Конол бросил презрительный взгляд на Уну, — надо ещё поклониться тебе в ноги, что ты не отправила её на каторгу или на казнь. Именно так заканчивают те, кто покушается на жизнь и волю высшей аристократии. Тебе не о чем переживать, Поли. Ты молодец, девочка!

— Да, госпожа управляющая, вы всё сделали правильно, хотя и совсем молоды ещё, — вступил в разговор старый альфа. — Эта семья давно мешает жить стае, но нам, наверное, не хватало решимости призвать их к порядку. А потом появился Райнер и за эти полгода, что он живёт в стае, начался буквально развал наших традиций. Он подбивал нас на протест против новых хозяев поместья, а мы их даже ещё не видели. Он призывал молодняк отделяться от людей и просить покровительства княжества. Он обещал высокую оплату тем, кто вступит в его отряд. Надо было давно поинтересоваться этим полукровкой: зачем сюда приехал, откуда деньги на отряд, если у него нет своего надела? Глупо получилось, госпожа. Хотел тихо досидеть до нового вожака и вот, что вышло…, — покаянно закончил Рордан.

— А я тебе говорил, — ворчливо откликнулся на эту исповедь альфа лис, — надо было собрать совет стаи. Одному, конечно, трудно с такими наглецами бороться, а вместе легче. У нас ведь, госпожа, немного не так, как у людей. У нас есть альфа стаи и он единолично решает все вопросы. И только если проблема касается жизни всех оборотней, тогда собирается совет стаи. В это совет входят альфы всех видов оборотней и всех отдельных стай на территории Мейго. Это большая сила, госпожа и этот недостойный полуволк чуть не получил огромную власть на этих землях.

— Но ведь эти земли всё равно входят в состав поместья герцога? Вы не отдельная территория. Вы живёте на его родовых землях! Какая у него могла быть здесь власть?! — не понимала Полина.

— Именно здесь его власть и была бы над оборотнями. Приказ альфы не подлежит обсуждению, он должен быть выполнен. Получи Райнер эту власть над стаей и герцогу пришлось бы пойти на многие уступки, чтобы сохранить порядок на своих землях.

— Вон оно что…, — невольно поразилась Полина размаху замыслов, и вся жалость к этим существам моментально прошла.

Да, она сорвалась и поступила не очень красиво, но… «Каков был привет, таков бывает и ответ», — философски оправдала она саму себя. Конол, пользуясь тем, что Дэниэл посадил Полину рядом с ним, машинально гладил её руки, посылая волны сочувствия и заботы. Полина успокоилась и когда в кабинет под конвоем Дэна и ещё одного гвардейца ввели Этана Дарема и Кронки Дарема, отца и брата Уны, она уже не сомневалась в правильности выбранного решения. После допроса этих оборотней отправят под конвоем в столицу и в департаменте герцога решат, что с ними делать дальше. Полина предполагала, что здесь может быть ещё не один секрет, поэтому сама судить и наказывать этих оборотней не решилась.

— Этан Дарем, я, Вересова Полина, официально обвиняю вас в подготовке заговора против владельца поместья Мейго Эрика Мартенсона. А также обвиняю вас, вашего сына и вашу дочь в покушении на волю и жизнь герцога Эрика Мартенсона. Поскольку дела высшей аристократии решаются королевским дознанием, вы все будете отправлены в столицу, где будет проведено расследование и назначено королевское наказание. Что касается нападения Уны на меня лично с использованием змейки чанди, то я с разрешения милорда приговорила вашу дочь Уну к поселению в обитель плача. Оттуда она выйдет только если исправится. Королевские дознаватели могут согласиться с моим решением, но могут и изменить его в сторону ужесточения. Вам понятно обвинение?

— Обвинение понятно, но я с ним не согласен, госпожа управляющая, — учтиво и даже как-то мирно ответил отец Уны. — Мои дети ни в чём не виноваты. Уна хотела всего лишь вернуть любовь мужчины. Разве это запрещено? А брат хотел помочь сестре, видя, как страдает её сердце. Разве ваш брат сделал бы по-другому? — нагло уставился на Полю этот манипулятор.

— Вы можете соглашаться или не соглашаться, — решила не спорить Полина. — Но герцог подтвердил наше решение отправить вас всех в столицу. Дэниэл, распорядись, чтобы всех троих увели в камеру, — попросила Полина капитана. Больше она не хотела ни видеть эту семейку, ни разговаривать с ними. — А потом пусть приведут Райнера, но будь осторожен: он опасен.

Дэниэл вышел вместе с конвоем и арестованными. А Полина обратилась к Рордану и Финчу.

— Уважаемые альфы, мы с Конолом не будем сейчас проводить допрос Райнера. Его вина доказана, а подробности деятельности выяснят королевские дознаватели. Но у меня к нему есть несколько частных вопросов. Прошу не обижаться и позволить поговорить нам приватно.

— Конечно, госпожа, — оба оборотня без возражения покинули кабинет.

— Что ты хочешь, Рыжик? — тут же воскликнул Конол, подходя ближе к сестре.

— А ты помнишь, как он заикнулся про тайну клада? Хочу выспросить, что он знает? И откуда он знает, если об этом даже королю не было известно?

— Ты права, Поли. А Дэну скажем? — оборотень вопросительно посмотрел на Полю и осторожно добавил, — я бы сказал. Он изменился, Рыжик. Вернее, не он изменился, а изменилось его отношение к нам и к тебе именно.

— И в какую сторону? — подняла бровь Полина, но в общем-то она с Коном была согласна. Просто хотелось, чтобы и Кон подтвердил это. За это время отношение Дэна к ней изменилось почти кардинально.

Когда они только выехали из замка, он искал подтверждения её виновности во всём. Подозревал непонятно в каких грехах. Грубил и демонстративно сторонился общения с ней. Но уже через несколько дней рейда Полина стала ловить на себе его изучающие и недоумевающие взгляды. Что-то с чем-то у Дэниэла в отношении Поли не сходилось. Но переломным моментом был, наверное, случай в небольшой деревушке, когда Полина велела задержаться там на целых полдня ради помощи одинокой старушке. При этом не постеснялась потребовать от него десяток гвардейцев для ремонта крыши, сарая и ограды у этой бабки. Да ещё и сама мыла, чистила и белила её домик наравне с несколькими женщинами, которым за эту помощь ещё и заплатила. Всё! Дэниэл окончательно понял, что сведения об этой женщине у него неверные. Она не охотница за состоянием, не легкомысленная болтушка, не искательница выгоды. Она оказалась серьёзной, ответственной управляющей поместьем НА САМОМ ДЕЛЕ!

И теперь Полине предстояло принять нелёгкое решение: принимать ли Дэниэла в их с Конолом круг или ограничиться просто товарищескими отношениями.

— А ты точно хочешь его принять в нашу семью? А вдруг он откажется?

— Не откажется. У него тоже никого близкого нет. Ты права, Поли, называя нас с тобой семьёй. У меня хотя и есть отец и клан, но я уже много лет живу отдельно. В клане есть альфа — мой старший брат. Мне в клане всегда было тесно, я и подался к людям. Отец, кстати, тоже поэтому служит королю. Послужил несколько лет под началом отца, набрался немного опыта и ушёл в наёмники. А тут подвернулось объявление о конкурсе. Захотел уже осесть где-то, наверное, возраст подходит. И тебя здесь встретил. Ты стала мне сестрой и семьёй. А Дэн тоже давно живёт один. Мать только раз в год на осенние балы заставляет его приезжать. Всё невесту подыскивает ему. — Конол примолк, искоса поглядывая на сестру. — Поговори с ним, Поли. Да и помиритесь. У вас-то тем более одна кровь теперь. Куда вам друг о друга деваться?

— Да, я-то как раз ничего против не имела…, — начала говорить Полина и не успела: вошёл Райнер, а вслед за ним и Дэниэл, плотно закрывая за собой дверь.

Райнер сразу нацелился взглядом на Полину и между ними возникла напряжённая борьба взглядов. Полины глаза спрашивали: «Какого чёрта тебе от меня надо?», а глаза Райнера говорили: «Наконец-то я до тебя добрался!»

Поэтому Полина даже не удивилась, что его первой фразой было наглое:

— Кто тебя просил, дура, показывать ему клад?! Если уж догадалась где он, молчала бы до времени!»

— Во-первых, госпожа Вересова для тебя и никак иначе, — жёстко ответила Полина. — Во-вторых, откуда ТЫ знаешь про этот клад?

— Сщас расскажу, — ухмыльнулся Райнер. — Я ещё с ума не сошёл, чтобы упустить это шанс.

— Да, я тебя и спрашивать не буду, — вдруг разозлилась Полина. — Дэн, ты же дракон, а они все менталисты. Ну-ка, прочитай его нам. Я прошу.

— Учти, Поли, — совершенно спокойно ответил Дэниэл, — ты сама об этом попросила.

— Я помню, — отзеркалила ему Полина.

Он невозмутимо подошёл к полукровке и обхватил его голову руками. Райнер попытался вырваться, но не тут-то было. Полина сковала его неподвижностью, и Дэн, благодарно кивнув, начал работу.

В кабинете установилась напряжённая тишина, которую через время нарушил хриплый голос Дэна:

— Поли, надо зеркало. Я нашёл, но легче показать и записать, чем рассказывать.

Есть ли здесь зеркало? Полина метнулась к шкафам и быстро обыскала полки. Никаких зеркал. Конол тоже начал искать, открывая ящики стола: тоже пусто. Лицо Райнера начало кривиться: то ли он радовался этому, то ли ему было больно. Но время-то уходило! Полина метнулась в небольшую туалетную комнату, которая находилась за неприметной дверью, скрытой большим шкафом. Она вспомнила, что там, кажется, было небольшое настенное зеркало. Да! Оно есть!

— Конни, помоги мне его снять! — позвала Полина.

Вдвоём они аккуратно сняли зеркало и поставили его на стол перед Райнером. Дэниэл облегчённо выдохнул и надавил на виски Райнера.

— Смотрите! — призвал Дэниэл. — Но это только то, что касается их рода.

Ни Полина, ни Конол не поняли про род и не стали углубляться. Они смотрели в зеркало. А там на старинном столе лежала древняя рукопись. Текст приблизился, как на смартфоне, и все смогли прочесть:

«… года … принц…а … … …Гос…ди… приня… решен… замур. т… в сте… нашей уса…бы…». Несмотря на то, что половина букв было стёрто, а бумага была настолько ветхой, что казалось рассыплется, Райнеру всё-таки удалось её расправить, и он её прочёл. А теперь её прочли и Полина с братьями.

— Ну, и? — не вытерпела Поли и спросила у Дэна. — Он-то тут при чём?

— Сейчас, — коротко ответил тот.

Полина вновь перевела взгляд на зеркало, но в том мелькании лиц, которое там происходило, ничего не понимала. Наконец, это мельтешение закончилось и остались двое: умирающая женщина и Райнер, который смотрел на неё из переговорного артефакта. То есть был далеко от матери.

— Сынок, я так хотела проститься с тобой, но боги решили по-своему, — женщина задыхалась и говорила с трудом. — У нашего рода Бекер есть тайна, которую мы храним давно, передавая знание о ней только наследнику или наследнице. — она опять замолчала, переводя дыхание, но через минуту продолжила. — В стене нашего замка замуровано приданое невесты волков…

Это были последние слова Элизы Бекер, последней представительницы рода Бекер, после смерти которой поверенные герцога не нашли наследника. И вот он нашёлся сам. Хотя никаких документов, подтверждающих замужество Элизы с каким-либо оборотнем, найдено не было, не было никаких записей в родовой книге о наличии у неё детей-мальчиков. Она, по общему мнению, никогда не была замужем и у неё не было детей. Но отрицать то, что Райнер её сын было невозможно. Она сказала это сама, обращаясь к нему. Но всё равно было совершенно непонятно, КАК клад оказался в стене замка, ПОЧЕМУ род не передал его королю, и ЧТО же случилось с принцессой? Тайна по-прежнему оставалась тайной.

— Интересно, — протянула Полина и сняла заклинание с полукровки. — А кто тогда твой отец? И, что теперь с тобой делать?

— Об этом я точно буду говорить не с тобой! — тряхнул головой Райнер, освобождаясь от захвата Дэна. — Герцог, кажется, улетел, раз ты тут одна, но ничего! Ничего, ничего! Мы ещё встретимся.

— Конечно, встретитесь, — не уступила в сарказме Полина. — Раз ты такая важная для герцога птица, то мы заберём тебя с собой. В замок милорд всё равно заедет на обратном пути. Там и встретитесь.

— Поли, мне кажется, его не стоит оставлять свободным. Лучше спеленать магией, а в замке поместить в камеру, где сейчас сидит ведьма. Не думаю, что старуха опаснее этого полукровки, — Конол встал рядом с сестрой и пристально уставился на арестованного.

— Дэн, раз уж мы всё равно залезли в его мозги, нельзя ли посмотреть, чего он вообще добивался? И записать сразу так же, как про клад.

— Не имеете права, щенки! Это могут только королевские дознаватели, но, когда они сюда доберутся, меня здесь уже не будет! — казалось Райнера совсем не смущал тот факт, что он арестован и сидит в кабинете под присмотром двух не самых слабых мужчин. — Но ты прав, пантера, раз уж мы здесь, то мне тоже интересно узнать, как эта пигалица догадалась, где искать клад? Мы обшарили всю усадьбу, каждую комнату в замке, каждое дерево в саду! А она только приехала и сразу нашла! Поистине, у судьбы свой расклад! — с каким-то даже горестным негодованием закончил Райнер.

— У меня тоже к тебе немало вопросов, — жёстко ответила Поля. — Но главный: кто тебе помогал в замке?

— Подожди, Поли, — Дэниэл встал рядом с ними напротив Райнера, как бы подчёркивая на чьей он стороне. — Ты заикнулся о королевских дознавателях, так я слушаю тебя. Капитан личной гвардии герцога Мартенсона, дознаватель департамента безопасности — Дэниэл Мартесон. Сам всё расскажешь или мне особые приёмы применить? — с непроницаемым выражением лица уставился Дэн на полукровку.

— Обложили?! Ладно, сейчас ваша взяла. Пользуйтесь моей ошибкой. Но ещё не вечер! — он судорожно сглотнул и оглядел всех троих напряжённым взглядом.

— Попить дайте!

Конол молча подвинул ему стакан с водой, и друзья замерли в ожидании. Напившись, Райнер отставил стакан и без промедления начал рассказ. Казалось, он хочет побыстрее отделаться от них, даже не задумываясь, что ему грозит за подобные признания. Но его никто не останавливал. Кристалл записи работал и друзьям оставалось только следить за своими эмоциями, чтобы их всплесками не сбить рассказчика.

— Я не знаю своего отца, ты зря об этом спрашивала, пигалица, — обратился он к Полине. — Но я знал, что мать его любила. Почему они не поженились я тоже не знаю, ведь, скорее всего, он был волком из стаи Мейго. Иначе, где бы они с матерью встретились, если она никуда из поместья не выезжала. Но об этом я стал задумываться гораздо позже. А в детстве я ненавидел всю стаю Мейго за то, что они оборотни, а я недоделок. У них есть полный оборот, а я имел только частичный. И я дал слово, что ни в чём не уступлю настоящим волкам, когда вырасту. Что поквитаюсь за мать, за её слёзы и одиночество. Она даже не могла никому сказать, что я её родной сын. И содержала меня, как воспитанника, волчонка, оказавшегося сиротой. Я не бью на жалость, пигалица, — обратился он опять к Полине, видя, как она хмурит брови и поджимает губы. — Я просто рассказываю о себе. В шестнадцать лет я сбежал из дома и прижился в одном из отрядов наёмников.

— Случайно не у Чёрного Рида? — поинтересовался Кон. — Приёмы некоторые очень характерны.

— У него, — согласился Райнер. — С отрядом Рида я вырос и обучился наёмническому делу. Развил свою небольшую магию, но мать была не самой великой магессой и мне перепало тоже немного. Получилось кругом НЕДО-: недомаг, недоволк. Но я упорный и продолжал выгрызать себе место в этом мире. Когда мать умирала, она позвала меня, но я не мог приехать. Связался с ней по переговорнику. Вы теперь сами видели. И ничего не понял: что за клад? Где искать? Что с ним делать? Она ничего не успела рассказать. В усадьбе меня уже никто не знал, прошло почти двадцать лет. Я приехал на похороны, как просто знакомый. Обыскал комнаты матери и её кабинет, но не нашёл никаких упоминаний об этом кладе. Тогда договорился о помощи с садовником. С ним облазили весь сад и внутренний двор замка. Бесполезно. Да, стёр я ему память, — махнул он рукой Дэну, дёрнувшемуся было что-то спросить. — Он же простой человек, без магии, ему много и не надо. Хватило моих сил. Потом поверенные герцога начали искать наследников рода Бекер. А я никто! Да, мать записала меня на имя рода, но меня нет в родовой книге. Туда не вносят бастардов, а её брак ни с кем не зарегистрирован. Значит, его и не было.

— Ты мог бы объявиться, пройти процедуру признания родства и вступить в права наследования. Кстати, и отца можно найти по крови, — невозмутимо заметил Дэниэл. — Но ты решил пойти против закона…

— А ты всегда поступаешь по закону? — не остался в долгу Райнер.

— Стараюсь, — всё также невозмутимо ответил Дэн. — В общем, сейчас за тобой тянется слишком много. Но, главное, покушение на Полину. Его тебе никто не простит. Тем более герцог. Она его пара.

— Понял уже. Про пару не знал, иначе придумал бы другой вариант, а так хотел обменять девчонку на сведения из нашего архива. Я его всё-таки нашёл, вернее, знаю, где искать. Но теперь обменяю его на свою жизнь. Всё, больше мне нечего сказать.

— Так, Дэн, давай упакуем его и в стазисе довезём до замка, — предложил Конол. — Там поместим в камеру с антимагом. Пусть сидит до приезда герцога. Согласны? — оглядел он друзей.

— Согласны! — в голос ответили Полина и Дэниэл.

— А ты разве поедешь с нами? — не удержалась Полина.

— Да. Отдам несколько распоряжений Рордану. Ничего с ним не случится, поработает ещё немного. Не могу я сейчас покинуть тебя, Поли. Чувствую, что Райнер — это не единственная наша головная боль.

— Судя по сообщениям моего заместителя из замка, соглашусь с тобой, — усмехнулся Дэниэл. — Да и матушкина активность меня что-то настораживает. Но мы же справимся, сестрёнка? — широко улыбнулся он Полине и подал открытую руку.

— Обязательно! — воскликнула Поля и звонко хлопнула по крепкой ладони Дэна. — Мир?

— Мир! — засмеялся тот и все трое облегчённо вздохнули, отпуская напряжение дня и нечаянные обиды.

Потом началась подготовка к обратному пути в усадьбу. Сразу оказалось, что гвардейцы разбрелись по городку и собрать всех быстро довольно проблематично. Зато Полин посыльный — Кланки Рид был всегда рядом. С его помощью и оповестили всех, что утром отряд выходит в обратный путь. А до вечера ещё необходимо было решить несколько важных вопросов. И прежде всего вопрос о власти. Полина даже споткнулась, поймав себя на таком словосочетании: прямо историческая тема. Но на самом деле ничего смешного не было. Конол только что в бою завоевал право на стаю Мейго. По доброму-то ему необходимо было остаться в Термоне и начать наводить порядок. Но… Во-первых, с арестом Райнера напряжение среди оборотней пошло на убыль. Во-вторых, никто не сомневался в честной победе Конола, а, значит, не протестовал против его кандидатуры. А, в-третьих, и Полина и сам Конол понимали, что надо вернуться в замок, закончить дело с рейдом и потом уже Кон сможет заняться собственно своей новой работой.

— Давайте так, — предложил Дэн, видя, что эти двое никак не решат, что важнее. — Сейчас я порталом отправлю арестованных в столицу в сопровождении десяти гвардейцев. Согласны?

— Согласны, — за двоих ответила Полина. — Но надо лишить их магии, а то мало ли что.

— Об этом не беспокойся: Уна и её семейка — в антимагических наручниках, а наёмники из отряда Райнера находятся под ментальным воздействием. Среди них нет магов, так что до столицы они будут тихо и спокойно подчиняться гвардейцам.

— Понятно. Надо только все кристаллы с записями передать дознавателям, — опять забеспокоилась Поля.

— Я сделал с них копии и эти копии будут у меня, — успокоил её Дэниэл, а первоисточники отправлю с командиром гвардейцев.

— Хорошо, — наконец немного успокоилась Полина. — Тогда, Конол, что ты решишь насчёт Олли?

— Олли? — казалось искренне удивился Кон, но Полина подметила, как стрельнули его глаза в сторону девушки, которая всё это время сидела с отцом на лавочке у ратуши и чём-то разговаривала.

— Кон! — требовательно воскликнула Поля. — Не делай вид, что ничего не понимаешь. Даже я уже почувствовала ваш взаимный интерес. Будет нечестно оставить девушку без всяких объяснений. А ещё старший брат, — укорила она оборотня.

— Тут и просто всё, Полли, и сложно одновременно. Я боюсь ошибиться, но, кажется, я тоже встретил свою пару. Только у нас есть свои традиции и обычаи для таких случаев. Но ты права: поговорить всё равно надо.

Полина оглянулась на лис: мда, как будет объясняться Конол с альфой лис после их вчерашней схватки, она даже не предполагала. «Трудно будет братишке, — сочувственно подумала Поля, но тут же философски себя поправила. — А кому сейчас легко?»

Лисичка же, заметив, что они смотрят в их сторону, неуверенно поднялась с места и вопросительно взглянула на Кон. И тот не выдержал: не оглядываясь на друзей, он быстро двинулся навстречу Олли, которая уже тоже спешила к нему. «Ну, слава богу! — решила про себя Поля. — Хорошая девочка и хорошая пара получается». Она проводила брата взглядом и повернулась к Дэниэлу.

— Дэни, с альфами, с советом и с Олли Конол сам разберётся, а вот что нам делать с гостями в усадьбе и как подготовиться к встрече с ними? Что думаешь?

— Думаю, Поли, что тебе надо набраться спокойствия и терпения. Судя по последним донесениям моего заместителя, в замке полностью командует матушка. А она добровольно никогда власть не уступит. Если бы Эрик официально предупредил её о твоём статусе, тогда было бы легче. Но, может, он это сделал, и мы просто не знаем? Сейчас я отошлю вестника заместителю и если было официальное послание, то его обязаны прочесть перед всеми обитателями замка. В таком случае мне непременно доложат об этом факте.

— Дэн, ты сам дракон, правда, не окончательный, — на этой фразе Дэниэл смешно поморщился, но не обиделся, — скажи: что это такое — ваши истинные пары? Чего мне ждать? И на самом ли деле я пара Эрику? Только честно, брат.

— Я расскажу тебе коротко, Поли. Если заинтересуешься, почитаешь потом в магических трактатах подробнее, — с видимым нежеланием ответил Дэниэл. — В нашем мире понятие пары есть у всех нелюдей. Учёные-маги считают, что и у людей оно когда-то было. Но люди — короткоживущий вид с широкой вариативностью в размножении во время своей эволюции потеряли связь с природой, зато усилили социальную связь. Они теперь живут не чувствами и эмоциями, традициями и обрядами, а законами и положениями. В этом случае потребность в истинной паре исчезает. Люди могут спариваться с любым видом, правда, потомство теряет часть преимуществ.

— Как-то ты к людям не очень…, — задумчиво заметила Полина.

— Да, нет. Тебе показалось. На самом деле их есть за что уважать: из-за своей короткой жизни они стали очень деятельными, целеустремлёнными, настойчивыми в движении вперёд…

— Но? — не удержалась вновь Полина.

— Но, — согласился Дэн. — Они очень быстро размножаются, вступая в связь не только со своим видом, но и с любым другим, и даже, являясь короткоживущими, заполняют миры. Это самый многочисленный и вездесущий вид из разумных.

— А нелюди?

— А нелюди — драконы, эльфы, гномы, оборотни, стерхи… Да мало ли ещё есть разумных в разных мирах. Они живут в единении с миром, сохраняя свою животную сущность. Если они сохраняют чистоту крови, то потомство имеет способность к обороту и перенимает все возможности вида и рода. Свою пару все нелюди ощущают органами чувств: они её видят, слышат, обоняют и осязают в буквальном смысле. Она привлекательна для всех их органов чувств. С ней будет здоровое и сильное потомство. Но при этом есть и различия у видов.

— Я уже понимаю кое-что: оборотни могут иметь детей и не от пары. Так?

— Не только оборотни. Практически все нелюди могут иметь детей не обязательно от пары от пары, а драконы — только от пары. Поэтому нас мало, поэтому так ценны наши пары. У дяди с Марикой не было детей, но они и прожили вместе очень мало. Драконы тоже могут вступать в связь с любым видом, но родить… родить может только пара. Эрик тебя почувствовал, наверное, сразу. Может, не поверил вначале, но после покушения всё встало на свои места. Я помню, как он сходил с ума, когда тебя укусила чанди. Вот в такие эмоциональные моменты и формируется связь в паре. Он с тех пор всегда знает где ты и что с тобой. И, будь уверена, примчится на выручку немедленно. Но, вообще, драконы стараются своих женщин от себя не отпускать. У вас просто так сложились обстоятельства. Эрик не может бросить посольство и службу, но обязательно будет рядом в случае прямой угрозы. А пока рядом с тобой мы — твои братья.

— А я? Я же тоже должна что-то чувствовать? — провокационно поинтересовалась Полина, не желая сразу сознаваться, что и она давно симпатизирует герцогу. Можно сказать, с первой встречи.

— Ну, ещё скажи, что ты к нему равнодушна! Да от вас двоих токи желания летят во все стороны, когда вы рядом. Невозможно находиться близко! В общем, так, — заявил Дэн через паузу. — Вы пара, даже не сомневайся. Другое дело, что у вас сейчас нет возможности в полной мере почувствовать это. Но ведь жизнь большая, Поли. Всё ещё будет и, поверь мне, скоро!

«Может быть… Надеюсь…», — подумала про себя Полина, но вслух ничего говорить по этому поводу не стала. Не стала и спрашивать про семью самого Дэниэла, хотя там явно не всё было в порядке: если он родился, значит, родители были парой. Но, судя по его матушке и явному отсутствию в жизни Дэна отца, всё не так просто. Да…

А вот по поводу возвращения… Да и по поводу возвращения всё было ясно. Каких-то два-три дня, и они вернутся в усадьбу. Но Полина особо не боялась. Во-первых, у неё не тот характер. Во-вторых, поддержка братьев вдохновляла. В-третьих, … в-третьих, Полина подсознательно надеялась, что Эрик всё равно приедет или прилетит и не оставит её один на один с этими дамами. «Только бы Олли их не испугалась», — обеспокоилась Полина, наблюдая, как Конол прощается с лисом и, бережно обнимая девушку за талию, направляется к ним с Дэном.

— Олли поедет с нами! — категорично заявил он, подходя ближе.

— Мы не против, — почти хором ответил Поля и Дэниэл. А Полина ещё и понадеялась, что в этой рыжей лисичке найдёт, наконец, себе подругу.

***

— Торин! — выглянул Эрик из своей палатки, призывая к себе друга. Он только что вернулся и удачно попал на момент, когда посольство остановилось на ночлег в небольшом перелеске. Время в пути заняло у него несколько часов и герцогу тоже требовался отдых.

— Ты вовремя вернулся, — «обрадовал» его новой заботой маг. — Мы почти подошли к границе. Завтра уже будем на нашей заставе Шескин. И, по моим сведениям, княжна Ислава уже там. Вместе с ней прибыл старший сын князя — княжич Люкер.

— Что-то ещё? — спросил Эрик, потому что в этой информации ничего странного и неожиданного не увидел.

— Да, — нехотя ответил Торин. — Пришли донесения из замка. Кажется, леди Дейзи развернулась там не на шутку. Она уволила Оливию Стоун — это кухарка, если ты помнишь, а вместе с ней ушли Мирта и Кристи, её дочери.

— Что за?! — опешил герцог. — За что она их уволила?

— Оливию, якобы, за то, что она не справляется с работой и готовит слишком простые блюда.

— А на самом деле?

— А на самом деле Дорин, помощник капитана, докладывает, что леди Дейзи хотела выселить повариху из их комнаты и поселить туда свою личную служанку, а Оливия отказалась. Тогда она её и уволила и уже привела порталом повара из твоего столичного замка. Ну, и кроме того, по замку ходят слухи, что, когда ты вернёшься, состоится твоя помолвка с леди Синриэль. Она уже с разрешения леди Дейзи переделывает ваши комнаты по своему вкусу.

— И я только сейчас обо всём этом узнаю? — нехорошо прищурился герцог. — А сообщить, доложить, прокричать раньше об этом было некому?! Ведь, получается, что дело тянется не один день. Почему никого ничего не насторожило?! — опять возмутился герцог.

— Ну, почему не насторожило, — невозмутимо ответил маг. — Насторожило и тебе сразу доложили. Но ты ответил, что сестра может вести себя, как ей удобно и Дорин должен выполнять её поручения и приказания. Вот и…

— Торин! Ты же понимаешь, что мне было совсем не до сестры! Я и подумать не мог, что её амбиции будут простираться так далеко. Она всегда знала, когда надо вовремя остановиться. Что изменилось теперь?!

— Появилась леди Синриэль? Замаячил престижный брак с эльфами? Сам-то, куда смотрел? Синриэль же ещё в столице из кожи лезла, чтобы попасть к тебе на службу. Не получилось на службу — пытается через сестру. Эрик, ты и правда перестал контролировать семью. Слишком доверяешь. Смотри, как бы они не обидели Полину. Она вернётся в замок на днях. Завтра с утра они выступают из Термона.

— Сурс поганый! Торин! Гербовую бумагу, кристалл, запись и немедленная магическая передача!

Торин моментально исчез, ринувшись за требуемым, а герцог присел на поваленное дерево, обдумывая нужные действия. Ситуация складывалась некрасивая. И не просто некрасивая, а пагубная для него и Полины. Полина же тоже получала все эти донесения из замка. Она тоже знала, что там происходит. И к её сомнениям добавятся теперь и эти факты. Какой женщине понравится, что соперница готовит общую спальню с её мужчиной? Хотя, после такого она вряд ли будет считать герцога своим мужчиной. А какой управляющей понравится, что разогнали её слуг, изменили порядок, установленный ею? Она может и от контракта отказаться в таких обстоятельствах и будет права, мрачно осознал герцог.

Вернулся Торин и молча подал Эрику всё необходимое для гербового послания. Такое послание было обязательно к исполнению и, заверенное магической родовой печатью, не могло быть изменено никем. А ещё он должно быть прочитано публично перед всеми обитателями замка. И это тоже невозможно было отменить. Герцог злорадно ухмыльнулся, представив на миг выражение лиц сестры и эльфийки. «Ничего, пусть немного придут в себя, а то слишком бурную деятельность развили».

Короткими, резкими росчерками герцог начал писать послание. «Я, герцог Эрик Мартенсон, являясь главой рода Мартенсон, объявляю свою волю. Леди Полина Сергеевна Вересова признана мной истинной парой. Это радостное известие должно быть оглашено перед всеми жителями усадьбы. Леди Полина согласилась стать моей невестой. И это радостное событие должно быть известно всем. Леди Полина является управляющей поместьем Мейго и имеет все права управления, распоряжения и наказания. Неподчинение леди Полине равно неподчинению лично мне, герцогу Мартенсону».

— Это должно помочь, — протянул он запечатанный свиток Торину. — Но подожди, я напишу личную записку Дейзи, — и герцог, быстро набросав несколько строк на обычной бумаге, отдал Торину и это послание.

— Теперь записывай на кристалл и всё передавай срочной магпочтой.

«Дейзи! Надеюсь, ты внимательно отнесёшься к моим словам, иначе я буду разговаривать с тобой по-другому. Я требую, чтобы к приезду Полины, моей невесты, в замке всё было приведено в надлежащий вид. Умерьте свой пыл вместе с леди Синриэль. В противном случае владыка эльфов будет очень огорчён».

Эту записку он тоже скрепил своей печатью и передал Торину.

— Всё, Торин, отправляй. И с этого дня я требую сообщать мне любые новости из замка в первую очередь. Очень надеюсь, что на границе мы не задержимся и я смогу, встретив княжну, вернуться в замок. Сопровождать её к королю будут его советники, которые для этого с посольством и поехали.

Раздав все указания, Эрик тяжело опустился на походную кровать в своей палатке. Не так, совсем не так он представлял раньше встречу со своей парой. И уж точно не думал, что встретит противодействие со стороны сестры. Ведь пара дракона — это священные узы, против которых никто не будет выступать. Сестра тем более должна это понимать: у неё была пара, жаль, что это достойный человек погиб. С другой стороны, Эрик и сам виноват. Слишком долго он сомневался, долго молчал о найденной паре. Надо было объявить об этом сразу. «И тогда возмутилась бы Полина», — усмехнулся он, вспомнив, как реагировала его женщина на первые поцелуи.