Глава 28

Ближе к вечеру, после возвращения Сайка все же уединяюсь в спальне, старательно обдумывая предстоящую встречу с властями. Что же им может понадобиться от меня? Хотя и так понятно, будут всячески расспрашивать о родном мире и попытаются переманить меня на свою сторону, обещая золотые горы. В спальне меня вдруг настигает чувство дежавю, все осталось так, как было до моего ухода, словно никто и не заходил сюда, разве что вещи исчезли из гардеробной, а на их месте появились новые, более закрытые наряды. Статус обязывает. – Тебе стоит отказаться от блокаторов. – Слышу хриплый голос за спиной, но не спешу оборачиваться. Появление Тира, как всегда, застает врасплох, однако я настолько привыкла к этому, что уже не вздрагиваю каждый раз. Продолжаю спокойно стоять, поправляя постель, словно ничего не происходит. – Почему? – Набираюсь смелости и задаю вопрос, старательно скрывая нервную дрожь в голосе. Что он забыл в моей спальне в такое время? Зачем вообще выстраивать границы, если постоянно их нарушает? Все еще трудно находиться здесь, жить этой жизнью и каждый день повторять себе, что теперь это моя реальность, от рабыни до свободной женщины, но все это по-прежнему напоминает иллюзию. Удавка все еще находится на моей шее, приходится выполнять все, что потребуют эти инопланетные жители, а ключ к спасению еще даже не родился. – Мы заключили договор, – с каждым шагом, он становится ближе, – нам с Айком нужен здоровый наследник. – Он обхватывает меня одной рукой, прижимая спиной к себе и укладывая теплую ладонь на живот. Срок слишком маленький, но готова поклясться, что чувствую едва ощутимый импульс в этот момент, “микро” толчок. Новое ощущение в теле, вынуждает замереть, притаиться. – Медики сказали, что ему ничего не грозит. – Шепотом выдавливаю из себя слова. – Не хочу рисковать. – Тир понижает голос, отчего в нем появляется пьянящая хрипота. Ладонью нежно оглаживает живот, словно прикасается к чему-то великому. Мне не то чтобы неуютно в его присутствии, скорее волнительно и капельку страшно. Сама близость с ним вызывает страх, я все еще помню, что никаких приятных ощущений это не приносит, только боль, от пронизывающего холода и как итог, последствия в виде будущего потомства. – Я подумаю. – Пытаюсь закончить этот бессмысленный разговор и отодвинуться, но Тир не замечает моей попытки к сопротивлению, лишь прижимается чуть плотнее. – Ты ведь хотела наладить отношения, – в его словах отчетливо слышна усмешка, – так почему сопротивляешься? – Потому что говорила не об этом. – И против своих слов даже не пытаюсь противиться. Поведение Тиранниона пугает, он слишком нестабилен в своих желаниях. В обед он сторонится меня, а сейчас бесцеремонно вламывается в спальню и недвусмысленно намекает на ель своего визита. Хуже толь то, что я не могу высказать протеста и не потому, что мне мешает что-то, скорее наоборот, мне не хочется прерывать этот момент. В этом вся странность. Собственные чувства становятся для меня загадкой. Напоминает раздвоение личности, одна часть меня, откровенно опасается этого мужчину, другая же, готова раствориться в его ласках. Это определенно ненормально, желать и стремиться убежать подальше, одновременно. – Тогда скажи прямо, – словно змей искуситель, шепчет мне на ухо, – чего ты хочешь. Из его уст это не похоже на вопрос, скорее на приказ, и в этом весь Тираннион. Властвовать над кем-то его талант и естественная потребность. У него получается это настолько естественно, как дышать или просто жить, кажется, он даже не замечает этого. – Прекрати. – Закусываю губу, пытаясь скинуть наваждение. – Ты ведь этого не хочешь? – Тир издевательски усмехается, продолжая одной рукой поглаживать низ живота, а вторую руку кладет на шею, вынуждая опрокинуть голову на его плечо. Горячее дыхание обжигает нежную кожу, за ним следует легкий поцелуй, чуть выше ключицы. С шумом втягиваю воздух через нос и сжимаю зубы, не позволяя стону вырваться наружу. Не понимаю, что со мной происходит. В наш первый раз я не испытала ничего подобного, только боль и страх, а еще жуткий холод, который скручивал все внутренние органы. – Тебе ведь нравится, – ехидно подмечает Тир, в промежутке между своими действиями, – но ты все равно продолжаешь сдерживаться. – Недовольно рыкнув, Тир прикусывает кожу на моем плече, через тонкое платье. От кончиков пальцев на ногах и по всему телу проходит мелкая дрожь, такое приятное и будоражащее чувство. Мысли мечутся в голове от одной крайности к другой, ощущения на грани ужаса и восторга. Я даже не замечаю, в какой момент верх платья оказывается расстегнут, а грудь оголена. Понимаю это, когда шикарный наряд падает на пол, а по телу пробегается легкий ветерок из открытого окна. Из белья на мне только нижняя часть, так как платье не предполагало ношение бюстгальтера и именно в эту минуту, больше никогда его не надевать. Интуитивно хочу прикрыть грудь руками, но Тир ловко их перехватывает и в одно движение опрокидывает меня на кровать. Наконец-то наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах бушующую страсть, способную снести стены этого дома. Сердце замирает в груди, а к щекам приливает раскаленная кровь. – Ты стала еще соблазнительней. – Он словно опьянен этим моментом и своей властью надо мной. Дыхание перехватывает, не могу перестать думать о том, что вот-вот произойдет. В голове лишь одна мысль, что возможно я об этом сильно пожалею, но пока не в силах отказаться. Сама позволяю ему избавить меня от последнего лоскутка одежды и жду, что будет дальше. Тир нетороплив, его движения скорее дразнят, проверяют меня прочность и ищут ту грань, через которую я не позволю переступить. – Почему ты подавляешь свои эмоции? – Тир смешивает свой вопрос с неторопливыми поцелуями. Мне нравится все, что он делает, даже ощущение тяжести его рук на своей груди вызывает волнение внизу живота. Я неискушенна в вопросах любовных утех, и опытных партнеров у меня не было, а воспоминания о нашей с Тиром первой ночи хочется заменить на что-то более приятное. – Мне страшно, – признаюсь неожиданно для себя, – но я хочу запомнить хоть что-то хорее. На меня находит что-то странное, я словно перестаю быть пугливой мышкой, по щелчку чьих-то пальцев. Пока Тир с круглыми глазами переваривает мое откровение, сама целую его, вгоняя в еще больший шок. – Наверное, днем можно было обойтись и без готовки. – проскальзывает мысль, словно назойливая муха, но я гоню ее прочь. В этом безумстве есть свои плюсы, до меня вдруг доходит, что терять уже нечего, если жить осталось недолго, то и отказывать себе в удовольствиях нет смысла. Уговаривая собственную совесть, смело стягиваю рубашку с Тира, похоже, он до сих пор в шоке, раз не проявляет сопротивления или попытки перехватить управление ситуацией, полностью подчиняясь моим действиям. Но, ничто не длится вечно, все меняется. Остатки одежды Тир скидывает самостоятельно, на секунду замирая, сидя на кровати и разглядывая обнаженную меня. Наверное, видок тот еще, так и представляю себя со стороны с обезумившим взглядом, красным лицом и растрепанными волосами, разметавшимися в разные стороны. – Мне нравится, как ты меняешься. – Неожиданный комплимент, но сейчас точно не лучшее время для этого. – Доверишься мне? И снова этот взгляд, искушающий, похотливый, с искринками самодовольства. Мы словно ходим по лезвию ножа, и мне это начинает нравиться. – Попробую. – Робко отвечаю, наблюдая, за действиями Тира. Он задумал какую-то игру, по правилам, известным только ему. Вот в его руках появляется несколько тугих повязок, которые все это время лежали в тумбочке рядом с постелью, а вот я уже не могу пошевелиться. Руки прочно привязаны к кровати, на глазах повязка, сквозь которую не проникают даже крохотные лучики света, а между моих широко разведенных ног сидит мой хозяин. Впервые у меня нет отвращения к этому слову, оно вызывает совсем другую реакцию: желание подчиниться. – Тебе страшно? – В его голосе столько страсти, что хочется утонуть в ней. – Нет. – Вру, самую малость, и он это понимает. В ответ слышен тихий смех, а по оголенной ягодице прилетает шлепок, несильный, и вовсе не болезненный. – Похоже, – Тир склоняется, шепча в мои губы, – тебе нравится получать наказания. Чувствую, как его руки, медленно оглаживают мою талию, поднимаются выше, к груди, и болезненно сжимаю ее. Не успеваю осознать это, как он слегка прикусывает меня за сосок. Голова кружится от избытка ощущений. Кровь, словно раскаленная лава, прожигает тело изнутри, бежит по венам, но стремится не к сердцу, а вниз, к самой сокровенной точке. Все происходящее дальше, можно смело использовать для сценария фильмов восемнадцать плюс. Тир превращается в нечто неуправляемое. Эта ночь совершенно иная, нет боли и сожаления, но есть страсть и то чувство, когда ты паришь среди облаков, наступает долгожданная разрядка. Мир вокруг взрывается, рассыпается на миллиарды частиц, а уставший разум и тело погружаются в блаженный сон. Однако утро наступает слишком быстро. Просыпаясь, я сразу понимаю, что постель со стороны ночного гостя пуста. Все произошедшее словно сон, будто и не было ничего, но рядом с кроватью валяется моя одежда и лоскутки ткани, которые обвивали мои руки, а воздух витает легкий аромат вспотевших тел. Отчего-то мне становится невыносимо тоскливо. Сожаления нет, как и тепла рядом и это безумно расстраивает. – А чего ты ждала? – Спрашиваю себя. – Рассчитывала на его любовь? Непроходимая глупость, он даже слова такого не знает. Мда… Наверное, так выглядит сумасшествие, когда начинаешь говорить с собой, соглашаясь со всем сказанным. И все же, не стану портить себе настроение. Я уже решила, что не буду ни о чем жалеть. Раз уж жизнь моя будет короткой, и нет никаких гарантий, что срок изменится, то стоит наслаждаться каждым днем, а лучше, минутой. Мой план нарушает лишь… – Совет Правления планетой прибыл, – сообщает Глэм вместо утреннего приветствия, – все ждут только тебя. – Гадство. – Ругаюсь вслух, на секунду прикрывая глаза. Ладно, перед смертью не надышишься, пора защищать свои права, раз уж мне их щедро выделили. Надеюсь, после этого мне не вернут ошейник.