Глава 22. Раут

Мне доводилось слышать много крылатых выражений и цитат про взгляд. Например, Стендаль сказал: «Взгляды — тяжелая артиллерия флирта: взглядом можно выразить всё, и при этом, однако, всё можно отрицать, ведь взгляд не поймаешь на слове». Метко подмечено.

Но сейчас на ум пришла другая фраза — «Любовь передается взглядом». Не помню, где ее слышала. Возможно, в каком-то фильме или сериале.

Не знаю, как насчет любви, а вот желание — запросто. Именно его я ощущала в направленном на меня взгляде Азриэля. И даже расстояние в несколько метров не снижало градус накала. Никто и никогда так не смотрел на меня.

Этот взгляд будто прикасался ко мне. К щекам, ресницам, губам. К последним особенно. На них Азриэл задержался дольше всего, буквально споткнулся.

— Восхитительно выглядишь, Ана, — хрипло выдохнул он и добавил: — Я рад, что ушла твоя нездоровая худоба. Тебе так лучше.

Напряжение росло. Воздух стал густым и плотным. Дышать можно было только неглубоко и часто. По коже скользили электрические разряды возбуждения. Я определенно завелась. Настолько, что уже мысленно прикидывала — если Азриэл возьмет меня вон на том кофейном столике, прическа не испортится? Не хотелось бы опоздать на раут в мою честь.

Я почти озвучила предложение насчет столика, сама не понимая, как до этого докатилась. Местный воздух как-то странно действует на мой разум. Воздух или Азриэл…

От грехопадения меня спас Морт.

— Вы разве не опаздываете? — спросил парень.

И я, и Азриэл вздрогнули от неожиданности. Голос Морта разорвал оковы взаимного притяжения, и сразу стало легче дышать. Вот только тело все никак не хотело успокаиваться и продолжало намекать на столик. Но я быстро привела его в чувство, незаметно ущипнув себя за руку.

Подхватив Сифа, который успел снова стать горжеткой до того, как Азриэл увидел зеркало, я подошла к мужу. Он любезно поддержал меня под локоть. Честное слово, лучше бы он этого не делал! Едва его пальцы коснулись моей кожи, я вздрогнула. Даже через рукав это прикосновение ощущалось жарким и чересчур интимным. А еще я чувствовала в нем легкую грусть. Как будто не я одна жалела о том столике.

Как Сиф и сказал, раут начался с ужина. Длинный, как взлетная полоса самолета, стол тянулся через такую же комнату. Мы с Азриэлем на правах хозяев замка сидели в его главе, гости — по бокам.

Я плохо видела тех, кто был на другом конце стола. Какие-то жующие силуэты, да и только.

Общаться можно было лишь с ближайшими соседями, до прочих не докричаться. Очень неудобно. Тем более, рядом с нами сидели патриархи, а они — так себе собеседники. Тетушка Биатриша тоже была здесь, но вряд ли понимала, где вообще находится.

Поговорить мне было не с кем, и я, повесив лисью горжетку на спинку стула, сосредоточилась на еде.

Ужин был роскошный. Кушанья на столе сменяли друг друга. Аперитив, салаты, горячее, десерт. Подавали и экзотическую для меня еду. Например, яйца ящеров.

А главным блюдом вместо поросенка в яблоках был ящер в каких-то местных фруктах. Лежит такой мини-динозавр на столе, обложенный желтыми шарами. Та еще картинка.

Я его пробовать не стала, потому что вегетарианка. Но неправильная. Мясо не ем из сострадания к животным. Зато люблю пиццу «Четыре сыра» и сдобные булочки, и это сказалось на фигуре. Есть одну вареную морковь и листья салата — это прямо не мое.

В общем, я наелась на год вперед. Вот как тут похудеть?

Еще немного — и платье на мне разошлось бы по швам. Но тут, к счастью, ужин закончился, и гости встали из-за стола.

Захватив бокалы с напитками, все вышли в зал и разбрелись кто куда. Вот теперь можно пообщаться. Все тут же разбились на группы, как Сиф и предсказывал.

Азриэл покинул меня, примкнув к патриархам. Им срочно требовалось обсудить какие-то дела. Я решила не уподобляться тем дамочкам, что тенью следуют за мужьями, и отправилась в вольное плавание.

Вот только я никого здесь не знала. Разве что Мартишу и Алишию, но мне хватило прошлого общения с подружками.

Я шла по залу, рассматривая гостей. Пила маленькими глотками вино из бокала и просто наслаждалась вечером. Ко мне периодически подходили люди и поздравляли с воскрешением.

— Мы рады, что ты снова с нами.

— С возвращением!

— Добро пожаловать обратно в мир живых!

И прочие общие фразы, от которых я быстро устала.

Все это и правда напоминало день рождения. Разве что подарков не дарили.

Вечер обещал быть долгим и скучным. Как вдруг я заметила кое-кого интересного — мужчину с ярко-оранжевым галстуком. Ядовитый цвет привлекал взгляд и выделялся из толпы.

Я уже знала, что цвета соответствуют семьям укротителей. Сегодня патриархи надели обычную одежду, но у каждого была деталь гардероба в цвет его рода. Тот же шейный платок, перчатки, повязка на предплечье.

Группа патриархов стояла в правом углу зала, а «оранжевый» скучал в левом. Я даже их пересчитала. Ну точно, все десять на месте. Оранжевый был одиннадцатым и явно лишним.

— Кто это? — спросила я шепотом у горжетки, которую снова накинула на плечи.

— Где? — уточнил Сиф так же тихо.

Я повернулась к «оранжевому» плечом, где лежала голова лисы.

— Ах, этот. Один из рода патриархов. На самом деле, их двенадцать. Но фиолетовый исчез, когда наследник погибшего укротителя не смог подчинить дракона. Ящер его сожрал, и род прервался.

— А с «оранжевым» что не так?

— Он — изгой. Его исключили из числа патриархов.

— Что такого ужасного он натворил?

— Отказался подчинять дракона, — ответил Сиф.

Мой интерес к «оранжевому» рос с каждым словом духа. Под конец я была уверена, что нам просто необходимо познакомиться.

Прежде чем подойти к незнакомому мужчине, я как следует его изучила. «Оранжевый» был шикарно одет — узкие брюки, элегантный сюртук, шейный платок. Настоящий щеголь. Русые волосы уложены безупречно. Легкая щетина — и та выглядит так, будто ее тщательно выращивали, удобряя и пропалывая. Готова поспорить, что у мужчины идеальный маникюр, да и педикюр тоже.

«Оранжевый» почувствовал мой взгляд и повернулся. Я не успела отвести глаза, он заметил мой интерес. Прятаться было поздно, и я улыбнулась мужчине. Он воспринял это как приглашение и направился ко мне. Вот и славно, не придется самой к нему идти.

— Позвольте представиться, — сказал «оранжевый», приблизившись, — мистр Кеймрон к вашим услугам, мистра Анастейша.

— Вижу, мое имя вы уже знаете, — произнесла я.

— Новость о вашем воскрешении прогремела на всю Аллорию. Вряд ли в городе найдется тот, кто не слышал о красавице с каштановыми волосами и серыми глазами, вернувшейся с того света.

— Раз обо мне и так все известно, расскажите о себе. Вы просите обращаться к себе «мистр», как к обычному горожанину. Почему не «мессир», как к укротителю?

— Потому что я лишен звания, — равнодушно ответил Кеймрон. Не очень-то он переживает по этому поводу. — Хотите узнать за что? Хотя о чем это я, разумеется, хотите. Все хотят.

— Простите, — смутилась я. — Я в курсе, как это достает — когда все вокруг преследуют тебя с жадным любопытством.

— Выходит, мы товарищи по несчастью? — усмехнулся Кеймрон.

— Скорее, я ваш спаситель. Ведь пока все обсуждают меня, им не до вас.

— Верно, — рассмеялся он.

Смех у него был приятный. Мелодичный, раскрепощенный. Он вообще вел себя непринужденно, чем разительно отличался от вечно собранного и настороженного Азриэля.

— Значит, вы — единственная, кому здесь любопытна моя история, — сделал он вывод. — В таком случае я просто обязан ее рассказать.

— Внимательно слушаю, — кивнула я.

Прежде чем начать рассказ, Кеймрон предложил еще выпить и сам пошел за напитками.

— Ты флиртуешь, — фыркнула дохлая лиса мне на ухо, едва Кеймрон отошел.

— Вовсе нет! — возмутилась я.

— Поосторожнее. Укротители драконов — горячие парни. Если Азриэл приревнует, убьет тебя еще раз.

— Строго говоря, я пока не умирала, — поправила я. — Это все Анастейша.

— Значит, умрешь, — мрачно пообещала горжетка.

Сиф замолчал, так как на горизонте показался Кеймрон. И хотя я считала предупреждение духа вздором (я не флиртовала!), решила поменьше улыбаться новому знакомому. Но его историю все равно послушаю. Это, можно сказать, мое единственное развлечение на этот вечер. Вряд ли я найду другое.

— Слышали о группе горожан под названием «Вольные крылья»?

— Если и слышала, то забыла, — пожала я плечами.

— Так себя называют те, кто выступает за освобождение драконов. Это мудрые, великие, потрясающие существа. Мы не достигли и половины их развития. То, что люди наглым образом крадут жизни драконов, заставляя их служить себе, а потом и умирать вместе с ними, несправедливо.

Похоже, я наткнулась на местный Гринпис. Вот это находка!

Кеймрон говорил горячо. Будь он политиком, я бы сказала, что он толкает предвыборную речь. Но меня не надо было агитировать, я и так всегда выступала за свободу животных. Нет циркам и передвижным зоопаркам! Нет содержанию диких животных дома! И все в таком духе.

Драконы отлично подходили под эту категорию. Вид явно редкий и, судя по всему, вымирающий. Или скоро будет таким, если укротители продолжат в том же духе.

— Я никогда не скрывал своих взглядов, — признался Кеймрон. — Но отец все равно до последнего надеялся, что я одумаюсь. Другого наследника на браслет укротителя у него не было. Когда он умер, наручи перешли ко мне. Все ждали, что я укрощу дракона, но я отказался это делать. А без дракона я не могу зваться мессиром, стать патриархом и войти в совет. Так я угодил в изгнание.

— Печально, — вздохнула я.

— Нет, что вы! Я доволен своим положением. Все эти скучные заседания, проблемы города… это не для меня. К тому же, умирая, я буду знать, что моя совесть чиста, и я никого не утащу за собой на тот свет. Меня успокаивает одно — однажды этому придет конец. Укротители вырождаются. Раньше укрощать драконов могли все знатные рода, теперь на это способны лишь десять.

— И что потом?

— Как обычно при переменах — сперва хаос, а после общество перестроится и научится жить по-новому.

Вот только анархиста на мою голову не хватало. Я уже подумывала свернуть разговор, когда Кеймрон произнес:

— Сочувствую вам, мистра Анастейша.

Бокал дрогнул в моей руке. С какой стати ему меня жалеть?

— Почему это? — спросила я.

— Вы замужем за самым яростным ненавистником драконов. Азриэл из тех, кто отстаивает права укротителей на истребление братьев наших старших. Он и в личной жизни жесткий и властный.

— Вам откуда знать?

— Мы выросли вместе. Даже были друзьями. Но потом наши пути разошлись.

Мне не понравилось, куда свернул разговор, но не признать правоту Кеймрона было сложно. Азриэля в самом деле не назвать душкой. И все же мне вдруг захотелось заступиться за мужа. Не люблю обсуждать кого-то за их спиной.

— Он изменился, — сказала я. — По крайней мере, со мной он другой.

— Недаром говорят: влюблённая женщина смотрит не глазами, а сердцем, — усмехнулся собеседник.

— Это еще что за намек? — обиделась я. — Хотите сказать, что я не способна непредвзято оценить собственного мужа?

— Как думаете, чего ради затеяли этот раут? — вопросом на вопрос ответил Кеймрон.

— Он в мою честь. Я вернулась с того света, фактически родилась заново. У меня второй день рождения, — повторила я слова Азриэля.

— В одном вы, безусловно, правы: вы действительно почетная гостья. Но безопасно ли это — устраивать праздник, когда где-то поблизости разгуливает ваш убийца? Разве что…

Кеймрон многозначительно замолчал. Ох уж эти театральные паузы. Ненавижу, когда так делают!

— Договаривайте, — буркнула я.

— Разве что Азриэл устроил все так, чтобы заманить убийцу в ловушку. Но в этом случае вы…

— Приманка, — закончила я за него.

По спине пробежал неприятный озноб. Я осмотрела зал с гостями. Возможно, где-то среди них находится убийца Анастейши и прямо сейчас примеряется, как меня лучше прикончить. Кошмар!

Еще секунда, и я бы с визгом выбежала из зала. В чувства привел легкий укус в район плеча. Это Сиф-лис цапнул меня, чтобы вернуть в реальность. Помогло.

— Вы все еще доверяете мужу? — между тем вкрадчиво спросил Кеймрон. — Что ж, в таком случае вы само прощение. Восхищаюсь вами, мистра Анастейша.

— Как бы я ни относилась к Азриэлу, вам я доверяю еще меньше, — ответила я на это.

— Справедливо, — кивнул он. — Мы ведь едва знакомы. Я бы хотел узнать вас лучше, но вряд ли мне это позволят. Азриэл подобно истинному дракону охраняет свое сокровище от посторонних. Я больше не буду докучать вам рассказами о том, каков ваш муж. Но напоследок хочу вам кое-что дать. Примите мой скромный подарок.

Кеймрон протянул ко мне руку, сжатую в кулак. Я подставила ладонь, и он вложил в нее что-то.

— Рассмотрите позже, — сказал он. — А сейчас спрячьте. Это кристалл для связи. Если вы когда-нибудь окажетесь в безвыходной ситуации и вам срочно понадобится помощь, просто бросьте его на пол и раздавите каблуком.

— Что тогда будет?

— Кристалл настроен на меня. Я выйду с вами на связь и буду рад помочь.

— Вряд ли мне пригодится ваш подарок.

— И все же сохраните его. Пусть даже просто так, на память. Возможно, однажды вы все же захотите им воспользоваться. Когда поймете…

Что я должна понять он не стал объяснять. Вместо этого поклонился, прощаясь.

Определенно, это был самый странный разговор в моей жизни. Но, может, дело в том, что Кеймрон — первый, с кем я говорила кроме Азриэля. Морт и Сиф не в счет, они не в курсе местных подковерных интриг, а их, похоже, немало.

Вот уже наметились два лагеря — те, кто за порабощение драконов, и те, кто против. И мне только что предложили выбрать сторону. А я не хочу выбирать! Я хочу к опытному некроманту и домой. А еще красивое платьишко и на ручки, не без этого. Девочка я или кто?