Глава 33. Башня некроманта

Мы поднялись по винтовой лестнице наверх — в единственную комнату башни. Причем первой шла я, а Морт уныло семенил за мной. Предстоящая встреча с наставником не очень-то его радовала. Неужели тот настолько строгий? Ничего, я заступлюсь за парня, если потребуется. Он, конечно, набедокурил, но ведь не со зла.

Некромант, услышав шаги на лестнице, ждал нас. На первый взгляд он был именно таким, как я ожидала. Черный балахон, ожерелье из крысиных черепов на шее. Разве что дохлого ворона на плече не хватало.

На вид ему было лет шестьдесят, но язык не повернется назвать его стариком. Это был поджарый высокий мужчина с копной густых каштановых волос без единого седого проблеска.

Крупная нижняя челюсть и чуть крючковатый нос придавали его лицу весомость. А пронзительный взгляд карих глаз вызывал нервную чесотку. Казалось, некромант смотрит прямо в душу.

Он стоял в величественной позе — выставив одну ногу вперед и уперев правую руку в бок.

— Приветствую тебя, гость, в юдоли скорби, — пафосно произнес он зычным басом. — Какое горе привело тебя? Кого ты потерял? Скажи мне. Я — тот, кто утолит твои печали.

Я аж запнулась о порог, лишившись дара речи. Некромант тоже молчал, ожидая моего ответа.

Немая сцена грозила затянуться, но тут из-за моей спины выглянул Морт. Узнав его, некромант мигом переменился.

— Ааа, это ты, — протянул он совсем другим, обыденным голосом. Пафос исчез на пару с зычным басом. — Я думал, пришли клиенты.

С этими словами он снял с шеи ожерелье из черепов, затем стянул балахон и бросил все это в угол. Под балахоном оказалась привычная для этого мира мужская одежда. Теперь глядя на мужчину, не скажешь, что перед тобой некромант. Обычный горожанин и только.

— Так солиднее, — пояснил он мне. — Приходится соответствовать роду занятий. Люди почему-то больше доверяют тому, кто носит черепа.

Я молча хлопала ресницами, отходя от старого образа некроманта и привыкая к новому.

— Барнабас Питч к твоим услугам, — представился он. — А ты — та самая скиталица по мирам? Я смотрю, ты с сувениром, — кивнул он на наручи укротителя драконов.

— Маленькая женская месть, — придя в себя, пояснила я.

— Сочувствую тому, кто попался под горячую руку.

— Не стоит, он заслужил.

Мы с некромантом приглядывались друг к другу, пока Морт тихонько стоял в стороне и старался не отсвечивать. Кажется, он надеялся, что наставник вовсе его не заметит. Но вот взгляд карих глаз обратился на парня.

— Мой блудный ученик, — прищурился Барнабас. — Что скажешь в свое оправдание, Мортимер?

— Азриэл угрожал скормить меня дракону, — пробормотал Морт.

— Веский довод. Но будь добр, объясни, как так вышло, что ты воскрешал одно тело, а получил другое?

— Я сделал все правильно! — оправдывался Морт. — Все по книге. В нужном порядке зажег свечи из жира покойников, положил тело на алтарь, слово в слово прочитал заклинание…

— Мы еще разберем твою ошибку, — Барнабас решил сделать из моей неприятности учебное пособие. — А пока в качестве наказания тебя ждет уборка на кладбище. Разложишь всех зомби по могилам, прополешь сорняки, уберешь паутину с надгробий.

Морт вздохнул. То ли удрученно, то ли с облегчением. Уборка все же не самое ужасное наказание. Могло быть и хуже.

— Что ж, никто из вас не умер. Хорошая выдалась неделя, — потер руки Барнабас. — Прости мою грубость, скиталица, я так и не пригласил тебя войти. Я не привык к общению. Люди ко мне попадают, как правило, молчаливыми.

Это такой намек на покойников? Оригинальное у него чувство юмора, ничего не скажешь. Барнабас напомнил наших патологоанатомов. То же циничное отношение к смерти.

Но это не столь большой изъян. Некромант, судя по всему, неплохой человек. Морта подобрал и дал ему кров, мне, опять же, в помощи не отказал. Это куда важнее.

Барнабас угостил нас чаем. Я пила, сидя за столом, а Морт стоял. Как и думала, неудачное приземление на мостовую не прошло даром. Копчик парня все еще болел.

Пока мы уплетали сушки, некромант рылся в шкафу. В том самом, где мы прятали труп Анастейши. Я ничего хорошего не ждала от этого шкафа.

— Сколько ему зим? — спросила я шепотом у парня, используя местное летоисчисление. Еще немного и буду говорить, как коренной житель Аллории.

— Шкафу? — удивился он моему интересу.

— Да нет же, твоему наставнику.

— Вообще-то девяносто. Некроманты живут дольше. Все потому, что мы умеем договориться со смертью, — похвастался Морт.

Я по-новому с уважением посмотрела на него. Определенно, я недооцениваю магию парня. А ведь некромантия — серьезная штука.

— Вот, — из шкафа вынырнул Барнабас с зеленой тряпкой в руках. — Нашел тебе платье, скиталица.

Я поморщилась. Отчасти из-за прозвища, которое мне дал некромант. Так себе словечко. А еще из-за предложенного наряда. Вид у платья был, мягко говоря, не товарный.

— Откуда оно вообще взялось? — спросила я.

— Так с трупа, — спокойно ответил Барнабас. — Откуда еще?

Действительно, больше неоткуда. А что я, собственно, ожидала услышать? Что Барнабас сходил в магазин и прикупил мне нарядов? Вроде мне уже двадцать один год, а я все еще верю в сказки.

— Нельзя разгуливать в ночной сорочке, — поддержал наставника Морт. — Это неприлично.

— Его хоть стирали? — уточнила я, забирая платье.

— Тебе ответить правду? — усмехнулся Барнабас.

— Не стоит.

Допив чай, я выложила на стол наручи. Таскать их постоянно с собой в мои планы не входило. Да и опасно это. Если Азриэл меня поймает, заберет наручи. А в моем мире они мне не нужны. Лучше их скрыть. Желательно так, чтобы хозяин не нашел.

— Наручи надо спрятать, — сказала я. — Есть идеи, где?

— Знаю я одно местечко, — протянул Барнабас и задумчиво посмотрел в единственное окно башни.

— Что там? — спросила я у Морта.

— Могилы, — пояснил он и добавил: — У каждого уважающего себя некроманта должно быть собственное кладбище.

Ну и компания мне досталась. Два кладбищенских жителя и сгусток воздуха. Даже странно, что я до сих пор не сошла с ума. Хотя кто знает, кто знает… Может, нет никого другого мира, а я сейчас лежу где-нибудь в уютной палате с мягкими стенами.

Барнабас забрал наручи и Морта. Вдвоем они отправились на кладбище. Все происходило быстро, я толком не успела рассказать о деталях побега, но некромант и так наверняка о многом догадался.

— Не переживай, — сказал Барнабас, — мы устроим наручам шикарные похороны. Есть у меня на примете могилка, где их можно прикопать. Сам укротитель не найдет.

— Развлекайтесь, — махнула я рукой им вслед.

Сама занялась хозяйством, а именно стиркой. Со мной остался Сиф. Вместе мы натаскали воды, подогрели ее в котелке и постирали платье, которое дал Барнабас. После развесили его у камина сушиться. Как высохнет, переоденусь.

Мне не впервой носить платье покойницы, переживу. Смерть практически мой личный кутюрье. На вопрос «кто дизайнер вашего наряда?» я с чистой совестью могу отвечать — чужие похороны.

Потом я занялась волосами. На то, чтобы их расчесать, ушла целая вечность. Часть пришлось выдрать с корнями, но я справилась.

Мы закончили почти одновременно. Я — с платьем, некроманты — с наручами. Время было обеденное. Наведенный мной туман давно развеялся. Пришла пора поговорить о важном — о возвращение меня домой.

— Вы отправите меня в мой мир? — спросила я у некроманта, когда они с Мортом вернулись с кладбища.

Оба чумазые, все в земле. Морт первым полез в купальню, а я принялась пытать Барнабаса.

— Я вообще-то некромант, а не создатель порталов, — напомнил он.

— Это ваш ученик затянул меня сюда, — скрестила я руки на груди. — Я — недовольный клиент, а вы в ответе за поступки ученика. Будьте добры исправить то, что Морт натворил.

В ответ Барнабас применил на мне фирменный взгляд некроманта. Я бы назвала его мефистофельским — тяжелый, пронизывающий. Но меня не проняло.

Опоздал он с запугиванием, я уже знала, что этот конкретный некромант совсем не страшный. А не надо было снимать черепа. С ними еще могло сработать.

Осознав, что взгляд не действует, Барнабас вздохнул и признался:

— Так сходу я не могу сказать, получится отправить тебя обратно или нет. Надо проверить.

— Проверяйте, — кивнула я. — Кажется, вы говорили, что для этого требуется моя кровь.

— Именно так, — Барнабас вытащил из рукава уже знакомую костяную иглу. У Морта точно такая же.

Барнабас уколол мне палец иглой и капнул мою кровь в медное блюдце. Добавил туда щепотку каких-то вонючих трав, что-то пошептал, а потом долго смотрел на дно блюдца. Моргать и то перестал.

Минуты шли, ничего не менялось. Я уж было подумала, что некромант банально задремал. Прямо так, с открытыми глазами.

Мое терпение подходило к концу. Что ж он тянет? Разве не видит, что я с ума схожу от волнения? Меня же сейчас кондратий хватит!

Как вдруг Барнабас передернул плечами, словно сбрасывая с себя морок. Потом окунул палец в мою подсохшую кровь, облизнул его и пробормотал:

— Интересно.

— Что именно? — уточнила я.

— Не бери в голову, — отмахнулся некромант, но блюдце с моей кровью зажулил, думая, что я не вижу. После чего заявил: — Думаю, я могу вернуть тебя домой. Я проведу специальный ритуал, но он требует подготовки. Это займет несколько дней.

— Я готова подождать.

— Отлично, — кивнул Барнабас. — Пока ждешь, приготовь обед.

Похоже, на ближайшие дни мне отведена роль прислуги у некроманта. Что ж, я не против. Хоть так отблагодарю Барнабаса за помощь.

Пока некромант мылся, я на скорую руку сварганила суп из съестного, найденного на полках. Получилось что-то вроде нашего борща. По крайней мере, по цвету. Насчет вкуса не уверена, так как большинство местных продуктов я видела впервые в жизни.

Все складывалось не так уж плохо. Казалось бы, живи и радуйся.

Но как это сделать, когда тебя предали? Когда тобой бессовестно манипулировали, не до веселья. Особенно, если никак не получается забыть предателя.

Говорят, предать может только тот, кому доверяешь. От остальных всегда ждешь подвоха, от тех, кому доверяешь — естественно, нет. Поэтому так больно.

Предательство убивает частичку души. Моя точно получила повреждения. Ноющая непроходящая боль в груди тому доказательство. Я не хотела страдать по Азриэлю, но ничего не могла с собой поделать.

Вот вернусь домой, и все наладится. Дома даже стены лечат. Да и некогда мне будет думать о каком-то там укротителе драконов. У меня сдача диплома на носу.

В общем, я все решила. Не учла только одного — настойчивость Азриэля и степень его желания вернуть меня. А она, как выяснилось, зашкаливала.

Барнабас как раз вышел из купальни, когда раздался первый удар в дверь. Тревожный такой. Дверь находилась внизу башни, мы — на самой ее вершине и все равно услышали.

Бух, бах — в несчастную дверь колотили руками и ногами. А потом донеслось:

— Именем мессира Азриэля откройте!