ГЛАВА 56

В безлико-серой допросной из мебели один стол и два стула. Тот, что для задержанного, зафиксирован и оснащен дополнительными энергетическими блокаторами и кандалами. Второй, обычный, занимаю я. Кэмшед стоит позади за моим левым плечом, внимательно следя за всем происходящим.

Юргара гарды усаживают напротив меня. Он спокоен. Взгляд уверенный. В движениях отсутствуют скованность и напряжение.

Присутствию Кэмшеда не удивлен.

Чем больше я наблюдаю за своим первым советником, тем больше убеждаюсь, что ведет он себя совершенно не так, как должен вести себя пойманный с поличным предатель. Но ведь и своим советником я его сделал не за сопливые сантименты и слабые кишки. Юргар обладает одним из самых незаурядных умов, с которыми мне приходилось стыкаться. Сильный, пронырливый, изворотливый и уперто-добивающийся своих целей. Выдержанный и уравновешенный. Идеальное сочетание политика и дельца. То, что мне требовалось на этом посту.

— Если надеешься сбежать, предупреждаю сразу, в живых не оставлю, — роняю сухо, наблюдая за приготовлениями подозреваемого к допросу.

— Мне это не нужно. Я готов, ваше величество, — поднимает он на меня пустые глаза, как только его руки и ноги сковывают ограничителями.

— Снимите блокаторы, — приказываю гардам, выпрямившимся позади того, кто еще пару дней назад был вторым по влиянию куардом Лайтази.

Те слаженно освобождают руки задержанного от металлических браслетов. А потом снимают с него ошейник. Юргар ведет головой, разминая шею. Дергает щекой, прикрыв глаза.

— Передумал? — хмыкаю, чувствуя как звенит наготове в венах колючая и злая энергия, готовая сорваться с цепи, наказывая преступника.

— Нет, — спокойно роняет он. И открывает глаза, пылающие синим. — Смотри, маликсар.

Подавшись к нему, я сосредотачиваюсь на темных провалах зрачков.

Погружение в чужой разум и память редко бывает приятным. Исключением может служить разве что кто-то настолько чистый помыслами, как моя связанная. Даже, когда Мишель злится, она все равно вызывает во мне умиление пополам с восхищением, и желание проникнуть дальше, узнать больше, разведать даже самые незначительные детали ее жизни до меня.

От считки памяти Юргара ничего приятного я не жду. Но никому другому этот куард не откроется.

Он не обманул. Ментальная энергия Юргара не противится моей, пуская в святая святых — мысли и воспоминания моего первого советника. Он не рад тому, что приходится это делать. Но готов показать мне... Готов поступиться своими тайнами и секретами.

И я осторожно погружаюсь все глубже. До поры до времени не анализируя и не вникая, лишь фиксируя... Пока внезапная вспышка не заставляет меня мгновенно и наглухо закрыться ментально и рвануться назад.

Но голова уже взрывается ослепительной болью. Нас отбрасывает друг от друга, как кегли, мой стул вместе со мной заваливается на пол. И сквозь багряный туман в голове я слышу, как орет от боли Юргар, как бьется его большое тело в судорогах на полу.

— Кэмшед, он должен выжить, — рычу, тряся головой, и пытаясь усмирить вой десятка сирен в ушах.

— Ты сам как? — обеспокоенно склоняется надо мной мой безопасник.

— Терпимо, — гаркаю зло. И, лишь полежав еще с минуту, переворачиваюсь, чтобы подняться на ноги.

Бездна. Шатает так, что все плывет перед глазами.

— Что это за хрень была? — нетвердой походкой я подхожу к затихшему на полу Юргару. И удивленно замираю, увидев покрывшееся черной сеткой вен лицо.

— Ментальный блок-ловушка, — сообщает мне Кэмшед, осторожно прощупывающий энергетически потоки нашего главного подозреваемого. Пока живого.

— Это не мог сделать он. Я бы почувствовал, — морщусь, разминая сведенные в судороге мышцы затылка.

— А это и не он. Это разработка Виддо. Я тебе докладывал о ней, когда вскрыл архивы своего ведомства, заступив на пост два года назад. Мне уже доводилось сталкиваться, — слышу ответ, который меня совсем не радует.

Тихо ругнувшись, я закрываю глаза. Виддо, значит? Глава разведки Хасмиера и его самый преданный соратник. Долбанный гений во всем, что касается игр с разумом и ментальными воздействиями. Тоже пытался скрыться, когда Хас сбежал, но был задержан Кэмшедом и казнен по приговору Высшего суда Ильмондара, как соучастник бывшего маликсара.

И сейчас я действительно припоминаю, что Кэмшед мне докладывал, какой страховкой пользовался Виддо, отправляя своих агентов на миссии. Я тот отчет просмотрел и на время выбросил из головы, поскольку мне как раз доложили, что Хас засветился в Торонто, и я сразу же рванул на Землю, надеясь его перехватить.

— Значит, все-таки предатель, — произношу очевидный вывод, смотря на Юргара.

— Ты начал сомневаться? — поднимает на меня внимательный взгляд бывший наставник.

— А ты нет? — огрызаюсь, чувствуя как тяжелая удушливая боль все-таки берет верх, молотками стуча в висках. Мне нужно восстановиться. И я знаю только один способ сделать это максимально быстро и приятно. Но сначала нужно тут разобраться.

— Было дело. Начал, — кивает Кэмшед, выпрямляясь и прямо смотря мне в глаза. — Впрочем, я и сейчас не уверен до конца. По нему не похоже было, что он знает о наличии этого блока.

— Это возможно? — прищуриваюсь. Не могу представить, что нужно сделать, чтобы такой сильный куард, как Юргар не почувствовал вмешательства в свой разум.

— Насколько я понял из записей Виддо, установленный в состоянии беспамятства, этот блок не ощущается даже самим носителем. Он много экспериментировал с мозгами заключенных куардов. чтобы добиться такого результата.

Вот, значит, как? А раньше мне об этом доложить не могли? Что это? Непростительная халатность, или расчет?

— Почему у меня нет сведений об этих экспериментах? — интересуюсь нарочито спокойно, чувствуя, как все сильнее закипает внутри гнев. Как он гранитной плитой придавливая волю всех моих подданных, присутствующих в комнате.

Понимаю, что сам виноват не вникнув в тот отчет достаточно, чтобы копнуть глубже. Что не вспомнил о нем потом, когда вернулся в Ильмондар спустя почти две недели. Но и Кэмшед мог предоставить мне более подробную информацию, вместо скупого отчета в тот момент, когда я явно не мог уделить внимание изучению этого вопроса.

— Прошу прощения, маликсар. Мое упущение. Порой я забываю, что ты не похож на своего отца. Он редко интересовался аспектами работы разведки и службы безопасности столь же детально, как ты порой, — покаянно опускает голову Кэмшед. — Я предоставлю всю имеющуюся информацию сегодня же.

— Очень на это рассчитываю, — роняю холодно. Киваю на Юргара. — Его в военный госпиталь. Если сбежит, шкуры со всех спущу. Надеюсь мы друга поняли, сай Кэмшед?

— Конечно, маликсар, — кланяется мой безопасник.

Посверлив его склоненную спину внимательным взглядом еще пару секунд, я выхожу из допросной.

Мне позарез нужна сейчас Мишель. Только ей под силу унять эту сверлящую боль в моих мозгах.