Глава 15

— Это что же такое получается, — через паузу продолжает директор. — Не успела к нам поступить и уже устраиваешь драки?

— Какие драки? — не понимаю. — В смысле?

— В прямом, Томская, в самом прямом. На прошлой перемене в женской раздевалке ты подкараулила Катю Епифанцеву и избила ее.

— А, ясно.

Вздыхаю.

— Что тебе ясно? — взвивается директор. — Девочка с синяками и ушибами!

Ох, ну и стерва.

Все же решила попытаться вытурить меня из лицея.

— И не скажете, зачем мне это понадобилось? — произношу вслух.

— Не знаю и знать не хочу. Не хватает мне в ваши бабские разборки влезать, своих дел невпроворот. Знаю только одно. Что я сейчас же звоню твоему отцу, пусть забирает тебя, а заодно и документы!

— Нет, — восклицаю поспешно. — Не надо папе звонить.

— Почему это не надо!

Мужчина прищуривается.

— Что, уже были инциденты? Поэтому, может, тебя и перевели!

— Да не трогала я вашу Епифанцеву! — уже начинаю выходить их себя.

— А Катя сообщает обратное. Хочешь сказать, девочка врет?

— Вот именно!

— Ее слова подтверждают две ее подруги.

— Ну, конечно.

— А твои показания кто подтвердит?

Молчу.

И тут вдруг вспоминаю слова Арслана Каримова, брошенные мне в бассейне.

— А вы по камерам посмотрите и проверьте! — восклицаю.

— Что? У нас в раздевалках камеры не установлены, что ты себе навыдумывала?

— А я слышала, что установлены.

— Это ложь. В кабинетах и коридорах — это да, но не в раздевалках.

— А если я предоставлю вам запись вы не станете звонить папе и снимите обвинение?

Директор поджимает губы.

— Допустим. Только камер в раздевалках нет.

— Дайте мне время хотя бы до завтра, — прошу и складываю ладони в умоляющем жесте. — Не звоните пока папе, у него с сердцем проблемы.

Немного привираю, на самом деле очень боюсь, что папа из-за меня сорвется.

Пару минут, кажущихся мне вечностью, мужчина раздумывает.

— Ладно, Томская, — выдавливает затем неохотно. — Но только до завтра. Иначе…

— Спасибо, — киваю и вылетаю из кабинета, пока директор не передумал.

И сразу же за этим иду искать Арслана Каримова.

Нужно уточнить, соврал ли он, и если все же нет, то как-то попробовать договориться насчет этих дурацких записей.

Вначале ищу Каримова возле кабинетов, где у старших классов проходят занятия. Но там его нет.

У Рената я спрашивать о Каримове не рискую. Боюсь, что поинтересуется, зачем. Но насчет камер на всякий случай уточняю.

— Камеры? В раздевалках?

По удивлению, что появляется на лице Рената, я понимаю, он не в курсе вопроса.

— Да так, просто спросила, — иду на попятную.

Прогуливаюсь еще по коридорам, пока, наконец, не оказываюсь на воздухе.

Вот тут на глаза мне, наконец, попадаются ежик темных волос и крупная плечистая фигура.

Каримов стоит, облокотившись на прутья ограды и что-то просматривает в телефоне.

Один. На удивление без компании.

Немного, точнее, что уж там, очень сильно трушу, но приближаюсь к нему.

— Привет, — задаю с ходу тон.

И радуюсь, что он волнению голос хотя бы не дрожит.

Он вскидывает голову.

Смотрит из-под бровей.

Взгляд в упор.

Я нацепляю на губы широкую улыбку.

Под землю готова провалиться, но…записи мне сейчас важнее. Спасибо глупости Епифанцевой.

— Виделись уже, — выдавливает с явной неохотой.

Все тем же мерзким, с металлическими режущими нотами голосом.

— А я по делу, — говорю я, решив не откладывать.

Потому что готова унести ноги уже сейчас, так и не дойдя до причины своего прихода.

— Да? И какому?

Убирает телефон в карман. Теперь все его внимание безраздельно на мне.

Я рада, с одной стороны, что сумела его заинтересовать. Но с другой…Куда бы деться снова от этого взгляда.

— Ты говорил, что в раздевалках установлены камеры. Это правда или…

Очередная ложь…

— Или ты немного…эмим…приукрасил?

— Наоборот. Я немного сгладил.

— То есть…они всё-таки там установлены? — уточняю. — Да или нет?

Как же я не люблю, когда говорят намеками и загадками.

Каримов вздыхает. Отводит взгляд, но тут же снова возвращает его на меня.

Я лишь успеваю вдохнуть и выдохнуть. И снова под пристальный прицел.

— Зачем тебе?

— Надо, раз спрашиваю.

Полные губы Каримова разъезжаются в усмешке. Недоброй, само собой. Нормально же он улыбаться не умеет.

— Нет, дело так не пойдет. Или говори, или проваливай, — бросает, словно бы нехотя.

И снова лезет за телефоном. Дает понять, что потерял ко мне интерес.

— Ладно, — цежу. — Мне нужно подтверждение, что я не устраивала драку. Иначе директор грозит позвонить папе и отчислить меня.

Снова поднимает на меня глаза.

— А ты не устраивала?

— Конечно же нет! — восклицаю.

Как же он всё-таки действует на нервы!

— Так что? — уточняю.

Переминаюсь с ноги на ногу.

— Хммм, надо подумать.

— Только недолго. Записи мне нужны до завтра.

Смеривает меня новым долгим взглядом с головы до ног.

— Ладно, будут, — соизволит, наконец, произнести. — Только в обмен на кое-что.

Ну, конечно, как же я сразу не догадалась, что этот тип будет ставить условия.

Точнее…подумала так, это же самое слабое звено во всем моем плане, но…понадеялась, что до этого как-то не дойдет.

— Ладно, что ты хочешь?

Если верить словам все той же Епифанцевой, ну…что типа, что он на меня запал…Бред, конечно, но если вдруг так…Может ли он потребовать что-то типа поцелуя?

Надеюсь, что нет.

Я бы не хотела ни за что целоваться с подобным типом.

Да меня вывернет наизнанку в тот же момент.

Но, ради записей…Смогла бы я пересилить вое отвращение?

Он делает шаг ко мне, потом другой.

Все с той же мерзкой ухмылкой.

Затем на запястье смыкается крепкая ручища.

Он тянет меня к парапету, а сам снова близко.

Прямо как в бассейне.

Ну, хоть в одежде сейчас, пытаюсь себя успокоить. Должно быть полегче.

Но...как-то не легче, однако.

— Хочу, чтобы ты стала прислуживать мне, — вдруг произносит, нет, склоняется и чуть ли не мурлычет мне на ухо, и я, в прямом смысле этого слова, столбенею.

Что?????!!!!!!??????

— Ты…с ума сошел? — только и получается выдавить.

Близкое присутствие сковывает.

Ни двинуться.

Нет сил даже эту наглую тушу оттолкнуть.

— С ума сошел!

— Мммм? — выгибает брови.

Делает вид, будто раздумывает над моими словами.

— Если только слегка.

Слегка??? Да там на всю голову!

— Да мой брат…Ренат…Убьет тебя за такое!

— А мы ему не расскажем.

И тут он отстранятся слегка, так, чтобы я могла видеть снова его лицо, подмигивает мне.

Я как будто сейчас очутилась в другой, параллельной реальности. Гораздо ужаснее той, в которой, я думала, я нахожусь.

Лучше уж отчисление!

— Так что? — ухмыляется.

— Конечно же нет!!!!

Как только додуматься до такого мог! Хотя, о чём я…

Бежать!

Что значит прислуживать ему???

Не хочу даже думать о таком!

Но и папу волновать боюсь. Но все же придется, видимо.

Как же ужасно все!

— Ничего за гранью. Просто будешь бегать по мелким поручениям. Выдержишь месяц, и я отстану от тебя навсегда. Ну, как, идет?

— Нет, не идет!

— Жаль, что ты так против. Потому что я уже решил.

— Что это значит?

— Это значит, что у тебя нет больше выбора.

— Обойдусь без записей!

— Ах, да, записи…С них же все началось.

— Дай мне пройти!

Но он не уступает дорогу.

Бестолково толкусь на месте и каждый мой шаг — это дополнительное соприкосновение с ним.

— Пусти!

— Окей. Даю тебе время подумать. До вечера. Иначе…

И тут он склоняется над моим лицом.

— Иначе устроим заплыв как сегодня, но уже в моем бассейне. Кроме нас там не будет никого. И…я уже не буду так сильно соблюдать дистанцию, — шепчет мне на ухо.

Мне кажется, я сейчас укушу его. За то, до чего успею дотянуться.

Но тут он меня отпускает.

Также внезапно, как и в бассейне.

Бегу со всех ног.

Прочь!

Делаю вид, что в лицей, но...уже в последний момент, уже когда Каримов не может меня видеть, сворачиваю к выходу.

Решаю не возвращаться обратно в лицей, а сразу к остановкам.

Ренату напишу, что я сама добралась. Совру, что нас отпустили пораньше и я не стала его дожидаться.

На остановках вообще никого, я одна. Расписания я не знаю, долго ли ждать? Или такси? Сколько оно будет стоить?

И в этот момент рядом со мной плавно тормозит машина. Что-то спортивное, кажется, я не сильно разбираюсь в машинах.

Стекло медленно отъезжает вниз.

За рулем блондин. Вик.

— Зоя, ты чего здесь?

— Автобус жду.

— Аааа. Понятно.

И снова смотрит. Я на него.

— Если хочешь, садись. Подброшу.

— Спасибо, но, автобус, наверное, скоро придет.

— Да они тут раз в два часа, хорошо если ходят. Или боишься меня?

— Что....Нет...

— Не бойся. Я не укушу.

И широко улыбается.

— Да и Ренат мне голову оторвет, если что...

Глупый какой-то разговор.

— Ладно, — вздыхаю.

Осматриваюсь по сторонам.

Садиться в машину к парню мне все еще не очень хочется, но...вдруг Каримов тоже решит не засиживаться на уроках. И поедет мимо...Не зря же он на улице стоял.

Вот уж встречаться с кем мне снова не хочется совсем.

А потому, повторно вздохнув, шагаю вперед и усаживаюсь на переднее пассажирское...