ГЛАВА 8. Львов и запретные удовольствия

Город встретил их пасмурным небом и моросящим дождем, но Арина почти не ощущала промозглой сырости, ее голова была занята совсем другим. Сказки стали реальностью — оказывается чудовища совсем рядом, вот только рыцарей на белых конях так и не предвидится.

Девушка покосилась на своего спутника. Одетый в очередной сверхмодный деловой костюм, он совсем не казался выходцем из легенд, но представился как, мать его, анимаг! Нет-нет, не оборотень, об этом ей целую лекцию прочитали, мол не стоит путать божий дар с яичницей, и сравнивать облезлых бродяг с настоящими спецами. Первые, укушенные некогда такими же перевертышами, плохо контролировали свою звериную суть, выли на луну, метили территорию и вообще вели себя очень своеобразно. Анимаги же, с другой стороны, были «верхом техномагической» мысли, ведьмаки, сознательно изменившие свой генокод при помощи специальных заклинаний. Звучало очень жутко и запутанно, но в целом мысль девушка уловила, и назвала про себя анимагов мутантами. Впрочем, вслух она подобное произносить не собиралась, Макс точно не оценит.

Зато он явно оценил ее сдержанность на встрече Круга. Скупая похвала и одобрительный кивок повергли ее в самый настоящий шок. Босс похвалил ее? Никак, ад замерз, и ангелы с небес спустились? Дэй прошелся по ее записям, чему-то покивал, на что-то усмехнулся, а потом исчез из офиса на несколько часов, сказав лишь, что нужно переговорить со Святославом. Видимо пошел за ценными указаниями руководства. Вернулся Макс еще более хмурым, чем обычно, недовольно зыркнул на свою помощницу, сводя на нет всю похвалу. До вечера гонял ее по всему офису, прося то один отчет в оригинале, то другой. Когда Арина была уже на грани, велел сесть напротив и задал странный вопрос:

— Детей точно нет?

— У кого?

— У меня, блин! — рявкнул босс. — У тебя! Нет детей?

Девушка удивленно округлила глаза, но все же ответила:

— Нет.

— Хорошо.

Что именно хорошо она так и не поняла, но зато ее несколькими скупыми фразами проинформировали о предстоящей командировке во Львов, велели заказать гостиницу, но о транспорте не беспокоиться. Почему так, Арина поняла уже на следующее утро.

Они «прошли» во Львов прямо из кабинета начальства. Чертово ростовое зеркало оказалось стационарным порталом, связанным с другими «точками перехода» по всему миру. При этом часть точек были как бы публичными, доступными всем Кругам, а другие порталы были закрытого класса, и по ним можно было пройти только имея на то специальное разрешение. И опять, речь шла не о каких-то «крамблишмаблибамс» а о пресловутой техномагии, но что это такое Арина пока так и не поняла. Почему-то ей виделись забавные котелки, очки с толстыми линзами и внутренности механизмов часов, но что-то ей подсказывало, что все эти ассоциации далеки от действительности.

— Осторожней!

Стальные пальцы сомкнулись на предплечье, удерживая от позорного падения в лужу. Чертова брусчатка, чертовы каблуки, чертова юбка-карандаш!

— Спасибо.

Арина старалась сдерживать голос, но нотки недовольства и раздражения все же прорвались, и Макс, конечно же, не мог их не заметить.

— Ты злишься, — это был не вопрос, а констатация факта.

— Я не злюсь.

— Конечно, и поэтому делаешь вид, что все хорошо, ничего такого не случилось, — Макс замолчал, пытаясь подобрать слова, но закончил как-то скомкано, — и вообще.

Девушка повернула голову к идущему рядом блондину:

— Что «и вообще»?

Макс пожал широкими плечами, а потом, наконец, нашелся:

— Ты вон даже наполовину намокла, а все равно стараешься держаться подальше.

Большой черный зонт в руках Макса, действительно, не спасал полностью от непогоды, закрывая ее лишь частично, но подойти ближе? Босс и сам не был эталоном дружелюбия, а ее обвиняет в холодности и отстраненности? А не пойти бы ему лесом, полем, дальней дорогой? Словно в ответ ливень усилился, заставляя все же придвинуться ближе, чем тут же воспользовался Макс, обнимая ее за плечи.

— Так лучше, нет? Я же не кусаюсь.

— Точно?

Перемены в поведении босса были столь разительными, что в очередной раз выбили ее из колеи. Вопрос вырвался сам собой и Арина, естественно, тут же об этом пожалела, но было поздно — Макс криво усмехнулся:

— Это то, что тебя беспокоит? Что я анимаг? Боишься меня?

О! Она его боялась, да еще как, но вовсе не потому, что он какой-то там анимаг. Да она толком в это и не поверила. Слова есть слова, а увидеть его вторую ипостась ей пока не довелось. Зато его голый торс вполне. Дважды. Как и невозможно голубые глаза, золотистую кожу и непослушные пшеничные пряди, что никак не хотели укладываться без хорошей дозы геля. Она несколько раз останавливала себя в последний момент, только чтобы не провести по выбритым вискам, затылку, потрогать этот ежик, узнать какой он на ощупь. И не только там.

А ведь она на него работает. Между ними очень странные отношения, он, судя по всему, колеблется между призрением и пренебрежением, а она… Между ненавистью и влечением? Возможно, ненависть слишком сильное слово, но раздражал он ее порядком. Как и привлекал. Своей мужественностью, непоколебимой уверенностью в себе и мощной аурой силы.

Черт-черт-черт, вот именно из-за этого Арина и старалась держаться от Макса как можно дальше. Его жар опалял, манил, но не сулил ничего хорошего — ее жизнь и так чертов фантастический блокбастер с элементами триллера… Да и «скромняшкой-мышкой» она быть не перестала, по крайней мере, в его глазах. В невозможно голубых глазах.

К счастью, от ответа ее спасло то, что они дошли-таки до точки назначения.

— «Мазох»?

— Да, премилое название. Содержание соответствующее.

— У нас тут встреча? — Арина скептически оглядела ростовую статую известного садо-мазо-вуяриста, охраняющую дверь в виде замочной скважины.

— О вкусах не спорят. Если Западной Гончей тут нравится, то кто мы такие, чтобы возражать?

Арина была совершенно не уверена в том, что место выбрал Гончая Западного Круга. По бесячему блеску в ярко-голубых глазах можно было легко догадаться, что идея полностью принадлежит Максу. И это было так несвойственно тому образу босса, что успел сложиться в ее голове, что она никак не могла подстроиться под изменившуюся манеру общения, зависая на почти на каждой его фразе.

Интерьер и встречающий хост сразу намекнул на то, что все ее подозрения и ассоциации, возникшие в связи с названием, полностью оправданы. В отделке и освещении доминировал красный, а хост… доминировал короткой кожаной плеткой, черным жилетом на голое тело и обтягивающими по самое нельзя штанами. О подведенных глазах и ошейнике с шипами лучше было вообще не думать.

— Вiтаемо до кафе Мазох, ви тут для нашего задоволення, — лениво протянул парень, даже не удосужившись поднять свою задницу со стола.

— Он ничего не перепутал? Для «их» удовольствия? — удивленно спросила Арина, неосторожно повернувшись спиной к хосту.

Удар плетки был не столько болезненным, скорее неожиданным. Девушка вскрикнула, резво обернулась, чтобы тут же натолкнуться на ехидную ухмылочку парня. Взгляд карих глаз прошелся по ее телу с кончиков классических лодочек до последнего темно-вишневого волоска, зализанного в строгий пучок. После чего он поднял взор выше ее плеча и одобрительно кивнул:

— Неплохо, господин Дэй, на этот раз ваша спутница вполне достойна нашего заведения. Воспитаем ее немного, если позволите, и будет как шелковая.

Парень говорил по-русски с едва заметным акцентом, но вовсе не это заинтересовала Арину, а тот факт, что, похоже, Макс был завсегдатаем «Мазоха». Ну что же, еще одно подтверждение ее правоты, вот только как ей это поможет? И на кой ляд босс привел ее сюда?

Хост все же соизволил проводить их к столику в уютной нише, так, что их было трудно разглядеть из зала, а вот они видели все происходящее.

— Голодная? — вкрадчиво спросил Макс, отрывая ее от созерцания едва одетых официанток и официантов.

На секунду Арине показалось, что он имел в виду вовсе не еду, а нечто намного более неприличное, но блондин смотрел на нее с равнодушной вежливостью, вроде бы без всяких намеков.

— Нет.

— Врешь, — так же спокойно констатировал он, — тогда закажу на свой вкус.

В том, что и тут будет подвох, она ничуть не сомневалась, и все же заказ заставил ее почувствовать прилив крови к лицу. И не только.

— Моей спутнице принесите «Искусителя», после этого «Жестокого, молодого и свободного». Мне «Размер имеет значение» и «Сицилийскую красотку».

Странный заказ не смутил официантку, от чего Арине остро захотелось заглянуть в меню в надежде, что все не так плохо, как ей почудилось, но тут полуодетая девица сделал контрольный выстрел:

— Что будете пить?

Маска спокойствия все же сползла с лица блондина, он не смог удержать коварную улыбку:

— Даже не знаю, чего больше не хватает моей спутнице… «Любовных похождений», «Ненасытной чувственности»…

— Можно просто кофе? — прервала его Арина.

— Тогда попробуй «Похотливую лесть», — невинно предложил Макс.

Девушка сглотнула, беспомощно взглянула на официантку, но та ухмылялась ничуть не менее гадко, чем ее чертов босс. Все это было могло быть розыгрышем, но дух кафе говорил об обратном, о том, что, скорее всего, и меню у них ничуть не уступает интерьеру в своеобразности.

Чего только стоил слепок пениса прямо рядом с ее лицом…

— Хорошо, Макс, давай на твой вкус.

— О, ну тогда это просто обязан быть коктейль «Немного доверия», — блондин пристально уставился своими голубыми глазами, — ты же мне доверяешь, да, Ариша?

Понятное дело, что она промолчала, не выяснять же отношения прямо перед официанткой. Та же, сменила пластинку очень быстро, наклонилась к Максу, выставляя прелесть напоказ, и игриво спросила:

— А чем вы будете наслаждаться, господин Дэй?

Макс заглянул в декольте, хмыкнул и тут же перевел взгляд на Арину:

— Уговорила, пусть будет «Ненасытная чувственность».

Официантка, надеявшаяся на большее, недовольно кивнула и очень быстро исчезла по направлению к барной стойке. Арина облегченно выдохнула, посчитав, что на этом испытание закончилось. Разве что белый гипсовый пенис продолжал нервировать, то и дело появляясь в поле бокового зрения.

— Расслабься, Ариша — это просто игра, возможность немного пощекотать нервы. Самое то, перед серьезным разговором.

— Не уверена, что меня все это расслабляет.

— Да? — притворно удивился Макс, — ну ничего, ты еще войдешь во вкус.

О том, что утверждение босса, по меньшей мере, спорно, Арина не успела сказать, так как именно в этот момент за одним из столиков в зале началось странное действо. Двое парней в черной коже подошли, грубо схватили сидящую там девушку, жгучую брюнетку в коротком черном платье и под одобрительные выкрики друзей поволокли ее к красной кушетке, стоящей у одной из стен. Испугавшаяся поначалу девица вдруг начала кокетливо хихикать, вилять задом, а потом сама послушно взобралась на кушетку, встала на четвереньки и позволила приковать руки и ноги к железным столбикам. Из-за откровенной позы короткий подол фривольно задрался, обнажая край чулок и полоску белой кожи. Еще немного и стали бы видны трусики, если они на ней вообще были, но этого разглядеть Арина не могла — ракурс был не тот.

Зато плетку в руках одного из парней она увидела во всех деталях. Десятихвостая, из кожаных полосок, на рукояти в виде… фаллоса. От первого же удара по задранной вверх попе посетительницы мурашки прошлись по ее собственной спине, а глухой вскрик отразился где-то в районе паха. Рядом шумно выдохнул Макс. Еще один удар, более звучный шлепок, новый вскрик и неожиданная волна жара заставила перекрестить ноги и судорожно их сжать. Дело было не столько в самой картинке, вдруг оказавшейся такой… волнительной, но и в том, что рядом был он, и они были почти участниками сего действа. Он — босс, она его подчиненная…

— Нравится? — хрипловатый шепот прозвучал прямо возле уха, обдав его горячим и влажным дыханием.

Арина собиралась было отпрянуть, но оказалась вжатой в угол дивана, без места для маневров. Макс нависал над ней и смотрел с нечитаемым выражением лица.

— Хотела бы оказаться на ее месте?

Девушка перевела взгляд на все еще продолжающуюся сценку то ли разврата, то ли наказания, от волнения закусила губу и повернулась к Максу, чтобы тут же столкнуться с его горящими глазами, устремленными точнехенько на ее рот.

— Вы же говорили, что я вас не интересую в этом плане, — выпалила Арина, от эмоций вновь сбившись на «вы».

— М? — озадаченно нахмурился блондин.

— Вы говорили, что я вас не интересую в… сексуальном плане, — продолжила девушка.

— И? — вскинул бровь Макс, по-прежнему нависая над ней.

— А теперь смотрите на меня… так.

— Как так, Ариша? — склонил голову набок этот моральный садист, немного прищуриваясь.

— Так, словно…

— Ваши напитки.

Приход официантки с полным подносом оказался как нельзя, кстати, спасая Арину от необходимости подобрать правильные слова, но вот то, что было на подносе, вновь заставило ее ощутить прилив крови к щекам — наручники поблескивали в неверном свете красных ламп, а бархатная повязка манила неизвестным.

— Это что?

— Это ваш заказ, — подтвердила худшее официантка, — коктейли «Немного доверия» и «Ненасытная чувственность».

Рядом раздался сдавленный смех:

— Дальше я сам, ты свободна.

Официантка опять скорчила кислую мину, но все же выставила на стол высокие бокалы с напитками и… аксессуары. Похоже обычно она была участницей игрищ, но на этот раз босс выбрал другую жертву. Арине стоило бы встать, послать его подальше, но любопытство, чертово любопытство.

И бабочки внизу живота.

Макс протянул руку к повязке, покрутил ее в длинных, сильных пальцах и лукаво посмотрел на Арину. Глаза девушки широко распахнуты, губы слегка приоткрыты и влажно поблескивают, видно, что ей очень хочется сбежать отсюда, от него, но в то же время… В то же время, в глубине ее темно-серых зрачков притаилось и нечто иное, и это нечто заставляет Макса забыть о миссии, о предстоящей встрече и продлить такую увлекательную игру еще немного.

— Повернись.

Почему-то Арина слушается его. Ее тонкая шея, узкие плечи, гладкая фарфоровая кожа манит прикоснуться губами. Аккуратное розовое ушко выглядывает из простой прически, так и приглашая нашептать какую-нибудь горячую фантазию.

Макс все это время нагло ей врал. Крошка его очень даже интересует. И именно в том плане. В конце концов, он здоровый мужик с определенными потребностями, и хрупкая красавица-недотрога не может не заводить его. Даже, если он предпочитает грудастых блондинок. Впрочем, никакая она не «скромняшка-мышка». Прорывающая иногда язвительность, острые замечания и смелые поступки выдают совсем иной склад характера. Про таких говорят «в тихом омуте».

Может быть не стоило так напирать, Арина явно в замешательстве, но ситуация не терпит промедления. Святослав был очень категоричен в своих высказываниях. Поэтому Макс скользит бархатной повязкой по ее груди, по самому краю выреза, по шее, а потом все же завязывает глаза, достаточно плотно, чтобы она не могла подсмотреть.

— Не давит? — хрипло шепчет ей на ухо.

Она вздрагивает, по ее коже бегут мурашки, и она тихо отвечает:

— Нет.

Совершенно не хочется задаваться вопросом, почему она не сопротивляется, почему сдалась и позволяет продолжать — сейчас это неважно, абсолютно неважно. Он берет со стола высокий бокал с коктейлем и мягко просит:

— Приоткрой рот.

Подносит напиток к ее губам, розовая жидкость протекает внутрь, и он велит:

— Не смей глотать, держи во рту.

И вновь Арина слушается, замирает, немного запрокинув голову, выставляя напоказ беззащитную шею, и от этого зрелища становится тяжело в паху. Ширинка давит, а перед глазами мелькают картинки того, в какой еще ситуации он мог бы приказать ей не глотать.

— Гребанный стыд, Ариша, твой рот создан для этого…

Ей не нужно спрашивать для чего именно, по его сиплому голосу, тяжелому дыханию и так все понятно. Может быть она и неопытна, но точно не дура. Так почему же сейчас идет у него на поводу? Почему сидит тут с завязанными глазами, с приоткрытым ртом, полным крепкого алкоголя? Почему позволяет пьянящей смеси коктейля и его слов проникнуть под кожу, в самое нутро? От чего в животе вспыхивают маленькие бомбочки, грозя расфигачить ко всем чертям все приличное, что в ней еще осталось?

Последняя мысль растворяется в небытие, когда горячие губы накрывают ее рот, вливая новую порцию алкоголя, от чего ей приходиться судорожно сглотнуть, не давая пролиться липкой жидкости на щеки, на шею и грудь. Глубокий рык раздается рядом и его язык врывается победителем, обжигает небо, выбивает воздух из легких. Нет сил оттолкнуть, нет сил сопротивляться, только плавиться, только подчиняться.

Шершавая ладонь пробирается под юбку, прямо между ног и она не может сдержать всхлип. Макс прижимается теснее, вдавливаясь ей в бедро и обострившиеся ощущения подсказывают, что это уже не просто игра — он действительно возбужден.

— Макс, — едва слышным стоном срывается с губ то ли просьба продолжить, то ли остановиться.

Ему все равно. У него есть цель — между ног у малышки уже горячо и влажно, он чувствует дурманящий запах, а потому рука пробирается еще на пару сантиметров, почти касается намокшего белья…

Покашливание и стук посуды вырывают из плена затянувшейся шалости, Макс вынужден отстраниться, с досадой наблюдая за тем, как Арина срывает повязку и ошалело переводит взгляд с него на так не вовремя подошедшую официантку.

— Мне нужно освежиться.

Макс не успевает среагировать, девушка встает и покачиваясь покидает нишу, но вовсе не в сторону туалета, а прямо на выход. Чертыхнувшись, Макс спешит за ней, кинув официантке, что они сейчас вернутся.