Глава 31 — Столкнуть, утопить, просадить

Пока иду до его кабинета, чувствую, как в груди взрывается чем-то темным и горячим.

На*уй «Женечку»! Это нас не спасет. Ему нужно нечто совершенно другое. Или мне. Или нам.

— Олег у себя? — снимаю с запястья резинку для волос, собирая волосы в высокий хвост возле зеркала его приемной.

— Он занят! — сжимая челюсти смотрит на меня Таня через зеркало.

— Не сомневаюсь, — иду мимо неё.

Она уже давно не подскакивает и не пытается останавливать меня. Дрессированный Цербер!

Открываю его дверь.

И шипящее:

— Нахалка!

В след еще гавкает, да.

Захожу, замыкая за собой дверь. Ложусь на нее спиной.

Олег поднимает глаза.

— Уже соскучилась? — с прохладным сарказмом.

— Тебе так легче?

— Что?

Не торопясь прохожу внутрь, до окна. Смотрю на его отражение в стекле.

— Из положения лежа не упасть.

Задумчиво хмурится.

— Больно падать?

— Больно.

— Это оправдывает нежелание взлетать?

— Женечка… — слетает с него маска, он тяжело сглатывает.

Откатывается на кресле от стола.

— Ты Олег, если хочешь поиграть в такие игры… Да, нет, конечно, мы можем поиграть и в такие. Недолго.

— Тебя зацепило это? Извини.

— Проблема как раз в том, что не зацепило. Финал не зацепил. А знаешь почему?

— М?

— Имитация силы. Таких мужчин не счесть. Твоя ценность в другом. Иметь силы «быть, а не казаться». Зачем ты кормишь меня своими слабостями? Я не выношу слабостей!

— Притормози, Женя. Или это монолог?

— Это монолог.

— Окей. Слушаю.

Подхожу к нему сзади, наклоняясь над ухом.

— Если ты чувствуешь, что тебя роняют. Если ты понимаешь, что всё равно не устоишь. Зачем эти нелепые телодвижения в попытке сохранить равновесие? Сядь сам, достойно и красиво. К моим ногам. Я оценю, Олег.

Чувствую, как он каменеет, плечи застывают.

Дотягивается рукой до стола. Рывок. Откатывается от меня, разворачивая кресло. Сталкиваемся взглядами.

— Нет.

— Ты уже там, Олег! Зачем нам эта имитация равенства? Именно она тебя и выносит, разве ты не понимаешь? Ты безуспешно пытаешься удержать контроль над собой и не утонуть. А я предлагаю тебе нырнуть и насладиться. Я всё равно утоплю! Отдай мне свой контроль, тони смело! Я буду заботиться о твоих чувствах.

Его взгляд расфокусирован.

— Ты же говорил Крис, что хотел бы в формате самоисследования нырнуть в эти воды!

— Не с тобой!!

— Так ты уже зашел в эту воду со мной. Топчешься на берегу, поднимая какую-то муть. Или зайди глубже или выйди совсем! На берегу толпа «туристов» мочат ножки в моих водах, их компания тебе не к лицу. Стань особенным!

— Мне казалось, я уже. Особенный.

— Мне тоже так казалось.

— Какое же ты… — оскаливается он, срываясь на секунду на эмоции. — Чудовище!

— Могу стать твоим персональным, Аронов. А могу и не стать. А могу и не твоим.

— Это ультиматум?

— Нет. Это выражение чувств. Любые чувства меняют реальность. Изменят и мои! Как — зависит от тебя. Монолог закончен.

Под аккомпанемент его внутренней, очень болезненной, молчаливой истерики сфинкса выхожу из кабинета.

Сигарету мне…