10

Звонок в дверь заставил меня быстро распрямиться, и я, совсем забыв, что открыла верхний кухонный шкаф, со всей дури долбанулась об уголок головой.

- Твою мать — Начала тереть я место удара, сморщившись от острой боли, параллельно идя к входной двери.

- Кто? — На всякий спросила я, хотя знала ответ.

- Свои! А ты ещё кого-то ждёшь? — Раздалось голосом подруги из-за двери, и я широко распахнула её, запуская гостью. — Такие запахи уже по подъезду! Ты курицу запекаешь, что ли?

- Ну, надо же мне хоть как-то реабилитироваться за редкие встречи, так что планирую тебя накормить вкусно. — Улыбнулась я, и снова поморщилась. Сильно ударилась, оказывается.

— Что с лицом? Как будто тебе больно.

- Мне и есть больно. Встала резко сейчас, и ударилась головой о дверцу шкафчика, уголком прямо.

- Давай посмотрю, вдруг пробила.

Да не надо, - я махнула рукой, - крови же не было. Проходи давай уже, не стой на пороге.

Мы со Светой вместе зашли на кухню, где подруга стала доставать содержимое рюкзака, который я не сразу на ней заметила. Оказалось, что Света пришла не с пустыми руками, а в компании двух бутылок игристого напитка, и пакета с виноградом.

- Я тебе на всякий случай напомню, что сегодня четверг — Усмехнулась я, параллельно доставая красивые бокалы на тонкой ножке, которые мне очень нравились.

Не гунди только давай. Я тебя не видела вживую три месяца почти, а скоро твоя пытка, наконец-то, закончится, и я заполучу свою подругу обратно! Ещё и работать будем в одной компании! На обед вместе ходить.

- Давай пока не будем о будущем, чтобы не сглазить.

- Ты смотри, не вздумай передумать. — Строго погрозила мне пальцем Света. — Так, давай откроем, разольем, и я жду подробнейшую историю того, как твой узурпатор отреагировал на увольнение.

- Сейчас. — Вздохнула, засуетившись по кухне. Под ногами, словно специально, мешался кот пока я раскладывала приготовленную курицу с картошкой по тарелкам.

Пришлось немного отдать курицы с барского плеча и «брату меньшему», иначе бы он доставал нас своим воем и клянченьем, не дав нормально посидеть.

- Ну, Таська, давай, за то, что ты решилась наконец-таки уйти, и за твоё, надеюсь, светлое будущее.

Мы ударились бокалами со Светой, и я сделала несколько глотков. Горло моментально согрелось, а в голове тоже будто сразу зашумело, хотя я понимала, что это было невозможно.

- Рассказывай, давай. Как это было? Сильно кричал? Умолял остаться?

- Не знаю, чего и говорить. — Почему-то делиться тем, как отреагировал на мой уход Михаил Алексеевич не хотелось. Подруга, по понятным причинам, его недолюбливала, а я была не готова слушать про босса что-то плохое. — Ну, был в шоке сначала, но сегодня поговорили, договорились, что найду себе замену, обучу, и могу быть свободна.

— Что, и всё? Ты как будто что-то недоговариваешь. Вообще не похоже, чтобы он так просто расставался с людьми. Тем более с тобой, которая работала на него столько лет дневала и ночевала на работе.

- Конечно, ему это всё не понравилось. Просто, что он может сделать? Я ведь всё решила. И сказала ему уже, что нашла другую работу.

- А вот это ты зря. Слышала я несколько случаев, когда бывший работодатель подставы разные делал, чтобы не могли никуда устроиться сотрудники кроме его фирмы. Позвонит твой босс тоже к нам, наговорит ещё чего-нибудь.

— Он не такой человек. Михаил Алексеевич почти никогда не врёт, и тут, я уверена, не станет этого делать.

- Ещё и защищаешь его? Я так и знала, что не просто так ты столько лет впахивала на его компанию.

- В каком смысле? Конечно, не просто так. А за зарплату, причём очень даже неплохую. Ты же в курсе, в какой я была ситуации.

- Ага. А ещё потому, что втюрилась в своего босса. Говоришь про него, а у самой глаза горят. Эх, Таська... Какие же мы женщины, всё-таки. Всегда западаем на самые безнадежные варианты.

- Не правда, ничего я не влюблена. Оставь свои фантазии при себе. У нас исключительно рабочие отношения. Не понимаю, с чего вообще все вдруг стали нам приписывать какие-то чувства! Коллеги, жена бывшая босса.

- О, а вот с этого места поподробнее... - Мы со Светой проговорили ещё долго.

Разошлись только ближе к часу ночи, и, закрывая за подругой дверь, я поймала себя на мысли, что стояла на ногах немного нетвёрдо. Похоже, последние пару бокалов были явно лишними.

Но спать ложилась, как мне казалось, вполне вменяемая.

Правда, в таком случае, почему я не завела будильник на утро, мне было непонятно.

Проснулась резко, просто открыла глаза. В комнате было светло, слишком светло для того часа, в котором обычно я вставала. И как-то сразу поняла, что проспала всё на свете.

Вскочила, словно ужаленная, посмотрела на часы, и чуть не взвыла. Сорок минут.

Столько уже длился мой рабочий день, а я только проснулась.

А самое удивительное, почему Михаил Алексеевич не позвонил мне, хотя бы чтобы накричать за опоздание? Он такого терпеть не мог.

Я носилась по дому словно ужаленная. Собиралась максимально быстро, поэтому пришлось пожертвовать макияжем, бросив косметичку в сумку, вместо аккуратной причёски, волосы были убраны в простую гульку, а шпильки уступили место туфлям на плоской подошве.

От дома до метро не шла, а натурально бежала.

В офис забегала, опаздывая уже почти на полтора часа.

Чуть легкие не выплюнула, подбегая к двери приёмной, так торопилась. Распахнула резко дверь, и осталась стоять, как вкопанная, приоткрыв чуть-чуть рот.

Потому что за моим рабочим столом сидела какая-то незнакомая мне девушка.