Глава 14

Мы путаем влюбленность и любовь столь легко, 

Словно нам нравятся полученные сердцем раны. 

Улица, которая значилась в выданной мне Леу визитке, находилась через два квартала от мясной лавки, но этот путь я преодолела быстро. Кому как ни мне было знать, как сократить дорогу, где повернуть, а где пройти напрямик. От жандармов на улицах Абтгейца я убегала ни единожды, так что город знала хорошо со всеми его тайными ходами. 

Район, в котором я оказалась, насквозь состоял из мелких конторок и жилых домов. В основном на этой улице работали ювелирные мастерские, юридические конторы и другие серьезные организации, чьи владельцы предпочитали работать и жить в одном и том же доме. Это обуславливалось тем, что так они заметно сокращали свои расходы на охрану. 

Ну и конечно тем, что обратиться к ним можно было в любое время суток за дополнительную, очень щедрую плату. 

И тем удивительнее, что среди двух- и трехэтажных гигантов затесался совсем небольшой одноэтажный домик, который будто только недавно построили. Темно-серая внешняя отделка заметно контрастировала с черной крышей и черной же дверью, к которой вели три каменные ступеньки. 

Отпустив черное кованое перило, я взглянула на табличку, что украшала внушительных размеров дверь. В ней говорилось, что прием заявок от граждан ведется только по записи, а запись осуществляется через шкатулку-артефакт. 

Строчкой ниже были предоставлены данные для построения перехода. 

Решив не стучаться, я толкнула створку. Дверь оказалась не заперта, но внутри в комнатке три на три метра меня никто не ждал. Здесь стоял письменный стол, заваленный кипами бумаг, два стула по разным сторонам от него и небольшой диванчик рядом с входной дверью. 

Сделав два шага, я негромко покашляла, чтобы привлечь к себе чужое внимание. Мое любопытство заставило меня заглянуть в проход между комнатами, где я обнаружила то ли гостиную, то ли еще один кабинет, но рассмотреть второе помещение получше мне не дали. 

Проем собой закрыл Леу, неожиданно схвативший меня за руку. 

– Очень хорошо, что ты пришла! - радостно оповестил он меня, на силу усаживая за стол. - Как ты уже поняла, приемная здесь, но мы пока принимаем заявки только через шкатулку-артефакт, потому что не можем постоянно находиться в конторе. 

С недоумением проследив за тем, как у меня отбирают сумку и вешают ее на напольную вешалку, я только обратила внимание на внешний вид огневика. Было непривычно видеть его без академической мантии. Сейчас парень был одет лишь в белую рубашку со свободными рукавами, черный жилет и брюки. 

– Там наш кабинет и комната отдыха. - махнул Леукус рукой в сторону прохода между комнатами. 

И вот лучше бы я туда не смотрела. Опершись плечом о косяк, в проеме стоял Ио. Его руки были сложены на груди, взгляд был острым, отталкивающим. Одежда парня полностью соответствовало тому, во что был одет был его друг. 

– Там мой кабинет и комната отдыха для Леу. - произнес некромант, выделяя каждое слово в этой короткой фразе. 

Огневик от него лишь отмахнулся, этим жестом предлагая мне не обращать внимания на столь незначительное препятствие как второй хозяин этой конторы. 

– Не порти хорошее впечатление обо мне. - произнес он глубокомысленно. - Уборная вот здесь. 

Отметив почти неприметную узкую дверь, я кивнула, подтверждая, что все поняла, но время на то, чтобы прийти в себя Леу мне не дал. Раскопав среди бумаг деревянную шкатулку на резных ножках, он открыл ее и высыпал в кучу листов передо мной десятки писем. 

Как шкатулка в себя их вмещала, я даже представить не могла. Одно слово - артефакт. 

Письма были тут же благополучно закопаны огневиком, который вновь что-то искал. Вытащив толстую длинную книгу в синей обложке, он несказанно обрадовался: 

– Книга заявок, а точнее наше рабочее расписание. - произнес он с гордостью и открыл ее, укладывая передо мной. - На заявки мы можем выезжать ежедневно после трех часов дня и до девяти вечера, но лучше компоновать по несколько заявок в день, чтобы у нас оставались свободные дни для срочных заказов. 

– А как понять срочный заказ или нет? - уточнила я, рассматривая редкие записи на эту неделю. 

– О, это очень просто! Если фразы витиеватые и нас просят явиться с уважением, то заявка может подождать. А если текст в основном состоит из фраз “Спасите!”, “Срочно приезжайте!”, “Помогите!”, то наша помощь требуется еще вчера. Не сложно? 

– Да вроде бы нет. - неуверенно пожала я плечами, приподнимая ладони, потому что Леу снова что-то искал в этом бардаке. 

– Да где же она? - спрашивал он вероятно у себя же. 

Мне пришлось подвинуться на стуле, потому как обойдя стол, парень полез в его ящики. Из самого нижнего была выковыряна небольшая книженция в черной кожаной обложке. Это оказалась книга доходов и расходов, заполнять которую так же предстояло мне. 

Прямо сейчас предстояло. Выбрав из многочисленных листков один наугад, Леу показал мне расходы, которые контора понесла на прошлой неделе, сломав чей-то забор. Еще один клочок бумаги, на котором стояло соответствующее число, говорил о полученных за предыдущий день доходах. Сверку мне было необходимо делать ежемесячно, чтобы владельцы конторы понимали, насколько убыточно их дело. 

– Да почему сразу убыточно?! - возмутился огневик на реплику некроманта, о присутствии которого я уже успела забыть. 

Голова кружилась скорее не от объема выданной мне за несколько минут информации, и не от масштабов предстоящей работы, а от того, насколько быстрым, громким и эмоциональным был огневик. Он перемещался вокруг меня словно вихрь, требуя немедленной реакции на каждое свое слово или действие. 

К такому определенно нужно было привыкнуть. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Да потому что письма, что пришли еще в начале недели, до сих пор не разобраны. - ответил некромант, но уходить обратно в свой кабинет даже не подумал, все также наблюдая за мной. 

– Так Павлиция их сегодня разберет. Правда же? - я успела только не очень уверенно кивнуть. - Так, свою зарплату тоже пишешь в расходы. Все понятно? Давай откроем первое письмо. 

Письмо, все-таки найденное мною под завалами, мне пришлось зачитывать вслух по просьбе некроманта. Его сверлящий взгляд абсолютно не способствовал моему четкому произношению слов. Я то и дело запиналась, хотя внутренне волнения не испытывала. 

Мне действительно было ясно, в чем заключалась моя работа. 

– Убогая, у тебя проблемы с чтением? - насмешливо спросил Ио, перекатившись с одной ноги на другую. 

– Бледный, у тебя проблемы со слухом? - тем же тоном отозвалась я, ничуть не скрывая ядовитой улыбки. 

Кусаться, как оказалось, я тоже умела. 

– Да, после того как банка с синей засохшей краской прилетела мне прямо в ухо. Не припоминаешь? 

Ионтин думал меня смутить? Не после того, как он вчера попытался меня поцеловать. У меня теперь был козырь в рукаве, которым я могла жалить его без зазрения совести. 

– Я тогда еще тебе в глаз дала, не припоминаешь? 

– Эй, тихо-тихо. - встал между нами Леу, разрывая то напряжение, что все-таки успело скопиться за эти несколько минут. - Вы смысл письма вообще поняли? 

Удивленно взглянув на огневика, я осознала, что совершенно не помню, что именно только что прочла. Я была занята ни тем, чтобы понять смысл слов, а тем, чтобы не запинаться под внимательным взглядом черных глаз. 

Пришлось перечитывать послание еще раз. 

– Стоп! - пораженно воскликнул Леукус. - Так фингал это дел рук Павлиции? 

Не отрываясь от чтения письма, я ему ответила улыбкой. 

До безобразия довольной улыбкой. 

Письма с заявками я разбирала все три выделенные мне на работу часа. Заявки были самыми разнообразными, но все они сводились к тому, что людей беспокоили умертвия. То сторож деревенского кладбища жаловался на нежить, что поселилась в одном из старых склепов. То хозяйка питейного заведения клялась, будто видела в подвале существо с характерными провалами вместо глаз. 

Но самой интригующей мне показалась та самая первая заявка, которую я зачитывала вслух. Деревенские, чьи земли находились на северной окраине королевства, жаловались на то, что мертвец или мертвецы воровали у них куриц. Никого не ели, ни на кого не нападали, но курицы пропадали с завидной регулярностью. 

Леу предположил, что во всем виновата чья-то кошка или лиса. Лично я думала на недобросовестных соседей, потому как птичьих останков после никто не находил, а прятать кости и перья мог только тот, у кого были мозги. 

Ионтин же предпочел не делать преждевременных выводов и принял решение ехать в деревню прямо завтра, ссылаясь на то, что проверка много времени не займет, а если умертвие не обнаружится, то это будет быстрый и легкий заработок для конторы, ибо платили заказчики даже за сам факт вызова. 

– Ты могла бы поехать с нами. - неожиданно предложил огневик, чем несказанно разозлил своего друга. 

Ио был против. Ио был зол. Ио был не согласен, чтобы я отправилась с ними, но за шанс поучаствовать в поимке умертвий я ухватилась моментально. Не потому, что горела желанием слоняться по незнакомой мне деревне. А потому что дополнительные часы моей работы оплачивались отдельно, о чем я с радостью парням напомнила. 

Злости в некроманте значительно прибавилось. Его губы сжались в тонкую линию. 

– Убогая нас разорит. - обозначил он будущее их конторы и наконец-то скрылся в своем кабинете. 

– Да ладно тебе. Она же много не попросит. - поспешил за ним Леу, оставляя меня без присмотра. Следующее слово он произнес без особой уверенности: - Наверное. Нам бы это, контракт подписать. 

Выдать мне контракт для подписи Ионтин обещал в конце рабочего дня. Обещал не мне, а огневику, пока я разбиралась с письмами и вносила заявки в расписание, комбинируя их так, чтобы от одного до другого места парни могли добраться быстро, не тратя большую часть времени на разъезды. 

Срочных заявок не было и это даже порадовало, потому что иначе мне снова пришлось бы пересматривать все расписание. 

Меня удручали хаотично разбросанные по столу бумаги. Все их мне нужно было пересмотреть, чтобы сверить, сделаны ли записи по ним, а дальше разложить по соответствующим папкам. 

Этим собиралась заняться уже завтра, потому как в конторе я и без того просидела на полчаса дольше, если верить круглым настенным часам, и на эти же полчаса уже опаздывала на встречу к друзьям. 

Словно почуяв мой скорый уход, закрывая за собой дверь, из кабинета вышли парни. Они были облачены в черные плащи, которые абсолютно точно подходили вечерней прохладе, окутывающей город. С каждым днем температура все больше снижалась, распахивая объятия осени, что лично меня радовать никак не могло. 

Я была не против дождя, не против луж, что занимали собой дороги, и совсем не против падающих листьев. Я была против холода, на который мой тонкий плащ рассчитан не был. Впрочем, на данный момент с собой у меня не имелось даже плаща. Из академии я сбежала в черной ученической мантии и в ней же мне предстояло вернуться. 

– Лиция, ты с нами? - окликнул меня огневик, стоило мне подняться и потянуться за собственной сумкой. 

– Если на выход из конторы, то да. - ответила я, перекидывая ремень сумки через плечо. 

– А на вечеринку? 

– Меня уже пригласили. 

Тишина длилась меньше секунды. Голос Леу тут же разрезал помещение возмущением: 

– Кто пригласил? 

– А это имеет значение? 

Леукус кивнул, подтверждая, что для него это очень важно. Непонятно с чего, но важно. 

– Рикола - соседка по комнате, некромантка. - все же ответила я. 

– Нет, не помню такую. - задумчиво пожевав губу, огневик хотел открыть передо мной дверь, но не успел. Ио его опередил, позволяя мне первой выйти и спуститься по каменным ступенькам. - Но мы можем поехать вместе, раз уж нам в одно заведение. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На долгие раздумья я время не тратила. Отказываться было попросту глупо, потому что в этом случае мне нужно было бы сначала идти до ворот академии, а потом топать в неизвестную даль. И это еще не факт, что на воротах меня до сих пор ждали. Вероятнее всего мои друзья уже ушли, решив, что идти с ними на сомнительное мероприятие я не захотела. 

– Я поймаю экипаж. - произнес Ио и ступил с тротуара прямо на дорогу под свет магического фонаря. 

Меня слова парня не удивили, а вот его другу, похоже, что-то не понравилось. 

– А тебе разве не надо заехать за невестой? - произнес Леукус, украдкой бросив нечитаемый взгляд на меня. 

– Мы договорились встретиться на месте. 

Темный холодный вечер уже прочно занял свои позиции. Свет на первых этажах зданий в большинстве домов был выключен, поэтому почти безлюдную улицу с узкими тротуарами освещали только фонари - и уличные, и ручные. Последние при себе держали кучера, управляющие экипажами. 

Карету удалось поймать быстро, но я все равно успела продрогнуть под пронизывающим ветром. И не успела толком согреться внутри экипажа теплом, что исходил от нагретого в печи камня, потому что поездка закончилась быстро. 

Что не могло не радовать. 

Сидя на обитой тканью лавке напротив парней в темноте, я в полной мере ощущала на себе сверлящий взгляд Ио, будто это я его вчера пыталась поцеловать, чем он был несказанно возмущен, а не наоборот. Если бы ни Леу, на эту поездку в экипаже я бы никогда не согласилась. 

Потому что дурой не была. 

Находится с Ионтином наедине мне было категорически противопоказано, а если все же когда-нибудь придется, то мой рот должен быть закрыт. 

Совсем. 

Вообще. 

Леукус не замолкал. Когда карета остановилась, он как раз рассказывал мне о том, как сегодня на занятии спалил свою домашнюю работу. Совершенно случайно и без возможности к восстановлению, о чем демонстративно сокрушался больше всего, когда преподаватель из сочувствия выставлял ему баллы. 

– Домашнюю работу я, естественно, не делал. - добавил он, помогая мне выбраться из экипажа. 

Увидев таверну, в которой было настолько шумно, что звуки веселья оказались слышны даже на улице, я несколько подрасстроилась. 

Увы, но это заведение я знала хорошо. У “Хромой Кобылы” сложилась плохая репутация за счет взбалмошных и редко трезвых посетителей. Драки здесь происходили если не ежечасно, то ежедневно уж точно, а потому жандармы любили проводить тут рабочее время, если смена выпадала на вечер или ночь. 

Оформляли, так сказать протоколы, прямо за кружечкой чего-нибудь горячительного. 

В душное шумное помещение меня учтиво пропустили первой, но остановилась я прямо на пороге, удивляясь тому, как много студентов пришло на секретную вечеринку для избранных. 

– Я поищу своих. - крикнула я Леу, но парень меня не услышал. 

Зато услышал некромант, кивнув в знак того, что понял каждое мое слово. Этот его жест почему-то всколыхнул во мне возмущение, будто мне только что с очень важным видом дали разрешение на поиск своих друзей. 

Однако, долго искать мне никого не пришлось. Увидев Риколу, которая сидела на коленях у одного парня, а целовала при этом его рыжего соседа, а точнее это он ее целовал, сжимая пальцами шею девушки, я потеряла дар речи и способность связно мыслить. 

Чего я только не видела за годы работы в почти такой же таверне. В поисках быстрого заработка к нам часто забегали девушки облегченного поведения, которые вели себя так же или даже хуже, но представить некроманту в их роли у меня никак не получалось. 

Посмотрев по сторонам, я заметила Бет и Энаро. Огневик медленно потягивал что-то из кружки, пока землевичка с неодобрением и смятением наблюдала за нашей соседкой и старшекурсниками. Встав рядом с ними, я тихо спросила: 

– Что происходит? 

– Рикола перебрала. - поведала Бет скривившись. 

– И? 

– И позволила им вести себя так, как они того хотят. 

Услышав эти слова - фактически подтверждение моим мыслям, я вдруг в полной мере осознала то несоответствие, что царапало меня изнутри. Оторвавшись от губ рыжего, Рикола и вздохнуть не успела, как к ней потянулся второй парень, но теперь я хорошо заметила ее бесполезное и отчаянное сопротивление. 

Парни громко смеялись над некроманткой, крепко удерживая не только ее саму, но и ее руки. 

– Да ладно тебе. Все знают, какая ты. - смеялся рыжий, ничуть не пытаясь быть тихим, помогая своему другу усадить некромантку обратно. 

– Лиция, ты куда? 

Остановить меня попробовала Бет, но не Энаро. К большому столу, что находился в центре таверны, мы подошли вместе с ним, вероятно, с одним и тем же желанием - накостылять двум неудачникам, выбравшим себе не ту жертву. 

Рванув чужой стул в сторону, я рывком дернула Риколу на себя и тут же толкнула ее в объятия огневика, который девушку поймал лишь чудом по причине закатывания рукавов своей рубашки. 

За прошедшие сутки это был уже второй раз, когда я портила кому-то лицо посредством кулака и абсолютно ни о чем не жалела. 

– Вы двое. Не смейте приближаться к моей подруге, иначе... - произнесла я с нажимом, готовая при необходимости поучаствовать в драке, но речь мою оборвали еще до того, как разозленные, лишенные развлечения старшекурсники повскакивали со своих мест. 

– Будете иметь дело со мной. 

Оборачивалась я медленно, совсем не веря своим ушам. Да что там ушам? Обернувшись, я и глазам своим не могла поверить, потому что ровно у меня за спиной, так близко, что мне пришлось задрать подбородок, чтобы взглянуть на него, стоял Ионтин. 

И взгляд его был направлен не на меня, а на тех, кто так и не решился подняться. 

Вскинутые вверх ладони от рыжего означали капитуляцию, чему лично я была рада. Потому что некрасивой драке я сейчас предпочитала разговор с Риколой. Я прекрасно видела, что именно в это мгновение Ар уводил некромантку в сторону туалета. 

Обойдя застывшего Ионтина, я поспешила туда же и первым делом выгнала огневика стоять на охране, чтобы нам никто не мешал. 

– Чего вы со мной возитесь? - с трудом произнесла некромантка сквозь слезы, пока я ее держала у раковины, а Бет умывала. - Да я вас пригласила туда только потому, что мне с кем больше было пойти. Меня сюда не приглашали, понятно? А я хотела, должна была... 

Резко развернув к себе девушку, я отвесила ей пощечину, чтобы остановить истерику. 

Как ни странно, помогло. Замолкла она тут же. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Успокоилась? - спросила я твердо. 

Рикола потеряно кивнула и больше не кричала, но слезы все равно катились по ее щекам. Следующие слова она произнесла совсем тихо: 

– Мой отец разорен. Мне срочно нужно выйти замуж за кого-то состоятельного. За любого... кто согласится. Отец убьет меня, если я не найду себе жениха в ближайшее время. 

– Обязательно убьет, - мои слова звучали жестоко, но правда редко бывает доброй: - Потому что так ты себе точно жениха не найдешь. Ты строишь из себя ту, кем не являешься. Прекрати смотреть на этих избалованных идиотов с обожанием, прекрати пытаться стать такими как они. Покажи себя настоящую и тогда на тебя действительно посмотрят. Не эти, а достойные парни. 

Кивнув, тем самым соглашаясь с моими словами, Бет торопливо добавила: 

– Нам лучше вернуться обратно в академию. 

– Что уже? Я даже не съел ничего! - возмутился Энаро, заглянувший к нам. 

Кажется, он слышал весь наш диалог, но на Риколу с презрением смотреть даже не думал. Наоборот, сделал вид, будто все, что она сказала, пропустил мимо ушей. Впрочем, как и мои слова. 

– Возьми что-нибудь с собой и пошли. - ответила я, все еще не отпуская девушку, опасаясь, что самостоятельно на ногах она держаться не в состоянии. - И нам что-нибудь захвати. 

Ужина-то у меня сегодня не было. 

Удерживать невозмутимость на лице было трудно, но я справилась. Словно так и должно быть, мы прошли через всю таверну, придерживая Риколу с двух сторон. Энаро двигался впереди нас, частично загораживая собой некромантку, вид которой сейчас был откровенно жалким. 

А на нас смотрели. С презрением, к которому мне было не привыкать. Со злыми усмешками, что так сильно искажали холеные лица аристократов, являя их настоящую суть. С нервным смехом от тех, кто прекрасно понимал, что происходящее неправильно, но никогда в этом никому не признался бы. 

Потому что у них был статус – то единственное, что отличало их от других. Статус, которым они дорожили больше жизни. Мне же по сравнению с ними терять было нечего. Я всех их жалела, но они этого никогда не поймут. 

Заметив сладкую парочку – отчего-то плачущая Дионика открыто вешалась на своего жениха, касаясь пальцами его поврежденного лица, я удостоила их лишь коротким взглядом. Видела, что Ио смотрел на меня, как и добрая половина таверны, а потому не удержалась от язвительной усмешки, словно и не обращенной к нему. 

Но мы оба знали кому она была предназначена. 

Леукус перехватил меня уже у самых дверей. Вернувшийся от стойки Энаро передал мне два бумажных пакета с нашим ужином, а сам забрал у меня Риколу, чей плащ несла Бет, придерживающая девушку с другой стороны. 

- Ты уже уходишь? – спросил он, заметно расстроившись. 

Я же позволила себе теплую улыбку, потому что Леу мне нравился. Как друг. Пожалуй, единственный во всем этом серпентарии. 

- Да, нам стоит отвести Риколу в академию. 

- Но ты же вернешься? – и столько надежды было в его васильковых глазах. 

Мне даже стало неудобно оттого, что придется парня разочаровать. 

- Думаю нет. – постаралась я ответить мягко. - День вышел суматошным. Встретимся завтра в конторе. 

Поддавшись сиюминутному порыву, я крепко обняла огневика и вышла из таверны. За то время, пока я там находилась, воздух заметно похолодел. Мурашки пробежали по коже, но мысль вернуться обратно в теплое, пропахшее травами помещение так и осталась только мыслью. 

На улице было темно. Дорога и дома освещались лишь редкими ручными фонарями, что всегда держали при себе возничие. 

Дверь за моей спиной открылась и мне пришлось посторониться, выпуская наружу вездесущего некроманта. 

- Быстрее будет на карете. – произнес он, глядя исключительно на жавшихся друг к другу моих друзей. Они как раз помогали Риколе надеть темный плащ. 

- Мы сами разберемся. – огрызнулась я, не имея никакого желания сейчас терпеть его присутствие. 

- Ты по-нормальному можешь? 

Откровенно опешившая как от вопроса, так и от наглости некроманта, я ненадолго оторопела, что и стало моей ошибкой. До того как я успела выйти на дорогу, не имея при этом ни монеты в карманах, Ионтин сделал это за меня. Отошел от таверны под свет мигающего фонаря и громко свистнул, что было сил. 

Наемный экипаж тут же вылетел из-за поворота и через несколько мгновений остановился рядом с нами. 

- Садитесь. – приказал Ио моим друзьям. 

Я успела только передать Энаро бумажные пакеты, как меня неожиданно взяли за руку. И не просто взяли, а еще подтащили к кучеру под удивленным взглядом огневика, что высунулся из экипажа. 

- Чтобы извозчик потом не сказал, что ему не платили. – пояснил Ио возмущенной мне свои крайне возмутительные же действия и передал молодому мужчине монеты. 

- Я сама могу заплатить. – взбунтовалась я, хоть по-прежнему не имела ни единой монетки не то что при себе, а вообще. 

- Академия Проклятых, трогай. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Стоило некроманту ударить по стенке кареты, как лошади тут же сорвались с места. По-прежнему распахнутую дверцу он закрыл уже на ходу, чуть не ударив отпрянувшего огневика ею же по лбу. 

Сказать, что я оторопела, это ничего не сказать. Я даже ладонь свою из его теплых пальцев не попыталась вырвать, провожая уносящийся экипаж растерянным взглядом. 

- А я? – это все, на что меня хватило. 

- А ты, кажется, приехала с нами на праздник. Вот и пошли праздновать. 

С этими словами он потянул меня обратно ко входу в таверну, но от первого шока я уже отошла. Вырвав пальцы из чужого крепкого захвата, я сделала два шага назад, выходя за черту, которую мигающий фонарь уже не освещал. 

- Ты еще фингал захотел? Слишком быстро отек спал? – пригрозила я, не на секунду не выпуская второкурсника из поля зрения. 

- Ага, увлечение у меня такое. – криво усмехнулся он, прожигая меня взглядом. - Люблю, когда девушки делают мне больно. 

- С этим не ко мне. С этим к мозгоправу. 

Сделав еще шаг назад, я стремительно развернулась и зашагала по дороге, стараясь не сжиматься от обрушившегося на меня холода. Держала спину прямо, плечи – расслабленными, всем своим видом показывая, что некроманта не боюсь. 

Я его и не боялась. Отчего-то перестала даже опасаться, чего никак не могла сказать об отце его невесты. Но Фалдруды мне за содеянное еще обязательно заплатят. 

- Красивой девушке нельзя ходить одной по темным улицам. – догнал меня голос некроманта. 

Кто-то вывалился из таверны, на мгновение оглашая округу шумом, но я не оглядывалась. 

- В этом городе меня знает каждая собака. Это тебе следует переживать. – ответила я громко, просто не имея сил расстаться с довольной улыбкой. 

- Я мужчина, мне в этом плане проще. 

Даже не оборачиваясь, я могла сказать, что Ионтин стал ко мне гораздо ближе. Его негромкие шаги было слышно в том подобии тишины, что образовалось на улице, так же как и мои. 

Я ускорилась. Он ускорился тоже. 

- Я сейчас жандармов позову. – пригрозила я, усмехаясь. 

- Зови. – предложил он спокойно. – А я скажу, что ты меня обокрала. 

После такого заявления не остановиться я просто не могла. А остановившись, стремительно обернулась, чтобы обнаружить самодовольно улыбающегося парня всего в шаге от себя. 

- И что же я украла? – спросила я с вызовом. 

- Мое сердце. 

Мой громкий смех разнесся по темной улице, ничуть не изменив выражение чужого лица. В этот момент я целиком и полностью осознала очевидное. Нет, понимание сложившейся ситуации пришло раньше, но именно осознала я его только сейчас. 

Я выиграла эту битву, ничего для этого толком не сделав. Я отомстила Ионтину так, как не смог бы никто и никогда. 

*** 

Две недели спустя 

- Грегальда, ты опять читаешь желтую прессу? Это не допустимо для Сестры из Дома Покинутых! 

Услышав строгий голос Старшей Сестры, та, в ком текла кровь сирены, быстро выпрямилась и спрятала газету у себя за спиной. В такие моменты она ощущала себя юной девицей, что прячет под подушкой запретные любовные романы от матери. 

Но то время давно прошло. Мимо пролетели века, что впрочем, ничуть не сказалось на облике по-прежнему молодой женщины. 

В кастрюле закипел суп и Грегальде пришлось бросить газету, чтобы снять горячую крышку. Кухню тут же наполнил мясной аромат. Сколько еще дней они смогут позволить себе кормить детей мясом, прежде чем перейдут только на овощи и крупы? Это был один из тех вопросов, на который Старшая Сестра отлично знала ответ. 

И этот ответ являлся причиной ее теперь казалось навечно испортившегося настроения. Прямая как палка, она источала злость, совсем не надежно пряча за этой маской свои переживания. 

Повернувшись, сирена отметила, что Офелию тоже заинтересовала первая страница газеты. Большими буквами в статье рассказывалось о страшном преступлении, что произошло прошлой ночью под крышей дома влиятельного галеция. 

Увы, но к желтой прессе и слухам эта газета не имела никакого отношения. 

- Вы знали его, Офелия? – тихо спросила Грегальда, помешивая суп. 

- Превосходно. – тон Старшей Сестры был резким и стал еще тяжелее: - Галеций Фалдруд полностью заслужил свою смерть. 

Кухню глеция Бендант покинула так же стремительно, как и появилась в ней, оставив Сестру один на один с газетой. Не устояв перед искушением, женщина вновь пробежала глазами по статье, которую так и не успела дочитать. 

Причиной смерти уважаемого галеция как утверждали эксперты стал огонь. 

Магический огонь, в котором его сожгли.

____________________________________

Конец первой книги.