Глава 20
Поворачиваю замок и дверь с тихим скрипом открывается. На пороге стоит Марк с огромным букетом цветов в руках. Я вздыхаю, немного устало, немного раздражённо. Мысль о его сегодняшней выходке тянет тяжёлым осадком, и прежде чем он успевает открыть рот, я просто захлопываю перед ним дверь. Ну или почти захлопываю, потому как его рука ловко останавливает её, не давая мне закончить задуманный жест.
— Элайна, подожди, — тихо, но настойчиво говорит он, удерживая дверь. В глазах его мелькает отчаяние, и я останавливаюсь, просто глядя на него. В следующее мгновение он начинает извиняться, срываясь на шепот: — Прости за сегодняшнее. За всё, что наговорил... Я был на эмоциях. Мне было трудно смириться с мыслью, что ты... ты была с Блейком.
Он будто спотыкается о каждое слово, и я чувствую, как что-то внутри смягчается. Всё-таки он мне не чужой человек. Медленно киваю, позволяя ему пройти внутрь дома.
Марк начинает двигаться, но я перехватываю его взгляд и сдержанно замечаю:
— А вот это, — киваю на букет, — явно лишнее. — Слова меня саму колют, как иголки, напоминая мне его недавние упрёки.
На секунду на лице Марка появляется нечто похожее на досаду, но он не отвечает, только слегка кивает и заходит внутрь, и я веду его в гостиную, не дав шанса сказать что-либо ещё. Он идёт следом, с теми же цветами в руках, и уже почти у дивана, будто оправдываясь, произносит:
— Это просто... просто букет. Ничего больше. Мне хотелось сделать тебе приятно.
Тяжесть от его слов немного отступает, и я, вздохнув, принимаю цветы.
— Хорошо, — отвечаю уже мягче. — Сейчас найду для них вазу.
Направляюсь на кухню, а Марк следует за мной. Чувствую его присутствие за спиной, когда начинаю аккуратно погружать стебли в вазу, осторожно добавляя последние цветы, которые уже с трудом помещаются. Замечаю, как он стоит на пороге кухни, скрестив руки на груди, и наблюдает за мной. Взглянув на него, прищуриваюсь.
— Что? — произношу, чуть прищурившись. — Только не говори мне, что ты чего-то ждешь в ответ за эти цветы.
Марк усмехается, покачав головой.
— Я просто смотрю, — говорит он тихо, и в его голосе звучит что-то почти завораживающее. — Ты красивая.
Я слегка улыбаюсь, не ощущая смущения, скорее просто тепло от его слов. Подхожу к плите, где уже вскипел чайник, достаю чай и раскладываю по заранее подготовленным кружкам. Этот ритуал уже давно стал привычкой, как что-то домашнее и почти обыденное. Мы с Марком так часто делаем друг другу чай или кофе, что я уже почти не спрашиваю его о предпочтениях, как будто мы и правда старая супружеская пара. Но сама эта мысль, пришедшая внезапно, вызывает в душе странное, едва уловимое беспокойство.
Пытаюсь отогнать её, но вдруг ощущаю прикосновение. Тёплое дыхание, и мягкий поцелуй касается моей шеи. Я вздрагиваю, ощутив, как его руки осторожно ложатся на талию. Дорожка поцелуев медленно опускается вниз, и с моих губ срывается короткий вздох. Пара секунд, когда я просто стою неподвижно, позволяя этому моменту существовать. Затем шепчу, чуть хрипло:
— Марк.
Его губы останавливаются, и он поднимает взгляд, оставляя мои плечи. Я разворачиваюсь, оказываясь прижатой к столешнице, и вижу, что его глаза всё так же спокойны, несмотря на лёгкую, едва заметную тень в них. Глотаю, пытаясь понять, что именно чувствую в этот момент. Мама уже спит в своей комнате, потому как время уже достаточно поздное, но я вдруг понимаю, что не это меня волнует. Воспоминания о каждом таком поцелуе за все наши встречи вспыхивают в памяти. Эти странные моменты на грани, когда Марк пытался осторожно нащупать путь ко мне, не торопясь, но настойчиво. Каждый раз я не знала, в какой момент он снова попытается меня поцеловать, и каждый раз между нами оставалась эта странная недодружба, недоотношения.
Марк нежно касается моей щеки, и я невольно прижимаюсь к его ладони. Его голос звучит шёпотом, почти срывается:
— Не думай, что это из-за него.
Я закрываю глаза и, кивнув, шепчу:
— Я так не думаю.
В его взгляде мелькает что-то упрямое, как будто он ищет подтверждение моим словам. Он говорит, мягко, чуть выше шёпота, пытаясь донести до меня каждое слово:
— Этот поцелуй… он не имеет никакого отношения к Блейку. Пойми. — Он делает паузу, а затем, как будто решившись, добавляет: — Но я не отдам тебя ему.
Его слова словно захватывают меня, завораживают, и я, забывшись, просто киваю, не произнося ни слова. Он смотрит на меня, и я вижу, как в глазах его будто происходит внутренняя борьба — поцеловать меня или нет. И, после секундного колебания, Марк наклоняется и мягко целует меня в лоб. На секунду мне кажется, что он сейчас всё-таки передумает, но он отстраняется и, сдавленно улыбнувшись, уходит. Я остаюсь стоять на месте, слыша, как захлопывается входная дверь.
Душу разрывают смутные терзания. Когда Марк был рядом, я, кажется, была готова ответить на его поцелуй, пойти на шаг вперёд, и будто бы даже не против чего-то большего. Но стоило ему уйти, как вся магия растворяется и мысли возвращаются к Блейку. Сама мысль о поцелуях с Марком вдруг становится невыносимой. Как будто, когда он рядом, его присутствие на меня действует, как какие-то чары. Но стоит ему уйти, как всё это мгновенно рассеивается, оставляя только растерянность...
А чай так и остался нетронутым.