Глава 6

Я прижимаюсь спиной к машине, бросив взгляд на часы. Сколько времени прошло? Пять минут? Десять? Двадцать? Прохожие мелькают мимо — кто-то тянет за руку ребенка, кто-то разговаривает с коллегами, заходя в здание. Я жду ее. Элайна должна вот-вот прийти. Глаза автоматически ищут ее среди людей.

А вот и она. Наклонившись к окну такси, говорит что-то водителю, затем закрывает дверь и выпрямляется. Пальто расстегнуто, ветер едва треплет ее волосы. Она такая грациозная, на каблуках, как и всегда, но что-то изменилось. Я не могу избавиться от этого ощущения.

Мои глаза прожигают ее фигуру. Таксист задерживает взор на ее ногах, и я готов убить его прямо здесь. Ревность скручивает меня изнутри, а кулаки сжимаются так, что пальцы белеют. Где ее... Мужчина? Почему он не подвозит ее сам? Черт побери, да за ней каждый чертов мужчина оглядывается, и он отпускает ее одну? Даже смешно. Сужу его, хотя сам ничего из этого для нее не делал.

Я отталкиваюсь от машины, ее взгляд на мгновение цепляет мое лицо, и она вздрагивает. Замешательство на ее лице длится всего секунду, но я успеваю заметить. Затем холод. Снова эта ледяная маска, и она идет мимо, будто меня здесь вообще нет. Но я не дам ей так легко уйти.

- Элайна, - говорю, хватая ее за локоть.

Она останавливается, но не смотрит на меня сразу. Лишь через мгновение ее взгляд встречается с моим. И там сталь. Чистая холодная сталь.

– Чего ты хочешь, Блейк? — ее голос колючий, он режет меня на части.

— Поговорить, — отвечаю я.

– Мы с тобой уже поговорили вчера, если ты не забыл, – ее ответ резкий, как лезвие, но я сдерживаюсь.

- Не забыл, - говорю я, скрипя зубами. – Но я тут подумал… Поверь, это очень интересное занятие, особенно когда у тебя бессонница. Я всю ночь размышлял и не мог понять, как так получается, – тут я умолкаю, сжимаю ее руку покрепче, немного прищурившись. – Есть одна деталь, которая ну никак не дает мне покоя.

Ее лицо едва заметно дергается, и она вырывает свою руку. В ее глазах вспыхивает испуг, хоть и на миг.

– О чем ты? – Она не понимает, что происходит. Но я вижу ее эмоции, она теряется.

— Вчера возле торгового центра, — я шагаю вперед. – Я тебя видел. Ты собиралась купить детскую одежду. Зачем, Элайна?

Она умолкает. На ее лице вспыхивает неуверенность. Она что-то начинает говорить, но я не даю ей шанса.

– Твой живот. Я готов поклясться, что он был округлым.

– Тебе показалось, – отвечает она, но ее голос дрожит. Она нервничает. Глаза бегают, как у пойманного зверька.

— Или ты сразу же после этого побежала на аборт, что маловероятно или… — я прищуриваюсь, наблюдая за ее реакцией. — Или ты что-то недоговариваешь.

Ее тело напрягается. Пальцы немного дрожат. Я попал в цель. Она резко дергается, словно собираясь уйти, но я хватаю ее за руку.

– Элайна, – я смотрю ей в глаза, пытаясь добраться до ее души. – Ты сказала, что уезжаешь из города. Что заставило тебя вернуться?

Она немного вздрагивает, и я чувствую, как ее начинает трясти. Я сжимаю ее руку немного посильнее.

– Ты устроилась на работу, – говорю дальше я. – К тому же на постоянную. Это значит, что ты не уедешь. Ты остаешься здесь, Элайна. Но почему? Что происходит?

Элайна вырывает руку из моей хватки. Ее лицо на мгновение ожесточилось, и на губах появляется кривая, почти пренебрежительная улыбка.

– А ты зря времени не терял, – шипит она. — Все выяснил обо мне, да?

Я сжимаю губы.

– Извини. Не удержался.

– Так вот, Блейк, – ее голос ужесточается, она делает шаг ближе. – Между нами ничего больше нет. Ничего. Я сделала аборт. Ты свободен, Блейк. Свободен.

Я молчу, слушая ее, как с каждым словом она звучит все с большей твердостью, но отчаянной. Сердце сжимается, как от удара ножом. Слушать это – пытки. Но что-то не так. Я вижу подвох. Почему она выглядит так, будто лжет?

– Да, я это уже слышал, – холодно говорю я. – Неужели я стал настолько противным тебе, что ты побежала делать аборт сразу после того, как увидела меня?

Элайна нервно поправляет лацканы пальто, снова и снова, словно пытаясь скрыть живот. Я не отрываю взгляда от ее рук, замечая каждое ее движение.

– По-моему, ты нервничаешь.

– Тебе кажется, – ее голос неуверенный, она что-то беспорядочно бормочет о работе, об опоздании. Резко прикрывается пальтом, делает разворот, собираясь уйти, и я не выдерживаю. Прежде чем она успевает повернуться ко мне спиной, я резко разворачиваю лацканы ее пальто. Сам не понимаю как так произошло, не успеваю понять.

Ее испуганное оханье и мой взгляд, полон шока. Черт побери, ее живот. Он округлый. Под облегающим платьем явно видны формы, которые невозможно скрыть.

Я медленно отпускаю лацканы, смотрю на нее, но она резко разворачивается и убегает к зданию, но не раньше, чем в ее глазах заблестели слезы.

Я стою, не в силах поверить.