Глава 60

Парни тут же распределились. Как удачно, что оружие прихватили. Я достал все припасы, которые хранились под барной, отодрав пол. Кинулись в бой, ещё не зная кто облаву сделал. Хотя, что гадать? Однозначно Терехов, которого ждал последние несколько месяцев.

Рад, что Лена ушла к подруге, спасая, тем самым, свою жизнь. Не простил бы себе, если из-за меня пострадает.

— Шеф, три машины, людей около двадцати, но думаю только первая партия! Тереховские, по-любому! Я этих из тысячи узнаю! — сказал Кила, выглянув окно, в которое через секунду прилетели пули в сантиметре от его башки.

— Мрази!

— Разнесём их!

Люди влетели в бар, обстреливая всё на своём пути. Парни зарядили оружие, начав палить. Азат и Мага стояли на передовой, удачно засев за перевёрнутым столом. Интеллигенты явно поднатаскались. Не струсили, как раньше, а чётко знали, что надо делать. Мага даже не промахнулся, выстрелив в ногу одному из парней. Череп прикрывал их, палив по головам тех, кто только показывал нос из проёма.

Положив прибывших, не успели передохнуть, как нагрянула новая партия. С подарками. В ход пошли взрывные устройства, снеся южную стену, из которой, как зомби, начали просачиваться их подмога. Мы удивлялись от сил, которые были брошены на нас. Терехов не то, что решил нам нос утереть, а уничтожить. Ожидали облавы, но не такой.

Силы были неравны, так как не все мои псы были на месте. Сегодня многих отправил на помощь Али ещё до того, как Гимнастка выложила всю инфу. Он звонил рано утром, просив помощи. Кто-то, якобы, взорвал его самый большой склад оружия вместе со многими парнями. Али был на грани истерики, рассказывая, что там были поставки для влиятельных людей, которых нельзя кидать. Я был занят разборками с Ритой, что не обдумал и не обратил внимания на мелочи, отправив ему своих псов в помощь. Теперь, складывая воедино, понял, что меня поимели. Он решил убрать меня с дороги. Сыграно всё, как по нотам…

Теперь, когда на нас напали именно сейчас, не сомневался, что Али всё подстроил! Стравливал меня с Тереховым. Похоже, что работал на два фронта. Если выберемся — по кускам разрежу! Вытяну из него чистосердечное по поводу Сабины! До сих пор не могу поверить, что был так слеп, пригрев змею…

Пристроившись у окна, целился в бензобак тачек, рядом с которой группировались ещё десяток бойцов. Меня прикрывали Гром и Череп, отстреливавшиеся от настигающих крыс. Одна пуля достигла цели и я, психанув, развернулся, начав палить и помогая разгрести завал. Похоже, главная их цель именно я, так как все вновь прибывшие выбирали меня, как главную мишень.

Затем снова вернулся к окну, торопясь, пока есть шанс, махом положить многих. Выстрел и они прилегли отдохнуть от взрыва. Но это была меленькая победа. Видел, что вдалеке прибывают ещё и ещё тачки, явно забавляясь и тратя наши силы на мелочёвку.

Удивился, когда вдалеке подъехал автобус и остановился не в поле стрельбы. Оттуда вывалилась туча вооружённых до зубов.

— Все на перезарядку! Придётся попотеть! — скомандовал своим.

Через пятнадцать минут силы стали ещё более неравны. Много раненных, но не сдающихся псов, боролись до последнего. Тоже славил пару пуль, но старался не терять самообладания. Если в голову прилетит тогда и отдохну. Когда Гром доложил, что на горизонте еще три таких же автобуса, все приуныли. Нас хотят расстрелять, как собак, загнав в угол.

Запах горечи и крови въелся в ноздри. Достал сигарету, убрав руку от раны. Кровавыми пальцами подкурился, сильно затягиваясь.

— Эй, Азат! Вруби музыку! Подыхать, так с музыкой!

Парни заржали, понимая, чем дело пахнет. Оглядел всех, отмечая, что их неплохо потрепали. Все словили пули. Кто по касательной, кто в самое мясо. Радовало то, что никто не сбежал, пытаясь спастись. Мои верные псы. До смерти.

Звук подлетающего вертолёта привлёк внимание. Подумал, что нам крышка точно. Откуда у Терехова вертолёт?!

Еще больше удивился, когда из него полетели пули, намертво уничтожая всех тех, кто вылезал из автобусов. Заметил другие подъезжавшие тачки, из которых быстро выпрыгивали люди, подчищая то, что пропустил вертолёт. Кто пришёл нам на помощь? Выбравшись на улицу, убрали оставшихся, всматриваясь в союзников.

Вдруг, из толпы вышел улыбающийся Барс.

— Брат! — подошёл, обняв его.

— Тебя прорешетили! — сказал, оглядывая меня, — А я вот только рубашку новую одел, а ты мне её кровью заляпал! — добавил Барс, хохотнув.

— Бывало и хуже, — отмахнулся от него, но чувствовал, как с каждой секундой наваливается усталость.

— Ещё один спаситель вертолёт паркует, — сказал он, показав вверх.

— Саяр?! Но как вы узнали?!

— Дама твоя набрала Саяру и клич дала! Быстро скооперировались и примчались! Ты чего геройствуешь и сам не набрал?!

— Не думал, что будет такое, — понял, что говорить становилось тяжелее с каждым словом.

— Давай-ка присядь, — Барс помог сесть на бордюр.

Достав телефон начал кому-то звонить. Слова доносились, как через подушку.

— Давид! — услышал такой знакомый и ставший любимым голос.

Обернулся, увидев Лену. Перепуганная и зарёванная бежала ко мне.

— А вот и героиня дня! — озвучил Барс, разглядывая пятна крови на своей белой рубашке.

Лена подбежала ко мне, оглядывая. Осмотрев раны, охнула.

— Всё будет хорошо, Давид! Всё будет хорошо!

Погладил её по лицу, радуясь тому, что Лена пришла. Её нежность и забота действовала обезболивающе, давая силы не вырубиться. Моя девочка.

— Лена, я… — начал хрипло и тихо.

— Не трать силы, Давид, — перебила меня, положив руку на мои губы.

Видел, что и подруга её примчалась, помогая моим раненным псам. Из моего пуза хлестала кровь, ни в какую не хотевшая останавливаться. Лена пыталась помочь, достав из сумки, похожей на аптечку, марлевую повязку. Плотно приложив к животу, молча взяла мою руку, крепко прижав.

— Держи крепко.

Кивнул в ответ, тяжело дыша. Затем сделала мне какой-то укол.

— Сейчас будет не так больно… — гладила меня по щеке. (3303c)

— Гора, потерпи, врачи уже едут! — сказал Барс. Он стал каким-то нервным, смотрев на меня, — чего ему вкатила? Он не должен помереть…

— Обезболивающее и противошоковое… Он сильный… он… — голос Лены сорвался, — он не умрёт… не оставит нас с малышом одних… — добавила шёпотом она.

Я хотел что-то ответить, но понял, что это тяжело. Оказывается, нужно слишком много сил для того, чтобы озвучить свои мысли.