Глава 23

Глава 23

Айрис Гвендолин

Ирган не заставил себя долго ждать и вскоре мы уже выдвинулись в сторону местного погоста. Солнышко пригревает все больше, настраивая на миролюбивый лад. В какой-то момент чтобы не провалиться в наваливающуюся дрему, я встрепенулась и решила развлечь себя беседой с также медленно клюющим носом в седле некромантом.

— Ирган, а почему ты решил перебраться в эти места? — спрашиваю, не особо рассчитывая на ответ.

— Потому что они здесь ничуть не хуже, чем в любом другом месте, — неожиданно ответил. — И также близкий мне человек был родом отсюда. В какой-то момент это единственное что казалось важным.

— Понятно, — задумчиво принимаю ответ. — А почему именно Мэльроуз?

— Так вышло, — пожимает плечами мужчина, — когда я подыскивал жилье, был ограничен во времени, селянский дом в окружении любопытных и общительных соседей мне не совсем подходил, хотелось более уединенное место. А поместье внезапно выставили на продажу по смехотворной цене. Я полагал это обусловлено состоянием дома, но для меня это не имело значения.

— Угу, а в итоге выгодное приобретение оказалось с подвохом, — многозначительно отвечаю.

— С подвохом, — мужчина неожиданно усмехается. — Не надолго же тебя хватило.

— С каком это смысле? — настороженно уточняю.

— Быть милой и любезной.

— Что ты, я всегда милая и очень любезная. С теми, кто также ведет себя воспитанно.

— Видимо нам с тобой прививали разные понятия о любезностях, — с хорошо улавливаемым сарказмом уточняет мужчина.

— Мы приехали, — замечаю, не желая продолжать спор и одновременно упираясь в ограду кладбища.

Спешившись, привязываем лошадок к ближайшей жерди и заходим на территорию. Видно, что добираются сюда с целью привести все в приличное состояние не так уж и часто. Центральные дорожки когда-то были покошены, но изрядно заросли. По краям же буквально сплошным частоколом лопушится сорняковая растительность и многочисленные кустарники. Прекрасно, ну а с этим-то что делать? Ладно, вначале центральные проходы и территория вокруг захоронений, а потом подумаю, что делать с этими кустами. Лучше бы вместо лопаты захватила топор. Но кто знал, кто знал.

— Говоришь, небольшая услуга для блага общественности? — уточняет Ирган, обводя взглядом довольно обширную территорию.

— Больше, чем ожидалось. Но ты чем недоволен? Я тебя с собой не звала, если не нравится, можешь ехать назад в поместье, — не выдержав, все таки раздражаюсь.

У этого некроманта просто невероятная способность выводить меня из себя! Не слушая дальше ответа, переключаюсь на работу и распространяю вокруг ментальный зов. На самом кладбище нет землероек, по какой-то причине им не нравится здесь селиться, а вот невдалеке от ограды на внушительном поле обитает не одно семейство. Вскоре рядом со мной начинают появляться знакомые черные зверьки. Направляю им мыслеобраз того, что необходимо сделать, и затем передаю вид принесенных с собой продуктов и чувство сытости. Зверьки понятливо ныряют в землю и вокруг медленно начинает шевелиться верхний слой почвы. Отлично, семья землероек довольно большая, должны справиться!

— Как у тебя это ловко выходит. Не думала заняться фермерством? — продолжает ехидничать мужчина.

— Думала. Только не фермерством, а копанием могил, — мрачно сообщаю. — А начну с того, что выкопаю ее для одного несносного некромантишки.

— Уверена, что твои землеройки справятся?

— Ради такого дела я сама им помогу. Не зря же даже инвентарь с собой везла, — многозначительно провожу рукой по черенку носимой следом за собой лопаты.

— То-то ты вцепилась в эту лопату, как родную.

— Ну, с родными у меня действительно недобор. А лопата по крайней мере меня не бросит, — отвечаю механически, и только потом понимаю, куда зашел наш разговор.

— Тебя бросили? И мать, и отец? — разом посерьезнев, спрашивает Ирган.

— Не важно. Мы с тобой не в таких отношениях, чтобы выдавать друг другу семейные секреты. Лучше помоги раздать еду землеройкам, видишь они проголодались и выползают на поверхность. После закину еще один мыслеобраз, чтобы вторично взрыхлили все проходы.

Ирган на удивление спокойно берет сумку с провиантом и раскладывает перед сбивающимися в кучу зверьками.

— Как думаешь, может стоит подумать, чтобы привезти сюда и посыпать дорожки речной галькой или еще чем?

— Можно, но пока что и так сойдет. Лучше прикинуть, что можно сделать с этими опоясывающими насаждениями, — мужчина кивает на многочисленные кустарники.

— Сейчас посмотрю насколько плотные ветки и что там вообще такое, — говорю и направляюсь к самым плотным кустарникам, чтобы сразу оценить наиболее проблемное место.

Да уж, плотненько разрослись. Если бы их равномерно подстригали, вышла бы отменная живая изгородь. Но все разрасталось в хаотичном порядке и грозило вскоре подступить и поглотить под собой ближайшие ряды захоронений. А интересно, как дела обстоят внутри зарослей? Они идут от общего ствола или множеством веток? И я решительно с помощью лопаты начинаю раздвигать заросли. Внезапно из глубины на меня блеснули ярко-зеленые глаза с вертикальным зрачком и раздалось приглушенное рычание. Я, вскрикнув, подаюсь назад в защитном жесте вскидывая перед собой крепко сжимаемую лопату и делаю замах. Тварь начинает шустро выбираться из кустов и попутно клацает зловонной челюстью в мою сторону. Ирган бросается ко мне со всех ног. Показавшаяся зверюга отдаленно напоминает волка, но с более острой мордой и тонким туловищем, покрытом черной короткой шерстью. Она припадает к земле группируясь для прыжка в мою сторону.

— Айрис, немедленно назад! — предупреждает мужчина, начиная выводить пасс рукой и оказываясь рядом.

Но занесенная мной лопата уже набрала достаточный замах и я не в силах ее остановить. В последний момент она по касательной задевает руку оказавшегося рядом Иргана, тем самым сбивая готовое сорваться заклинание, и так же вместо прямого удара по морде твари делает лишь подобие хлесткой пощечины. Судя по раздавшемуся вою, больше обидный, чем нанесенный урон. В следующий миг тварь меняет ориентир прыжка и острые челюсти смыкаются на ранее ударенной мною руке некроманта. Мужчина вскрикивает от боли, а следом запускает из здоровой руки магические цепи, откидывающие и прижимающие тварь к земле. Я, не раздумывая, подскакиваю и наношу несколько ударов по голове все еще крепко удерживаемой лопатой.

— Отсеки ей голову! — командует Ирган, баюкая поврежденную руку.

— Я не могу! Она же живая, — с ужасом смотрю на него. — Зачем? Она и так обездвижена.

— Это могильный гуль, он давно мертв! А обездвижен только до тех пор, пока я не свалился в обморок от яда и не утратил контроль над сковывающими его цепями!

В подтверждение слов Ирган слегка пошатнулся, а цепи на миг обесцветились. Больше не раздумывая над последствиями, я поворачиваю лопату острием вниз и сильнейшим замахом вгоняю в шею скованной твари. На удивление отсечь получилось с первого раза, хотя не думала, что это возможно. Не иначе, от страха.

Поворачиваюсь и подбегаю к бледнеющему мужчине.

— Ирган, ты как?

— Твоя мечта насчет моей могилы вполне может воплотиться, — бледно усмехается, покачиваясь. — Можешь начинать копать, не зря тащила дурацкую лопату.

— Ну и дурак же ты! — раздражаюсь и одновременно подныриваю под здоровую руку некроманта. — Обопрись на меня, пошли быстрее к лошадям, нужно как можно быстрее вернуться в поместье.

Мужчина ощутимо наваливается на мое плечо и старается переставлять ноги. Дойти удается петляя широкими дугами, по лицу Иргана градом катит пот. Возле лошадей я понимаю, что нужно усадить некроманта в седло с первой попытки, ибо второй у нас просто не будет, а сама я его ни за что не подниму. Понимает это и Ирган. Крепко сцепив челюсть, с моей помощью он все таки запрыгивает в седло, но вставить ногу в стремя приходится мне. Мужчина тяжело приваливается к шее лошади и уплывает в беспамятство. От переживаний у меня дрожат руки и накатывает паника. Только понимание, что надвигающаяся истерика мне никак не поможет, заставляет собраться. Я, подумав, снимаю собственный ремень и отрываю подкладку плаща чтобы как-то надежнее привязать некроманта к лошади и не дать вывалиться. Сделав все, что было в моих силах, запрыгиваю на свою лошадку и направляюсь к поместью, тщательно следя за состоянием некроманта. У меня вырывается истеричный смешок. Раз уж не решилась закопать на кладбище будет обидно потерять его по дороге.