Глава 44

Глава 44

Айрис Гвендолин

Ночевать в спальне Иргана непривычно и волнительно. Как и в любой спальне постороннего человека. Я даже подумала попробовать устроиться на диванчике в гостиной, но там он расположен исключительно для сидения двух персон, и уж точно не для полноценного сна. Даже я со своим ростом не смогу устроиться и вытянуть ноги. Поэтому когда возвращается некромант сижу и чинно жду его на длинной лавке вдоль стены спальни. Ирган бросает на меня взгляд и, хмыкнув, проходит к собственному шкафу. Вскоре мне протягивается стопка чего-то черного.

— Это еще что такое? — подозрительно смотрю на материю в его руках.

— Разумеется, погребальный саванн, — невозмутимо отвечает вредный некромант. — Айрис, пижама это, что же еще. Или ты собралась всю ночь просидеть на лавке в платье?

— У меня есть свои пижамы, — упрямо отвечаю.

— Конечно, есть. Если не сгоревшие, то основательно прокопченные в твоем шкафу. Но даже если у тебя возникнет бредовая мысль пойти и покопаться в сгоревшей комнате в поисках собственных вещей, предупреждаю сразу: всю ночь вонять здесь копотью я не позволю, можешь смело идти ночевать в подвал.

Мне и самой не хочется спать в горелой пижаме, как и дышать гарью, но и соглашаться на одежду некроманта не тянет. Поэтому я сижу и пыхчу, словно еж.

— Айрис, она новая и я ее не носил. Но ты можешь делать что хочешь, если тебе так неприятно мое общество и вещи.

С этими словами Ирган опускает рядом со мной стопку одежды и удаляется в ванную, тщательно закрыв за собой дверь. Мне становится несколько неловко, ведь по сути это я ему создаю дискомфорт, а не он. Вскоре некромант вновь возвращается в спальню и с невозмутимым видом устраивается на кровати, демонстративно уткнувшись в книгу. В свою очередь в ванну направляюсь я и привожу себя в порядок. На удивление пижама оказывается очень мягкой и теплой. Вернувшись, нерешительно вновь подхожу и сажусь на лавку. Со стороны кровати раздается тяжелый вздох.

— И долго ты там собираешься сидеть? Здесь места больше чем достаточно, к тому же я достал тебе еще одно одеяло. И нет, по-джентельменски уступать кровать я не собираюсь, поскольку тоже устал и хочу хорошо выспаться.

— Я и не просила! — раздраженно подхожу и забираюсь на свою половину. — Знаешь что, Ирган?

— Что? — заинтересованно поворачивает голову мужчина.

От такой спокойной реакции, несмотря на наше положение, у меня выветривается все возмущение.

— Ничего. Доброй ночи! — и я отворачиваюсь в противоположную сторону.

— И тебе того же, — раздается ответ.

Когда я просыпаюсь утром, Ирган в комнате уже отсутствует. Быстро привожу себя в порядок и все таки извлекаю из своей спальни домашний костюм. Сгоревшая кровать и комод уже вынесены, а не до конца догоревшие вещи размещены в ящичках. Первым делом отправляюсь к своим питомцам во двор, чтобы привести их в порядок и добыть еду для пострадавших брауни. Мои паучки вновь радуют меня отрезом кружева, а Мая недовольно толкает в бок рогом. Тем не менее после вчерашней встречи с некромантом она не выглядит напуганной. Это кто кого еще напугал, хе-хе. На мой зов появляется один брауни и съедает свою порцию молока.

— Как твой братик? — осторожно спрашиваю у малыша.

В ответ приходит ощущение небольшой тревоги и сожаление об утраченной шерстке.

— Главное, что он жив и в порядке. А с шерсткой что-нибудь придумаем. Сошьем ему что понравится, чтобы не мерз. Вот, отнесешь ему молоко?

В ответ накрывает волна благодарности. А после меня увлекает за собой появившийся на пороге кухни Ирган.

— Значит, смотри. Господин Хэнис изготовит новую мебель. Он же и поспособствовал появлению краски. Я уже начал красить одну стену. Наша задача сегодня перекрасить все и дать им высохнуть. Так что давай, кисти в руки и занимаемся делом. А то несмотря на восстановление поместья мы оказываемся во все более сжимающемся пространстве.

Когда мы заходим в мою комнату, я недоуменно смотрю на ярко-фиолетовую стену.

— Ирган, а это что такое?

— Как что? — удивляется мужчина. — Сиреневая стена, ты же сама сказала: сиреневый и белый.

— Да, сказала. Но это не сиреневый цвет.

— А какой, по-твоему, это цвет? — некромант застывает в непонимании.

— Фиолетовый.

— Айрис, не выдумывай! Почему женщины всегда так все любят усложнять!

— Потому что вы не понимаете элементарных вещей! — возмущенно подпрыгиваю. — Неужели так сложно разобраться в цветах, у тебя же есть глаза!

Ирган страдальчески застонал и схватился за голову.

— Хорошо, что ты предлагаешь? Едем за другой краской?

Немного подумав, я решаю внести предложение.

— Нет, зачем? Второй же цвет белый? Давай просто в фиолетовый добавим его и получим нужный.

После нескольких манипуляций мы получаем то, что требовалось, и приступаем за работу. А фиолетовую стену стараниями Иргана я решаю оставить. Будет тоже мне напоминание, а не только он будет хихикать над моими промахами.

Когда мы близки к завершению, неожиданно на всех парах в спальню вбегает Лори, а за ним чуть отставая мчится Шани. Но Лори намного меньше, и он проворно проскакивает между открытыми емкостями с краской. А вот не на шутку увлекшаяся погоней Шани не успевает вовремя остановиться и кубарем влетает в краску. В ступоре я наблюдаю, как скелет коши становится фиолетовым с белыми разводами. Перевожу взгляд на Иргана, и отчетливо вижу как у него мелко начинает подергиваться левый глаз.

— Зато так даже оригинальнее, и сразу понятно, что это девочка, — оптимистично комментирую.

— Вот почему с тобой ничего нельзя нормально сделать?

— Но это же не я гналась за Шани и заставила упасть в краску! — возмущенно отбиваюсь от обвинений.

— Я знаю, и поэтому на тебя невозможно злиться. Как я буду это все отмывать? А если краска застынет в суставах и она не сможет двигаться? — забеспокоился некромант.

— Так, ничего нигде не застынет. Ты докрашивай стену, а я пойду на реку отмывать Шани, у меня свой метод. Все равно хотела еще заняться сегодня стиркой. Шани, за мной!

Смешно отплевывающаяся от краски кошь семенит следом, недовольно зыркая в сторону благоразумно спрятавшегося за Иргана Лори. Я сгружаю из шкафа часть вещей, что смогу утащить, и оставляя по дороге веселенькие фиолетовые разводы, мы направляемся к реке. Первым делом занимаюсь Шани, проходясь и щеткой снимая краску со всех суставов. Следом мягкой губкой промываю весь скелет и командую, призвав с глубины рыбешек.

— Шани, прыгай в воду.

Но у костяной кисы данная идея не вызывает восторга и она лишь отрицательно мотает головой.

— Ну же, давай. Нужно смыть краску, — говорю упрямой животине. — Да что тебе станет, в конце концов, утонуть-то ты уже не можешь!

Лишь после последней фразы насмешливо фыркнув она прыгает в веселый водоворот. Спустя несколько минут передо мной уже появляется вполне отмытая кошь. Внимательно присмотревшись понимаю что не так: пригмент успел въесться в кости и скелет теперь имеет отчетливый сиреневатый оттенок.

— Ну что же, тебе идет этот оттенок и ты теперь прекрасно подходишь под мою новую комнату, — замечаю. — Возвращайся в особняк, но пока не показывайся Иргану на глаза, пусть немного успокоится, а то так и останется тик навсегда. А я пока займусь своими вещами.

В поместье возвращаюсь настолько уставшей, что готова спать даже выкинув из гроба Мориса, если бы он у него имелся. Соседство на одной постели некроманта меня тем более не смущает.