Глава 15

Глава 15

- О, мы уже одеваемся! - вопит она, хватая свои лосины.

Стоит к нам спиной, а мы-то с Матвеем стоим друг к другу лицом. Я пытаюсь спешно попасть ногой во вторую штанину, отлично замечая, как жадный мужской взгляд скользит по моим ногам. И выше тоже.

На мне клетчатая рубашка, завязанная под грудью. Так что, начиная с груди вниз, я почти голая. В одних полупрозрачных трусиках.

От нервозности скачу на месте, никак не попадая в штанину, и в итоге падаю на диван и теряю заодно вторую.

Матвей продолжает пялиться. Как я лежу на диване, смотрю на него в ответ, пытаясь рукой нашарить штаны на полу. Когда мне это удается, прикрываюсь ими, и Матвей наконец отмирает. И поспешно отворачивается, буркнув:

- Извини.

- Ничего, - пищу я, красная, как рак.

Потому что… Потому что мне нравилось, как именно он на меня смотрел. И я отлично понимала, что именно рисовало его воображение. И мне…

Это тоже нравится. И даже спрашивать не буду, какого черта он не отвернулся, как только увидел меня полуголой. И я не попросила его сделать это.

- Ну как я вам? - Стаська в прыжке разворачивается, пока я наконец справляюсь со штанами.

Показываю два больших пальца.

- Ты настоящий ковбой, Стаська, - улыбается Матвей, глядя, как она натягивает на голову панамку.

- А теперь мы будем играть. Мия, ты сделало лассу?

- Лассо, - поправляю, кашлянув, и демонстрирую веревку.

- Лассо. Я буду ковбоем на лошади, а ты будешь меня ловить.

- Отличная идея, - соглашаюсь. - А лошадь?..

Стася с улыбкой до ушей показывает на папу. Он вздергивает брови, по всей видимости, не был предупрежден и о коварном плане не догадывался.

Однако слушается. Опускается на корточки, она запрыгивает ему на спину, хватает за шею. Он встает с легкостью, словно не замечая веса малышки.

- Лошадь с характером, Стась, - говорит Матвей. - Надо объездить.

Дальше начинается самое веселое. Мы носимся по моему дому и двору. Отстреливаемся из водных пистолетов, сидим в засаде. И вообще, все это на самом деле выходит весело.

Я думала, сосед будет привычно душнить, но он включился в игру на полную. К тому же постоянно то кружится, то взбрыкивает, и каждый раз Стаськины счастливые вопли разносятся по всей округе.

В какой-то момент я случайно ловлю на лассо не Стаську, а его, и она вдруг сползает с отца и говорит:

- Ты украла мою лошадь, теперь она твоя!

- Эээм… - тяну я, пока Стаська подталкивает ко мне Матвея. - Не думаю, что твоему папе будет так же легко со мной на спине.

- Твой вес я тоже вряд ли замечу. Ты худенькая.

И взгляд сверху вниз по моему телу скользит. Поразительно, но я чувствую себя голой. Как ему это удается?

Матвей улыбается, поворачиваясь ко мне спиной, словно чувствует, что мне надо спрятать смущение. Чуть присаживается.

- Цепляйся, - говорит.

Ну… Ладно.

Обхватываю его за плечи, подтянувшись, ногами обвиваю талию. Чувствую, как напрягается сильное тело, становясь просто каменным.

- Ура! - Стаська скачет, морща носик и хлопая в ладоши. - Мия объездила папу!

- Любопытно звучит, - замечает Матвей, положив руки на мои ноги, чтобы поддерживать.

И я краснею окончательно и бесповоротно.

Просто держусь за Матвея, пока он носится по двору за визжащей Стаськой, отстреливающейся из водного пистолета. Дышу куда-то в мужскую шею и крепче цепляюсь за соседа, стараясь особенно его не лапать. То еще искушение.

В какой-то момент Стаська выскакивает из засады уже с двумя пистолетами, начинает стрелять в Матвея, и тот, встряхнув меня, перетаскивает вперед. Я даже моргнуть не успеваю, как оказываюсь с ним лицом к лицу, а в спину мне бьют ледяные струи.

- Убита, убита! - вопит Стаська. - Падайте! И с размаху в нас влетает. Матвей, от неожиданности не удержавшись, падает в траву.

Я, охнув, начинаю сползать на бок, вынуждая его перевернуться за мной. И таким образом на траве оказываюсь я. А Матвей… На мне.

Прямо между моих ног, которые должны были быть плотно сшиты нитями судьбы.

Матвей на локтях держится, нависая надо мной. Смотрит на лицо, ниже взгляд опускает. И я за ним слежу и краснею. Рубашка спереди намокла и теперь очерчивает мою грудь. Очень неприлично. Настолько же неприлично, насколько то, как сильно Матвей вжимается бедрами в меня.

Низ живота как будто лавой заполняется, я неровно и громко выдыхаю, и Матвей сжимает зубы, а взгляд его темнеет. Боже, что творится, и кто нас спасет от этого?

Ясно дело - кто. Стаська с боевым кличем заскакивает прямо на спину Матвея, отчего давление между моих ног только усиливается.

Это самая неловкая ситуация из всех неловких ситуаций, которые только можно представить. Особенно учитывая, что я чувствую, как на все происходящее реагирует сосед.

- Победа, победа! - вопит Стаська.

- Да, ты победила всех, - хрипло произносит Матвей, продолжая смотреть на мои губы. - Даже лошадь. Слезай, малышка.

Она сползает, Матвей, поднявшись, тут же ретируется в сторону заборчика, разделяющего участки, со словами:

- Я ненадолго.

А я продолжаю лежать и тяжело дышать. Пытаясь в себя прийти. Это что вообще такое было только что? Как будто я и сосед…

Стаська усаживается на меня, радостная до невозможности. Улыбаюсь ей, отгоняя прочь ненужные мысли.

- Нравится тебе играть в ковбоев? - спрашиваю.

Кивает.

- Очень. Скажи, здорово вместе? Ты, я, и папа.

Да уж. Вот она - самая неловкая ситуация из всех неловких.