Глава 41
Тиана
Сандр смачно выругался и машинально задвинул меня к себе за спину. Со стороны выезда из города раздались крики стражей:
— Разрыв! Срочно эвакуировать жителей!
К нам подскочил Годрик, держа за руку трясущуюся от страха Мелису.
— Уводи их в безопасное место! — Сандр подтолкнул меня к Годрику.
— Но… — растерялась я.
— Не сейчас! — рявкнул Корнел и тут же, будто извиняясь, добавил: — прости. Я не могу рисковать твоей жизнью. Видимо, не судьба.
— Сандр! — из-за поворота выскочил Эдан в форме стражника.
Он притормозил возле нас, подняв облачко пыли, и возбужденно затараторил:
— Разрыв большой. Быстро растет. Старый Берок сказал, что это один из самых мощнейших, что он видел. Тиане нельзя в ущелье! Мы не знаем, сколько тварей может вылезти из такого разрыва. Сейчас здесь будет полгорода, Тиана не сможет уйти незамеченной. Да и это слишком опасно!
— Без тебя знаю! — вызверился Сандр на друга.
Он махнул головой Эдану, веля возвращаться к обязанностям стража. Старший Брунар кинул на меня сочувственный взгляд и отправился обратно. Сандр же повернулся ко мне и несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, будто ища в них какой-то ответ. Потом он подался вперед и провел тыльной стороной ладони по моей щеке. Неожиданная ласка ожгла удовольствием.
— Прости, Ежевичка, я правда хотел помочь, — хмуро пробормотал Сандр, затем обернулся к Годрику и велел: — бегите в Храм. Он ближе всего. Там они точно будут в безопасности.
Сандр в последний раз поглядел на нас и, больше ничего не говоря, смазанной тенью метнулся в сторону разлома. Через несколько секунд откуда-то издалека уже были слышны его приказы.
Я потерянно стояла на месте. В душе разгоралась злость. Это что же, мне дали надежду, чтобы тут же ее отнять? Великий Эрхан! Ты обещал выбор. Где он?
Годрик Брунар взял меня за руку и потянул за собой. Но темная ярость мутной пеленой заволокла разум. Я с силой вырвала руку и осталась стоять на месте, сжимая кулаки.
— Тианочка, пойдем, пожалуйста. Мне страшно, — прошептала Мелиса и погладила мое плечо.
Но смысл ее слов ускользнул от меня. Я подняла голову и посмотрела на разлом. Он выделялся большим рваным пятном на фоне темного неба. И из него кто-то явно пытался выбраться.
Нечто темное и бесконечно злое поднялось со дна моей души. Я даже не знала, что могу испытывать настолько сильную ненависть. Из-за разлома я вынуждена оставаться здесь. Вынуждена разрешить кому-то решать мою судьбу. Остаться драконицей в клетке местных традиций. И все из-за тварей, лезущих в этот мир! Я смотрела на разлом и думала, как же я их ненавижу. До темноты в глазах. До дрожи в конечностях. До зубного скрежета.
— Ненавижу! — во всю мощь легких заорала я.
Но вместо слов из моего рта раздался громогласный рык. Когти скребанули по земле, вырывая комья. Сердце будто броней сковала лютая ненависть. И я хотела излить ее на тварей изнанки. На тех, кто погубил один мир и старался добраться до второго. На тех, кто помешал мне вернуться в родную деревню.
Я шевельнула крыльями, готовясь взлететь. Сбоку от меня встал отливающий ночной синевой дракон. Он пророкотал приказ обернуться обратно. Попытался приблизиться. Я развернулась и клацнула зубами возле его морды. Он не будет мне указывать! Враг на подходе.
Где-то на краю сознания я понимала, что не владею собой. Но мощная звериная натура не давала этим мыслям достичь разума. Ненависть вела меня. Она пела в крови. Синемордый дракон отступил.
В это мгновение откуда-то снизу раздался хриплый крик:
— Ретель!
Кого-то звали. Не меня. Я вновь уставилась на разлом, из которого показалась мощная серая лапа. Около десятка драконов кружилось рядом. Среди них выделялся огромный бронзовый. Краси-ивый!
Внезапно передо мной выросла преграда, мешающая рассматривать, что происходит возле разлома. Недовольный рокот прокатился по горлу. Но тускло-серого дракона с глазами, будто видевшими саму вечность, ничто не смутило. Он не дрогнул. Остался стоять, заслоняя мне обзор.
Я рыкнула на него громче и клацнула зубами, показывая, что не шучу. Но дракон лишь пристальней уставился на меня блеклыми глазами. А потом он резко дернулся в мою сторону, хитро извернулся, и я почувствовала его зубы на своей шее.
Мир поглотила темнота.