Часть 10

К утру понедельника Сэмми пришлось собрать все свои силы в кулак, чтобы не раскиснуть окончательно. Помимо проблем с Трэвисом, Джаспером, Лиа, теперь прибавилось и назойливое внимание со стороны Дефалко! Нутром чувствуя, что в нем нет ничего хорошего, Саманта, тем не менее, понимала, что объективных причин неприязни к нему у нее нет. Дружелюбный, милый парень. Но видеться с ним ей ничуть не хотелось.

Возле стоянки она столкнулась с Джасом и тот, к ее неимоверной радости, ничуть не сердился на нее после странных субботних событий.

— Как воскресенье? — поинтересовался друг, а Сэмми закатила глаза:

— Адская тренировка по волейболу! Серьезно, я чувствовала себя корягой! Больше не буду пропускать.

— Спорт — это жизнь, — засмеялся Джаспер. — Что ж, хорошее дело, одобряю. Я вчера был занят, прости, что не ответил на сообщение.

— Да ничего, — улыбнулась Сэмми, но холодком снова закралась мысль, что друг не говорит о своих делах. — Хотела потестить игру, но можно и на неделе.

— Ага, спишемся, — кивнул Джаспер.

Мимо прошел Дефалко, приветливо поздоровавшись с Самантой, и у той едва живот не свело.

— Слушай, что ты знаешь об этом новеньком? — спросила она у Джаспера. Тот проводил Рэя взглядом и пожал плечами:

— Да ничего особенного. Он тоже волейболист, ну ты и сама в курсе. Приехал из Майнота с родителями, его отец, вроде, баллотируется на пост мэра у нас.

— Что?? — вытаращила глаза Сэмми. Вот так новости! — Мэра? Как отец Трэвиса?

— Ну да, — подтвердил Джаспер, слегка удивленный ее реакцией. — А что такого? Переживаешь, что Картер Дойл не пройдет? — усмехнулся он.

— Да нет, я… Просто не ожидала.

— А почему ты про него спрашиваешь? Понравился? — подмигнул Джаспер, и Сэмми поморщилась:

— Только ты не проезжайся на этот счет! — простонала она. — Все девчонки и так уже слюни по нему пускают.

— Извини, — засмеялся Джаспер и хлопнул ее по плечу. — Слушай, я побегу, ладно? Надо еще успеть кое-что сделать до урока.

— Конечно, увидимся.

Сэмми проводила друга взглядом и направилась на свой урок. Его слова неприятно осели у нее в голове: отец Рэя — тоже кандидат на пост мэра… Она не понимала, что с чем тут вяжется, но верила, что предчувствия ее не обманывают. А ведь Трэвис говорил ей, что Дефалко ему не понравился с первого взгляда!

Саманта решила найти Трэвиса и рассказать о том, что узнала, а заодно о странных вопросах Дефалко насчет него. Вряд ли Дойл все еще дуется на нее, не ребенок же он, в самом деле! Да она ничего обидного ему и не сделала.

Как назло, во дворе его не оказалось, но, войдя в класс, Сэмми увидела его на своем месте. Трэвис сидел, уткнувшись в телефон, и не поднял глаз, когда она подошла к нему.

Ощущая странное волнение, как всегда, при виде него, Сэмми негромко сказала:

— Привет, Трэвис.

К ее изумлению и смущению, он по-прежнему не реагировал, словно не слышал. Машинально она протянула руку и тронула его за рукав, но Дойл и тогда не пошевелился, даже взгляда не поднимал.

В этот миг до Саманты дошло, что он просто-напросто ее игнорирует. Щеки вспыхнули, а когда она обнаружила, что весь класс насмешливо смотрит на нее, Сэмми захотелось провалиться сквозь землю. Стиснув зубы, она прошла к своему месту и села, стараясь ни на кого не глядеть, в висках стучало, пальцы дрожали.

В этот момент она услышала голос Эби:

— Трэвис, как твои дела? Надеюсь, ты не забыл про вечеринку в субботу?

Невольно подняв глаза, Саманта узрела Блэр, которая сидела на столе перед Дойлом и прямо-таки лучилась самодовольством. С чувством глубокого унижения, Сэмми услышала, как Трэвис ответил той своим бархатным голосом:

— Конечно, нет, сладкая, как я мог забыть!

В этот момент ей все стало ясно. Конечно, Эбигейл знала итог с самого начала — как только Трэвис получил то, что ему было нужно от Саманты, он тотчас вычеркнул ее из своей жизни. Видимо, ему стало лучше, а может, он просто смог контролировать свое состояние сам, без ее участия. Слезы обиды и бесконечного стыда выступили на глазах, Сэмми едва дышала. Как же она могла ему поверить? И все, что он говорил и делал, оказалось обычным расчетом… Прав был ее отец, сын недалеко ушел от своего папочки…

— Эй, ты как? — раздался рядом голос Рэя. Саманта не могла, да и не хотела ему отвечать, но Дефалко протянул ей бутылку воды, и она, схватив ее, сделала пару глотков. Стало немного лучше, спазм в горле отступил.

— Все нормально, голова закружилась, — севшим голосом проговорила Сэмми и взглянула на Рэя. Тот казался искренне озабоченным ее состоянием, впрочем, сейчас она была согласна и на фальшивую заботу. Только бы не оставаться один на один со своим унижением. Она протянула ему бутылку обратно: — Спасибо.

— Оставь воду себе, — покачал головой Дефалко. — И скажи, если станет хуже — я отведу тебя в медпункт. Не против, если останусь сидеть с тобой?

Сэмми покачала головой, глядя перед собой. Она изо всех сил пыталась успокоиться, потому что понимала, как на нее сейчас смотрят другие. И едва не застонала, когда мерзкая Блэр снова подала голос:

— Рэй, тебя я тоже приглашаю на вечеринку! У нас, конечно, не Майнот, но веселиться мы умеем!

— Не сомневаюсь, Эби, — улыбнулся тот. — Спасибо за приглашение, обязательно приду.

Но та не унималась:

— А ты, что же, не будешь сидеть с нами? Зачем тебе общаться с теми, кто никому не нужен?

Дефалко не успел ответить — Трэвис, молчавший до сих пор, обратился к Блэр:

— Эби, детка, не покажешь мне свой новый телефон? Я подумываю сменить свой, хочу посмотреть модель.

— Конечно! — Блондинка упорхнула на первую парту, а Сэмми перевела дух. Может, ей удастся досидеть до конца уроков без дальнейших комментариев? Нервы сдавали не на шутку.

Как ни странно, ее желание сбылось. После звонка одноклассники все еще подсмеивались над ней, но, как выяснилось, не все — к ней подошла Ривер и тронула ее за плечо.

— Сэмми, все в порядке? — тихо спросила она. — Ты такая бледная… Не обращай на них внимание, они — просто придурки.

— Ничего, я привыкла, — нашла в себе силы улыбнуться Саманта. — Просто я часто вижу в людях хорошее, забывая, какие они на самом деле.

Последние ее слова прозвучали чуть громче, чем ей бы хотелось, и, как показалось Сэмми, Трэвис приостановился. Но его позвал Зак, и они оба покинули класс. С уходом Дойла Саманте стало легче дышать.

Рэй, мягко улыбнувшись ей, ушел, а Ривер и Тина пошли вместе с ней на следующий урок. К удивлению Сэмми, они не спрашивали, что случилось между ней и Дойлом, а просто старались отвлечь. Постепенно ей удалось прийти в себя, и на смену огорчения пришел гнев — да какого черта он смеет так обращаться с ней?? Пусть сейчас ему стало лучше, но ведь были моменты, когда Трэвиса просто могло снести с катушек, если бы не Саманта! Чувство элементарной благодарности должно быть у человека! Что ж, похоже, Сэмми его плохо знала. И стоило бы послушать других, ведь ее предупреждали.

Ну уж нет, больше она не позволит ему так с собой обращаться. Пусть катится к черту вместе с Блэр и компанией. Внезапно Сэмми вспомнила, как смотрела на нее Лиа во время той неприятной сцены — словно ей не нравилось происходящее. Наверное, в ней еще оставалась капля тепла к бывшей подруге.

Хорошая злость пошла на пользу ее душевному состоянию, и Сэмми удавалось не обращать внимание ни на Дойла, ни на чужие насмешки. Она сосредоточилась на уроках, общении с Ривер и Тиной, и, когда на ланче они встретились с Джаспером, друг даже не догадался о том, что произошло.

Вечером она снова пошла на тренировку, и, когда под конец ее появился Рэй, уже не ощутила прежней неприязни. Черт его знает, что задумал этот парень по отношению к Трэвису, но ее это больше не касалось. Дойл сделал свой выбор.

Дефалко снова помогал тренеру в работе с девочками, атмосфера на площадке царила веселая и игровая, и казалось, что день закончится замечательно.

Но провидение распорядилось иначе.

На подаче своей команды позиция Саманты была у сетки, она стояла спиной к остальным, поэтому, разумеется, не могла увернуться от мяча, летящего ей в голову. От удара затылок взорвался тупой болью, в голове зазвенело, а колени подогнулись.

Как сквозь вату, Сэмми слышала встревоженные голоса, зовущие ее по имени, чувствовала, что ее поднимают и куда-то ведут под руки. Более или менее она пришла в себя уже на скамье — мир вокруг приобрел четкость, слух почти восстановился. Но в голове по-прежнему шумело, а затылок ломило от боли.

— Эй, Сэмми, ты как? — озабоченное лицо Рэя возникло прямо перед ней. — Как себя чувствуешь?

— Нормально, — шепотом ответила Саманта, морщась от боли. Рэй покачал головой:

— Что-то непохоже. Пойдем… Я отведу ее в медпункт, — обратился он к тренеру.

— Я тоже пойду с вами, — вмешалась Патрисия, испуганно глядя на Сэмми, но Челленджер велел ей вернуться к тренировке.

— Такое случается, Дефалко справится один, чем ты можешь помочь? Потом сообщите мне, как и что, — сказал он Рэю, и тот кивнул, поднимая Саманту на ноги.

Он был таким высоким, что Сэмми не доходила ему до плеча. Ноги плохо слушались, и Рэй подхватил ее на руки. В другое время Сэмми бы непременно воспротивилась, но сейчас ей было все равно. Она опустила голову на его плечо и закрыла глаза.

На улице порыв холодного ветра заставил ее задрожать, и Сэмми сжалась в комок на груди Дефалко, мечтая, чтобы медпункт оказался ближе, чем на самом деле. Чудеса же случаются, так отчего же не в этот раз?

Но, видимо, без Трэвиса чудеса на Сэмми не распространялись. Медпункт был ровно там, где и должен быть, а медсестра, ахнув, накрыла Сэмми одеялом.

— Почему она в одной форме? — спросила она, осматривая голову девушки.

— Не было времени одеваться. — Дефалко замер, скрестив руки на груди. — У нее что-то серьезное?

— Возможно, сильный ушиб, но ей надо в больницу, сделать рентген. Я сейчас позвоню ее родителям. Милая, ты как? — обратилась медсестра к Сэмми.

Та слабо кивнула:

— Нормально, только голова очень болит. — Саманта перевела взгляд на Рэя: — Спасибо за помощь.

— Не за что, — отозвался тот. — Может, я сам отвезу ее в больницу?

— Не стоит, молодой человек, вы уже помогли. Возвращайтесь на тренировку, — покачала головой медсестра.

Дефалко, чуть помедлив, махнул Сэмми рукой и вышел.

— Как же ты так? Упала? — женщина хлопотала вокруг.

— Нет, мячом по голове попали.

— Похоже, не очень удачно, — нахмурилась медсестра. — Мой племянник тоже играет в волейбол, ему то и дело прилетает, но ничего серьезного не было.

— Наверное, я «везучая», — слабо проговорила Саманта, а медсестра невесело усмехнулась:

— Это точно. Полежи пока, хорошо? А я позвоню твоей маме, помнишь ее номер?

Сэмми продиктовала номер матери и закрыла глаза, расслабившись на кушетке. Медсестра вышла за дверь, наступила тишина. И тут до ушей Сэмми донесся шум и до боли знакомый голос:

— Какого черта происходит? Что с ней такое? Что ты с ней сделал??

— Ей мячом по голове попали, — отвечал, судя по всему, Рэй. — Я принес ее сюда. Успокойся, Трэвис, чего ты психуешь? С ней все будет нормально.

— Ей нужно в больницу! — бархатный голос дрожал, видимо, от гнева. — Пустите меня, я ее отвезу!

— Мистер Дойл, ее мать уже едет, она будет через десять минут, — вмешалась медсестра. — Вам лучше уйти, потом позвоните Саманте, если беспокоитесь. Не вынуждайте меня позвать охрану!

Что-то громыхнуло и хлопнула входная дверь. Сэмми поморщилась и закрыла глаза — что за дурацкий сон, раз голова болит еще сильнее… Неужели сны не могут быть потише?

Когда приехала мама, она уже почти пришла в себя. Тереза была очень напугана, но Сэмми убедила ее, что она в порядке. В самом деле, голова болела намного меньше, и слабость почти прошла.

Кто-то из девочек принес ее вещи, Сэмми переоделась, и они с мамой поехали в больницу. По дороге что-то назойливое крутилось в мозгу, но Саманта никак не могла вспомнить, что именно. Нечто странное…

В больнице ей сделали рентген, но, на счастье, все оказалось в порядке — никаких серьезных травм или сотрясения, только небольшой ушиб. Доктор, седовласый и солидный, прописал Сэмми лекарства и дал освобождение от занятий на завтра и от физкультуры на пару недель, взяв обещание не увлекаться компьютером в ближайшие дни. Мама немного успокоилась, но она успела позвонить отцу, и тот тоже приехал в больницу. Вдвоем они хлопотали вокруг Саманты, а та чувствовала себя неожиданно спокойно, купаясь в родительской заботе.

— Больше никакого волейбола, — бормотал отец. — Будешь дома книжки читать — всё безопаснее.

— Пап, такое случается, — улыбнулась Сэмми. — Все нормально, правда. Простите, что напугала.

— Не извиняйся, маленькая, просто мы очень переживаем… — Мама погладила ее по голове.

По дороге домой Сэмми не думала ни о чем. Происшествие встряхнуло ее и отвлекло от случившегося утром. Та самая назойливая мысль отошла куда-то в глубину сознания, затихнув, поэтому дома Саманта приняла таблетки и тут же легла спать, заснув почти мгновенно.

Проснувшись, Сэмми с удивлением обнаружила, что уже перевалило за полдень. Голова немного болела, но в целом она чувствовала себя нормально. Мама, постучав, заглянула к ней в комнату:

— Сэмми, как ты? Я не решалась тебя будить, ты так крепко спала.

— Все хорошо… — Саманта потерла глаза пальцами. — А ты чего не на работе?

— Мы с папой решили, что лучше сегодня я побуду дома, с тобой, — отозвалась Терри. Она пересекла комнату и присела на краешек кровати дочери, приложив прохладную руку к ее лбу. — Температуры нет, кажется…

— Откуда ей быть, мам? — засмеялась Сэмми. — Я же не простудилась. Хотя могла бы — пока Рэй нес меня в медпункт, жутко замерзла.

— Что за Рэй? — приподняла брови мама. — Сэмми, ты меня удивляешь — каждый день новый парень.

— Боже, мама! — закатила глаза Саманта. — Это мой одноклассник, он помогает мистеру Челленджеру с нашими тренировками. Хороший волейболист.

— Да я шучу, — улыбнулась Тереза. — Ладно, вставай, иди в душ. Если вдруг голова закружится или станет плохо, позови меня — я оставлю дверь открытой и буду в соседней комнате.

Мама ушла, а Саманта поднялась с постели и побрела в душ. Стоя под струями горячей воды, она вяло перебирала в памяти события вчерашнего дня, как вдруг замерла.

Она вспомнила, что не давало ей покоя накануне, пока они ехали в больницу. Голос Трэвиса в приемной медпункта. Он, что, был там??

Руки немедленно задрожали. Нет, не может быть! Кажется, он был встревожен и даже ругался с Рэем и медсестрой. Но он же знать ее не хочет! Нет, похоже, все это Сэмми просто приснилось, сознание путалось, выдавая желаемое за действительное.

Желаемое… Вот она и призналась сама себе, что ранило ее сильнее всего — не унижение со стороны одноклассников, а отчуждение Трэвиса. Как бы ей ни претила эта мысль, но она привыкла к нему за минувшие дни их общения, даже в чем-то привязалась. Нельзя разделять с человеком его печали и оставаться к нему равнодушной. Но, видимо, Дойл мог.

Подавив ненужные слезы, Сэмми решительно отмела все мысли о нем. Стараясь сохранять спокойствие, она вытерлась пушистым полотенцем, высушила волосы феном и, облачившись в теплый махровый халат и тапочки, спустилась вниз.

Мать приготовила ей вкусный завтрак, потом дала ей прописанные врачом лекарства. Голова почти не болела, и Тереза разрешила Сэмми сесть к телевизору. Они вместе посмотрели пару шоу, потом Саманта немного вздремнула, а, проснувшись, помогла матери приготовить ужин.

Вскоре вернулся с работы отец. Пахну̀в холодом, он чмокнул дочь в макушку:

— Как ты, солнышко?

— Все хорошо, пап, — улыбнулась Сэмми. — Мы с мамой отлично провели время. Похоже, мне надо чаще ударяться головой, — засмеялась она.

Бен покачал головой, снимая намокшее пальто:

— Вообще не смешно. Мы рады, что все обошлось, но ты будь, пожалуйста, осторожнее.

— Конечно, — закатила глаза Сэмми. Она повернулась, собираясь помочь матери накрыть на стол, но остановилась, услышав слова отца:

— Вы не в курсе, что за черный «Шевроле» стоит неподалеку от нашего дома? Похоже, давно — час назад начался дождь, а под машиной сухо.

— Бен, в тебе умер следователь, — засмеялась Тереза, но глаза ее внимательно следили за Сэмми. Без сомнения, у матери были предположения насчет владельца автомобиля, ведь она видела, как тот привозил Саманту.

— Что есть, то есть, — усмехнулся отец. — Пойду, спрошу, чего ему нужно.

— Нет, пап, — остановила его Саманта. — Ужин остынет… Садись есть. А потом уже посмотришь, ладно?

— Ну, хорошо, — пожал плечами Бен, отправляясь мыть руки. — Думаю, ничего страшного, но раз уж вы похвалили во мне детектива…

— Пусть детектив сначала поест, — подхватила Тереза.

— Как скажете, девочки, — засмеялся отец и ушел.

Сэмми и Тереза переглянулись.

— Я думаю, тебе стоит взглянуть, его ли это машина, — тихо сказала мать. Саманта не нашлась, что возразить, и пошла к двери. Руки похолодели от волнения, но не только из-за возможного присутствия Дойла — если он приехал, потому что его снова накрывало превращение, он может быть опасен. А здесь ее родители…

Дрожащие пальцы Сэмми повернули дверную ручку. Улица брызнула в лицо дождем и обдала холодом. Девушка вышла на крыльцо, плотнее запахнув на груди халат. «Шевроле» стоял в несколько шагах от их крыльца, и, едва присмотревшись, Сэмми увидела за рулем Трэвиса.

Он не двигался и не выходил из машины, просто сидел и смотрел на нее. Идти по лужам в тапочках не хотелось, но Саманта была готова сделать это — если у него снова приступ, она поедет с ним, только пусть уберется от ее дома ко всем чертям.

Но, едва она сделала шаг, как Дойл завел машину и дал по газам. Ошеломленно проводив его «Шевроле» взглядом, Саманта еще некоторое время стояла, глядя ему вслед. Уехал, значит, с ним все в порядке. Тогда зачем приезжал?…

— Сэмми, все нормально? — услышала она голос матери. Торопливо вернувшись в дом, Саманта заперла дверь и прислонилась к ней спиной, переведя дух.

— Да, мам, — крикнула она в ответ. — Я сейчас приду.

Может, он писал ей? Саманта бросилась наверх и схватила телефон, но увидела только сообщения от Джаспера и Ривер. Дойл не писал ей и не звонил. Какого черта тогда он делал возле ее дома?? Пусть валит к своей «сладкой» Эби!

С досадой швырнув телефон на кровать, Сэмми села и закрыла лицо руками. Этот проклятый красавец сводил ее с ума своими поступками, и казалось, этому не будет конца…