Глава 26

Выходной день. Поздний завтрак. Мы со Стасом сидели на кухне, лениво уплетая оладьи. Молча, так как вчера я разоткровенничалась и выложила братцу всё, как оно есть на самом деле. «Ачешуеть!» - только и смог сказать он, когда подобрал упавшую челюсть. Но советом мне решил не помогать,  так как сам не представлял, что сделал бы, окажись он в подобной ситуации.

Сейчас, сидя на кухне за обеденным столом, гипнотизировала телефон, пытаясь решиться на то, чтобы написать смс Максиму. Нужно каким-то образом объяснить ему вчерашнее бегство. Или, может, не нужно ничего объяснять? Пусть думает, что я убежала от него. Отличный способ избежать душераздирающий разговор.

Нет, я так с ним никогда не смогу поступить. Он заслуживает честного и откровенного разговора.

Открыла нашу с Максимом переписку. После последнего сообщения высветилась строка состояния:

«Максим пишет…»

Строка пропала. Затем снова:

«Максим пишет…»

«Максим пишет…»

Замерла в ожидании смс, но строка состояния так и не пропала. Он всё писал и писал. Вероятно, меня ждёт очень длинное и содержательное сообщение.

Строка пропала. Снова. Затем пришло смс:

М.: «От меня убежала?»

Сердце забилось чаще, к щекам прилила кровь. Будто Максим сидел рядом и мог видеть мою реакцию.

Я.: «Нет, прости…»

М.: «Встретимся сегодня вечером?»

Не раздумывая приняла быстрое решение:

Я.: «Да. Нам нужно поговорить»

М.: «Нужно… Сегодня в девять вечера на набережной, рядом со статуей»

Я.: «Хорошо»

Заблокировала экран мобильного и положила рядом с собой на пуфик. Взглянула на Стаса, который с большим удовольствием доедал ореховую пасту, собирая чайной ложки её остатки со дна банки. Голоса родителей стали громче, они о чём-то переговаривались в прихожей.

- Андрей, поменяй ты уже эту лампочку. Убьёмся же вечером, - мама уговаривала папу поменять, как оказалось вчера, перегоревшую лампочку в прихожей.

- Наташ, у меня шея болит, вверх смотреть, - заканючил папа. – Пусть кто-нибудь из детей поменяет.

- Кто именно? – тяжело вздохнула мама, сдаваясь.

- Приёмный, конечно, - ответил папа. Мы со Стасом невольно напряглись. Вру. Очень сильно напряглись.

- Стас, поменяй лампочку, - крикнула мама в сторону кухни.

Стас поперхнулся остатками ореховой пасты и побежал в прихожую. Я, на всякий случай, последовала за ним. Мало ли…

- Я чё, правда, приёмный? – спросил братец крайне возмущенным тоном.

- Ну-у, - протянул папа, не торопясь с ответом.

- Да шутим мы, - наконец, ответила мама, прервав их общую шутку. – Иначе тебя же не докричишься.

- Ну и шуточки у вас с утра, - обиженно произнёс братец, притворно схватившись за сердце.

- Яйцо, не учи курицу шутки шутить. Держи лампочку и молча вкручивай, - папа отдал лампочку Стасу в руку и ушёл на кухню.

Так как больше ничего интересного не ожидалось, я решила скрыться в своей комнате и немного поразмышлять о том, что я скажу Максиму. Двумя словами тут точно не отделаешься. Да и говорить, по большому счёту не очень-то и хотелось. Внутри меня таилось огромное желание броситься ему на шею и не отпускать, пока он сам об этом не попросит.

Эх, если бы всё было так просто…

***

После обеда раздался звонок в дверь. Родители ушли несколько часов назад в кинотеатр, оставив нас со Стасом одних. Мы сидели каждый в своих комнатах и, судя по всему, никто не собирался открывать дверь. Звонок повторился. В этот раз настойчивее.

В дверном проёме моей комнаты возникла голова Стаса в игровых наушниках:

- Может, уже откроешь? Я никого не жду и, вообще, я занят.

- Пройди еще немного до входной двери и открой, раз уж встал, - я лежала на кровати с книгой и не планировала вставать.

- Там, по-любому, к тебе пришли. Иди и открой.

Сигнал дверного звонка повторился еще настойчивее и протяжнее. Не выдержав, всё же встала с кровати и поплелась в прихожую открывать дверь.

За дверью оказалась Катька с очень виноватым и крайне сочувствующим выражением лица:

- Привет, - робко произнесла она, переминаясь с ноги на ногу.

- Привет. Ты чего такая? Что-то случилось?

- Арс мне всё рассказал, - тихо ответила Катька, отведя глаза в сторону.

- В смысле? – не поняла я. – Что – всё?

- О том, что у Максима есть дочь.

- Господи, Кать, - с облегчением выдохнула я. – Зачем говорить об этом таким замогильным голосом?

- Прости, что последние дни никак не поддерживала тебя. Я думала у вас с Максом всё хорошо, пока ты вчера не убежала с концерта.

- Ладно тебе, перестань, - жестом пригласила подругу зайти в квартиру. – Ты не обязана со мной нянькаться. Да, и одной мне как-то проще переваривать информацию.

- Может, сходим прогуляемся, пока дождь не начался? – Катька не торопилась пересекать порог моей квартиры. – Тебе полезно будет немного проветриться.

- Правильно-правильно, - внезапно раздавшийся за моей спиной голос Стаса, заставил нас с Катькой подпрыгнуть на месте. – Забирай эту прокисшую старуху. Делай с ней, что хочешь, но к вечеру верни мне мою обычную придурковатую сестру.

Братец вытолкнул меня за порог квартиры, пихнув в руки джинсовку, и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

- А кеды? – прокричала в дверь, от чего она немного приоткрылась, и Стас бросил на коврик у двери мои белые кеды. – Спасибо. Не, ну ты видела это? Хорошо, что я в джинсах.

Катька широко улыбалась, пока я шнуровала кеды и накидывала джинсовку. Затем, взяв меня под локоть, повела вниз по лестнице:

- Пошли в торговый центр, тоже белые кеды хочу.

Около часа бесцельно бродили по торговому центру. Катька любит смотреть на витрины и планировать будущие покупки, прикидывая свой скромный бюджет.

- Что думаешь делать? – спросила меня подруга, когда мы подходили к крылу, в котором находилось несколько кафе.

- С чем? – сделала вид, что не поняла о чём речь.

- С Максимом, - терпеливо ответила Катька.

- Не знаю. Сегодня вечером и решим, как нам быть.

- Ты любишь его? – неожиданно спросила подруга.

- Да, - не раздумывая ответила я, чему сама удивилась.

Вот так просто – люблю. Хоть, мы и не признавались друг другу в чувствах и даже ни разу не говорили на эту тему. Но, в глубине души я чувствовала, что люблю. И не признавалась в этом даже себе. Ни то, что Максиму.

- Тогда просто решись, и всё. Сделай шаг к нему навстречу и будь, что будет, - подруга приобняла меня за плечи.

Я улыбнулась, но ничего ей не ответила, так как ещё утром обдумала этот вариант.

У стеклянных дверей одного из кафе, я заметила маленькую русоволосую девочку, которая плакала, пряча лицо в ладонях. Маленькие плечики содрогались в тихих схлипах, которые девочка пыталась подавить.

- Потерялась, что ли? – спросила у подруги и подошла к девочке, сев напротив неё на корточки.

- Привет, - обратилась я к малышке, сохраняя максимально дружелюбный тон. – Ты почему плачешь? Потеряла родителей?

Девочка, убрала руки от лица, ладонями вытерла слезные дорожки с пухлых щёчек и посмотрела на меня самыми зелёными глазами:

- Привет, лисичка, - тихо поздоровалась со мной, отрывисто вздохнув.

- Карина? А ты почему здесь одна и плачешь? Где твой папа? – приобняла малышку за плечи, пытаясь успокоить.

- Папа уехал по делам. Я здесь с мамой, - ответила Карина и несколько слезинок скатились по её щёчкам. – Я устала и хочу кушать.

Моё сердце сжалось – возникло желание защитить эту девочку, чтобы она перестала плакать и начала улыбаться как тогда, когда я её впервые увидела.

- А где твоя мама? – аккуратно спросила у малышки.

- Вот там, - Карина указала маленьким пальчиком через стеклянную дверь кафе на центральный столик, за которым сидели четыре блондинки и ржали как африканские зебры, запрокидывая головы.

Девочка немного вздрогнула, и на коже её ручек выступили мурашки.

- Карина, ты замерзла?

Зачем я спрашиваю? Видно же, что ребёнок замерз в тонком платьице без рукавов и сандаликах. Поэтому сняла с себя джинсовку и накинула на плечи малышке.

- Спасибо, - девочка плотнее укуталась в джинсовку и робко улыбнулась мне. – Отвези меня, пожалуйста, к папе. Я не хочу больше гулять с мамой.

- Хорошо, Карина, - подвела малышку к Катьке, которая всё это время хранила молчание. – Побудь немного с моей подругой Катей, а я сейчас вернусь. Хорошо?

- Хорошо, - согласилась девочка и подошла к подруге.

Зашла в кафе, где за центральным столиком сидела предполагаемая мать Карины и её три подруги. Немного подождав, когда закончится их смех, обратилась ко всем сразу.

- Привет всем. Кто из вас Оксана – мама Карины?

- Ну, я, допустим, - платиновая блондинка с голубыми глазами и с надменным выражением лица, брезгливо посмотрела на меня, как смотрят на грязь под ногтями.

- Ваша дочь стоит за дверью кафе и плачет. Ничего не хотите предпринять? – ледяным тоном спросила у высокомерной блондинки.

- Тебе-то какое до неё дело? Нянька, что ли?

Её подруги молча наблюдали за разворачивающейся сценой, не менее брезгливо, чем их подруга, оглядывая меня.

- Нет, - спокойно ответила, пытаясь сохранять хладнокровие.

- Тогда и не лезь, куда не просят. Мелкая поноет немного и сама успокоится.

- Карина устала и хочет есть, - специально акцентировала внимание на имени малышки. – Не можешь справиться с ребёнком сама, увези её к отцу.

- Ей предлагали смузи, она не захотела, - подала писклявый голосок одна из подруг Оксаны, указывая на полный стакан розовой жижи.

- Раз такая сердобольная, то возьми и отвези её сама к отцу. Всё равно, с ней никакого веселья, - Оксана махнула рукой в сторону малышки, которую сейчас пыталась разговорить Катя.

Все сидящие курицы за столом синхронно засмеялись в голос, будто только что была произнесена шутка века.

- Ты так просто отпустишь свою дочь с незнакомым человеком неизвестно куда? – я кипела изнутри от злости, стараясь сохранять внешнее спокойствие.

- Почему же, неизвестно куда? К отцу, - усмехнулась Оксана, откинувшись на спинку стула, а сидящие рядом курицы подхватили её усмешку, наблюдая за мной, как за зверушкой в цирке.

- У тебя тушь потекла, - произнесла я заискивающим тоном, обращаясь к Оксане.

- Где? – девушка встрепенулась и спешно пыталась найти в своей маленькой красной сумочке зеркальце.

Мерзость. Волнуется о своём внешнем виде больше, чем о благополучии родной дочери. Ни секунды не колебавшись, взяла со столика тот самый стакан смузи, который не стала пить Карина, и одним резким движением выплеснула в лицо Оксане.

- Здесь, - произнесла ледяным тоном и направилась к выходу из кафе.

- Идиотка! - последовало мне в спину. – Ты хоть знаешь, сколько это платье стоит?!

Не обернулась и ничего ей не ответила, оставив захлёбываться собственным ядом в компании верных прихлебательниц.

- Мама не против того, чтобы ты поехала к папе прямо сейчас, - взяла малышку за руку и повела подальше от этого кафе, чтобы она не увидела взбесившуюся мать. – Сейчас только папе позвоним, чтобы он тебя встретил.

Набрала номер Максима, но он не ответил. Набрала снова, но ответа опять не последовало. Вышли из торгового центра, на улице начинался дождь. Ехать к Максиму домой и ждать его у закрытой двери - было бессмысленно. Набрав его номер ещё раз и не получив ответа, решила увезти девочку к себе домой. Тем более, что она выглядела очень уставшей и была готова уснуть хоть стоя.

- Папа не отвечает, - обратилась я к Карине, поправляя джинсовку на её плечиках. – Давай сначала ко мне домой поедем, а потом папа тебя заберёт? Хорошо?

- Давай, - тихо согласилась малышка, затем более оживленно спросила. – А у тебя есть котлетки?

- Есть, - улыбнулась девочке.

- Тогда поехали быстрее.

- Я, тогда домой поеду, - напомнила о себе Катька. – Мне ещё к Арсу через час надо успеть попасть.

- Тогда до завтра, - крикнула в след, уже бегущей под дождём в сторону остановки, подруге.

На такси добрались с Кариной до моего дома. Всю дорогу малышка не отпускала мою руку, словно боясь того, что я могу убежать от неё, если меня не держать. И только в квартире отпустила меня, с любопытством осматриваясь по сторонам.

- Красиво у тебя, - дальше прихожей девочка не двинулась, вероятно, ожидая моего приглашения.

Дома было тихо и спокойно. Родители так и не вернулись из кинотеатра и Стас тоже куда-то исчез.

- Спасибо. Пойдём на кухню. Я покормлю тебя обещанными котлетками, - взяла Карину за руку и повела в направлении кухни.

Хорошо, что сегодня на обед Стас уговорил меня приготовить картофельное пюре с котлетами. Судьбоносное стечение обстоятельств какое-то.

Сытно пообедав, Карина чуть не уснула прямо за кухонным столом. Аккуратно проводила её в свою комнату, помогла забраться на постель и укрыла одеялом.

- Можно мне с зайчиком поспать? – робко спросила малышка, глядя мне за спину, где на компьютерном столе сидел небольшой плюшевый заяц.

- Конечно, можно, - взяла зайца и подложила малышке под одеяло.

- Спасибо, лисичка, - Карина прижала зайчика к груди и практически сразу уснула.

Некоторое время просто наблюдала за тем, как она спит. Как размеренно дышит. Как прижимает крепче зайца, словно пытаясь защититься от чего-то, что преследует её во сне.

Аккуратно заправила прядь волос ей за ухо и тихо вышла из комнаты, оставив дверь немного приоткрытой, чтобы проснувшись, Карина могла спокойно выйти и пройтись по квартире.

Снова набрала номер Максима, но ответа так и не последовало. Решила немного подождать и набрать попозже.

Через полчаса Максим  позвонил сам.

- Что-то случилось? – голос Максима был встревоженным. Он часто дышал, будто только что пробежал стометровку на время. – Я телефон в раздевалке спортзала оставил, не слышал.

- Ничего. Почти ничего, - пыталась я подобрать нужные слова. – Карина у меня дома. Спит.

- Что случилось? – мужской голос стал жёстче. – Почему она у тебя?

- Всё хорошо. С Кариной всё в порядке. Приезжай ко мне, я тебе всё объясню. Только не волнуйся.

- Через десять минут приеду, - сбросил вызов, не дожидаясь моего ответа.

Все десять минут не находила себе места, метаясь по прихожей из стороны в сторону. Я соскучилась по Максиму, но боялась его увидеть.

Так глупо и непонятно я себя ещё никогда не чувствовала.

Послышался тихий, но уверенный стук в дверь. Открыла. Передо мной стоял Максим в белых кроссовках, черных джинсах и майке, поверх которой была надета красная клетчатая рубашка.

В зеленых глазах читалось беспокойство. Он уверенно переступил через порог, вошёл в квартиру, заставив сделать несколько шагов назад.

- Привет, Алиса, - заговорил мужчина тихим бархатным голосом. – Где Карина?

- Привет. Она в моей комнате. Спит, - рукой указала на нужную дверь.

Максим снял обувь и почти на цыпочках прошёл в комнату, где спала его дочь. Не стала им мешать и осталась ждать в прихожей. Через пару минут Максим вышел, прикрыв за собой дверь в комнату.

- Что произошло? – нахмурив брови, мужчина навис надо мной грозовой тучей. – Оксана её обидела?

- В некотором роде, - неопределённо пожала плечами. – Ей просто плевать на родную дочь.

Максим устало потёр лицо руками, возвёл взгляд к потолку и тяжело вздохнул.

- Я идиот, - тихо произнёс он, смотря себе под ноги. – Знал же, что не нужно было отпускать Карину с ней.

- Прекрати, - подошла ближе и положила ладони на грудь мужчины. – Ты не мог знать, что может произойти. Успокойся. Всё хорошо, Карина поела и спит. Ты рядом.

Заглянула в зеленые бездонные глаза, в которых была готова пропадать снова и снова. Каждый день.

- Прости меня, лисичка, - притянул меня ближе, прижав к своему телу. Сильные руки взяли меня в плен. Сладкий плен. – За всё прости.

- И ты меня, - наши лбы и носы соприкоснулись, я чувствовала его горячее дыхание на своих губах.

- Тебя-то за что?

- За то, что постоянно убегаю.

- Ничего, - улыбнулся. – Мне тоже полезно, иногда, побегать за тобой.

- Только не сегодня. Хорошо?

- Хорошо.

Встав на цыпочки, прижалась к нему сильнее, обняла за шею и коснулась его губ своими. Мир вокруг рухнул и исчез, остались только я и он. Мы.

Земля исчезла из-под ног, в прямом смысле. Максим подхватил меня на руки и крепко притиснул к груди. Мы улыбались друг другу в губы, даря рваные поцелуи, в которых таилось множество нежности и обещаний. Обещаний любить вопреки и несмотря ни на что.

- Сейчас я готов сделать для тебя всё, что захочешь. Только попроси, - произнёс Максим, зарывшись лицом в изгибе моей шеи.

- А я? – тоненький девичий голосок Карины заставил нас отпрянуть друг от друга, будто мы были пойманы с поличным. – Я тоже хочу что-то попросить.

- Проси, родная, - Максим присел рядом с ней на корточки. – Всё, что хочешь проси.

- Я хочу сладкую вату, - гордо произнесла девочка, даря отцу широкую улыбку.

- А я хочу на аттракционы, - подала я голос, так как тоже была не прочь поесть сладкой ваты. Затем обратилась к малышке. – Совместим?

Подмигнула Карине и подняла руку в жесте «дай пять».

- Да, круто! – девочка дала мне «пятюню» своей крохотной ладонью.

- Женщины, - Максим притворно взмолился, возведя взгляд к потолку. – Сговорились уже.