Глава 67 Неужели сбылось?

- Аделина – это его первая жена, - пояснила Магдалена. - Она нашла меня и сообщила, что Рэйчэра окрутила вертихвостка, его надо спасать. А еще сказала, что если помогу избавить его от второй жены, она уговорит племянника королевы попросить королеву поспособствовать возвращению Тагерт-Хойтам конфискованного имущества и титулов.

- И вы с радостью меня оклеветали, чтобы отправить на костер, - не веря, прошептала я.

- Я же не знала, что ты носишь наследника нашего великого рода!

- А если бы не носила, то можно было бы жарить?

- Как ты не понимаешь, наше имя запятнано! – Магдалена побагровела, сжав кулаки. – Его надо очистить, любой ценой!

- Душу тебе надо чистить! – грохнул Рэйчэр. – Убирайся! И Аделине передай, чтобы держалась подальше от нашей с Алиной семьи!

- Ну и живите, как знаете! – фыркнула тетка. – В бедности сидите, держите таверну, позорьтесь дальше перед приличным обществом!

Резко развернувшись, каравелла поплыла прочь, гордо выпятив грудь.

Некоторые люди чудесно устроились – ни совести, ни раскаяния, всегда под рукой оправдание имеется! Я покачала головой, глядя вслед тетке. Ладно, пусть живет, как знает. В богатстве, да без счастья. А нам и в бедности неплохо, мы-то счастливы!

- Плыл корабль, торчааалии пуууушкииии! – загорланил вслед удаляющейся гостье Герберт. – Флаги реяли, но сдулись паааруууусааааа!

- Ты тут откуда? – удивилась я, увидев горшок с каланхоэ на столике неподалеку.

- Так я попросил Томми меня на солнышко вынести, - пояснил певец. – Денек-то какой погожий!

И то верно. Улыбнулась, прикрыла глаза и подставила лицо солнышку, которое мягко погладило щеки. М-м-м, приятно! Почти также, как поцелуи моего мужа.

- Прости, аленький, - повинился он, прижавшись ко мне.

- Не за что, - погладила его по волосам. – Знаешь, что? Я устала отдыхать. Давай сходим в город? Сегодня как раз суббота, навестим Григорио.

- Все, что пожелаешь, моя Нимфея, - мурлыкнул Рэйчэр. – По гроб жизни обязан нашему епископу – твоим спасением. Надо поблагодарить его нормально, в тот день мне не до того было.

- Торопился меня из суда утащить, помню, - кивнула с улыбкой.

- Вас, - поправил он, положив руку на мой живот. – Тебя и нашу Горошинку.

- Горошинка уже стала фасолинкой, судя по моим ощущениям, - рассмеялась. – Платья не сходятся.

- Значит, нужно заказать новые, - муж счастливо улыбнулся. – Поехали, порадуем будущую мать покупками!

Я кивнула, щурясь на солнышке, как разомлевшая кошка. Не супруг, а мечта, правда?

Покупки заняли уйму времени, но мы все же поспели на вечернюю проповедь Григорио в соборе. Его слова целебным бальзамом лились на душу. Есть и настоящие слуги Господа в этом мире. Не только такие гады, как…

- Кары небесной должны вы убояться!

Слишком знакомое завывание выдернуло меня из приятных раздумий. Нет, нет, нет, нет, нет, не может быть! Неужели опять он? Все в храме резко обернулись и увидели шествующего по проходу…

Да, все того же мерзавца Альгата! Чтоб ему, в самом деле, молния угодила в дурную голову в качестве кары небесной! Неубиваемое зло, в самом деле, какое-то!

- Чего тебе надобно? – осведомился наш епископ.

Слишком уж терпеливый, как на мой взгляд. Никто из прихожан ему и слова бы поперек не сказал, выгони он этого мерзавца из дома божьего пинками!

- К людям воззвать хочу! – проревел Церон.

- Ты под церковным судом, - напомнил Палау. – Скоро слушание о лишении тебя сана, но все ж упорствуешь, окаянный. Что же неймется тебе?

- О людях пекусь!

И язык не отвалился, надо же.

- Вы вот лекарей слушаете, что велят вам забыть про Бога, уповаете на мерзкую науку, слушаетесь, воду не пьете простую, Создателем нам данную! А не надо, не надо слушать никого, кроме гласа божьего! Стоит уповать лишь на Господа и никого более не впускать в свои уши!

- Так сам и выпей некипяченую! – выкрикнула женщина из центра зала.

- Так тому и быть! – неожиданно согласился Альгат, словно только этого и ждал. – Выпью – прямо из реки взятую и докажу, что крестное знамение очищает ее от всякого зла!

Если бы так, то достаточно было бы тебя перекрестить, и ты бы исчез! Я вздохнула. Что из этого выйдет?

- Идемте, - снова взвыл Церон, направившись к выходу. – Сами узрите!

Народ потянулся за ним – зрелища, особенно бесплатные, все любят.

- И вы позволите? – спросила я у Григорио, когда он поравнялся со мной.

- Кто я такой, чтобы мешать воле божьей? – он лукаво улыбнулся.

- И то верно, - смиренно кивнула и тоже, взяв за руку Рэйчэра, вышла из церкви.

Мы дружной толпой дошагали до реки.

- Принеси мне воды, - велел Альгат мальчику-служке и вручил ему ковшик.

- Сию минуту, - тот кивнул, отбежал к реке, зачерпнул воды и отдал ковш Церону.

- Вот, все смотрите! – торжественно заявил, явно любуясь собой, тот и, перекрестив, выпил ту воду до дна.

- Все, представление закончено? – спросил Палау. – Тогда все расходимся по домам!

- Алина, Рэйчэр, как хорошо, что нашел вас, - к нам подошел Бобби.

- Что-то еще стряслось? – напрягся мой дракон.

- Можно и так сказать, - Макинтош кивнул. – Но на этот раз стряслось хорошее, для разнообразия, должно быть. Алина, - он широко улыбнулся и заявил, - я добился разрешения о выдаче тебе лицензии на лЕкарство, а также возвращения дневников и патентов матери!

- Правда?.. – прошептала едва слышно, потом глянула на Рэйчэра.

- Да обнимай, я не против, - посмеиваясь, разрешил мой чешуйчатый, - парень заслужил.

- Спасибо, Бобби! – обняла друга. – Ты не представляешь, что это для меня значит!

- Они, кстати, со мной, - тот смущенно указал на карету. – Позволите вас и дневники отвезти домой?

- Конечно! – я чуть ли не бегом бросилась к ней.

Неужели и правда сбылась моя заветная мечта?..