Сам брак будет заключен у нас, в Раденоре.

Рудольф в курсе и уже прислал гонца, что ждет нас с телом сына… ну и с невестой.

Но убийцу нашли, правда?

Да, конечно, правда. Я в курсе переписки.

Поднять призрака несложно, а пообещать ему хорошее упокоение и посмертие — тем более. А я теперь могу смотреть его глазами.

Он в курсе всей дипломатической переписки как герцога, так и короля, а заодно и переговоров, так что большую часть ночи я трачу на его отчеты.

Он ведь может только показать увиденное. И я смотрю, как Микаэль пишет своему наследнику, приказывая готовить войска, как приказывает герцогу подготовить кортеж, как ругается на того же герцога — мол, ты, сукин сын! Почему сбежал убийца?!

Как теперь замазать риолонцев?!

Впрочем, долго они не размышляют. Пользуются тем, что я видел убийцу считаные секунды, и находят какого-то несчастного. Обещают ему золота для семьи — и он показывает на допросах все, что им надо.

Потом его казнят, но не зря. Можно отписать Рудольфу о коварстве соседей и готовиться к войне.

Я все подтверждаю. И даже делаю Лавинии предложение по всей форме.

На балу, с розой, коленопреклоненный…

Зрелище — убиться люстрой! Принц с белыми волосами, весь в черном, по случаю траура, опускается на колени перед прекрасной светловолосой девушкой в белом платье, на котором, опять же из-за траура, присутствует черный шарф — он же пояс. И принц предлагает ей белую розу, любовь и верность до гроба.

Я и не лгал, я просто не уточнял, чей будет гроб.

Лавиния принимает цветок, а принц поднимается и целует ей руку.

Красивая романтическая сказка.