Глава 25

Другой мир - Лиза 1

Поездка в Москву прошла в этот раз отлично. Так же ехали в купе одни, возможно, народ ещё не отошёл от праздников. Если первый раз мы ехали в полную неизвестность, мучаясь от страхов - а как там все будет, удастся ли сойти за своих, и вообще, будет ли у нас крыша над головой и кусок хлеба на обед, то теперь мы с Федькой ехали по-барски. Спокойно разглядывали пейзажи за окном вагона, тем более что большой скорости состав с паровозом во главе не развивал, пили чай с домашними вкусняшками, даже жареная кура была своя, из Арсентьево. Федька, угостившись сгущенкой с блюдечка, тщательно облизал морду и распушив усы, сидел и рассуждал о наших планах на Москву. Вещал он менторским тоном.

-Перво-наперво, Лиза, надо сдать груз на охрану, в склад. Да смотри, чтобы склад был холодный. С собой берём вещи да образцы. Давай опять снимем апартаменты в номерах, мне прошлый раз там понравилось. А во сколько в Москву приедем, не знаешь?

Подумав, ответила.

-Наверное, в обед, часов в двенадцать, в час. А ты, куда со временем?

Кот вздохнул.

-Да, думаю, пока груз сдадим, пока номер снимем, с письмами ехать поздно будет. Может, только к галантерейщику и успеем. А я хотел...

-И что хотел? Колись уж, разведчик ты мой!

Кот как-то тоскливо глянул на меня, зажмурился и бахнул.

-Да я хотел бы съездить, посмотреть, где наш дом в Москве стоит...

Всё-таки тоскует по нашему миру... хоть и держит хвост пистолетом. Я попыталась его успокоить немного.

-Это ты про Фрунзенскую набережную, что ли? Наш дом там появиться почти через сто лет, если вообще появится. Это не наш мир, как ни крути, и отличия здесь от нашего есть. Возможно, Москва и станет столицей Российской империи. А сейчас на месте нашего дома и набережной, в лучшем случае, слобода, в худшем - просто болото, Москва-река болотистая, разливается весной широко, никаких гидротехнических сооружений на ней ещё нет. Но съездить можно, только бы вспомнить, как это место называлось раньше, до революции. Если мне не изменяет память, в нашем мире это Хамовники были, но они не возле самой реки, чуть подалее.

Кот замолчал, думая о чем-то своем, котячьем. Я добавила, чтобы немного утешить друга.

-Но ты особо не переживай, мы в Москве не один день будем! И рукоделие продать, и с купцами встретиться, продать наш товар, договор на поставку заключить, потом хочу на стекольные заводики проехать, мне надо бы банками нестандартными разжиться, малой вместимости от двухсот грамм и до пол-литра. Я в журналах у Ивана Андреевича прочитала, что заводики уже выпускают банки с винтовыми крышками, это же для меня самое то! Я тут думаю, что летом надо заняться консервированием. Хочу делать яблочное пюре со сливками для детей, у нас в нашем мире оно "Неженка "называется. И пасту томатную. Помидоры тоже здесь хорошо растут. Огурчики-корнишоны закатывать в банки.

Кот усмехнулся.

-Хочешь быть королевой консервной промышленности? А сырья хватит?

Я пожала плечами.

-Не хватит своего - куплю у соседей, они же фрукты только в свежем виде используют. Переработкой не занимаются. Будем компоты закатывать из всех фруктов, яблочное пюре, варенье можно в банки тоже. Овощные консервы. Если все удачно, то и тушёнку делать будем. Вот проверим, что получится у нас с этой партией, и делать будем.

Кот грустить перестал, оценив размах моей фантазии, и включился в обсуждение бизнес-плана.

-Тогда надо отдельные цеха сооружать, флигель это временно. Оборудование, люди… надо стадо коров, свиней, куриц этих больших, увеличивать, иначе не вытянем.

В общем, проговорили мы до самых сумерек. Свечу не стали зажигать, сидели, смотрели в окно, разговаривали. Перед сном ещё посетили ту самую туалетную комнату. Бедный Федька... Спать легли, уставшие от длинного дня, от разговоров, дороги.

Утром долго нежились в постели, вставать не хотелось. Потом всё-таки поднялись, позавтракали, собрали вещи, я навела красоту на лице. Кстати, ничего мне не показалось, колготки сели плотно на попу, даже не болтались, даже что-то в районе бюста появилось. И нельзя сказать, что я потолстела, скорее, появилось все то, что должно быть тут.

Очень интересное явление. Но не стоит заострять на этом внимание, пока ничего особенного тут нет, хвастаться ещё нечем. Заодно узнала у смотрителя вагона насчёт груза и склада. Он после моего вопроса вначале поскреб лоб, потом затылок и изрёк.

-Так, барышня, как состав остановится, подходите к грузовому вагону, там всегда грузчики кучкуются. Вот они вам и доставят ваш груз на тот склад, на который скажете.

Ну, будем надеяться, ничего не перепутаем и не потеряем.

Поезд пришел в Москву в начале первого дня. В самом деле, возле грузового вагона стояли дюжие мужики с металлическими тележками-платформами. Я спросила, есть ли здесь холодный склад с хранением, меня уверили, что есть непременно и именно они туда мой груз доставят. Получила свои ящики по грузовым билетам, проверила целостность упаковки (Свой глазок - смотрок! Как говорила тетя Софа), покатили в сторону длинных, низких пакгаузов, где вновь сдала свои ящики на хранение усатому кладовщику с получением квитанций на груз. Потом один из носильщиков водрузил мои вещи на свою тележку, довёз до вокзальной площади и свистнул извозчику.

Поселились мы в тех же номерах, что и в прошлый приезд в Москву. Умывшись, разобрала вещи и немного призадумалась. Нести ли к галантерейщику сразу все рукоделие? Во-первых, тяжело, но это не критично, можно извозчика взять. Я опасалась другого -увидев много изделий, жадноватый торговец начнет сбивать цену. А я хотела, чтобы мой товар был эксклюзивом, штучным. В конце размышлений пришла к выводу - надо взять понемногу, не более двух, максимум трёх изделий каждого вида, а из ирландского кружева что-то одно. Так и сделала. Уложив все в сумку, заказала обед в номер, пообедали и опять поехали в город.

Одну меня Фиодор, конечно же, не отпустил, залез в сумку, потребовал немного расстегнуть замок, чтобы он тоже все видел. Галантерейщика застала почти на выходе, он отдавал последние распоряжения приказчику за прилавком. Меня он даже не сразу узнал, только когда я вежливо напомнила ему о себе. Купчина выразил большую радость от счастья видеть меня вновь, при этом со значением поглядывая на мою сумку. Чиниться я не стала, расстегнула с одного края замок и стала по одному экземпляру доставать из сумки. С каждой вынутой вещью интерес купца только разгорался, а уж когда я достала и развернула казакин, то галантерейщик только охнул и застыл в восхищении. Я как-то до этого присмотрелась к изделию, ничего особого в нем уже не видела. А сейчас, встряхнула его, он заиграл переливами разного цвета, как хвост у петуха. Действительно, было красиво. Галантерейщик засуетился, забормотал, что надо немедля известить княгиню Татищеву. Или лучше Невину? Бедняга аж вспотел от сложных решений. Потом осторожно поинтересовался, барышня опять в Париж вояжировала?

Я мило улыбнулась.

-Нет, любезный, это в моем имении в мастерской девки вышивают и вяжут. Но исключительно по парижским образцам! И в этот раз я так дёшево все это не отдам! Давайте говорить о цене серьезно.

Купец сбросил шубу, в которой уже употел, показывая тем самым намерение разговаривать серьезно, и пригласил к себе в конторку. И торг начался. Каждый бился за свои интересы

-У меня есть ещё некоторое количество рукоделия на продажу, так что, любезный, если вы не даёте нормальную цену, то я найду, кому продать и Татищеву сумею известить сама. Вы же понимаете, что мы с ней из одного круга. А если мы договоримся, то я могу только вам поставлять в Москву различные изделия, можно даже по предварительным заказам. Вы единственный в городе будете торговать моим товаром.

У несчастного купчика даже руки затряслись от таких возможностей. Сошлись на том, что он будет моим представителем в Москве, я же буду отправлять ему товар, он в ответ - переводить мне деньги. Сегодняшний товар я ему оставляю на реализацию, посмотрим, как пойдет торговля, будет ли спрос и какую цену предложат. И тогда завтра же я привезу ему остальное, и поедем к поверенному подписывать договор. Галантерейщик, было надулся, типа, какое может быть недоверие между партнёрами, но увидев мое непреклонное лицо, понял, что барышня совсем не дура.

Засим я попрощалась, собравшись ехать к себе в нумера, оставив купца перед тяжёлым выбором - Татищева или Невина?

На улице уже темнело, поэтому я остановила извозчика, и мы поехали в свой отель. Увидев по дороге лавку с продуктами, велела остановить и подождать немного. Мне надо было посмотреть средние цены на продукты в Москве. Цены были ожидаемо выше, чем в Курске. Масло сливочное здесь стоило шестьдесят копеек за фунт, поэтому я решила ставить цену в пятьдесят пять копеек, не меньше. Молоко стоило десять копеек, тогда как в Курске оно было восемь копеек. Очень дорого стоили свежие яблоки крымские и картофель. Даже соленые бочковые огурцы и те стоили дорого. Вот от этого и будем плясать. А пока - утро вечера мудренее, посему выбрасываю проблемы из головы, ужинаем и отдыхаем до утра.

За завтраком у нас разгорелся спор с котом. Неожиданно он поднял тему моего замужества.

-Лиз, а ты не хочешь съездить в имение к свекру? Представиться, так сказать? А то не слишком ли хорошо твой красавчик устроился? Вроде и женат, и ничто ему не грозит, и батюшкину волю исполнил, и при том, что жена не мешает ему холостую жизнь вести. А тебе, вместо помощи от мужа, приходится за каждый рубль цепляться. Долг этот висит на шее, людям надо платить, а если ты хочешь расширяться, то ещё сколько затрат предстоит...

Я насупилась, Фиодор затронул больную тему. Я не хотела быть кому-то обязанной, а уж тем более, Шереметову. Я все ещё помнила перешептывания девчонок в институте и чувство унижения, которое я испытала, как свое, за неведомую мне несчастную девочку Лизу. Да, мы обе не красавицы! Но это же не значит, что мы люди второго сорта! Вот Лиза, например, судя по оставшимся в имении картинам, очень неплохо рисовала, у нее был талант, она умела так схватить момент, самый выигрышный, хоть в пейзаже, хоть в портрете, что рисунок казался живым. А у меня проявился талант в организаторской деятельности, ну и знания, конечно. А тут какой-то князек сделал одолжение - потанцевал с девушкой! Допустим, что он и впрямь не знал, что она и есть Лиза Арсентьева, но зачем же так унизить девчонку? Пусть её любовь ему вовсе не нужна, но ведь мог он и письменно все это объяснить, и уж в самом крайнем случае, хотя бы не так громко заявить об этом на все помещение для свиданий, при куче свидетелей и впихивая в руки пачку ее писем! Да и на меня он поначалу поглядывал с этаким лёгким превосходством и пренебрежением, одолжение делал девушке! Пока я не выдвинула свои условия. После этого он старался даже не смотреть в мою сторону. Все это подогревало мою обиду, может и нелогичную, но я никак не хотела иметь с этим семейством никаких общих дел. Все это я запальчиво и выложила коту. Дурдом на выезде - я спорю и что-то доказываю коту!!! Сказал бы кто мне такое несколько месяцев назад - заплевала бы и направила к психиатру. А теперь... в порядке вещей. Я тяжело вздохнула. Может, Фиодор и прав, его отец уж никак и ничем меня не обидел, может, он вообще прекрасный человек, кто знает... вот даже сынулю отправил посмотреть и помочь, если необходимо, сироте. Сам князь ведь не мог знать о том, что Лиза и Сергей уже встречались.

-Ладно, Фиодор, пока совсем не прижмёт, не буду обращаться к Шереметовым. И сама к ним не поеду. Но если случайно встретимся в городе - не буду от родства отказываться.

Решение, конечно, было половинчатым, но кота и это устроило, он удовлетворённо муркнул, продолжая завтракать отварным судаком.

Но как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Начала я укладывать вещи на продажу галантерейщику, затем необходимые рекламные образцы продуктов. Всю ночь большая сумка с ними простояла на маленьком, почти декоративном балкончике за окном в гостиной, она же столовая. Я побоялась, что в теплом помещении масло растает, а сыр плавленый может испортиться. Все уложив, кликнула мальчишку - посыльного, чтобы он поймал мне извозчика, наняв его на весь день для меня. И пусть кто-нибудь поможет спустить вот эти сумки вниз. Минут через пять ко мне постучался мальчишка, а с ним и извозчик. Вдвоем они доставили вещи в коляску, я сунула мальчишке медный пятачок, пацан был счастлив.