Глава 38
У каждой из дам Гагариных были свои разговоры. Настеньке не терпелось посекретничать без присутствия маменьки, а последней немедленно же хотелось поведать все последние сплетни Москвы и ее окрестностей - свободные уши, ага! А ещё ей не терпелось узнать, какие новинки от моей мастерской будут нынче, чтобы задирать нос перед своими заклятыми подругами. В общем, до самого вечера я исполняла роль свободных ушей. Наконец, хозяйки начали собираться на какой-то прием, приглашали и меня, но я взмолилась.
-Дамы, пощадите! Сутки в поезде, ещё столько же в сборах в дорогу, путь до Курска! Я уже себя не помню! Мне сейчас только о горячей ванне мечтается и кровати! Завтра с утра у меня срочные дела, а потом я вся ваша!
Дамы согласились. Кстати, мой Фиодор произвел огромнейшее впечатление на моих хозяек. Он немедленно был затискан, весь наглажен до полуобморочного состояния и передан на попечение выделенной мне горничной с наказом накормить милого котика только свежим мяском и сливочки должны быть подогреты. Мне осталось только закатить глаза и прошипеть коту на ухо.
-Обожрешься - не буду живот гладить, чтобы не болел!! Смотри мне!
Показалось мне или нет, но Федька показал мне язык! От немедленной расправы его спасло появление горничной, унесшей кота для ужина на кухне.
С утра я постаралась как можно быстрее передать товар своим контрагентам, чтобы не рисковать условиями хранения. Купцы ждали мой товар с нетерпением. Немировский даже пожаловался.
-Закончилось ваше масло, а подвоза не было из-за распутицы, закупил у другого поставщика. Так покупатели сразу сказали - не то, нужно арсентьевское масло! Да я и сам привык к нему, другое вроде и вкусное, но не то! А что нынче новенького у тебя?
Пришлось показать все новинки. В халву Немировский вцепился, твердо сказав.
-Мое! Не отдам!
А вот козинаки великодушно отдал Орехову. Но взамен забрал себе три банки пикулей, пояснив, что это для личного пользования. Дальнейшие поездки прошли не менее удачно, и к обеду я уже вернулась в особняк Гагариных. Хозяева давно тоже были на ногах, ожидали меня, чтобы обедать и начать сборы на вечерний прием у Нащокиных. Я, разумеется, была тоже приглашена туда же. Кстати, мне торжественно была вручена целая пачка приглашений на большинство мероприятий зимнего сезона. Боюсь, все их я не успею посетить чисто физически, домой я должна вернуться до начала рождественского поста. А пока надо отдохнуть и попытаться получить удовольствия от краткого отпуска в Москве после напряжённой работы летом и осенью.
Средь шумного бала, случайно, в потоке мирской суеты...
Вот уж поистине, средь шумного бала… хотя нет, это не было в прямом смысле балом. Просто был вечерний прием с небольшим фуршетом и танцами. Но готовились мы тщательно, невеста и ее окружение не могло ударить в грязь лицом. Посему мы все трое - сама Настенька, ее маман, княгиня Гагарина, ну и я, до кучи - были разряжены в пух и прах. Я даже достала бабушкины драгоценности, и, махнув рукой на чувство интеллигентной меры, обвешалась ими, аки ёлка новогодняя. Федька, развалясь после плотного ужина на моей кровати, лениво заметил.
-Это хорошо, что эта вечеринка в темное время суток будет...
Я удивилась. - Это почему же, скажи на милость?
-Так все сороки-вороны спят уже и не увидят тебя, такую всю блестящую. А то бы утащили...
-Тьфу на тебя, хвостатый! Нет, чтобы похвалить! Вечно ты что-нибудь ехидное норовишь сказать!
В общем, мы выглядели сногсшибательно, даже я смотрелась вполне презентабельно. За эти годы фигура у меня улучшилась, и цвет волос остался таким же красивым, как после посещения дорогого салона. Чуть округлилось лицо, кожа лица тоже не была уже того болезненного серо-желтого оттенка. Так что и меня можно было бы выставлять на рынке невест. В теории. Практически это было невозможно.
На нашем блестящем фоне князь Гагарин смотрелся невзрачно. Кстати, очень мудрый мужчина. Он никогда не спорил с женой, ничего ей не запрещал, за столом я от него слышала только.
-Да, дорогая! Конечно, дорогая! Делай, как считаешь нужным, дорогая!
И княгиня правила домом железной рукой. Но далее супруг ее не пускал - хозяйством и бизнесом занимался сам. И сейчас тоскливо оттягивал ворот камзола, ожидая нудной церемонии представления, мечтая потом поскорее сбежать в отдельную комнату, где такие же отцы семейств, сдав своих дам в бальную залу, коротали время за партией в роббер или вист, с бокалом спиртного, обсуждая свои мужские дела.
Наконец, нас представили широкой публике и запустили в залу. Было шумно, душно, людно. Вся московская аристократия, вырвавшись из своих поместий, наверстывала упущенные увеселения. Меня, разумеется, представляли всем знакомым семьи Гагариных, навеличивая так.
-Это Елизавета Ивановна Арсентьева, наша хорошая приятельница Лизанька! Гостит у нас, мы очень рады ей!
Хотя многих присутствующих я уже знала, во всяком случае, дам, по их заказам для моей мастерской, по моим прошлым приездам в Москву. Но статус-кво должен быть соблюден, и я терпела всю эту процедуру! Наконец, меня освободили, и я пошла по залу, останавливаясь поболтать со своими знакомыми. Но тут увидала месье Трегубова, который целеустремлённо двигался в мою сторону. Ну, нет, не хочу я с ним общаться! Я развернулась и резко двинулась в противоположную сторону. И тут услышала знакомый ласковый голос.
-Лизонька! Здравствуй! Подойди к нам!
Я повернулась в ту сторону. Там, в небольшой нише стояли несколько стульев и круглый столик, где находилось семейство Шереметовых, в почти полном составе. Почти - потому что дорогого супруга я не увидела. Вероятно, они прибыли недавно, поэтому я их не заметила. Окликала меня княгиня Анастасия Афанасьевна. Ну, коль спалилась, надо идти, общаться. Присев в вежливом книксене, произнесла.
-Княгиня Анастасия, князь Николай Петрович! Рада видеть вас в добром здравии! Как поживаете?
-Подобру, Лизонька, подобру! Разреши представить тебе и других членов семьи, с которыми ты ещё не знакома. Наш старший сын, князь Владимир!
Высокий мужчина, стоявший возле кресла княгини Анны, повернулся ко мне, склонил голову в коротком поклоне и символически поцеловал мою перчатку на протянутой моей лапке. Он очень внешне походил на младшего брата, только если младший смотрел на окружающих или с ленивым любопытством или с холодным равнодушием, в зависимости от настроении. То старший постоянно сохранял на лице встревоженно-напряженное выражение, делавшее молодого ещё мужчину, старше своих лет.
-А это супруга Владимира, княгиня Анна!
Молодая княгиня пыталась изобразить холодное равнодушие, но безуспешно, явно на лице проявлялась досада и раздражение. Я не менее холодно кивнула и сказала.
-Мы уже знакомы с княгиней.
Старый князь тревожно переглянулись с княгиней, и князь Николай Петрович огорчённо вздохнул. Вероятно, о выходке молодой княгини они уже наслышаны. Тем не менее, княгиня Анастасия доброжелательно продолжала.
-Лизонька, ты опять в гостинице остановилась? Зачем же? У тебя в нашем доме есть свои покои, и они всегда тебя ждут. А уж Сережа как рад будет! Он сейчас почти все время проводит в своем имении, дела после стольких лет отсутствия требуют его внимания. Он и сегодня не смог приехать. Так что мы тебя ждём, обязательно! Приезжай!
Надо было видеть в этот момент лицо Анны! Ей-Богу, как будто кило лимонов замахнула разом, без закуси. Только ради этого стоило подойти к Шереметовым! Князь Николай Петрович ещё недолго поговорил о моих финансовых делах, я отговорилась общими фразами, что все хорошо. Сама оглядывалась, не видно ли где Трегубова. Вроде бы, в зале его не наблюдалось. Утешая себя тем, что, вероятно он пошел в карточный зал, я пошла к Настеньке Гагариной, она сидела поодаль, рядом с женихом, князем Нащокиным. Они о чем-то мило беседовали, периодически князь подносил к губам ручку невесты в перчатке, обозначая поцелуй, что заставляло вспыхивать румянцем щёчки очаровательной Настеньки. Сидевшие рядом приятельницы трещали о чем-то своем, о девичьем, стреляли глазками, пока рядом нет мамаш, кучкующиеся неподалеку кавалеры лихо подкручивали усы, делая скучающие лица. В общем, ярмарка невест и тщеславия была в самом разгаре. Мне вдруг стало смертельно скучно и очень захотелось домой, в Арсентьево. Но надо было провести в Москве ещё какое-то время, решая свои дела и обзаводясь новыми деловыми связями. Поэтому, сияя улыбкой (ой, только бы не крокодильим оскалом!), я присоединилась к компании молодежи.
Девчонки в тесном своем кружке болтали о чем-то своем, Настя тихонько шепталась с женихом под бдительным присмотром маменьки, но издалека, а я сидела, наслаждаясь покоем, изредка обмахиваясь веером. Всё-таки большое количество людей в зале добавляло духоты к теплу от свечей и ламп, к теплу натопленных печей в доме. Я старалась ни о чем не думать, только искоса наблюдала, не появится ли в поле зрения месье Трегубов. Сегодня он был в штатском платье, не в офицерской форме. Тоже в отставку вышел, что ли? Внезапно до моего слуха из девичьей болтовни донеслась фамилия Шереметов. Я, как хорошая охотничья собака, сразу сделала стойку, то есть навострила уши. Вот так и вырабатываются условные рефлексы, осталось только гавкнуть, прости, Господи! Девушки оживлённо обсуждали некую Долли Тенищеву и ее аманатов, а по-русски - любовников.
-Ну что вы, право, мадмуазели, Долли теперь свободна в своем выборе, теперь ей ни родители ее, ни родня покойного супруга не указ!
-Да, мамзели, это же кошмар, почти десять лет замужем за больным стариком!
-Говорят, старый муж ее даже на балы или в театр не пускал без него! Везде только с ней! А сам не танцует, сядет и сидит, и Долли рядом с собой держит!
-Да-да, я сама видела в прошлом году их на губернаторском балу. Бедная Долли!
Тут в разговор встряла ещё одна девица, чуть постарше.
-Не стоит горевать о ее судьбе, мадмуазели! За тот неполный год, что она вдова, у нее столько уже аманатов было! Все наверстала!
Тут ещё девушка добавила таинственным шепотом.
-Говорят, что сейчас она вновь замуж собирается за одного из своих поклонников!
-Да, я тоже слыхала! Она сейчас везде появляется в свете со своим поклонником Сержем Шереметовым! Ах, мамзели, он такая душка! Только мрачноват что-то...
-Нет, наоборот, эта мрачность придает ему шарма! Он такой весь загадошный, романтичный... Прямо Чайльд-Гарольд, как в романе лорда Байрона!
Девушки сошлись во мнении, что Серж Шереметов душка, шарман и прелесть какая! А я сидела ни жива, ни мертва... меня как - будто всю кипятком ошпарило! Значит, Сережа все время проводит в своем имении, весь в делах! Однако многое родители не знают о своем сыночке!
Я поискала глазами семью Шереметовых, они сидели на том же месте, только старого князя не было, очевидно, отошёл к своим знакомым. Понимаю, что досадовать или вообще предпринимать какие-либо действия сейчас бессмысленно, ибо я сама во многом виновата, поставив такие условия брака, но пусть нелогично и глупо, всё-таки мне было больно и обидно. Хоть я и запихивала все эти годы поглубже мысли о Сергее, но, тем не менее, я знала, что у меня есть муж!! И постепенно привыкла к этой мысли, хотя не призналась бы в этом даже под страхом расстрела!
Статус замужней - это был мой последний шанс, запасной аэродром, моя защита и дымовая завеса! Мне было так удобнее. И я впервые задумалась, а каково было Сергею? И нелицеприятная правда всплыла во всей красе - а ведь я эгоистка! И я просто пользовалась именем мужа, когда мне было выгодно. А вдруг у него сейчас с этой Долли все серьезно, а он женат? Тогда у нас есть только один выход - подавать апелляцию в святую церковь о признании брака недействительным. Препятствий к этому не имелось - я, в своем мире, в статусе страшилки, так и не смогла увлечь ни одного мужика не то, что до ЗАГСа, до постели, хотя бы. Неловко, но факт. А в этом мире, с его моральными устоями, тем более.
Уйти отсюда захотелось ещё сильнее, я уже начала раздумывать, под каким предлогом отпроситься у княгини Гагариной уехать с приема. Но девицы по соседству вновь вернулись к обсуждению Долли и ее любовника.
-Мне Зизи говорила, что там уже все слажено и сговорено, ей сама Долли сказала. А Зизи точно знает, она просватана за среднего сына Тенишевых, да и сама она в родстве с Шереметовыми, кузина им.
-А я слыхала, что у Шереметова была сговоренная невеста!
-Зизи говорила, что и правда была, да умерла она, года три-четыре назад...
Ах, мерзкая эта Зизи, Зинка то есть! Выходит, она знала, что та несчастная маленькая девочка Лиза и есть невеста Шереметова, когда подстраивала ту каверзу в институте! Что Сергей ее может не узнать - это понятно, разница между семилетним ребенком и семнадцатилетней девицей значительная, а сама Лиза и вовсе ничего не помнила. Но зачем, для чего ей нужна была такая жестокость? Просто из желания самоутвердиться среди сверстниц? А теперь и вовсе объявила меня мертвой! Но она точно видела меня живой, когда я уезжала из Петербурга! В общем, сто вопросов и ни одного ответа...