Глава 7

Кира

Король кивнул музыкантам: они вновь взялись за инструменты, и бал возобновился. Гости вернулись к прежним занятиям, а к нам с Ребеккой подошла смущенная Изабелла.

— Ты родственница короля? — округлила глаза Ребекка, и я чуть слышно выдохнула. Выходит, это стало сюрпризом не только для меня.

— Весьма дальняя, — кивнула Изабелла. — От некогда великого и многочисленного рода Феллингов ничего не осталось. Но недавно Дэниэл приблизил нас к себе и даже выделил постоянные покои в замке для меня и матери.

Я прищурилась:

— Ты поэтому так переживаешь из-за учебы?

По лицу Изабеллы пробежала тень.

— Когда мы с мамой жили вдали от Акхайма, всем было плевать на нас, но теперь… Нас уже прозвали выскочками. Я не должна подвести Дэниэла, понимаешь?

— Я уверена, что у тебя все получится! — с жаром произнесла я.

— Но зачем это Его Величеству? — Несмотря на то, что внешне Ребекка была спокойна, ее голос звенел от напряжения. — Он хочет выдать тебя замуж?

— Когда Дэниэл вызвал нас в замок, мама первым делом спросила его об этом, но он дал обещание, что предоставит мне выбор. Он сказал, что… — Изабелла понизила голос, — хочет, чтобы его окружали достойные люди. По крайней мере, леди Монику он не заставляет выйти замуж, хотя она овдовела три года назад. А уж более выгодную партию, чем сестра короля, представить сложно!

— Тебе повезло, — вздохнула Ребекка.

— Надеюсь, ваше отношение ко мне не изменится из-за того, что я теперь в некотором роде принадлежу к королевскому роду? — спросила Изабелла.

— И не рассчитывай! — фыркнула я. — К тому же в академии наше происхождение вовсе не имеет значения.

Ребекка поддержала меня, но мысли ее витали где-то далеко. Я погладила ее по руке и вздохнула. Если бы я знала, как ей помочь! Как убедить ее отца не выдавать дочь замуж за мешок с деньгами? Он явно вознамерился решить за ее счет финансовые проблемы.

Скользя рассеянным взглядом по толпе, я вдруг заметила сестру, разговаривающую с самой красивой женщиной, которую мне когда-либо доводилось видеть. Черты ее лица были идеальными: пухлые губы, точеный носик и большие ярко-голубые глаза, опушенные длинными черными ресницами. Каштановые волосы были собраны в замысловатый узел, и лишь несколько локонов выбивались из прически. Роскошное синее платье, украшенное серебристой вышивкой, подчеркивало все достоинства ее стройной фигуры.

Покопавшись в памяти Амелии, я поняла, кто она: сестра короля. Выслушав лебезящую Марианну — слов я не разобрала, но ее подобострастный вид говорил сам за себя, — леди Моника распрощалась с ней и вдруг наткнулась на Джосса. Увидев ее, он просиял, и мое сердце болезненно екнуло. Рот наполнился горечью, но я не могла отвести взгляда от воркующей парочки. Они улыбались друг другу как хорошие друзья, и леди Моника, увлеченно разговаривая о чем-то, коснулась локтя Джосса. Тот не удивился ее жесту, а подался вперед и о чем-то спросил.

В животе заворочался жгучий огненный комок. Меня словно подбросило на месте. Я и не думала, что способна на такую ревность! Я шумно выдохнула и усилием воли заставила себя отвернуться. Это не твое дело, Кира. Джосс может проводить время как и с кем угодно.

— Леди Амелия, вы просто великолепны.

Над ухом зазвучал голос Итана, и от неожиданности я опешила. Погрузившись в пучину эмоций, я совсем потеряла связь с реальностью. Ребекка и Изабелла исчезли, а вместо них рядом стоял жених.

— Благодарю, лорд Итан, — с заминкой отозвалась я, мысленно злясь на себя. — Вы тоже отлично выглядите.

Слегка похудевшее во время лечения лицо и темно-синий камзол в сочетании с узкими брюками делали его взрослее своих лет. Не удивительно, что девушки на него засматривались. Он не только был хорош собой, но и должен был унаследовать огромное состояние.

— Я рад, что отыскал вас среди остальных гостей, леди Амелия. Вы позволите сопроводить вас к моему деду? Он хотел поздороваться с вами, прежде чем начнется церемония в честь Светлой Матери.

— С удовольствием, — отозвалась я, внутренне подобравшись. Амелия не общалась с ним лично, лишь видела пару раз издалека, и я понятия не имела чего ожидать от этой встречи.

Бенджамин Клиффорд оказался худощавым мужчиной с едва тронутыми сединой черными волосами. Несмотря на возраст — ему явно было за шестьдесят, назвать его стариком язык не повернулся бы. Во всех трех Клиффордах угадывалось фамильное сходство — рядом с отцом обнаружился и Джосс. Я шумно выдохнула и сжала кулаки, отчего ногти впились в ладони. Не думала, что он будет присутствовать при разговоре.

— А вот и леди Амелия, — расплылся в улыбке лорд Клиффорд, но глаза его остались холодны. — Рад наконец увидеть вас!

— Благодарю! И я счастлива с вами познакомиться.

Спиной я почувствовала на себе взгляд, и нетрудно было догадаться, кому он принадлежал. И чего Джоссу с принцессой не общалось?

— Вы чудесно смотритесь вместе, — продолжил старший Клиффорд. — Внуки будут не только одаренными, но и красивыми! Я наслышан об артефакте леди Амелии. К слову, где же он?

— Он остался в моем кабинете.

За спиной раздался голос отца, и я чуть не взвыла от досады. Теперь у меня точно не будет шанса выяснить, как отнесется к отсрочке свадьбы лорд Клиффорд.

— Но почему? — встрепенулась я. — С Ладаном что-то случилось?

Отец поморщился.

— Ладан — артефакт, созданный из молитвенника, осененного прикосновением богини. Кто знает, что произойдет, если это повторится? Во время церемонии для него безопаснее остаться в кабинете.

— Я могу его увидеть? — не сдавалась я, поймав на себе недоуменный взгляд лорда Клиффорда.

— Тебе не о чем беспокоиться, Амелия. Твой артефакт в порядке и даже не скучает, — металлические нотки в голосе отца дали понять, что нужно отступиться. Он не простит мне открытого неповиновения.

— Спасибо, отец, — переступив через себя, я кивнула.

— Кстати о церемонии! — заговорил лорд Клиффорд. — Вы с Итаном станцуете во время благословения богини?

— Я бы с удовольствием, но лекари запретили мне танцевать, — покачал головой жених.

Какое еще благословение? Внезапно в зале стемнело, и по воздуху разлилась нежная мелодия, становившаяся с каждой секундой все громче. Сначала звучали лишь скрипки, затем к ним присоединились арфа и виолончель. Когда глаза привыкли к полумраку, я увидела, что в центр зала начали выходить пары.

— Дочь главного фидра должна танцевать в честь богини, — повторил отец. Может, вы, лорд Джосс, составите компанию Амелии?

Меня зазнобило, а сердце затрепыхалось где-то в горле. Я перевела взгляд на Джосса, но мне так и не удалось расшифровать выражение его лица.

— Сочту за честь, — наконец ответил он.

Поколебавшись, я вложила ладонь в его руку и задрожала. В темноте ощущения обострились, и его прикосновение обожгло огнем.

Собственное дыхание оглушало, в висках грохотала кровь. Я слепо держалась за руку Джосса, не понимая, куда он меня ведет. Ураган мыслей не давал сосредоточиться, меня то бросало в жар, то окатывало холодом. Судьба словно нарочно сталкивала нас друг с другом, испытывая мое терпение.

Наконец Джосс остановился и, наклонившись, произнес.

— Здесь, за колонной, наши родные нас не увидят.

Ноздрей коснулся цитрусовый аромат его мыла, и я шумно выдохнула. Соберись, Кира! Внушение помогло: туман в голове прояснился, и я положила руки на плечи Джосса. Пальцы почти не дрожали, и я сочла это маленькой победой. Мы просто потанцуем. Да, в темноте, но много ли я знаю о местных ритуалах?

Но тут Джосс притянул меня к себе, и мое тщательно лелеемое хладнокровие осыпалось осколками. Наши тела разделяло всего несколько сантиметров, и я кожей чувствовала его близость. Отчаянно хотелось прильнуть к нему, подняться на цыпочки и… Это нечестно! А если бы моя магия оказалась совместима не с Джоссом, который хорош собой, а со стариком? Или того хуже: преступником и негодяем? Притяжение бы точно также толкало меня в его объятия?! Я до крови закусила губу, и боль немного отрезвила.

Музыка окутывала нас со всех сторон, и Джосс уверенно повел в танце. Движения оказались незамысловатыми и походили на вальс.

— Мы так и будем танцевать в темноте? — в конце фразы мой голос сорвался.

Даже в полумраке я заметила, как вспыхнули глаза Джосса.

— Ты волнуешься.

— Конечно. Я же практически ничего не вижу.

— Нет, тебя волную именно я, — возразил Джосс. — Я слышу, как стучит твое сердце.

— Разве сейчас подходящее время для разговора? — прошипела я.

— Нас не подслушают — защиту этого зала разрабатывал я, и мне вполне под силу перенастроить соответствующий артефакт. Так что скажешь, Амелия?

Ладонь Джосса на талии потяжелела, и мне с трудом удалось сохранить самообладание. Нельзя выдать себя, нельзя! Не после того, что я услышала на балу о пришлом!

— Тебе показалось, — отчеканила я, а Джосс хрипло рассмеялся.

Следуя рисунку танца, он вдруг притянул меня к себе и мазнул губами в паре миллиметров от моего уха. Сердце мгновенно ушло в пятки, и я не сумела сдержать вдох.

— Врунишка, — хмыкнул Джосс. — Ты так уверенно заявила, что тот поцелуй — случайность, что я поверил. Но нет… Ты что-то скрываешь, Амелия. Неужели ты тоже чувствуешь притяжение?

Вопрос застал меня врасплох. В первое мгновение я хотела отшатнуться от Джосса, но это выглядело бы подозрительно. Да и отец устроил бы мне взбучку — пары вокруг все еще танцевали.

— Не нужно выдавать желаемое за действительное. Мой жених — Итан.

Джосс дернулся, и его лицо исказила гримаса. Он сделал еще несколько па и, когда мы оказались достаточно близко, спросил:

— Может, это ты отчаянно не желаешь смиряться с очевидным?

Ответить я не успела. Музыка резко оборвалась, а на стенах разом зажглись лампы. Ослепленная, я захлопала глазами, смаргивая выступившие слезы. Зацепившись каблуком о подол платья, я упала бы, но Джосс подхватил меня под руку. Даже после того как я снова отшила его, он касался меня так бережно, будто я хрустальная.

— Что происходит?

Ответом мне стал нарастающий гул. Я даже потрясла головой, решив, что у меня звенело в ушах, и озадаченно осмотрелась. Все гости молчали, с трепетом рассматривая что-то наверху.

Вскинув голову, я едва устояла на ногах — потолок поглотило серебристое сияние. Благословение богини! Я думала, что это просто красивое название. Сделав подходящее случаю выражение лица, я всмотрелась в туман. С каждой секундой его очертания становились четче, пока наконец не преобразились в женский силуэт. Я остолбенела, не веря глазам. Светлая Матерь… Она реально существует!

Богиня окинула взглядом присутствующих и поманила фидра Стефана к себе. Будто завороженный, он зашагал вперед, и толпа послушно расступилась перед ним. В абсолютной тишине богиня поднесла руку ко рту и словно… сдула нечто с ладони. В зале поднялся ветер, и зал накрыло серебристое облако.

Туман растворился в воздухе так же внезапно, как и появился. Слегка оправившись от произошедшего, гости заулыбались и захлопали отцу, на мантия которого едва заметно засветилась серебристым. И то не вся целиком, а лишь подол и один рукав. Негусто! Но тем не менее Светлая Матерь отметила его своим благословением.

Воспользовавшись суматохой, я затерялась в толпе и быстрым шагом направилась к выходу. Мне явно требовалась передышка. Разговор о притяжении, благословение богини… Голова кружилась, а грудь сдавила тяжесть.

Выскочив из зала, я распугала прислугу и двинулась по коридору. Я даже не знала, куда иду — беспокойство не давало мне остановиться и как следует подумать. Заметив приоткрытую дверь, я нырнула внутрь и замерла. Кажется, это нечто вроде оранжереи — каждый свободный клочок пола занимали горшки с растениями. На стенах висели разноцветные лампы, а в воздухе чувствовалась влага. Наверняка без магии тут не обошлось.

Переведя дыхание, я обнаружила впереди дверь, ведущую на застекленную террасу. За окнами раскинулся королевский сад, подсвеченный лампами. Снова выпал снег… И, судя по внушительным сугробам, на этот раз до весны.

Здесь было прохладнее, чем в оранжерее, и холодный воздух привел меня в чувство. Зря я поддалась порыву и сбежала с бала. К тому же меня грызла тревога за Ладана. Пора возвращаться.

Поежившись, я повернулась к двери и охнула — на пороге стоял Джосс.

Я попятилась, но бежать было некуда — терраса имела всего один вход. Но что Джосс здесь делает?! Вряд ли его привел сюда невинный повод… Он молчал, но в его глазах читалась решимость.

— Джосс? Что ты… Зачем ты пошел за мной?

— Хотел убедиться, что ты в порядке.

Хрипотца в его голосе оцарапала слух, и позвоночник лизнула волна мурашек. Джосс был на себя не похож. Я никогда видела его таким… уверенным и отчаявшимся одновременно.

— Я в порядке.

— Снова лжешь, — усмехнулся он. — Ты выбежала из зала сама не своя.

Я вздернула подбородок и сложила руки на груди.

— Когда отца назначили фидром в прошлый раз, я жила в монастыре. Благословение богини впечатлило меня, и мне захотелось немного побыть в тишине.

— Ты же дочь фидра. Неужели отец не рассказывал тебе о церемонии?

— Если ты не заметил, мы с ним не слишком близки, — парировала я. — Может, отойдешь и дашь мне пройти?

Однако Джосс не сдвинулся с места.

— Фидр Стефан и впрямь не похож на внимательного родителя. Но во время танца… Тебя волновали мои прикосновения, Амелия. Мне и прежде казалось, что ты реагируешь на меня, но сейчас я уверен в этом. Так что ты скрываешь? Скажи мне правду.

Джосс устремил на меня пристальный взгляд, и сердце пропустило удар. Впервые он загнал меня в угол. Я привыкла к тому, что он борется с притяжением и щадит чувства Итана… Но сейчас Джосс явно хотел получить ответ.

— Хорошо, — отрывисто бросила я. — Я скажу тебе правду. Ты мне нравишься, Джосс, как и многим другим студенткам и преподавательницам. Разве ты не знал? Ты красив, и рядом с тобой Итан — просто мальчишка.

На лице Джосса не дрогнул ни один мускул. Зря я надеялась вывести его из равновесия этим признанием!

— Хочешь сказать, это обычное влечение к преподавателю?

— Нечто в этом роде, — сухо отозвалась я. — Но я помолвлена, а ты дядя моего жениха. Так что давай сделаем вид, будто этого разговора никогда не было. Теперь ты дашь мне пройти?

— Мы еще не закончили. — Джосс шагнул вперед, не сводя с меня потемневших глаз. — Сдается мне, ты снова что-то не договариваешь. Может быть, ты чувствуешь что-то еще… Например, притяжение!

— Вовсе нет! — быстро сказала я. — Итан…

— Не приплетай сюда Итана. Если бы притяжение связало тебя с ним, ты бы не трепетала в моих объятиях.

Я подняла ошарашенный взгляд на приблизившегося Джосса. Шагнула назад и уперлась в стену — отступать было некуда. Мысли лихорадочно кружили в голове, но я не находила ни единого варианта, как выпутаться из ситуации.

— Ты чувствуешь притяжение, Амелия… — неожиданно нежно прошептал Джосс и погладил меня по щеке, отчего я прерывисто выдохнула. — Даже сейчас ты вся дрожишь, а в глазах сверкает желание. Прежде я не слышал, чтобы маги ошибались в расчетах, но все когда-то бывает впервые. Так почему ты лжешь?

— Я не лгу, — выдавила я из себя.

Джосс, усмехнувшись, наклонился ко мне.

— Докажи. Я безумно хочу тебя поцеловать и сделаю это, если ты меня не оттолкнешь. Я ведь тебя не держу.

Джосс поднял руки вверх и усмехнулся. Он не касался меня, однако расстояние между нами неизбежно сокращалось. Словно завороженная, я уставилась на его губы, мечтая об этом поцелуе и одновременно ненавидя себя за эту слабость. Чертово притяжение! Мне следовало оттолкнуть его и воспользоваться тем, что выход свободен. Но вместо этого я будто приросла к полу. Джосс наклонялся все медленнее и в конце концов вовсе замер, давая мне последнюю возможность уйти.

Наши глаза встретились, и я сдалась. Судорожно выдохнув, я потянулась к Джоссу и запустила руки в его волосы. Больше не медля, он накрыл мои губы, прижал меня к стене и положил ладони по обе стороны от меня. Я потеряла последний шанс удрать.

Требовательный язык Джосса терзал мой рот, словно мстя за ложь, и я с жаром отвечала на поцелуй, сдаваясь в плен. В груди полыхал огонь, а мысли растворились в нашем тяжелом дыхании. В это мгновение я забыла обо всем: о женихе, о настоящей Амелии и нависшей над пришлыми опасности.

Внезапно Джосс оторвался от меня и пораженно уставился куда-то в сторону. Я повернула голову и похолодела: за нами наблюдал Итан. На его скулах играли желваки, а в глазах читалось отвращение.

— Вот вы где, — обманчиво спокойным голосом сказал он. — А я везде вас ищу. Чудом заглянул в оранжерею и услышал шум с террасы.

Мое сердце сжалось, и я шагнула вперед.

— Итан, я…

— Амелия, тебя ищет отец, — перебил он меня. — Он был недоволен тем, что ты пропустила его речь, но у тебя здесь было занятие поинтереснее.

Так и не посмотрев в сторону дяди, Итан ушел. Лицо Джосса превратилось в непроницаемую маску, а сам он сжал кулаки. Бросив на него беспомощный взгляд, я поспешила к выходу, но он поймал меня за руку.

— Амелия, не надо, я сам…

— Ты и так все испортил!

Я вырвала ладонь и кинулась прочь с террасы. Глаза жгли невыплаканные слезы, но злиться нужно было только на себя. Я уступила притяжению, не смогла отказаться от Джосса… И теперь моя налаженная жизнь висела на волоске.

Я надеялась поговорить с Итаном, но он мелькнул впереди и скрылся за поворотом. В длинном платье и на каблуках мне его не догнать. Во рту появилась горечь, и я едва удержалась от желания спрятаться в одной из пустующих комнат. Это лишь все усложнит. Перед тем как войти в бальный зал, я наскоро пригладила и проверила платье. С трудом проглотив комок в горле и натянув на лицо улыбку, я вошла внутрь.

После тишины оранжереи суета бала оглушала и сбивала с толку. Меня окутал навязчивый аромат прелой листвы, а громкая музыка ударила по ушам. Виски сжало обручем, а в животе заворочалось дурное предчувствие. Я все испортила. Там, в оранжерее, я словно шагнула в бездонную пропасть и теперь ждала столкновения с землей, которое окончательно уничтожит меня.

— Вот ты где! — Меня нашел хмурый фидр Стефан. — И куда же ты исчезла?

— Прости, мне стало плохо…

Краем глаза я заметила скривившегося Итана: моя ложь снова причинила ему боль. И все же он здесь, что можно счесть хорошим знаком. Вряд ли он расскажет кому-то о нас с Джоссом, ведь в первую очередь это ударит по его репутации.

Отец кивнул.

— Не каждый способен выдержать это испытание… Но сегодня великий день, отмеченный самой богиней. Именно поэтому мы с Бенджамином и решили, что ждать окончания семестра незачем. Проверка на совместимость магии состоится сразу после бала.

Я шумно выдохнула, хватая ртом воздух. Меня будто бросили в ледяную воду, не забыв связать руки и ноги. Все решится сегодня.

Фидр Стефан отвлекся на рассыпавшегося в поздравлениях гостя и жестом дал понять, что найдет меня позже. На ослабевших ногах я зашагала в сторону и наткнулась на колонну. Привалившись спиной к холодному мрамору, я мрачно усмехнулась. Обнаружит ли магическая проверка то, что я пришлая? Совсем скоро у меня будет шанс выяснить это.

Не нужно было показывать характер! Напиши я отцу письмо и веди себя так, как он привык, возможно, все обошлось бы. И у меня в запасе было бы еще почти три месяца.

Я сморгнула слезы и отлепилась от колонны. На меня уже посматривали, а значит, следовало смешаться с толпой. Я взяла бокал вина с подноса лакея и обменялась любезностями с пожилой леди, с интересом разглядывающей меня. Ее буквально распирало от любопытства, и я была уверена, что стоит нам распрощаться, как она тут же обсудит меня с кем-то еще.

Впрочем, это меня не волновало. Интересно, если я сейчас удалюсь с бала, отец расценит это как очередной акт непослушания? Мне нужно найти Ладана. И держаться как можно дальше от Джосса, он наверняка захочет поговорить. Хватит с меня!

— Амелия? — рядом раздался голос Ребекки. — На тебе лица нет.

С ее рук вспорхнул Ладан и радостно перелетел ко мне. Я с такой силой вцепилась в него, что он затрепыхался и прохрипел:

— Эй, полегче, я тебе не книга. Ты оживила меня, помнишь?

Я ослабила хватку и с нежностью провела по кожаному переплету артефакта, отчего тот зажмурился от удовольствия.

— Прости. Я переживала за тебя.

— У тебя все хорошо? — вновь переспросила Ребекка. — Такое ощущение, что теперь моя очередь утешать тебя.

— Нет-нет, я в порядке, — натужно улыбнулась я. — Спасибо, что присмотрела за Ладаном.

— Вообще-то я не скучал, — хмыкнул тот. — Не все гости обрадовались мне, но зато было весело. Вон тот краснолицый толстый лорд пообещал бросить пить. Прежде чем я успел представиться, его жена сделала большие глаза и шепотом велела мне убираться. Я в очередной раз убедился, как велика сила святого слова!

— Но ты же молчал.

Артефакт отмахнулся.

— Да, но разве это важно? Я и есть воплощение слова.

Я закатила глаза, а Ребекка улыбнулась. С Ладаном не заскучаешь! Поразительно, как в нем одновременно умещались добродетель — если верить его словам, конечно, — и самодовольство.

Когда Ребекка отошла, я понизила голос.

— И как тебе мой отец? Чего он хотел?

Ладан сбросил маску весельчака и нахмурился.

— Я думал, фидр Стефан захочет поговорить о Светлой Матери, но его интересовала ты. Он буквально завалил меня вопросами! Как проходит твой день? С кем ты общаешься? Во сколько возвращаешься в общежитие?..

— А что ты? — упавшим голосом уточнила я.

Молитвенник приосанился.

— Я сказал ему то, что он хотел слышать. Описал, как часто ты возносишь хвалу Светлой Матери и как много занимаешься. Мы же с тобой друзья, а друзья не сдают друг друга. Но, кажется, фидр Стефан понял, что я вожу его за нос.

В душе шевельнулся страх.

— И что случилось после?

— Как ни странно, ничего особенного. Твой отец сказал, что ты сильно изменилась, и велел мне сидеть в кабинете, пока на зал не снизойдет благословение богини.

Я резко втянула в себя воздух и опустила плечи. Я сама виновата в случившемся. Я действовала слишком напористо, слишком непохоже на настоящую Амелию. Отцу не понравилось мое поведение, и он решил подстраховаться — заключить магическую помолвку прямо сейчас.

— Кстати, фидра Стефана заинтересовал мой текст. Ему не удалось установить авторство — кажется, я редкое издание молитв.

— Спасибо, что не выдал меня, — кивнула я.

Ладан подозрительно прищурился и сложил тоненькие ручки на груди.

— А ты чего такая взбудораженная? Ребекка права: на тебе лица нет.

— Отец сказал, что магическая проверка состоится сегодня вечером.

Ладан присвистнул, отчего несколько гостей обернулись и недовольно поджали губы. Извинившись перед ними, я устремилась в дальний конец зала и усадила артефакт на опустевший стол с закусками.

Крылья Ладана опустились.

— Это я виноват, да? Я сказал что-то не то?

— Нет, ты не причем, — вздохнула я. — Отцу не понравилось, что у меня появилось собственное мнение.

— Тебя заберут из академии?

— Не сейчас. Как минимум год я должна отучиться — так положено в кругу высших родов. Но даже если мне не позволят остаться в академии, тебя я возьму с собой. Ты же слышал, что говорил Джосс? Мы с тобой равноправные партнеры.

Остаток вечера прошел как в тумане. Несколько раз неподалеку появлялся Джосс, но я старательно избегала его. О чем нам говорить? Он уже понял, что я что-то скрываю, незачем давать ему новые подсказки. А вот Итан как сквозь землю провалился! Вполне возможно, он вообще отменил помолвку и меня вот-вот найдет взбешенный отец. В этом случае самое лучшее, что меня ждет, — монастырь.

Внезапно музыка оборвалась, и по залу прокатился голос короля.

— Нет-нет, не беспокойтесь, я вовсе не хочу сказать, что бал подошел к концу! В праздник середины осени положено веселиться! Но фидр Стефан попросил меня объявить о том, что в соседнем зале сейчас начнется проверка на совместимость магии. Предварительные расчеты показали почти стопроцентное совпадение, а значит, зрелище будет завораживающим.

К горлу подкатила дурнота, и я схватилась за край стола. Уже?! И о каком зрелище он говорит?

— Нам пора, — ко мне подошел хмурый Итан. — Ты готова?

Я растерялась.

— Но разве ты не…

— Предлагаешь разорвать помолвку прямо сейчас? — вскинул бровь жених. — Твоей репутации придет конец, да и наши рода будут еще десятилетиями обвинять друг друга в сорванной сделке. Лучше пройдем проверку, а через пару месяцев скажем, что наша магия не прижилась друг к другу. Есть возражения?

Я покачала головой и последовала за Итаном. Его предложение звучало отлично… При условии, что проверка не откроет правду обо мне. Если бы Амелия была рядом… Я несколько раз звала ее, но не почувствовала и намека на ее присутствие. Остается надеяться, что она в академии, а не… исчезла.

— Девочка моя! — широко улыбнулся фидр Стефан, едва мы с Итаном вошли в соседний зал. Он уже был набит зеваками, стоящими вдоль стен в несколько рядов. Судя по их взбудораженным лицам, они и впрямь ожидали увидеть нечто удивительное.

Заметив в центре комнаты незнакомый артефакт размером с взрослого человека, я нервно сглотнула. Чем-то он смахивал на весы — на металлическом постаменте возвышалась пирамида с двумя чашами.

Возле артефакта суетился невысокий лысый старичок, то и дело поправляющий очки.

— Вот и наша пара! Сегодня на редкость благоприятный день для определения совместимости. А уж учитывая то, что богиня осенила нас благословением… Вы счастливчики!

Итан сухо кивнул и остановился возле одной из чаш. Немного помедлив, я последовала его примеру. Гости приветствовали нас аплодисментами, и затылок заломило от боли.

— Пусть твой артефакт подержит кто-нибудь другой, — приказал мне отец. Я нехотя передала Ладана Ребекке, порадовавшись, что его не заперли в кабинете.

Окинув взглядом толпу, я ойкнула, только сейчас осознав, что здесь собрался практически весь двор. Присутствовала даже королевская чета, наравне со всеми стоявшая возле стены. А вот Джосса среди гостей не оказалось. Впрочем, это и к лучшему. Если повезет, артефакт ошибется и свяжет меня с Итаном.

Вперед вышел лорд Бенджамин и, кашлянув, торжественно произнес.

— Не буду утомлять вас долгими речами, всем нам интересно увидеть артефакт в действии. Лорд Итан и леди Амелия, пожалуйста, напоите артефакт кровью.

Старик-артефактор подскочил ко мне и услужливо подал кинжал. Я взяла оружие, оказавшееся неожиданно тяжелым, и замерла. Зато Итан, не колеблясь, резанул ладонь, и кровь быстро закапала в чашу.

Взгляды устремились на меня, и я переступила с ноги на ногу. Давай, Кира! Все уже и так зашло слишком далеко… Я занесла кинжал над ладонью и задержала дыхание, собираясь с духом. Острое лезвие коснулось кожи, и я ахнула от внезапной боли. Она была слишком сильной для столь небольшой раны и с каждой секундой распространялась все дальше. Руку будто обожгло невидимое пламя, перекинувшееся на грудь, и вскоре все мое тело словно охватил огонь. Внутри заволновалась магия, она колола кончики пальцев и рвалась наружу. Долго я этого не выдержу!

В наступившей тишине скрипнула дверь, и в зал вошел Джосс. Я прерывисто выдохнула, и с моей ладони сорвалась капля крови и упала в чашу.