Глава 13. До мурашек

Мы не отпускаем руки на протяжении всего часа. У меня сердце то заходится галопом, то наоборот пропускает удары. Игнат волнует меня. Как может волновать девушку понравившийся ей парень. По коже периодически проходят электрические разряды, в груди шевелятся разные чувства. Кажется, наши руки приросли друг к другу. Мы спокойно нарезаем круги по катку, о чем-то болтаем, а я уже не представляю, что будет, когда мы рассоединим ладони.

Меня пугает то, что я чувствую рядом с Игнатом. Это кажется таким… неправильным, что ли. Еще четыре дня назад я любила Андрея и мчалась к нему встречать Новый год, а сегодня боюсь, когда совершенно чужой и посторонний парень отпустит мою руку. Разве такое возможно? И самое главное — а что с этим делать? Как избавиться от навязчивого желания все время смотреть на Игната и быть с ним рядом?

Когда проходит час и мы покидаем каток, руки приходится отпустить. Меня сразу пронизывает холодом похлеще, чем от льда на катке. Инстинктивно обхватываю себя за плечи. Настроение как будто хуже стало. Дурацкое ощущение, нужно прогнать его. Настя, ну что ты, в самом деле, как восьмиклассница какая-то. Тебе двадцать два года, держи себя в руках.

— Неожиданно оказалось не плохо, — говорит Игнат, снимая коньки. — Спасибо, — улыбается такой улыбкой, от которой сердце делает сальто.

У еще у него красивый бархатный тембр. Голос Игната словно теплом окутывает.

Ну ё-моё. Я совсем поплыла по этому парню. Какая несусветная глупость.

— Нормально ты катался. Не похоже было, что первый раз на льду.

— Не первый, конечно. Но все равно коньки — это не мое.

— А что — твое? — с любопытством поворачиваю к Игнату голову.

Я хочу знать об этом парне все. Что любит, чем увлекается, какие хобби. Чем он живет, чем дышит. Мне все интересно. Каждая деталь, любая мелочь.

— Компьютеры, машины, футбол.

Компьютеры, машины, футбол… Это так по-мужски. От Игната веет силой и брутальностью. С ним есть чувство защищенности.

— Футбол мне тоже нравится. За кого болеешь?

— Из наших за «Спартак».

— А не из наших?

— За «Манчестер Юнайтед».

— Почему именно за них? — удивляюсь.

— Я много раз был в Манчестере в Англии. Меня с детства отправляли туда для изучения английского языка, в студенчестве уже сам ездил. У меня много друзей в Манчестере, и я в целом люблю это место. Так пришла любовь к их клубу. Я ходил на матчи, болел за «Манчестер Юнайтед».

— Вау, здорово, — отвечаю с придыханием. — А сам бы не хотел там жить? — новый любопытный вопрос.

— Иногда посещают такие мысли. Я работаю на удаленке и могу жить хоть на необитаемом острове, лишь бы был компьютер с интернетом.

— Классно, — с восхищением.

Я правда восхищена Игнатом. Иметь возможность работать из любой точки мира, не быть привязанным к конкретному месту — это же мечта. Можно много путешествовать и не быть зависимым от отпуска всего лишь 28 дней в году.

После катка идти в торговом центре особо некуда. В магазины мы не заходим, а многочисленные детские развлечения нам неинтересны.

— Пойдём в кино? — вдруг предлагает, когда мы проходим полностью весь второй этаж.

Мой первый порыв — сказать, что мы и так каждый день смотрим дома фильмы. Но вовремя прикусываю язык. Все равно заняться нечем.

— Давай, — соглашаюсь.

Мы поднимаемся на последний этаж, где располагается кинотеатр. Здесь толпятся люди с детьми и вкусно пахнет попкорном. Выбор из фильмов невелик. Через полчаса начнется семейная комедия, поэтому мы берём билеты на нее. Вернее, Игнат берет. Стоя у кассы, он снова достает из кармана бумажник и прикладывает к терминалу карту. Я сквозь землю провалиться хочу. Зачем он это делает? У нас же не свидание!

Смотрю на наши билетики в кино. Пришлось взять последний ряд, потому что в центре зала мест не было. Не знаю, о чем думал Игнат в этот момент, а я о том, что последний ряд — это место для поцелуев у подростков. Но вряд ли Игнату пришла в голову такая чепуха. К слову, у нас достаточно приличная разница в возрасте — семь лет. Мне 22 года, а ему 29. У меня еще свежи в голове воспоминания из школы, когда парочки среди одноклассников непременно покупали билеты в кинотеатр на последний ряд. Игнат вряд ли такое помнит.

Он такой взрослый, вдруг осеняет. Без малого тридцать лет. У меня такого взрослого парня еще не было. Хотя у меня всего-то был только один парень — Андрей. Он на год старше меня. До Андрея были ухажеры, я ходила на свидания. Каждый раз это были мои ровесники.

А Игнат разительно отличается от моих сверстников. В 22-23 года люди только заканчивают институт, многие еще живут с родителями и преимущественно за их счет. Игнат же полностью самостоятелен. Вон какой крутой дом построил. Айтишник. Ну да, им хорошо платят.

— Будешь попкорн? — спрашивает, подходя к бару.

— Нет, спасибо.

На самом деле я очень люблю попкорн, но Игнат ведь снова будет здесь за меня платить? А мне неловко, поэтому лучше откажусь.

— Я все равно возьму. Ты какой любишь: соленый, сладкий, сырный, смешанный?

На удивление очереди в баре почти нет, и Игнат уже достал из кармана бумажник. Обреченно вздыхаю про себя.

— Да любой… — мямлю.

— Давай смешанный?

— Угу…

— Нам большое ведро смешанного попкорна, — обращается к бариста. — Что будешь пить? — это уже ко мне.

— Просто воду.

— Одну бутылку воды и колу без льда.

Игната не парит, что наша прогулка по торговому центру выглядит как классическое свидание? Я одна заморачиваюсь по этому поводу? Кажется, его вообще ничего не парит. Игнат абсолютно расслаблен, как будто каждый день так ходит гулять с девушками. Может, и мне следует отпустить ситуацию? Наверное, это будет наилучшим вариантом.

Я заставляю себя выдохнуть и откинуть в сторону ненужные мысли. Игнат сам предложил мне пожить у него на праздниках, сам пригласил погулять в ТЦ, сам по собственной инициативе везде за меня платит. И даже на дороге в новогоднюю ночь он сам остановился и сам предложил помощь. Я никому не навязываюсь. Так что моя совесть чиста.

С такими мыслями я захожу в зал и занимаю место в последнем ряду согласно нашим билетам. Фильм оказывается очень годным, и даже шутки смешные. Я периодически опускаю руку в ведро попкорна и пару раз встречаюсь там с ладонью Игната. Каждое прикосновение к его пальцам отдает во мне волной дрожи. До мурашек. Меня бросает то в жар, то в холод. Я перестаю следить за сюжетом фильма и не могу больше думать ни о чем кроме того, что Игнат мне до ужаса нравится.