Глава 7

Ррангара пересекала свой кабинет наискосок, крутанулась и двинулась назад. Преподавательница по прорицательству любила размышлять на ходу. Также она поступала и на занятиях, вот только в аудитории особо не разгуляешься. Зато в личном кабинете Ррангары можно было соревнования устраивать. Просторный, светлый, с минимумом мебели, он отлично соответствовал привычкам владелицы.

Сводчатый потолок, голубоватые мерцающие стены, по которым словно ползли вверх зеленоватые искорки — помещение сразу производило впечатление.

Тонкие стебельки белесого дыма клубились вокруг двух растений в кадках у окна, похожих на колючие кустарники без листьев. Зато их сплошняком покрывали мелкие ярко-оранжевые ягоды. Горькие и жгучие, насколько я знала. Из них Ррангара делала кольтрен — местное расслабляющее зелье для усиления способностей к предвидению.

Кроме рабочего стола, голубоватого и мерцающего, в форме изогнутого овала и нескольких странных кресел с пушистой зеленой обивкой, в кабинете Ррангары ничего не было. Ни стеллажей с книгами, ни лабораторных столов с зельями.

Сейчас жесты ди Мальсамах выглядели еще более резкими, быстрыми и одновременно по-своему пластичными. Не суматошными, а скорее стремительными.

Мы с Телем застыли возле виртуального монитора личного компьютера Ррангары, на который та перекинула видения.

Страж выглядел взбудораженным и очень странным. Еще более странным, чем в последние сутки. Привычная невозмутимость Теля, сосредоточенность и суровость куда-то внезапно испарились. Глаза его странно сверкали, ноздри то и дело раздувались, брови сошлись на переносице.

А еще он время от времени изучал меня. Причем вовсе даже и не лицо — взгляд начальника то и дело опускался гораздо ниже, примерно на уровень пупка и быстро возвращался к моим глазам. После этого страж чуть поджимал губы и выпячивал упрямый подбородок, словно увиденное ему не понравилось. Некоторое время смотрел на монитор и вдруг снова сосредотачивался на мне. И так уже раз двадцать, не меньше…

— Что именно вы хотите от меня узнать, господин Тель, госпожа Фейрис? — нетерпеливо уточнила преподавательница, замерев на месте и глядя на нас вопросительно. Страж резко придвинулся ко мне и вдруг удивленно приподнял брови, словно сам не ожидал от себя подобного жеста. Ррангара издала какой-то звук, и Тель мгновенно отреагировал — окинул демоницу таким взглядом, что та вздрогнула и даже попятилась.

— Видения Феи пророчат нам неудачу?

— Я в этом не уверена. Скорее они предлагают тебе выбор, страж.

— Выбор? — Тель вскинул брови.

— Полноценное видение госпожи Фейрис обрывается на том моменте, когда ты пытаешься отослать ее, чтобы спасти… Так?

Тель прорычал:

— Да.

Я удивленно покосилась на начальника. Да что опять его раздосадовало?

Тель не удостоил ни взглядом, ни ответом.

Однако же не отодвинулся — мы по-прежнему сидели вплотную и горячий бок начальника грел как печка.

— Следовательно, определенное и однозначное будущее обрывается именно на этом моменте, — осторожно проронила Ррангара.

— Определенное и однозначное… — вклинилась я. — Значит ли это, что дальнейшие события зависят от наших с Телем поступков? Оставлю ли я его одного и предпримет ли что-то страж?

На этом вопросе начальник слегка дернулся, предельно выпрямил спину, но не проронил ни слова.

— Да, — подтвердила Ррангара. — Так и есть.

— А что это за странное место? Трава, которая меняет цвет? Небо то пурпурное, то фиолетовое? Туман? А?

Страж на вопрос не отреагировал, а преподавательница пояснила:

— Это всего лишь означает, что ты еще не посещала то место, где происходят события видения.

— На самом деле там все другое?

— Да. Но твое воображение замещает пустые промежутки. И то, чего ты не знаешь, не видела или не можешь себе представить, выглядит необычным образом. Словно намекает на то, что это — не настоящее место и окружение, а просто плоды твоей фантазии.

— И что же говорят остальные символы в видении Феи? — уточнил Тель недовольным голосом.

— Вам самим нужно сложить послание. Я могу лишь подсказать возможные значения слов, которыми разговаривало с госпожой Фейрис будущее.

— Слушаю, — процедил Тель, будто сведения уже заранее не нравились ему, хотя Ррангара еще ничего не сказала.

Преподавательница осталась на почтительном расстоянии от нас и негромко произнесла:

— Первый символ — связь. И он самый важный. Видимо, от этого все зависит. Второй символ — страсть. Третий — смерть.

Я аж вздрогнула, но внезапно теплая рука Теля накрыла мою ладонь. Безумные события сегодняшнего дня уже ничем не могли удивить меня… Ровно до этого мгновения. Прежде страж никогда не позволял себе подобные действия. Как будто мы не просто начальник и подчиненная, не просто приятели, вне рабочей обстановки. Огромная горячая ладонь начальника настойчиво сжала мои пальцы. Из горла Теля вырвался какой-то звук — нечто вроде утробного рева медведицы, что защищает собственное потомство. Но страж в то же мгновение опомнился, забрал руку и перевел взгляд на Ррангару.

— Дальше! — прорычал он.

— Выбор. Следующий символ гласит — выбор. Все вместе я бы расшифровала так. Связь — это выбор между страстью и смертью.

Тель свел густые брови на переносице и отчеканил:

— Дальше!

— Любовь и понимание на одной чаше весов и неизвестность на другой. Сомнение. И снова связь, выбор, смерть и страсть. Я бы расшифровала это как…

Тель зарычал, вдруг придвинулся снова, буквально впечатал свой бок в мой — и меня окатило таким незнакомым, таким приятным и таким странным жаром… Страж вновь очертил пораженным взглядом, даже чуть приоткрыл рот от удивления, будто инстинкты начальника боролись с его волей и побеждали, едва тот ослаблял контроль. С минуту Тель просто смотрел на меня: обжигающим, нездешним взглядом, таким, что мне вдруг почудилось — еще минута, секунда, мгновение — и повторится сцена в ледяном замке. Тель схватит, подомнет под себя, покроет кожу и тело поцелуями. От этой мысли почему-то бросило в жар, смущение опалило щеки и уши. Я украдкой покосилась на Ррангару. Демоница наблюдала за нами издалека, словно опасалась приближаться, чтобы не сгореть в общем пламени эмоций. Стало очень и очень не по себе. Захотелось провалиться под землю. Хотя я ведь ничего такого не сделала!

Зато Тель моментально отреагировал. Издал какой-то странный звук, очень похожий на рычание и с заметным нежеланием отодвинулся. Кресло неприятно скрипнуло по полу, у меня аж зубы свело. Страж гортанно выругался:

— Разрех тар Арталы!

Ррангара даже попятилась.

— Я понял! Хватит! У нас есть выбор, — Тель встал и собирался уйти, но вдруг остановил на мне очень странный, опять совершенно незнакомый взгляд. Теплый и почти ласковый. — Фея. Не бойся. Все будет хорошо. Мы сможем одолеть врагов. Просто веди обычную жизнь в вузе. Все уладится. Все утрясется. Ничего не бойся и ни в чем не сомневайся.

Никогда еще в словах стража не звучало такой заботы, такого понимания и… такой нежности.

Короткий взгляд на Ррангару — такой, что та вновь поежилась, инстинктивно обхватив себя руками — и страж стремительно вышел из кабинета.

— Вы ведь не скажете, как расшифровывается остаток послания? — без всякой надежды спросила я.

Демоница только пожала плечами и вернулась к своему рабочему месту, остановившись напротив меня.

— Думаю, когда ты все поймешь, и разгадаешь сущность видения, это поможет нам всем, — произнесла загадочно и задумчиво. — Прокрути в голове символы: внимательно и последовательно. И помни! Те, что идут один за другим всегда закольцовываются с последним. Также как я закольцевала выбор между страстью и смертью.

Я вскинула глаза на Ррангару и, не сдержалась — выпалила:

— Кто-то сомневается в чувствах другого, хотя сам, по-настоящему, любит его? И от его решения, понимания истинных чувств возможной пары зависит его выбор и наша судьба?

Преподавательница скривила тонкие губы в подобие улыбки.

— Ты быстро учишься и очень талантлива. А теперь ступай. Мне нужно работать. У меня еще несколько занятий.

На ватных ногах я вышла из кабинета. В голове так и крутились догадки. Кто-то из стражей влюблен. И то ли от ответных чувств его женщины, то ли от его собственный веры в них, напрямую зависит судьба лифта. Вернее, окончание битвы. Связь, которая поможет выжить Стражам и отразить атаку армии с нижних и средних миров…

Ну прямо не демонический вуз, а институт благородных девиц получается. Любовь и только любовь. И все зависит от нее.

Че-ерт! Я так и не узнала про связь!

Я тряхнула головой и впечаталась в грудь Тельбота. Только сейчас вспомнилась наша договоренность о встрече. Я уже решила, что стражи слишком заняты делами насущными, и все предыдущие «мирские заботы» их больше не волнуют. Но ведь это же демоны! Разве они могут бросить личные дела ради блага лифта? Даже если это благо отражается и на них самих.

Демоны живут своими страстями, стремлениями и желаниями.

На сегодняшнем собрании стражи это отлично продемонстрировали, когда предложили Телю отказаться от своих убеждений и отдать миры на волю лифта. Даже если понятно, что какие-то планеты погибнут.

Демоны нижнего и среднего уровней тоже откровенно об этом заявили, когда присоединились к гадам, что намеревались убить стражей и стать бессмертными магами всех времен и народов. Остается только надеяться, что Тель выберет правильный вариант действий из моего видения и мы все-таки победим. Потому, что «полноценное видение» выглядело не слишком-то обнадеживающим.

Ослабленный, полумертвый Тель и узкая труба портала, вместо обычного бездонного провала в другой мир… И приказ — уходить, оставить начальника на растерзание нападавшим.

Боже! Надеюсь этот упрямый рогатый все-таки сделает правильный выбор. Знать бы еще какой и причем тут опять связь!

Связь! Связь! Связь! Я только о ней и слышу в последние пару дней. Слово уже на зубах завязло.

И впервые, при расшифровке видения, рядом с этим малопонятным мне термином, что по словам Вельсера вовсе не означает ни любви, ни понимания, затесалось это первое слово…

— Фея? Ты в порядке? — вывел меня из ступора голос Тельбота. — Ты как будто ушла в другой мир. Только не целиком — аурой и душой. А тело осталось в моем распоряжении. Не то чтобы я особенно жаловался. Твое тело очень даже привлекательно во всех смыслах этого слова… Но ты же знаешь, я — не братья. Предпочитаю начинать общение с традиционных интеллигентных глупостей. Болтовни о погоде, природе и всяких там магических вещицах.

— А? — только и смогла ответить я.

Тельбот развернул меня от кабинета и решительно потянул к выходу из здания — лифту-порталу для высшего преподавательского состава.

— Поторопимся, пока братец не вернулся и вновь не воззрился, словно василиск на охоте.

— Хм… Боишься Теля? — наконец-то нашлась я.

— Я никого не боюсь, Фея. Тель командует, потому что он лучший стратег и тактик нежели мы все. И только. По части интриг, всяких там пакостей исподтишка с целью разрушить войско противника изнутри я — мастер. И если придется, брату тоже это продемонстрирую.

— А мне? — мы как раз шагнули в портал и вышли в университетском саду.

Высокие остролистные деревья, хвойные и цветы всех оттенков палитры, по форме больше похожие на ракеты… Природа здесь четко показывала — это место не для слабонервных.

Впрочем, если не обращать внимания на детали, сад как сад. Скамейки, беседки, увитые плющом, голубой шатер неба над головой… Студенты, которые прогуливаются парочками или большими шумными компаниями. То есть — влюбленные, любовники и шкодники. Все как в самом обычном вузе. За исключением редких падающих деревьев, далекого грохота учебного полигона и визгов тех, кого окончательно достали недоученные зельевары.

Не дав мне опомниться, или опасаясь преследования Теля, Тельбот создал портал — и мы сразу шагнули в выставочный зал среднего мира.

Спутник сделал галантный жест, пропуская меня в просторный дверной проем в форме арки. Алые с золотистыми узорами двери оказались распахнуты настежь. Ну еще бы! Выставка открыта, посетителей валом — аншлаг полный.

В гигантском овальном зале, заставленном высокими тумбами с экспонатами, толпились маги и демоны. Даже из поднебесной пожаловали! И все такие веселые, общительные. Непривычно в преддверии войны. Но, похоже, варвары нижних и средних миров воспринимали грядущую бойню как очередной способ немного поразвлечься, размять кости и потешить силушку. А утонченных граждан из поднебесной вообще не поставили в известность. Только демоны высшего мира косились на остальных с неодобрением и держались отстраненно, почти враждебно.

Посетители шумно переговаривались, демоны размашисто жестикулировали, специалисты по артефактам спорили и обсуждали их назначение.

У стен выставочного зала выстроились пухлые диваны, в тон розового интерьера. По воздуху плыл легкий, кисловатый аромат цитрусовых.

Вещицы, которые нам предлагалось оценить, стоили по местным меркам как несколько Академий, хотя и выглядели не так чтобы презентабельно. Какой-то старый глиняный сосуд. Нечто вроде тяжелого жезла, инкрустированного драгоценными камнями, изящная диадема, дверная ручка… Да-да, самая обычная.

Ага… сегодняшняя тема выставки «проклятые артефакты». Забавные штуковины. Я попыталась вспомнить увлекательные лекции Тейнейры Петранс. Все-таки ее манера преподавания очень выручала. Информация всплывала в мозгу почти без усилий, словно сама собой, цепляясь за шутки и любопытные примеры лекторши.

Та-ак! Ну-ка! Я приблизилась к кружке и прикрыла веки, вспоминая.

Кружка Эльмиры Ливановой, с Земли. Женщина родила в пятьдесят, редкий случай, а затем убила старших дочерей в приступе постродовой депрессии. Из этой кружки она сама себя и отравила. Любое питье в артефакте превращается в смертельный яд. Причем, яд только для того, кто наполнил сосуд последним. Любой другой выпьет — и ничего не случится.

Я посмотрела на табличку, что неведомым образом держалась на стеклянном куполе вокруг артефакта.

Отлично! Не ошиблась.

— Вспоминаешь уроки истории? — догадался Тельбот.

— Добро пожаловать, господин страж! — не дала мне ответить бессменная хозяйка Галереи между миров. Так она называлась.

Единственный маг из поднебесной, ужившийся среди демонов среднего мира. Альбина Эженова. Высокая, худощавая, пепельная блондинка, как и положено жителям небесного уровня, с традиционным пучком на затылке она всегда напоминала мне школьную учительницу. Впрочем, вряд ли последняя надела бы такие обтягивающие лосины из латекса и короткий лиф из того же материала. Альбина не выглядела красивой, скорее интересной, породистой. О таких говорят — эффектная женщина.

Курносый нос картошкой, глубоко посаженные серые глаза и пухлые губы. Она производила впечатление простушки, что пытается казаться стервой. Но не была ни той, ни другой.

— Добро пожаловать, госпожа помощница стража! — поприветствовала меня Альбина, когда поравнялась с нами. — Как закончите с выставкой, проходите в соседний зал — там фуршет и напитки.

Я бросила взгляд на роскошный стол. Он тянулся от стены к стене, и ломился от яств самой разной кухни: земной, миров всех уровней и даже поднебесной.

Резко вспомнилось, что после лекций я успела перекусить только солеными крекерами в кабинете начальника, перед совещанием. Совсем забыла о пище, настолько увлеклась предсказаниями…

— А экспонаты можно трогать и брать в руки? — поинтересовался Тельбот, и я тут же вспомнила вчерашнюю «вечеринку» с Вельсером. Не трудно догадаться, что и этот рогатый что-то задумал. Я неспешно двинулась рядом со стражем, разглядывая артефакты и вспоминая их назначение.

Медная заколка какой-то скандинавской девы, что рожала только сыновей любимому мужу. Усиливала женскую плодовитость и помогала родить сына, разумеется. Золотое кольцо одного из московских князей, украшенное печаткой в виде полустертого изображения медведя с алыми глазами.

Говорят, интуиция у хозяина украшения была невероятной — с первого взгляда определял ложь и предательство. Артефакт помогал распознать в близких неискренность, видеть, когда что-то недоговаривают. Действовал слабо, но казался полезным.

Ржавый меч с отломанным острием. Оружие какого-то рыцаря. На турнире ему срубили кончик меча, а затем выбили тот из рук. Рыцарь умудрился доползти до оружия и, схватив острый клинок за лезвие, убить противника мощным ударом по голове.

Артефакт наделял владельца небывалой физической силой.

Когда мы с Тельботом обошли зал и разглядели все экспонаты, в том числе и демонического происхождения, спутник вдруг опять подозвал Альбину.

Повинуясь его небрежному жесту, магичка заспешила к нам навстречу.

— Вы что-то хотели господин страж? — голос Альбины сочился патокой.

— Я бы хотел приобрести у вас две вещицы. Взамен даю сложенные порталы. Тоже два. Как вам обмен?

Для непортальщика и немироходца такое предложение — все равно что обменять самолет на игрушечную детскую машинку.

Альбина счастливо закивала.

Тельбот вытащил из кармана брюк два шарика, размером с мандарины, похожих на новогодние украшения. Внутренность их мерцала характерными для свернутого портала синими и оранжевыми всполохами, а поверхность время от времени шла волнами.

— Берите, что пожелаете, — Альбина жадно вцепилась в порталы.

Тельбот предсказуемо взял кольцо русского князя, щелчком пальцев уменьшил его и протянул мне ладонь. Я нехотя подала руку демону и тот надел кольцо мне на палец.

— Не боитесь? — усмехнулась я. — Вдруг спрошу зачем так настойчиво ухаживаете?

— Спроси! Только вначале я поясню как действует артефакт, — хмыкнул Тельбот.

— Поясняйте, — предложила я.

Вместо ответа демон забрал меч, медленно провел по нему рукой — и лезвие сложилось как складная трость, полностью скрывшись внутри рукояти. Магия трансформации. То, в чем силен Тельбот.

Поэтому он так любит всяческие артефакты и штуковины, что обращают одно в другое.

— Для сражения, — улыбнулся страж. Но мне показалось, что улыбка его слишком уж нарочитая. Словно демон пытался выдать желаемое за действительное — сделать вид, что не боится грядущей битвы. Однако если уверен в победе, не обзаводишься вещицами для наращивания сил.

— Так объяснишь, как пользоваться артефактом? — уточнила я у Тельбота.

— А ты нетерпеливая девочка, — неискренняя улыбка стража не сулила мне ничего хорошего. — Объясню под обещание. Ко мне артефакт не применять. Я подарил его тебе для Теля.

Нечто подобное я и предполагала.

— И вы поверите обещанию помощницы декана-демона? — усмехнулась я.

— Кольцо поверит. Тот, кто дарит его, дает артефакту команду — подчиняться новому владельцу или же заснуть, превратиться в обычное украшение. Если обманешь — кольцо не сработает.

— Говорите уже, — отмахнулась я.

— Кольцо работает, если тот, у кого хотят узнать правду, волнуется. Но вопросы нужно задавать правильно. Только о том, что интересует. Никаких наводящих вопросов, никаких намеков и никаких загадок. Только прямые и четкие фразы.

— Я думала, вы с Телем заодно, — вгляделась я в тонкие черты Тельбота. При мягком освещении галереи он казался еще более аристократичным, изысканным и одновременно чужим. Совсем непохожим на брата. Тель временами пугал, смущал и даже отталкивал, но в остальное время — притягивал. В нем ощущалась какая-то сила, теплота, не свойственная демонам, и направленная почему-то на меня… Или я все лишь придумала?

— Заодно. Когда речь заходит о лифте измерений. И не заодно, когда брат совершает большую дурость.

— Дурость? — вскинула я брови.

— Пойдем, поешь. Вон какие бутерброды с красной икрой. А корзиночки из слоеного теста с салатами? Оливье с курицей, колбасой? Сырный салат, мимоза?

У меня аж желудок заурчал.

Тельбот двинулся к столу и какое-то время салаты занимали все мое внимание. Бутерброды с нежной семгой тоже. Как и красная икра на толстом слое масла и кусочке свежайшего белого хлеба. Икринка к икринке, будто их отбирали вручную.

Тельбот налил мне сока манго и ароматного чая с земляникой.

Галантно, как он это умел, подвел к диванам у стен — близнецам тех, что располагались в выставочном зале. На подлокотниках диванов легко умещались тарелки. Страж взял себе жареные крылышки какой-то очень большой птицы, наверное, не меньше страуса и густой зеленый настой тиманна — напиток из коры дерева нижнего мира. Многие считали, что он увеличивает мужскую силу. Впрочем, демонам этот эффект без надобности. Я скорее поверила бы, что Тельбот пьет зелье ради бодрящего эффекта. На демонов он действовал как тройной кофе на людей.

— Ты не ответил, — напомнила я стражу, когда вполне насытилась и осушила стаканы.

Тельбот встал и принес нам фокку в высоком стеклянном графине с тонким носиком.

Я помотала головой, помятуя случай с Вельсером. Страж ухмыльнулся — кажется догадался.

— О какой дурости Теля идет речь? — спросила я снова.

— Видишь ли, Фея. Есть вещи, которые страж не должен себе позволять. Вернее, может. Но не тогда, когда от этого зависит судьба лифта и наши жизни тоже…

— Какие, например? — настойчиво уточнила я.

— Благородство, любовь…

— Я думала, демонам это недоступно, — усмехнулась я. — И Вельсер так утверждал…

— Всем доступно. В разной мере. Ты ведь уже знаешь, что мы — никакие не чертики из мифов. Мы более жестоки и менее совестливы, нежели люди. У нас темная магия, которая пугает человечество. Но мы не зло в чистом виде. И тоже можем любить, страдать и оберегать того, кого любим.

— И что же в этом такого уж плохого?

Я вдруг вспомнила вчерашний разговор с Вельсером, который убеждал в совершенно противоположном. Хм… любопытненько!

— Ничего плохого. Если это не затрагивает общие интересы, — уклончиво ответил Тельбот, и залпом осушил бокал фокки.

— Я думала, Тель делает все в интересах лифта, — удивилась я.

— Не все! — слишком уж резко для нашей милой беседы выпалил Тельбот и тут же сбавил обороты, заговорив практически как прежде. — Ну и ладно бы. Его внутренние запреты и глупости — лишь его проблема. Хуже, что он мешает нам с Вельсером сделать то, что поможет спасти и Теля, и лифт от нашествия. Вернее, окончательно победить орды из нижнего и среднего миров.

Я даже опешила от такого заявления. Тель — боевой маг и все знали, что именно он — лучший в защите лифта. Никто другой. И вдруг такое…

— Не верю… — протянула я тихо.

— А вот об этом тебе лучше спросить у Теля. И скажи, что я готов в любую минуту. Я не Вельсер! Не провожу каждую ночь с новой женщиной. Мне достаточно симпатии к компаньонке по жизни. Достаточно той, которую я смог бы уважать. А тебя я уважаю.

— О чем это ты? — вскинула я взгляд на лицо стража.

— Поговори с Телем. Тогда скажу. А пока доедай свои лакомства и пошли назад, в Академию. У меня еще есть дела на границе. Кто-то же должен мыслить здраво, а не включать любовное безумие, когда требуется холодный рассудок.