Глава 25 или Все меняется

Зайдя в холл, первым, что я отметила, были не изменившейся интерьер или появление новых дверей. Нет! Первым, что привлекло внимание, были печальные лица студентов. Кажется, тут собрались все. А Энни и вовсе стояла рядом с лестницей, промакивая передником мокрые щёки. Мысль мелькнула как молния - Алан! Сердце сжалось от тревоги, и я уже готова была требовать сейчас же рассказать мне что с ним случилось, но меня опередил Калеб:

- Джеймс, что у вас произошло? - ответа он спрашивал у своего соседа по комнате, молодого и очень перспективного чародея.

Джеймс, подняв взгляд, выразительно поморщился и показал зажатый в руке свиток. Я так поняла, проблему вслух обсуждать он не хотел.

Нахмурившись, подошла ближе к парню и, забирая бумагу, тихо спросила:

- Совсем все плохо?

Ответила мне Карла, одна из трех девчонок-волшебниц.

- Погремушку забрали, - она говорила тихо, но Адара все равно услышала и ахнула. Та-ак!

- Кто забрал? - руки мелко задрожали, и я еле сдерживала поток брани. Незачем пугать детей своей реакцией.

- Читай, Алис, думаю, в свитке все сказано, - Калеб выразительно кивнул на сломанную печать на документе в моих руках.

Развернув послание, прочитала несколько строк, написанных размашистым почерком, и смяла бумагу в комок. Ах ты ж мелкий засранец! Два дня он из дома не выходит!

Сволочь!

В свитке пряталось официальное уведомление, что наша Погремушка признана опасной для жителей города и она подлежит уничтожению, но предварительно ее необходимо изучить как порождение мерзкой магии.

Печать градоправителя знала даже я - она стояла на всех торговых бланках в городе, ведь с любого договора продажи в казну города отдавался процент.

Вот, значит, как.

Сынок городского начальника пожаловался папочке, а тот решил проблему кардинально. Погремушку видели многие из посетителей Академии, и никто из них не жаловался на слаха. Так, вздрагивали только в первое время. Но не мне их судить, я вообще визжала, разглядывая торчащие ребра и светящиеся глаза. Но стоило животному порычать на мажорика и она сразу стала опасной для общества!

- Калеб, Джеймс, пойдемте со мной. Лиам, уведи Адару на кухню, ей нужно умыться. -На лице девочки уже не было и намека на хорошее настроение, она плакала из-за Грем. -Энни, сделаешь всем чай?

Разогнав толпу, отправилась в свой кабинет, закипая от злости. Другой мир, другие правила, магия, в конце концов, а порядки все те же: кто по статусу выше - тот и прав. Уууу, гады!

Калеб шел за мной молчаливой тенью, кажется, это был первый раз, когда парень даже не пытался пошутить. Джеймс следовал за ним, а ребята в холле, тихо переговариваясь, отправились за всхлипывающей Энни в столовую.

- Джеймс, почему Энни плачет?

- Из-за нового портрета, - этот юноша не любил много говорить, всегда отвечая коротко, но не всегда понятно. - Если мы идем в ваш кабинет, то нам нужно на третий этаж.

Заметив, что я собралась по привычке повернуть в правое крыло второго этажа, Джеймс остановил меня легким прикосновением руки.

Я оглянулась на него, вопросительно вскинув брови.

- Второй этаж теперь выглядит по-другому. В нашем крыле появились свободные комнаты, а ваше... Не знаю, там больше дверей, индивидуальные спальни. Каждая с личной ванной и небольшой гостиной. А ваши с мэтром апартаменты. сами увидите.

Похоже, парень и сам удивился такой длинной речи. А мне стало очень любопытно, что же так взволновало подростка. На третий этаж теперь вело две лестницы. Одна широкая и светлая, с устойчивыми ступенями и множеством кристаллов на стене вдоль перил. Но, как выяснилось, нам нужно было подниматься не по ней. Махнув рукой на неприметную панель двери, замаскированную под отделку стены, Джеймс толкнул ее, открывая проход на довольно-таки крутую лестницу.

- Это что? - Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать!

- Эта к вашим комнатам. Мы поднимались туда. Ну, вы понимаете.

Конечно, понимаю, мне тоже было бы любопытно узнать, что за изменения произошли в Академии.

- А та? - указала я рукой в сторону широкой лестницы.

- Тоже на третий этаж. Там теперь есть настоящие классы, их шесть штук. Каждый чем-то оборудован. Но в шкафы мы не заглядывали, не успели, если честно. И подъем в библиотеку.

Ага, то есть наши с Аланом спальни по какой-то причине изолировали от всех. Хм, да я смотрю, у Академии есть чувство юмора.

Вздохнув, первая шагнула на тускло освещенную ступеньку и тут же удивленно ахнула: стоило мне подняться на пару ступенек, как стены с обеих сторон буквально вспыхнули тысячей крошечных огоньков. Поднеся руку ближе, я все же не рискнула дотронуться до каменной кладки.

- Мы тоже удивились, - за спиной раздался голос Джеймса, - но это всего лишь мелкая крошка осветительных кристаллов.

Угу, значит, любопытные студенты не просто поднимались по этой лестнице, они и стену тут поковырять успели! Молодцы, прям горжусь ими.

Пятнадцать ступеней - такой путь теперь необходимо было преодолеть, чтобы оказаться в небольшом квадратном коридоре с двумя дверями. Хотя коридором это помещение назвать было трудно. Тут стояла изящная софа и рядом с ней тумбочка с настольным кристаллом, у дверей расположились кадки с шикарными цветами. Приемная директора? Тоже не то. Скорее, это все мне напоминало прихожую в небольшом уютном доме.

Подойдя к первой из дверей, я толкнула ее и, заглянув в приоткрывшуюся щель, быстро захлопнула. Так, туда я загляну позже, разговаривать с двумя студентами в месте, слишком похожем на квартиру, я отказываюсь категорически!

Зато вторая дверь меня порадовала больше. За ней скрывался мой любимый кабинет. Только теперь он стал в два раза просторнее и гораздо чище. А еще в нем появился второй рабочий стол и большой мягкий диван. Вот тут самое место для разговоров!

Как только мы удобно расположились, Джеймс начал рассказывать:

- Где-то час назад в дверь постучали. Не знаю, если честно, кто открыл, но толпа к нам пришла знатная. И градоправитель собственной персоной и пара присяжных Печати, и несколько волшебников из городских. Ставленники сильнейших. Я спустился из-за криков. Энни уже причитала, девчонка эта пришлая в гостиной орала, Погремушка рычала, а наши гости требовали позвать старшего. Но судя по улыбочках на лицах гостей, они прекрасно знали, что мэтра в Академии нет. Хотя мне кажется, они про ваше, Алис, отсутствие знали. Вы же понимаете, мы не могли не отдать Погремушку, у них официальный документ, да и присяжные Печати не те ребята, с которыми шутят.

Калеб встал с дивана и подошел к окну, он отрешенно погладил сартула, а я, сидя в своем любимом кресле и откинув голову на спинку, принялась рассматривать потолок.

- Что еще они говорили? Про мэтра, меня, Академию?

- Нет, их интересовала только Погремушка. Но когда слаху надели умирающий поводок, из гостиной вышла наша гостья, - Джеймс не смог скрыть свое недовольство, и я его понимала. - Вот она много наговорила. Обвиняла мэтра в нападении на ее деревню. Сказала, что он действовал не один, а с какой-то женщиной. По ее истеричной речи я понял, что она имела в виду вас.

Ну вообще замечательно. Вот только обвинений со стороны какого-никакого "мэра" городка мне и не хватало.

- Что сказал градоправитель?

- Что он обязательно обо всем доложит в управление и сильнейшим. Девушку они увели с собой.

Просто замечательно! Теперь понятно, почему вокруг Академии появился барьер, думаю, нас будут защищать изо всех сил.

- Спасибо, Джеймс. Если не сложно, спустись, пожалуйста, вниз и передай Адаре, что с Погремушкой все будет хорошо. А я скоро приду.

Кивнув мне, парень тихо вышел из кабинета, а как только за ним закрылась дверь, Калеб повернулся ко мне и, глядя исподлобья, спросил:

- Это правда?

- Нет, - скинув туфли, я вытянула ноги под столом, - но Адару успокоить нужно.

- Что мы будем делать, Алис?

Взглянув на напряженную фигуру у окна, честно ответила:

Не знаю.

Молчание, повисшее в комнате, прервал дробный стук в дверь, будто кто-то очень торопился попасть в нашу компанию.

Кивнув в ответ на вопросительно вскинутые брови Калеба, я не очень удивилась, увидев на пороге растрепанного Лиама.

- Алис, ты должна это видеть.

Вид парня и его горящие от нервного напряжения глаза не оставили ни секунды на раздумья. Из кабинета я буквально выбежала, спеша вслед за другом.

- Я с вами? - хоть вопрос и звучал во фразе, брошенной Калебом, но вопросом как таковым не являлся. Потому что он уже уверенно шел рядом со мной, сосредоточенно сведя брови к переносице.

- Алис, что тут произошло, пока нас не было?

- Если бы я знала, но атмосфера...

- Ты тоже чувствуешь напряжение?

Калеб не пытался шептать, да и я отвечала не тихим голосом, все равно в коридоре второго этаже не было ни души. А вот Лиам, слышавший нас, не стал принимать участие в разговоре. Он лишь передернул плечами, как будто пытался избавиться от неприятного ему прикосновения.

Судя по всему, он узнал нечто такое, что ему весьма не понравилось, и теперь он хотел поделиться своей "находкой".

Мне не давали покоя изменения, произошедшие в Академии. И если увеличение количества жилых комнат, появление аудиторий и, с какого-то перепуга, личные апартаменты для меня и Алана, в которые я так и не зашла, были приятной неожиданностью, то защитный купол, такое своевременное для них появление людей градоправителя и это ужасное напряжение, разлитое густой патокой в воздухе - не могли не заставить о многом задуматься.

"Ох, Алан, возвращайся быстрее, кажется, без тебя я не справляюсь!"

Погруженная в свои мысли и переживания, я не заметила, как мы дошли до библиотеки.

Ну что я могу сказать, она стала больше. Хотя и до этого внутреннее пространство совершенно не соответствовало внешнему виду башенки. Теперь же было впечатление, что я попала в пресловутую библиотеку Конгресса, так часто демонстрируемую любителям американского кинематографа. Книг стало больше, диванов тоже. Как и качество обстановки изменилось. Если раньше Академия выглядела как престарелая кокетка, скрывающая свою былую красоту за слоем пыли и потертыми коврами, то сейчас это был молодой денди, выпячивающий свое благополучие.

Алис...

Калеб замер рядом со мной, с удивлением глядя на новую обстановку библиотеки. Не могу сказать, что я была удивлена меньше, но:

- Знаете, а предыдущий вариант мне нравился больше. Тут было.

- Уютнее, - закончил мою мысль Лиам, - но показать я вам хотел не это. Идемте.

Парень, махнув рукой, пошел вглубь просторного помещения, ловко обходя все новые столы и мягкие уголки для чтения, уводя нас к высоким панорамным окнам. Там, между ними, мы и остановились. С портретов, висевших на стене, на нас смотрели четверо мужчин: трое старых знакомых и один новый, разительно отличавшейся от остальных.

Незнакомец на нем был изображен в какой-то комнате. Хорошо видно было только кресло с высокой спинкой, обитой красной тканью, и стену за ним. Неизвестный брюнет с пренебрежительно надменным выражением аристократического лица буквально восседал на кресле, как на троне. Идеально прямая осанка, видно, что дорогая одежда. Черный сюртук и кипенно-белая рубашка. Черные же узкие брюки, заправленные в высокие сапоги. К сожалению, я не знаю, как это все правильно называется, но, глядя на такой костюм, невольно на ум приходит высшая лондонская аристократия века эдак восемнадцатого, эпоха, так любимая авторами исторических любовных романов в мягких обложках. Да, к своему стыду, я с удовольствием таскала такие у мамы и читала перед сном, погружаясь в перипетии дворцовых интриг и невозможной любви бедных девушек с богатыми лордами. Хотя моими любимчиками всегда были пираты. Вот этот незнакомец с портрета не был похож ни на одного пирата. Зато мог бы быть самым коварным злодеем из любимых мамой романов. Один взгляд из-под бровей чего стоил!

В руках он держал небольшое зеркало в металлической оправе. Я бы сказала -серебряной, но не уверена, что в Ирисгвине есть этот металл. Зеркальце лежало на боку, упираясь в мужское колено, и было повернуто своей отражающей поверхностью к нам. А на одном из подлокотников кресла стояли невероятной красоты песочные часы. И клянусь, ощущение, что голубой песок сыплется там буквально в эту секунду, не отпускало меня. На часах, а не на одежде мужчины, я увидела знакомый знак, так напоминающий мне кельтский узел. Только в отличие от всех виденных мной в этом мире, у этого был закрашен центр.

- Лиам, кто это?

Рассмотрев как следует новый портрет, я повернулась к парню в поисках ответа. Не просто же так он привел нас посмотреть на незнакомца.

- Я не знаю, Алис, но именно он мне снится в моих кошмарах.

- Он? Этот насупленный, высокомерный.

- Уж поверь, Калеб, это лицо я ни с кем бы не перепутал!

Что не удивительно. Такой взгляд сложно забыть. Брр.

- Лиам, а ты нам все рассказал про свой сон или есть какие-то детали, которые вот сейчас самое время было бы вспомнить?

Калеб в своей обычной манере задал тот самый вопрос, что крутился у меня на языке. Не бывает таких совпадений! Не бывает и все тут! Уверена, нам очень и очень нужно выяснить, кто же все-таки такие четверо мужчин с портретов. Особенно четвертый.

- Алис, я клянусь, что не знаю личности этого мэтра! - Лиам смотрел на меня таким честным взглядом, что усомниться в его словах при всем желании не получалось. - Знаю только, что во сне в руках, ну, те камни, помните, я говорил?

Дождавшись наших с Калебов кивков, Лиам, понизив голос, продолжил:

- Вот те камни, они... Кажется, это души. То есть во сне я нес свою душу. Ему.

После слов нашего друга по коже прошел мороз.

Откинув иррациональный страх перед портретом, я шагнула ближе к стене и принялась внимательнее разглядывать картину.

- Парни, а у вас в этом мире есть такое понятие как суеверие? Знаки? Ну не знаю, что еще? Может, эзотерика?

Вопрос я задавала не просто так. В данный момент я боролась с диким визгом, потому что, рассматривая зеркало, я увидела в нем то, чего быть не должно было.

- Нет, - Калеб тоже шагнул ближе и, нахмурившись, стал рассматривать песочные часы. -А к чему был вопрос?

- А ты посмотри вот сюда, - указала я на зеркало, - и скажи, что видишь.

Надежда на то, что я чуточку сошла с ума и мне все померещилось, растаяла в ту секунду, когда Калеб отшатнулся от портрета.

- Слах тебя разорви! Какого вирша там мое отражение?!

Мрачно усмехнувшись, я еще раз покосилась на зеркало и тоже отпрыгнула от картины, прижимая руки к груди.

- Что? Алис, что?

Лиам поймал меня за плечи и легко потряс.

- Все нормально, только мое отражение мне подмигнуло! Нарисованное зеркало не может ничего отражать! Не может ведь? Так какого черта мне подмигивает отражение в нарисованном куске стекла?!

Позже, уже после обсуждения изменений в Академии с остальными ребятами и Энни, мы выяснили следующее:

Личные комнаты студентов остались без изменений. Хотя теперь их стало больше.

Покои преподавателей, в принципе, были чем-то на них похожи, но имели более уединенную планировку. Внизу, кроме пристроя, который даже имел табличку "Лаборатория", появился бальный зал, столовая стала шире и в ней теперь стоит два стола.

Кухня тоже увеличилась и в ней появились посудомоечные сундуки. В наши с Аланом комнаты никто не смог открыть двери, тогда как в кабинет войти смогли. А дурацкий портрет не только демонстрировал отражение любого, кто смотрел в зеркало, как оказалось, количество голубого песка в верхней части часов было для всех разным. И Энни плакала как раз потому, что у нее песка вверху почти не осталось. А отражение в зеркале было очень печальным.

- Это наши души, Алис, я уверена, в зеркале мы видим свои души!

Любимая всеми экономка сидела, не отрывая взгляда от пола, и не переставала причитать, как только речь зашла о новом портрете.

- Чушь! Нет такой магии, чтобы можно было видеть свой дух! - студенты как могли пытались доказать женщине, насколько ее предположения ошибочны. Но Энни знала, чем ответить:

- Конечно, а еще нет такой магии, чтобы души гуляли без тел!

На это никто не знал, что ответить. И, я думаю, каждый из нас подумал про оживших. Ведь в учебниках не было упоминания и такого вида магии. Тем не менее, в Академии прекрасно себя чувствуют духи и жила Погремушка. А по городам расхаживает толпа оживших мертвяков. Так почему же мы так уверены, что часы на картине не отсчитывают наши оставшиеся года, а зеркало не дает возможность увидеть душу? Магия же. Почему бы и нет.

Я не стала никому говорить, что вся эта новая картина, начиная от рамки и заканчивая самим полотном, полностью соткана из магических потоков. Зачем тревожить молодые умы перед сном? Хватит и того, что я буду мучаться бессонницей.

Попрощавшись со всеми до утра, я медленно побрела наверх, мысленно зовя Алана. Уверенность, что все выходит из-под контроля, крепла во мне с каждой минутой.

Дверь в личные комнаты открылась легко, но стоило мне зайти, как я, уперевшись в стену спиной, подняла взгляд к потолку и спросила:

- И как это все понимать?

Вопрос я, естественно, задавала Академии.

Ведь именно она настолько изменила планировку. Первой, куда я попала, была прихожая. Сказала бы, что обычная для земной квартиры, если бы не масштабы. Высокие потолки, большая комната с кадками с полюбившимися мне разноцветными растениями. Мягкая софа рядом с дверью и вешалка для сумок рядом с ней. Арочный проход открывал вид на гостиную. Она вроде бы и не изменилась, но в то же время стала совсем другой. Как библиотека. Больше, чище, лучше. Спасибо, хоть ощущение уюта не было потеряно.

Более того, в камине весело плясал магический огонь, а на диване небрежно лежал мой халат. Между прочим, такого себе в стенах Академии я никогда не позволяла!

Не получив ответа, я отправилась исследовать и остальные изменения. Ванная осталась на прежнем месте и радовала меня как полюбившейся мне ванной, так и целым набором для ухода за волосами и телом с тем самым ароматом. Теперь в двух вариантах: мужском и женском. Мой комплект имел более красивую упаковку, а запах был чуточку легче. Тут появился второй умывальник рядом с первым, а зеркало висело широкое горизонтальное с мягкой подсветкой кристаллов. Красота!

Дверь в мою комнату теперь вела в кабинет. Оказывается, в него можно попасть, не выходя из апартаментов. Но отсутствие моей спальни на привычном месте меня сильно насторожило.

Там, где раньше располагался кабинет, снова были три широких окна с тяжелыми портьерами, только сейчас они сверкали от чистоты. А под ними стоял небольшой стол на двоих. Наверное, за ним было бы удобно завтракать, смотря в окно, или пить вечером чай.

К двум оставшимся дверям я подходила настороженно. Зачем, интересно, Академия перенесла мою спальню ближе к спальне мэтра?

Осторожно потянув крайнюю дверь, я убедилась, что комната Алана осталась на месте -по крайней мере, заваленный книгами диван никуда не делся! Не став лезть на чужую территорию, быстро закрыла дверь и шагнула к своей комнате. "Очень надеюсь, что больше сюрпризов на сегодня не будет! " - с этой мыслью я повернула латунную ручку и толкнула дверное полотно.

- ...ять!

Я бы, может, и удержалась от нецензурных выражений, но вид шикарного гардероба с двумя дверями и мужской и женской половинами буквально выбил почву из-под моих ног. Не упала я только потому, что держалась за дурацкую дверь. Ту самую, что должна была вести в мою спальню!

- Нет! - дверь я с хлопком закрыла и постучала по ней на всякий случай. - Нет, слышишь меня?!

Приоткрыв небольшую щелочку, убедилась, что гардероб никуда не исчез, и снова захлопнула дверь.

- Ну почему? Где теперь мне спать?

Процедуру с закрыть-открыть дверь я повторила раз, пять не меньше, а вот потом уже задала вопрос. В очередной раз дернув ручку, вдруг поняла, что та не поддается. Зато дверь в спальню мэтра распахнулась передо мной, не оставляя сомнений в ответе на риторический вопрос.

- Да почему?! Академия, миленькая, ну ошиблась ты, не нужна я Алану в его кровати, слышишь?

Когда мне подножку поставил ковер, я подумала: "Показалось". Ну подумаешь, споткнулась, стоя на одном месте, и оказалась буквально в дверном проеме спальни. Но когда дверь этой самой спальни захлопнулась, подтолкнув меня под попу...

- Сводня!

Такой подставы от Академии я не ожидала. А главное, доказывать что-либо мне просто было некому. Закрыв все выходы из спальни, на меня перестали реагировать!

Комната осталась практически без изменений. Разве что кровать стала чуточку больше, прикроватные тумбочки светлее, вместо шкафа теперь стоял длинный комод с двумя рядами ящиков, а вместо одного из окон, рядом с которым раньше был чайный столик, теперь был выход на широкий каменный балкон. Вот на нем и стоял столик и два плетеных кресла. Красота, романтика и далее по списку. Только почему же меня сюда поселили?

Страх за Алана на секунду сковал мое сердце, но потом я вспомнила вешалки с мужской одеждой в гардеробе и успокоила себя тем, что если бы с ним что-то случилось -Академия нашла бы как меня предупредить.

Тяжело вздохнув, я засунула свой нос во все уголки комнаты, а найдя в комоде целый ящик красивейших пижам для сна и нижнего белья, и вовсе нервно рассмеялась. Кажется, если бы в этом мире жили эльфы, даже они не смогли бы сделать такой красоты сорочки, пеньюары и нижнее белье. Сводня? Да нет, это я еще приуменьшила. Академия очень явно высказалась в своем видении наших с Тёрнером отношений.

Переодевшись в самую приличную сорочку, я залезла на кровать и обняла подушку.

- Завтра мы с тобой еще поговорим, знаешь. А когда вернётся Алан, я даже не стану его останавливать, если он решит разбить парочку ваз об твои стены.

Заснула я на удивление быстро, все же устала я не на шутку.

Утро и весь следующий день прошли в суете. Мне даже некогда было скучать по невыносимому мэтру Тёрнеру, как и всем студентам, да и Энни. Сначала мы готовили комнаты для новых преподавателей. Потом встречали новых обитателей Академии и занимались их размещением. А вечером... Вечером на нас напали.