Глава 18

– Что у тебя с Максимом? – Дети, – ответ вырывается сам собой. О нас и так уже ходят слухи. Кстати, благодаря самому боссу. Так что, как говорится, одной сплетней больше, одной меньше. Наигранно задумываюсь, покручивая вилкой в воздухе и, словно размышляя вслух, добавляю: – Вот подумываем, кого ещё завести: собачку или котика. Ты кого посоветуешь? Смотрю на Валерию и невинно ресницами хлопаю в ожидании ответа. Маша от моих слов давится супом и ещё долго не может откашляться, а я наслаждаюсь вытянутыми лицами двух Барби. Незнакомая девица быстрее приходит в себя: – Но у тебя же есть муж! – Был. Мы разводимся. – Из-за Максима и детей? – с недоверием уточняет Валерия, на что я киваю. Она долго рассматривает меня, пытается выискать признаки лжи, но в итоге, вскинув руки, возмущённо вскрикивает: – Но у Макса нет детей! – Во-первых, для тебя: Максим Владимирович, – с каждым новым её словом я всё больше набираюсь смелости. – А во-вторых, откуда у тебя такая осведомлённость о личной жизни начальника? Маша издаёт тихий смешок, чем привлекает к себе внимание Валерии. Та кидает на неё взгляд, полный ненависти. Смотрит на блюдо перед Машей: – Тебе не стоит так налегать на мясо. Уже ни один фитнес-зал не сможет тебя спасти. Только хирург сможет сделать из тебя человека. – Маш, я попробую? Делаю вид, что тянусь с вилкой к тарелке девушки, а сама опрокидываю стакан с томатным соком на бежевый костюм Барби. От визга Валерии у меня закладывает уши. Образ королевы куда-то бесследно испарился, уступая месту сапожнику дяде Васе. Хотя даже от него я никогда не слышала таких словечек. Глядя на ошарашенные лица вокруг нас, вижу: сегодня не только я пополнила словарный запас. – Ты это специально! – Ну что ты? – включаю нимб над головой. – Я всего лишь неловкая. – Дура! Ты хоть представляешь, сколько этот костюм стоит. – Да. И этой коллекции уже восемь лет. Так что либо ты настолько бережливая, что он выглядит, словно его второй раз в жизни надевают. Либо просто купила на распродаже с максимальной скидкой и на самом деле, не считая примерки, впервые надела. Кстати, ко второму варианту я больше склоняюсь, потому что материал так себе: катышки быстро появляются. Валерия от возмущения идёт красными пятнами в тон тем, что красуются на её пиджаке. Бросает на меня уничтожающий взгляд, подрывается со стула. – Пошли! – командует своей подпевале. Она так торопится уйти, что не замечает официанта, и в своём новом светлом костюме налетает прямиком на его поднос. Теперь бежевый пиджак больше напоминает картину абстрактного экспрессионизма. – Ты уволен! – орёт истеричным голосом. – Я сделаю всё возможное, чтобы завтра тебя здесь больше не было! Громкий звон каблуков, больше напоминающий лошадиный цокот, чем изящную женскую походку, оповещает об окончании представления. Клоуны разъехались. А судя по смешкам, которые доносятся до нашего столика то с одной стороны, то с другой, именно клоунаду мы сейчас и смотрели. – Ты страшная женщина, Ник! – с трепетом произносит Маша. – Сначала вылила суп на биг босса, потом томатный сок на бухгалтера. Кстати, Валерия отвечает за зарплаты. Смотри, задержит ещё. – Не рискнёт, я же любовница босса, – подмигиваю девушке, и мы обе тут же начинаем хохотать на весь ресторан. Отсмеявшись, подзываю официанта: – Можно мне ещё один томатный сок. Теперь этот напиток – мой фаворит. На свой этаж мы возвращаемся в хорошем настроении. Но оно, как по щелчку выключателя, исчезает. В приёмной за Машиным столом нас ожидает мужчина. Плечистый, с модной стрижкой и лёгкой щетиной. Серебристый взгляд, как острие ножа, впивается в нас. На губах играет улыбка. Только от неё не становится светлее, как поётся в известной детской песенке. Наоборот, от неё веет таким холодом, что по коже пробегают мурашки, как при сильном морозе. – Здравствуй, Мария, давно не виделись. Неожиданно девушка краснеет, взгляд отпускает и робким голосом отвечает: – Здравствуйте, Виктор Юрьевич. Виктор Юрьевич? Морозов?! Это тот самый юрист, у которого ни одного проигранного дела? Снова вглядываюсь в мужское лицо. Точно! Это он. На фотографиях он совершенно другой, нет этой излишней суровости. – А Максима Владимировича нет на месте, – мямлит Маша, что совершенно на неё не похоже. Она всегда уверенно себя ведёт, а этот мужчина явно действует неправильно на девушку. – Я не к нему. Он переводит взгляд на меня. Изучает. Брррр. Точно мороз по коже пробегает. Фамилия в его случае кричащая. – Здравствуйте, – пытаюсь отвлечь его от рассматривания меня. Мужчина кивает, встаёт со стула и, как хозяин положения, идёт к моему кабинету. Сегодня я явно выпила эликсир бессмертия, иначе как объяснить, что не могу удержать язык за зубами? – Проходите, не стесняйтесь. Мужчина останавливается, с плавностью хищника разворачивается и снова смотрит на меня. Да так, что понимаю: эликсир не спасёт, пора прикусывать язык, иначе не погулять мне на собственном разводе – не доживу.