Пролог

— Полянская, стоять! — я слышу ненавистный голос майора Смирнова и все внутри словно вибрирует. — Ты только что рылась в моих документах?

— Я хотела подшить дело, том уже совсем расходится, — отвечаю я.

Боюсь смотреть ему в глаза, ведь я плохая актриса, а шпионка еще хуже. Если он догадается, что я не просто помощница, а шпион который ищет на него компромат… Мне конец, как и моему светлому будущему.

Смирнов становится напротив, нависает грозной тучей и его лицо в недопустимой близости.

— На будущее, Ангелок, — вкрадчиво произносит он, — я очень не люблю, когда трогают мои вещи.

Молча киваю, проглатывая в очередной раз свою неприязнь к этому падкому на чужие деньги следователю.

— Но больше всего, я не люблю, когда мне лгут, — твердо заявляет он.

Сердце выпрыгивает из груди и я испуганно смотрю Смирнову в лицо. Наши взгляды сталкиваются и ничего другого не остается, как принять свое поражение.

Все, мне конец.

***

— Смотри Кристина, — начальник приближается ближе ко мне, — тебе нужно стать его помощницей и выведать нам нужную информацию.

— Простите, я не расслышала, — придвигаясь ближе к столу, внимательно осматриваю лицо собеседника. — Шпионить, что ли нужно?

— Ты уловила суть, Кристиночка, но я бы не назвал это шпионажем, — Власов вальяжно откинулся на спинку кресла и улыбнулся. — Это скорее, добыть некую важную информацию, для высокой цели.

Бред какой-то.

— Мне кажется, это низко для офицера, — скрещивая руки на груди, совершенно точно даю понять, что на подобное не подписывалась.

— Ты во-первых, еще не офицер, а во-вторых, поможешь внутренней безопасности. Ты же знаешь, какой он умный, никого к себе не подпустит, а у тебя все шансы.

Это вообще не вписывается в рамки нормальных рабочих отношений. Какой к черту, шпионаж? Я что, зря закончила университет с красным дипломом?

— Ты же слышала о нем? Знаешь, что из себя представляет Смирнов? — продолжает убеждать начальник.

Конечно, я знаю, кто такой Ярослав Смирнов. Местная знаменитость. А если подробно: красивый, успешный, умный, целеустремленный, бесконечно сексуальный тип, у которого самые большие показатели по делам, направляемым в суд.

Стоит отметить, что именно Смирнов столько денег в бюджет принес, что тут многие готовы целовать его в зад, при первой же возможности. Но все эти качества не отменяют того факта, что он заносчивый, грубый, высокомерный и к тому же бабник, каких поискать нужно.

Тем более не могу ничего понять. Его же все тут боготворят, как так вышло, что за ним слежка?

— Смирнов никому не доверяет, а твоя задача максимально втереться в доверие, стать незаменимым помощником, его правой и левой рукой, и при удобном случае достать компромат.

— За такое, меня по головке никто не погладит, — недовольно отвечаю, вот же вляпалась.

— А никто и не узнает, что это твоя работа, — поясняет он. — Твоя должность официальная, просто поработаешь не у меня, а у Смирнова. Тем более, он слишком падок на женщин.

Да уж, неоспоримый факт. Но в работе сексист и редкостный хам.

— Может, для этой цели найти кого-то, ну, более подходящего? — не упускаю возможности не встревать в это все.

— Ой, Кристина, лучше тебя никого нет. Ты просто два в одном — твоя ангельская внешность, плюс ум и управимся за несколько недель.

Он легко встает из-за стола, и протягивает мне папку.

— Его испортила система, Смирнов возомнил из себя какого-то Бога и пора этому положить конец. Взятки, игры на два фронта — и это не полный список. Поверь, ты сделаешь хорошее дело.

Очень сомневаюсь в этом, но молчу.

— Но, не буду спорить, как следователь он великолепен, так что, есть возможность поучиться. В свои схемы он тебя посвящать не будет, поэтому впитывай «по закону».

Это все равно до сих пор звучит нелепо, но скорее я больше за, чем против.

Самодовольный гад Ярослав, еще и взятки берет? А вот это очень интересно. Из-за таких людей погиб мой отец, именно таких, надо сразу прокручивать через мясорубку.

— Поможешь раскрыть дезертира в нашем коллективе — быстрее станешь следователем, — кидает последнюю наживку.

Это важно для меня. Я слишком долго к этому шла, чтобы упустить такую возможность.

— Что от меня требуется? — впиваюсь глазами в лицо Власова, ожидая подробностей.

Перед глазами всплывает образ Смирнова и сердце странно щемит. Он чисто внешне мне нравится, безумно нравится, и до последних событий я считала его порядочным следователем, тем, кто умный и справедливый. Но потом вспоминаю, свой бонус и великое дело, а еще воспоминания, каким собственно засранцем может быть этот тип, и сразу откидываю свою никому не нужную симпатию.

— Я согласна, — с боевой готовностью отвечаю я, совершенно не представляя, что это будет сложно не только профессионально, но и душевно.