29

Сказать, что вечер насыщенный — ничего не сказать. Я даже не знаю, как вести себя после такого сборища людей, которых толком не знаю и вряд ли собираюсь узнавать?

Ярослав всю дорогу молчит, лишь изредка кидает на меня мимолетные взгляды. Что у него там в голове? О чем он так напряженно думает?

Это конечно, как снег на голову, его взаимная неприязнь к Власову и меня прошибает неприятная мысль, что все не случайно. И совсем не хочется думать, что начальник отдела решил моими руками уничтожить карьеру Смирнова, но по-моему все слишком очевидно. Проще особо не углубляться в доказательствах, а обвинить того, кто тебе не друг.

Если отмести тот факт, что майор Смирнов нравится мне чисто как мужчина, то стоит очередной раз признать, как следователь он шикарный. Ни разу я не заметила за ним незаконных действий, наоборот, пообщавшись с ним, окончательно поняла, что такие существуют — настоящие офицеры, такие, каким был мой отец.

Стоит до среды все обдумать и решить, как быть. Это не дело, что я просиживаю время в кабинете Смирнова, пока кто-то может занять мою должность. Да, точно. В среду пойду к Петру Петровичу, он уже трезвый будет, не такой вспыльчивый и я попытаюсь ему объяснить, что несмотря на их вражду, майор Смирнов порядочный, и пусть посмотрит в другом месте.

— Пошли, — голос Ярослава звучит не громко, но прослеживаются металлические нотки, будто мы на работе. — Проведу тебя до квартиры, — поясняет он, увидев мой удивленный взгляд.

— Считаете, меня могут украсть? — ладно, не время шутить, но я тоже вообще-то нервничаю. — Я могу сама дойти до квартиры, Ярослав Владимирович. Спасибо, что подвезли.

Уже некому это говорить, потому что майор выходит из салона, и обойдя машину, открывает мою дверь.

Отвечаю на любезно предоставленную руку своего начальника и иду вперед к подъезду. Сердце так бешено стучит, что дышать трудно. Даже странно, как быстро изменились наши отношения.

Подъезд, поднимаемся на второй этаж и вот, наша с мамой квартира. Не понимаю, что делать дальше? Все это вообще странно, Ярослав казалось бы никуда не торопится, но все наши разговоры о том, что мы друг друга … кхм… хотим, остались где-то там в ресторане, а после стычки с Власовым, Смирнов сразу сказал, что отвезет меня домой. Не вижу логической цепочки, но не спрашивать же в лоб?

Мне и страшно и вроде как, не хочется чтобы он уходил. Может на чай его пригласить? Мамы все равно нет, почему бы просто не пообщаться? Нет, это какой-то бред, ведь не могу вспомнить, убрано ли у нас? Я собиралась в такой спешке, что вполне вероятно могла оставить кое-какие вещи в неположенных местах.

— Хотите чаю? — сама в шоке с себя, что спрашиваю такое.

Ярослав осматривает коридор за моей спиной и вроде как хмурится. О нет, может даже не кое-какие вещи, а что-то слишком личное?

— Боюсь, что твоя мама не будет сильно рада ночным гостям, — невесело улыбается, переминаясь с ноги на ногу.

— Ее нет дома, она на очередном съезде экскурсоводов, — это все алкоголь, иначе не могу объяснить зачем я все это говорю?

Понимаю, что перегибаю палку, поэтому вхожу в прихожую и первым делом снимаю туфли, ноги гудят уже от этой «красоты». Может хоть тогда начну рационально мыслить?

Смирнов стоит на пороге, и еще раз осматривается, насколько ему позволяет тусклый свет над зеркалом прихожей.

Ясно, заходить он не собирается, а ты тут Кристина губу уже раскатала. Меньше пить надо было.

— В общем, уже поздно, спасибо, что подвезли, — становлюсь напротив него, — будьте аккуратны за рулем, все же вы выпили.

Более дурацкую ситуацию придумать трудно: стоим друг напротив друга, как два школьника и мнемся, потому что никто не знает, что сделать или сказать. Видимо я слишком многое возложила на него, все же майор более опытен в этих делах, но сейчас понимаю, что момент упущен.

Он так смотрит, будто в данный момент мысли мои может прочесть и я невольно закусываю нижнюю губу.

— А знаешь, — Ярослав немного бесцеремонно входит в квартиру и закрывает за собой дверь. — Я давно не пил чай.

Этот щелчок замка, в тишине ночи звучит немного устрашающе, но виду не подаю. Чай так чай.

Провожаю гостя на нашу кухню, ставлю чайник, выставляю на стол конфеты и сушки, а майор все это время сидит и внимательно наблюдает за каждым моим движением, даже как-то неуютно. Вот и закончилось волшебство, на смену пришла неловкость.

И больше всего, неловко как раз только мне, Ярослав вообще спокоен как удав. Будто не он час назад дал в нос своему начальнику и конкретно так вышел из себя.

— Помощница, ты хочешь у меня что-то спросить? — неотрывно смотря мне в глаза, спрашивает он.

В этот момент, чайник начинает гудеть и я мысленно говорю за это спасибо. Хоть руки займу чем-то. Разливая кипяток по чашкам, стараюсь не смотреть на мужчину, что занимает половину нашей скромной маленькой кухни.

Смирнов, дожидается пока я поставлю обратно чайник на плиту, тянет ко мне руки и резко, но в тоже время мягко, тянет к себе на колени.

От неожиданности задерживаю дыхание, мне не впервой его порывы, но все равно никак не могу привыкнуть.

— Говори, — Ярослав перекидывает мои волосы на другую сторону, открывая себе доступ к шее. — Я же вижу, что тебя что-то мучает, говори со мной. Спрашивай.

Этот гипнотизирующий взгляд, лишает последних остатков самообладания. Одна рука майора придерживает меня за талию, а вторая фиксирует шею, чтобы я смотрела на него.

— Ваша бывшая жена… в общем, я тут услышала… она ушла к Власову? — сглатываю нервный ком в горле, кто бы знал, что так трудно будет задавать этот вопрос.

На самом деле, хорошо, что мы сидим лицом к лицу, так я смогу видеть каждую эмоцию Смирнова и понять, права ли в своих догадках, но я не учла главного — он тоже все видит, а я очень плохая актриса.

Но его лицо на удивление невозмутимо. Будто его соседей обсудить собираемся, вообще полный штиль.

— Сложно сказать, что она ушла к нему, — пожимает плечами Ярослав, делая акцент на слове “ушла”. — Лена не остановилась на одном Власове, а дальше по х*ям поскакала.

Мои глаза сами округляются, а он лишь негромко смеется.

— Прости, Ангелок, — бьет себя по губам, — постоянно напоминаю себе, меньше выражаться в твоем присутствии, но все что касается моей бывшей, невозможно без обсценной лексики.

— Вы все еще любите ее? — на одном дыхании выпаливаю я.

После моего вопроса, Смирнов перестает уже улыбаться.

— С чего ты взяла, что я могу ее любить? — рука, которая была на моей талии плавно передвинулась на бедро, где так удачно начинается разрез платья.

— Просто показалось, что вас это не отпустило до конца, — голос дрожит, его близость оглушает все мои мысли в голове.

— И ты сделала такие выводы, по тому что я этому придурку в нос заехал? — кончиками пальцев, майор гладит внутреннюю часть бедра и я уплываю. Клянусь, мне уже вообще все равно, о чем мы там говорим и куда дальше поскакала его бывшая. Да и вообще, что может быть в голове у этой женщины, уйти от такого как Ярослав, например, к Власову? Фу, Боже.

— Послышалось, видимо.

Не успеваю сделать вдох, как губы Смирнова прижимаются ко мне в поцелуе. Так сладко, так невыносимо нежно, что невольно вырывается стон. Его язык касается моего и ласкает. Уверенно и напористо. И я подстраиваюсь под этот ритм, пускаю его дальше, даю некую свободу, но ему все это не нужно, он ведет себя так, словно уже все получил. И это подкупает, его решительность, его властность, его манеры победителя по жизни.

Провожу рукой по его затылку, цепляясь пальцами за короткие волосы и так получается, что притягиваю его к себе, на что майор естественно, реагирует и одним движением усаживает меня лицом к лицу, позволяя оседлать его.

Поза, в которой я нахожусь сразу дает понять, что сегодня жаркими поцелуями все не закончится. Мы уже давно перешагнули ту черту, где еще можно было остановиться и совру, если скажу, что не в предвкушении.

Чувствую, как в меня упирается его желание и не могу удержаться от довольной улыбки.

— Я скажу это только один раз, и возвращаться к этой теме мы не будем, чтобы ты там не услышала от добрых людей, — Ярослав откидывает мои волосы назад, а затем большим пальцем проводит по моим губам. — Я не люблю свою бывшую жену, мне давно наплевать, как и где она живет. Мне было неприятно, тогда, но сейчас абсолютно все равно. Поняла?

Молча киваю.

— Люди, предавшие меня, сразу теряют возможность когда-либо попасть в зону моего интереса. Я свободен. А сейчас хочу спросить тебя, — он делает небольшую паузу и жадно окидывает меня взглядом. — Ты свободна? Есть что-то, что ты хотела бы, но боишься мне сказать?

— В каком смысле? — неприятный холодок проходит вдоль позвоночника. Пытаюсь понять, о чем он говорит, но безуспешно. Ярослав как закрытая книга.

Неужели он знает, о договоре с Власовым? Господи, если так, то мне конец. Он точно не поймет и не простит. Даже не знаю кого я вообще боюсь больше: Власова с его угрозами, или того, что мой майор молча уйдет, выбрасывая меня навсегда из зоны своих интересов?

— Что у тебя с Каминским? — твердо спрашивает он, пока я тут придумываю что ему ответить. — Было что-то?

Тот момент, когда не понимаешь, радоваться или плакать его предположениям?

— Ярослав Владимирович, я пришла в управление не личную жизнь устраивать, а работать, — со всей долей серьезности высказываюсь я.

— Серьезно? — улыбается майор, подбрасывая мое тело. Моментально краснею от этого движения. — Так сразу и не скажешь.

— Это другое, — глухо отвечаю. — Это же с вами, а Каминский меня точно не интересует.

Я вообще в своем уме? Боже, как стыдно. Боюсь представить как это со стороны выглядит? Сижу с широко расставленными ногами на своем начальнике и пытаюсь объяснить ему, что только с ним одним, мне чего-то захотелось.

Хочу подняться, но он не отпускает, еще больше цепляется в мою талию, не давая возможности пошевелиться лишний раз.

— Я вам нравлюсь? — мне нужно это услышать, я вообще не понимаю, что между нами происходит, а с учетом того, что опыт у меня минимальный, приходится тыкать пальцем в небо.

— Очень.

— А как мы потом работать собираемся? — наверняка, стоило об этом думать раньше, но лучше поздно, чем никогда.

— В прежнем режиме, — без тени улыбки отвечает Ярослав и плавно опускает верх моего платья, рассматривая скромный бюстгальтер, под ним. Ничего лишнего, простой черный, без бретелек, но судя по загоревшимся глазам майора, ему все нравится.

— Думаете, у нас получится?

— У нас просто нет другого выхода, — нежно касается моих губ, — где твоя комната? Показывай.