3

Ярослав

Обратный путь из суда в следствие, мы с Кристиной Викторовной едем молча. Каждый думает о своем. Каждому хочется что-то сказать, но бывает иногда стоит открыть рот, как польется целый поток нецензурной брани, а я пока не готов к скандалу в замкнутом пространстве, да еще и в движении.

Изредка, Ангелок бросает на меня осторожные взгляды, но делает это как-то слишком навязчиво. Я вообще не люблю, когда меня рассматривают люди, а ее персона вызывает крайне противоречивые чувства, так что, стараюсь делать вид что не замечаю.

— Я думала офицерам нельзя набивать татуировки? — вдруг начинает говорить она. Глазастая девчонка, под рубашкой ничего не видно, но она на меня пялится уже полчаса, не мудрено, что разглядела.

Это меня и раздражает. Стараюсь не смотреть на нее, потому что та самая нецензурная брань, уже вот-вот готова к выходу на сцену.

Она ждет что я что-то отвечу, как-то прокомментирую ее «думала», но не собираюсь упрощать ей задачу. Еще непонятно, что она за человек, но амбиций вижу вагон.

Обычно, я не распространяюсь о личном, мои набитые руки — только мое. Мы не настолько близки, чтобы я сел и рассказал, чем в институте руководствовался, когда захотел татуировки.

— Послушайте, Ярослав Владимирович, я понимаю, что вы недовольны моей кандидатурой, но спешу вас заверить, я тоже не прыгаю от радости до потолка, так что, давайте не будем друг другу портить нервы и попытаемся сработаться?

— Смотрю, ты просто мастер наводить мосты, Кристина, — не могу не ухмыльнуться.

Меня ее тактика странным образом настораживает, сам не могу понять до конца, почему? Обычно у меня хорошо развита интуиция, и за столько лет в органах, я привык ей доверять. Можно сказать, что это вообще моя постоянная и самая верная спутница, а с учетом, что я был женат и разводился дольше, чем пробыл в браке — знаю, что говорю.

Так вот, отчего-то, когда смотрю на этот ангельский вид помощницы, внутри интуиция вопит сделать все, чтобы мы не пересекались, хотя что мне этот ребенок в обтягивающей юбке может сделать? Когда обмывал погоны капитана, она еще ходила в школу. Смешно.

— А вы думали, что я упаду вам в ноги и буду сыпать грубой лестью? — вскидывая свои идеальные бровки, спрашивает Ангелок.

— Ну, вообще-то да, и чем грубее, тем лучше, — со всей серьезностью отвечаю. — Но ты видимо выше всех этих методов? Проще спереть со стола самую важную бумажку и прилететь как фея-спасительница в суд.

— Вы считаете, я ее украла? — возмущается Кристина, наверняка просверливая дыру в моем виске.

— Да, — легко отвечаю. — Я только не до конца еще понял как?

Кристина нервно выдыхает и опускает взгляд. Она так себя ведет, будто эта должность для нее свет в окне, не иначе.

— Когда вы шли по коридору, она выпала из папки, — начинает объясняться. — Я просто смотрела вам вслед и естественно увидела это. Я ничего не крала у вас, Ярослав Владимирович. Прошу поверьте мне.

— Конечно же, я верю, — притворно киваю. Хотя, такое вполне возможно, ну когда бы она успела спереть со стола, и спрятать файл, с такой маленькой сумочкой на тонкой цепочке? Да и потом, она же в итоге выручила меня, прокурор бы нудел неделю, а так рад, что дали добро на обыск.

Но ей в этом не признаюсь, пусть помучается, в суде слишком ярко светилась от чувства удовлетворенности. Поделом ей.

Кристина хочет что-то ответить, но я резко паркуюсь у центрального входа Финансовых расследований и она чуть ли не ударяется лбом о торпеду.

Честно? Я бы даже извинился, хотя моей вины в этом нет, Ангелок сама не пристегнулась, но когда вижу, как раздувает ее щеки и негодование сменяется уже откровенным гневом, хочется все же выслушать, что этот кадр поведает обо мне такого, чего я еще не слышал в свой адрес. Я могу поклясться, девчонка меня уже ненавидит. Ну, что могу сказать? Так даже интереснее.

— Приехали, помощница, — не скрывая улыбки говорю я. — Не благодари, что подвез.

Кристина снова становится рассерженным хомяком, но в какую-то долю секунды собирается и практически мило, можно даже сказать ангельски улыбается.

— Спасибо, товарищ майор, — девчонка чуть ли не выпрыгивает из салона, и в который раз за сегодня, я любуюсь ее женским силуэтом.

Это чистой воды несправедливо. Я помню ее. Помню как увидел в коридоре и залип, но тогда я с чего-то решил, что она к кому-то пришла, даже мысли не было, что будущий следователь. Тьфу ты, Господи.

Когда мы заходим в здание, она плетется за мной как хвостик и тут я понимаю, что Кристина Викторовна расценила все по своему. Да, я ей не нравлюсь, наверняка уже обо мне наслышана, а в этом здании никто ничего хорошего обо мне не скажет, кроме того, что у меня самый высокий показатель направляемых дел в суд. Но она так отчаянно хочет эту должность, что готова терпеть мое хамство и провокации.

— Канцелярия по-прежнему этажом ниже, — бросаю ей, как только вхожу внутрь. — Кстати, сходи туда и возьми для меня почту, возможно приходили, когда меня не было.

Я не смотрю на нее в этот момент, но ее писк заставляет все же обернуться.

— Я мигом! — радостным голосом выкрикивает Кристина и быстро убегает.

Скорее всего, подумала, что я согласен. Как бы не так.

У меня в голове сейчас столько мыслей и столько работы, что не стоит терять ни минуты, но есть все же важнее дела. Поднимаюсь на третий этаж и без стука вхожу в кабинет местной Королевы змеиной горы.

Астахова с ровной спиной сидит за своим столом, попивая чай. Ненавижу эту бабу, но по понятным причинам не могу ей сказать это в лицо.

— Смирнов, тебя стучаться не учили? — недовольно возмущается она. — Что ты себе позволяешь?

Разрешаю себе присесть на стул напротив ее стола и откинувшись на спинку, прикидываю с чего начать.

— Прошу прощения, Ольга Юрьевна, — поднимаю ладони вверх, — я стучал, но вы видимо не расслышали.

— Ну и зачем ты пришел? — Астахова поджимает свои и без того тонкие губы и откладывает чашку в сторону. — Есть какие-то мысли об играх?

Игры — это наше все. Курица, что в будущем принесет нам всем золотые яйца, но с ней, я ни за что их обсуждать не буду. Для этого есть не менеджер по персоналу, именуемая первым замом, а более высокие фигуры.

— Нет, — отвечаю я. — Что за цирк с помощницей?

— Не понимаю, сути вопроса? Ты хотел помощника — тебе его дали, что не так?

— Все не так: ее пол, возраст, отсутствие опыта в следственных мероприятиях, — перечисляю я. — Что я с ней делать буду?

Ольга делает вид, что задумывается и морщит свой немного длинноватый нос.

— Найдешь, Смирнов, пусть бумажной работой занимается, мне в канцелярии она не нужна, а ты же больше всех кричал, что тебе нужен помощник? Вот, получи распишись.

— У вас же есть декретное место? Возьмите ее к себе, зачем портить девушку следственной нагрузкой?

— Слушай, это не моя забота, понятно? — Астахова начинает терять контроль. Конечно, эта женщина не сможет пережить, чтобы в ее отделе был такой красивый экземпляр. Тогда же на фоне Кристины, Королева перестанет быть всех милее, румяней и белее. — Уволить я ее не могу, ее начальство лично утвердило, вроде дочь его старого друга, да и красный диплом сыграл на руку. Кстати, если ты от нее отказываешься, ее к себе возьмет Власов, он как узнал, что появилась такая должность порог обивает. Тем более, вам не впервой делить одну женщину.

Гадина знает о чем говорит, вот поэтому я ее и ненавижу. Злорадство — самая яркая ее черта.

Власов? Ну нет, этому гаду, Кристина точно не достанется. Я не позволю. Хватило уже моей бывшей жены и места начальника уголовного отдела. Если бы я не почесал кулаки об его морду, то уже был бы на его месте, а так, жертве нападения досталось все. Хорошо, хоть из следствия не турнули. Спасибо главному, что посодействовал.

— Ладно, — направляюсь на выход, понимая, что Астахова как была бесполезным элементом в системе, так и осталась. — Спасибо, за аудиенцию, Ольга Юрьевна.

Возвращаюсь к себе, а в голове мыслей стало еще больше. Ну и подкинуло начальство мне задачку.

Начинаю рассуждать здраво, понимая, что ради меня старались, а я как обычно не оценил.

Кристину взял главный, так как она дочка друга, значит не с улицы. Это уже хорошо. Шпионов мне не хватало, в самом деле.

У девочки красный диплом, значит умная — это плюс. Минус — возможно зубрилка, хотя у меня тоже красный диплом, но я даже учебники не открывал толком. С ней сложнее, она девушка, они такие старательные и усидчивые. Хотя это мне тоже в плюс, будет прыгать вокруг меня и усердно работать. Но, как бы там ни было, ее самый большой недостаток в том, что она в юбке. После неудачного трудоустройства своей бывшей, я окончательно понял, женщины в структуре — зло. Астахова тоже яркое тому подтверждение.

Самому идти к главному и просить ее убрать от меня, не буду, особенно после того, как в последнюю нашу встречу просил помощника. Ему мои заморочки и принципы ни к чему.

Власову стопроцентно не отдам, обломится котику. Нечего было с моей женой шашни крутить. Бить его нельзя, но трофеи забирать буду лично, с каждым разом наглея все больше.

Тогда, что остается?

Не успеваю ответить себе, как в дверь настойчиво стучат.

— Разрешите войти? — второй раз за день, спрашивает Ангелок. — Я почту принесла и еще приезжал оперативник, оставил вам папку и просил передать лично в руки.

Рассматриваю эту красивую мордашку, которая явно будет постоянно отвлекать от работы и понимаю, что решение лежит на поверхности. Пусть остается, на крайний случай, кто-то же должен делать описи уголовных томов и приносить мне кофе, когда я весь в работе?

— Проходи, помощница, — указываю на маленький столик у окна. — Работать будем.