Глава 33

Я открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Постель подо мной белая, а в моей комнате простыни были бежевого цвета. Я оглядываюсь по сторонам, натыкаюсь взглядом на свое платье, которое осталось брошенным на полу, и картинки вчерашней ночи начинают быстро мелькать перед глазами.

Я переспала с Полянским. О господи.

Я стону и прикрываю веки, пытаясь понять, хорошо это или плохо. А потом резко распахиваю глаза от осознания того, что в постели я одна.

Снова сбежал?

Почему-то это отзывается эхом боли в груди и горечью во рту. Если он будет игнорировать меня и сделает вид, что ничего не произошло, то пусть сам себя в суде защищает. Не то чтобы я питала какие-то надежды и мечтала о нашем воссоединении. Но все же…

Я откидываю край одеяла и поднимаюсь с кровати. Ежусь, когда ступни касаются холодного паркета. Прислушиваюсь к звукам в квартире. Тихо. Потом подбираю с пола свое белье и нахожу в шкафу рубашку Артема. Не могу удержаться и подношу ее к лицу, вдыхаю такой знакомый аромат, и внизу живота уже зарождается такое знакомое мне тягучее тепло.

Я застегиваю пуговицы — мы с Полянским почти одного роста, поэтому его рубашка лишь немного прикрывает мне бедра. Легким шагом подхожу к двери и выхожу в гостиную.

Здесь пахнет кофе и тостами. Я делаю несколько шагов к кухонному гарнитуру, желая заполучить свою порцию утреннего кофе, но резко застываю под двумя направленными на меня мужскими взглядами.

— Эм, я не знала, что здесь есть еще кто-то, — смущенно лепечу я, так как на диване рядом с Артемом сидит незнакомый мне мужчина.

Полянский мигом вскакивает со своего места, хватает со стула халат и мчит в мою сторону.

— Север, перестань глазеть на мою женщину. Отвернись! — зло рычит Артем с собственническими нотками в голосе.

Я усмехаюсь. Мою женщину. Так мило.

Артем помогает мне надеть халат длиной до щиколоток. А потом еще и туго завязывает пояс. Чтобы ни одной части тела видно не было.

Он заметно нервничает, поднимет на меня взгляд и улыбается. Тянется к губам за поцелуем, и я размыкаю губы, разрешая его языку пробраться в мой рот.

— Доброе утро, Лави, — выдыхает мне и прижимается своим лбом к моему. — Не хотел будить тебя, надеюсь, ты выспалась.

— Да, спасибо, — не могу сдержать ответную улыбку.

— Познакомьтесь, это мой друг, Север. Я когда-то рассказывал тебе о нем. Он приехал, чтобы помочь в поисках нашей сладкой парочки. Север… хм… разбирается в компьютерах.

— Ты хотел сказать — хакер? — насмешливо выгибаю бровь и прохожу мимо него. Кофе. Мне очень срочно нужна чашка кофе.

А еще находиться как можно дальше от Артема, потому что его близость пьянит и заставляет думать вовсе не о делах.

— Я хоть и блондинка, но не глупая, — хмыкаю я.

— Ни капли не сомневался в твоих умственных способностях, — доносится мне вслед.

— Я Александра. — Киваю незнакомцу и замечаю, что он внимательно рассматривает меня в ответ.

Он поджарый, высокий, с правильными чертами лица. Красивый. Даже слишком для мужчины, но и в то же время от него веет мужественностью, силой и уверенностью.

— Приятно видеть рядом с Артемом такую очаровательную даму. Я удивлен, у него обычно очень специфические вкусы.

— Север, — рычит Полянский, затыкая друга.

— Да, я осведомлена о его вкусах, — подмигиваю Артему. — Из-за одной из его бывших он за решеткой и оказался, — посмеиваюсь я, наконец-то раздобыв чашку кофе. — Итак, полагаю, вы говорили о делах, и я, как адвокат Полянского, должна быть в курсе всего. Так что давайте все сначала.

Север выглядит удивленным, вопросительно смотрит на Артема, тот лишь пожимает плечами, говоря, что это правда. Мы устраиваемся на диване, Полянский занимает место рядом со мной. Обнимает меня за талию, целует в висок. Когда полы халата расходятся, слишком откровенно обнажая мою ногу, он поспешно поправляет его.

Собственник.

Обсудив вопросы по делу, Артем вдруг переводит тему совершенно в другое русло.

— Получил приглашение? — спрашивает он у Севера.

— Куда?

— На свадьбу. — Я замечаю, что Полянский не отводит взгляда от друга. Внимательно наблюдает за всеми изменениями в его лице.

— Чью? — Его кадык дергается: кажется, он догадывается, о чем речь, но верить не хочет.

— Романов замуж Колесникову позвал. Поговаривают, это будет самая дорогая свадьба года.

Я замечаю, как пальцы мужчины сжались вокруг чашки, а на висках и шее от злости выступили вены.

— Ты же понимаешь, что это твой последний шанс? Если Тая выйдет замуж за него, то ты останешься лишь блеклым воспоминанием. И мы с тобой прекрасно знаем, что со стороны Андрея любовью там не пахнет. Ему связи ее отца нужны.

— Откуда тебе знать? — справившись со своими эмоциями, спрашивает Север, я же внимательно слежу за разговором. Эта тема и меня интересует.

— Можно сказать? — поворачивает ко мне голову Артем, и я сразу понимаю, о чем он.

Киваю в ответ. Мне неприятно то, что он сейчас произнесет вслух, но что поделать, если я такая дура, что ничего не заметила за столь долгое время?

— Романов встречался и с Колесниковой, и с Сашей одновременно. Он предложил Лави остаться его любовницей после свадьбы. Все еще думаешь, что Тая будет счастлива с ним в браке?

— А со мной будет? — резко спрашивает он. — Это ее выбор.

— Ты не можешь знать наверняка.

— Предлагаешь расстроить свадьбу?

— Почему нет? Раскрой ей глаза на женишка, утешь, женщины такое любят. Ты ведь не забыл ее за столько лет?

Север молчит. Тянется за телефоном, нервно откидывает салфетку на столик.

— Я тебя услышал, — резко понимается он. — По твоему делу дай мне несколько дней, и я найду их. Рад был познакомиться, Александра. Держите его крепко, чтобы не вляпался в очередные неприятности.

Я киваю. Мужчина быстрым шагом направляется к выходу.

— Могу вертолет одолжить, если что, — кричит ему вслед Артем.

Север отмахивается от него. За ним закрывается дверь, и мы с Полянским остаемся одни. Чувство неловкости подступает с бешеной силой, несмотря на то, что мы давно уже взрослые люди.

— Не жалеешь? — Полянский вмиг становится серьезным. От его мальчишеской улыбки не остается и следа.

— А должна? — с вызовом спрашиваю у него. — На самом деле я подумывала сбежать от тебя. Это была бы прекрасная месть, согласись. Но рядом с тобой слишком удобно.

— Удобно?

— Ну, вот если я сейчас захочу устрицы, мне ведь доставят их?

— Ага.

— Видишь? Говорю же — удобно.

Наши лица приближаются, Артем легко касается губами моих. Его дыхание смешивается с моим.

— Так что, примешь мое предложение стать моей девушкой? — жарким шепотом спрашивает он, потянув пояс на халате.

— М-м-м, я обещаю подумать. — Прикусываю его губу и зарываюсь пальцами в его волосах.

Резкий звук мелодии его телефона заставляет нас отскочить друг от друга.

Артем громко и неприлично ругается.

— Нужно ответить, — виновато произносит он и берет со стола телефон.

Пока он решает по телефону рабочие дела, я брожу по гостиной. У аквариума лежат очки Артема в толстой оправе. Я подбираю их. Я заметила, что у Артема уже вошло в привычку оставлять их везде.

Интересно, как бы я выглядела в очках? Вид строгой училки пошел бы мне?

Я надеваю на нос очки и не сразу понимаю, что не так. До меня доходит лишь тогда, когда я подхожу к зеркалу и понимаю, что я вижу себя абсолютно четко! Но это невозможно. Артем не может рассмотреть буквы на телефоне — значит, у него должно быть очень плохое зрение. А в оправе нулевые диоптрии.

Нулевые!

Что за черт?

Я возвращаюсь в гостиную, держа в руках его очки. Останавливаюсь напротив сидящего на диване Артема. Он все еще разговаривает по телефону. Скользит взглядом по моей фигуре и останавливается на руках. Наверное, в выражении моего лица отпечатывается что-то такое, что заставляет Артема нервничать.

— Я перезвоню, — обрывает он разговор и отключается.

Смотрит на меня серьезно, губы сжаты в тонкую линию. Протягивает руку и забирает свои очки.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спрашиваю я.

Я оборачиваюсь, внимательно смотрю на мужчину. Вспоминаю, что еще одни очки остались на прикроватной тумбочке. Быстрым шагом направляюсь в спальню. Хватаю их. Натягиваю на себя.

Нулевые диоптрии кажутся мелочью, если бы не тот факт, что Артем постоянно ссылался на плохое зрение.

— О чем ты?

— Ты понял о чем, — выжидающе смотрю на него. — Что это за спектакль?