Эпилог Вячеслав

Три с половиной года спустя

Лишь спустя время я понял, почему выбрал среди тысячи женщин именно Свету – девушку, которая не хотела быть с кем-то одним, а предпочла пикантные отношения.

Потому что она живая. Настоящая. Не боящаяся своих чувств, желаний и эмоций. С ней рядом я тоже оживал. И поэтому согласился на ее бредовые условия. Просто, чтобы быть рядом. Иметь возможность целовать и касаться. Потому что одна Света стоит тысячи тех пластиковых кукол, что окружают меня ежедневно.

Мои философские мысли прерывает звонок телефона. Черт, забыл выключить, хотя стюардесса напомнила об этом уже дважды. Но, посмотрев на экран, благодарю высшие силы, что не сделал этого. Звонок от моей жены.

– Слава, – шепчет она в трубку сдавленно и испуганно. Мгновенно выпрямляюсь в кресле, напрягаясь от ее тона. – Кажется, началось…

– Что?! – ору на весь салон, не обращая внимание на шипение и недовольные взгляды остальных пассажиров.

Я был против этой поездки. Но после раздела бизнеса со Стасом мне приходилось работать чуть больше, чем обычно, потому что часть партнеров и клиентов расторгли договоры, а часть ушла вместе с моим бывшим партнером по бизнесу. Это нормально. Я не боюсь трудностей, но очень жалею, что мне приходится львиную долю времени проводить в офисе, а не с семьей.

Но моя жена на удивление очень понимающая и спокойная женщина. Она сама настаивает, чтобы я занимался своими делами.

– Ты же делаешь это для нас, – всегда повторяет она с милой и скромной улыбкой. – А еще все твои проблемы тоже из-за меня. Я просто не имею права на истерики.

А я неизменно поднимаю ее лицо за подбородок и в очередной раз твердо повторяю:

– Даже если бы у меня была возможность вернуться в прошлое и что-то изменить, я бы все оставил, как есть, и прошел через все это снова.

Да, мы со Светой поженились. Не сразу. Мне пришлось дать ей время, чтобы прийти в себя после всей этой истории и исполнить ее желание о конфетно-букетном периоде. Я был готов ждать столько, сколько нужно. Лишь бы она была рядом. Хотя…у нее не было никаких шансов. Ни за какие блага мира я не дал бы ей уйти.

– Ты уверена? – спрашиваю уже спокойнее, лихорадочно придумывая в голове разные варианты, как остановить самолет, который сейчас тронется и выедет на взлетную полосу.

Черт, а ведь до срока, поставленного врачом, еще целых две недели! И поэтому я улетел в более-менее спокойном состоянии, велев Василию – личному охраннику Светы – приглядывать за ней в оба.

Представляю, в каком состоянии моя жена. Она всю беременность боялась родов, даже несмотря на то, что я уверял, что буду рядом от начала и до конца. А получается, что я не сдержу слово…Я не могу этого допустить!

– Я уверена! – стонет Света, а у меня все сжимается изнутри. Я как будто чувствую ее боль. – Все так, как рассказывали на курсах. Мамочки, мне так страшно! Слава, что мне делать?!

– Так. Для начала перестать паниковать, – ага, самому бы тоже не мешало. Но это потом. – Василий рядом?

– Да!

– Пусть он поможет тебе спуститься до машины, и езжайте в роддом, встретимся там. А я пока позвоню врачу и предупрежу.

– Но ты же улетаешь…

– Это не твоя забота. Я разберусь. Думай о малыше.

– Хорошо, любимый…

– И ничего не бойся! Я приеду.

Убираю телефон в карман, и в этот момент ко мне подходит стюардесса с озадаченным лицом.

– Прошу прощения, но мы сейчас готовимся ко взлету, будьте добры отключить все гаджеты.

– Извините, но я не лечу, – заявляю безапелляционно и встаю со своего места.

Стюардесса растерянно хлопает глазами.

– Но…это невозможно. Мы уже выехали на взлетную полосу. Займите, пожалуйста, свое место и пристегните ремни.

– Я никуда не лечу. Нельзя лететь. Пропустите меня, пожалуйста, – вежливо прошу соседа, не обращая внимания на стюардессу, которая уже зовет ко мне стюарда, чтобы утихомирить буйного пассажира, что задерживает вылет. То есть, меня.

Если он сейчас ко мне приблизится, «упакует» на мое место, то я точно не попаду в роддом и подведу свою Свету. И ей придется пройти через весь ад родов одной. И я ни черта не могу этого допустить!

Поэтому, совершенно не задумываясь о последствиях, громко заявляю на весь салон:

– Вообще никому нельзя лететь! Остановите самолет! Здесь заложена бомба!

И мой ход конем удается: на борту тут же начинается паника, мужчины оглядываются, женщины визжат, стонут и хватаются за сердце, дети начинают истошно вопить.

Я же вновь достаю телефон и с невозмутимым лицом набираю лечащему врачу Светы:

– Владимир Яковлевич, день добрый. Моя жена рожает и сейчас едет к вам. Я немного задержусь. У меня форс-мажорные обстоятельства. Пожалуйста, встретьте ее и успокойте до моего приезда.

– Не переживайте, Вячеслав Александрович, все будет хорошо. Не торопитесь, все равно без вас не начнем, – шутит доктор.

Мне нравится его позитивный настрой, и на душе становится немного спокойнее. Этого хватит, чтобы без проблем добраться до роддома.

Опущу подробности, как весь «Боинг» снимали с рейса, и полиция задержала всех пассажиров до выяснения обстоятельств. И как мне удалось от них улизнуть. Я в курсе, что мне грозит в соответствии с действующим законодательством и даже готов за это ответить, но…потом. Сейчас я должен быть рядом с женой.

Когда я приезжаю в роддом, медперсонал едва ли не в ноги мне падает, стоит мне появиться на пороге.

– Вячеслав Александрович, слава Богу!

– Что-то с ребенком?! С женой?!! – по спине прокатывается волна леденящего ужаса, но я стараюсь сохранять строгий вид и хладнокровие. Кто-то в нашей семье должен быть в ясном уме и трезвой памяти. И это явно не Света, что сейчас наверняка корчится от схваток в одной из палат.

– Пока нет, но…

– Что значит «пока нет»?! – реву я на всю приемную.

И хорошо, что с правого коридора показывается наш врач.

– Вячеслав Александрович, вы как раз вовремя! – он пожимает мне руку и подталкивает к лифту.

– Что со Светой и ребенком?! – спрашиваю, останавливаясь и всем своим видом требуя ответа.

– Все в порядке. Просто…вашей жене необходима поддержка. И человек, который сможет ее вразумить. Признаю свое поражение, но такое со мной в первый раз.

– Да что, б**ть, происходит?!

– Пойдемте, вы переоденетесь и все увидите своими глазами.

Я наспех натягиваю халат, бахилы, маску и шапочку на голову и спешу в палату к любимой.

Только открываю дверь, как она кидается ко мне на шею, вся бледная и насмерть перепуганная.

– Малышка, девочка моя, что случилось? Что не так?

Света хочет что-то мне ответить, но сгибается пополам, мертвой хваткой вцепившись мне в предплечье. Я понимаю, что у нее идет схватка и пытаюсь ее успокоить:

– Дыши. Давай, Света, дыши. Помнишь, как мы тренировались? Давай, смотри на меня. Вот так, да.

Света доверчиво поднимает ко мне заплаканное лицо, и я вижу, что она понемногу успокаивается.

– А теперь скажи, что не так? – ласково обращаюсь, аккуратно массируя ее поясницу, как учили на курсах для будущих родителей.

– Они сказали, что я рожаю, и наш малыш…должен появиться на свет…сейчас.

Непонимающе перевожу взгляд на врача, но тот лишь пожимает плечами, и я вынужден вернуть взгляд на жену.

– Милая, но ты ведь то же самое сказала мне по телефону, – начинаю аккуратно.

– Да! Но до срока еще две недели! А вдруг…роды начались раньше, потому что с малышом что-то не так? – испуганно шепчет Света. – В общем, я сегодня рожать не буду. Пошли домой. Через две недели вернемся, как и положено.

– Малышка, но мы же обсуждали это с тобой…– я понимаю, что моя жена напугана, ей больно, вот она и паникует. И надо бы ей все терпеливо объяснить это еще раз…

– Светлана, – все же вмешивается врач. Очевидно, почувствовал поддержку в моем лице и пытается еще раз донести информацию до моей перепуганной жены. – Процесс уже запущен. У вас полное раскрытие. И малыш родится сегодня, хотите вы того или нет. Но вопрос только, где: в больнице, под моим чутким руководством и присмотром, или же дома с неясными последствиями для вас и ребенка. Решать только вам. Насильно удерживать вас в клинике никто не имеет права.

Света переводит взгляд на меня, снова дыша, как мы учили. Дышу вместе с ней и только потом произношу:

– Я буду рядом.

– До конца? – шепчет, прижимаясь.

– До самого конца, – и я вкладываю в эту фразу гораздо более глубокий смысл.

А через полчаса на свет появляется…наша дочь.

– Как девочка?! – ошарашенно смотрит жена на комочек в моих руках, который я держу, едва дыша. Она настолько крошечная, уязвимая, что я хочу защитить ее от всего мира здесь и сейчас. Только боюсь навредить. Она же такая хрупкая…Но в ней сейчас заключен весь мой мир. Как и в Свете, что подарила мне это чудо. – Нам же мальчика обещали!

– А получилась девочка! – весело произносит доктор. – Тут уж, извините, ничего от меня не зависело.

Врач оставляет нас в палате, давая Свете прийти в себя.

– Спасибо тебе за дочь, любимая. Это любовь с первого взгляда!

– А как же я? – хитро спрашивает жена, отбрасывая со лба мокрые пряди волос.

– Тебя я полюбил со второго взгляда. И на всю жизнь, – осторожно, при помощи акушерки передаю малышку маме. Когда смотрю на своих девочек, в груди разливается огромное теплое чувство. – Вы – самое дорогое, что есть в моей жизни. И я буду всегда вас оберегать.

Света поднимает на меня вновь заплаканные глаза и улыбается сквозь слезы.

– Нам с малышкой невероятно повезло с тобой, – шепотом произносит, потираясь щекой об мою ладонь. – Я каждый день благодарю высшие силы, что послали мне тебя. И нашу крошку.

А я – что ты пришла устраиваться на работу именно ко мне…Ведь тогда я никогда не был бы так счастлив, как сейчас.