ГЛАВА 25

Даже на кораблях с командой, намного меньше, чем на «Варяге» – с экипажем в двести-триста подчиненных – капитан уже затруднялся исполнять обязанности капитана, военного командира и штурмана. При выборе первого помощника капитан руководствовался вполне обычными проблемами – ему был нужен тот, кто заменит его в случае отсутствия на корабле, болезни или даже смерти. Кроме того, не так уж редки были случаи, когда капитан мог приблизить к себе и того, кто был не просто умным человеком, но и обладал чертами возможного мятежника, то есть попросту мог поднять бунт против него. Палубной командой матросов распоряжался боцман, он же являлся и вторым помощником капитана. По традиции в космосе команда всегда работала в три смены: одна несла службу, ещё две отдыхали. По этой причине и первый помощник, он же старпом, с боцманом несли службу на мостике по очереди. Но за старпомом всё же оставалось старшинство. Боцман распоряжался матросами на палубе, в его обязанности входили и управление парусами, и постановка корабля на якорь. Команды словами он не давал – для этого служил свисток с набором определенных сигналов, и каждый матрос был обязан знать их наизусть. Была у боцмана и еще одна – не такая приятная – роль: он также приводил в исполнение наказания над проштрафившимися. В его ведении находились готовность оснастки, сохранение знамени, шпонок и часов, по которым отсчитывал время мостик. Он курировал сеансы связи с другими кораблями и противопожарную безопасность. Чем больше был корабль, тем больше ему назначалось помощников по каждой из выполняемых им задач. Отправляясь в путешествие к дальним планетам, на корабль могли пригласить и дополнительных навигаторов из тех, кто был знаком с этим узлом Ветров. Навигатор занимал четвёртое место в иерархии корабля. На его плечи ложилось руководство пилотами, если ситуация требовала контроля со стороны знатока звёздных карт. Основой экипажа служили ветераны, отвечавшие не только за дисциплину, но и за сохранение традиций космического флота. В ходе военных совещаний их точка зрения учитывалось капитаном катера или эсминца. Из самых заслуженных членов экипажа выбирали несколько старших – квартердек-мастеров. Под началом каждого из них находились пара отделений матросов, и они исполняли команды мастера во время маневрирования или в бою. Мастера отслеживали и выполнение приказов старших офицеров. Нередко они обладали даже большим опытом звездолётчиков, чем капитан или старпом. Квартердек-мастера к тому же иногда вели переговоры между экипажем и капитаном, в основном стараясь облегчить тяжелые условия жизни команды. Их задачей было проследить, чтобы на корабль доставили необходимое количество еды. Экипаж делегировал квартердек-мастеров и на военные совещания в случае предстоящего сражения для выяснения задач матросов, при атаке на вражеский корабль один из квартердеков возглавлял абордажный десант. Мастеров выбирали матросы, а капитан только утверждал. Их называли ещё «капитанами мирного времени», и иногда их мнение имело не меньший вес, чем мнение капитана. Они являлись и судьями при возникновении разногласий между матросами, и секундантами на дуэлях. Кроме офицеров особенно ценились квалифицированные специалисты: техники, артиллеристы, корабельный врач. Если экипаж другого судна брали в плен, таких старались оставить у себя. В бою с витальерами «Варягу» не просто повезло, а очень повезло. Сам корабль противника был не слишком велик, и на что рассчитывал его капитан, нападая на военный галеон, было трудно сказать. Манёвренность крогга была выше, чем у «Варяга», но в пушечном бою он галеону противостоять не мог. Как опытный в таких вопросах моряк, капитан крогга сразу же попытался зайти на абордаж – но и тут его двухсотенная команда была обречена в бою с полутора тысячами ромейских бойцов. Возможно, если бы это был торговый корабль, у нападавших и был бы шанс – но точно не против команды профессиональных солдат. Однако везение не исчерпывалось тем, что бой был удачно завершён. Уже через два часа, инспектируя груз и захваченную в плен команду корабля, Орлов и его помощники обнаружили хорошего повара, который тут же был отправлен на камбуз, и очень говорливого канонира, который, едва к виску его поднесли пистолет, рассказал обо всех окружавших корабль ромеев мирах. – Базы витальеров располагаются здесь и здесь, – Орлов ткнул пальцем в две точки на едва смоделированной компьютером карте звёздного пространства, – а планета с достаточно развитой флорой и фауной – вот тут, – он провёл пальцем в воздухе, чуть разворачивая карту, и указал ещё на одну звезду. – Нужно провести корабль сюда, не задев патрульных зон. Полагаю, вы справитесь? Ксения кивнула. Маршрут снова обсуждали втроём – на сей раз просто потому, что именно им троим предстояло вести корабль. – Если вы позволите, капитан, мне было бы удобнее проделать весь путь целиком самой. В таких вопросах не очень удобно делить обязанности на двоих. Орлов кивнул. – Я тоже думал об этом. Сколько этот отрезок пути займёт часов? – Я думаю, уложимся за один день. Если господин Чеботарёв, – Ксении подняла взгляд на боцмана, – подведёт корабль к пограничной зоне. Чеботарёв кивнул, хотя довольным его можно было назвать с трудом, и встал. – Я прикажу прокладывать курс, – сказал он и с разрешения капитана направился к двери. Орлов проводил его задумчивым взглядом, но ничего не сказал и повернулся к Ксении. Уже почти двое суток они обитали в каюте вдвоём. А сейчас, когда смена графика создала им расширенное совместное окно, капитану так и хотелось использовать его с толком – но вид Ксении, с её большими серьёзными глазами, останавливал его. – Вы так смотрите на меня, – сказала Ксения и сглотнула. – Да, – подтвердил Орлов. Наступила тишина. Ксения ждала. Однако Орлов резко отвернулся. – С вашего позволения, я первый приму душ, – сказал он, и раньше, чем Ксения успела ответить, дверь закрылась у него за спиной. Ксения с тоской посмотрела в окно. Время, проведённое вместе на планете Сина, казалось, ничуть не сблизило их – пожалуй, даже наоборот. Теперь уже был неуместен тот невесомый флирт, который развлекал их всю дорогу к чужому миру. Все слова были сказаны, и сколько бы Ксения ни повторяла их, ответа так и не получила. Да, они были вместе, и Орлов даже приходил к ней, странные полусвидания связали их – но теперь, когда не было необходимости искать встречи друг с другом, Орлов снова стал отдаляться от неё. Ксения вздохнула и стала ждать, когда капитан освободит душ. Дорогу до планеты, которую Орлов внёс в составлявшийся на корабле атлас под названием Тритон, преодолели без происшествий. В команду для высадки вошли Ксения и Орлов – хотя, по всем правилам, место второго офицера должен был занять боцман, ведавший продовольственными вопросами, Ксения так смотрела на Орлова всё время, пока они завтракали, что капитану пришлось уступить. Вместо боцмана в состав группы вошёл один из квартердекеров, и в помощь ему было взято два десятка ребят, которые должны были непосредственно решать продовольственный вопрос – насколько можно было судить по показаниям приборов, планета имела кислородную атмосферу, но была значительно холодней, чем Земля или Таурон. В рассветной мгле странникам, спускавшимся с орбиты к небольшой группе островов, казалось, что из тумана видны силуэты башен старинных замков – и Ксения легко поверила бы этому обману, если бы не данные зондов, говоривших, что разумной жизни на планете никогда не было и нет. Только с расстояния в несколько сот метров стало видно, что это чернеют скрытые сизой дымкой вершины гор. Туман постепенно рассеивался, и перед Ксенией открылся вид на причудливо изрезанные морем контуры чёрных прибрежных утесов с ледниками на вершинах. Местами ледяные реки сбегали к морю и неожиданно заканчивались обрывистыми ступенями из зеленоватого льда. Тесные извивающиеся бухты были разлинованы кружевом летящих вниз водопадов. Корабль приземлился, и матросы принялись выгружать снаряжение, обустраивать лагерь. По приказу капитана были произведены основные замеры химического состава почвы и камней – чтобы удостовериться в том, что местные флора и фауна не вредоносны для людей. Сам Орлов всё это время стоял в стороне. Туман был таким густым, что уже в десяти шагах нельзя было разглядеть ничего. Приглушались звуки, крики матросов доносились как будто бы из другого мира, искажались очертания предметов. Все постройки в лагере и валуны, лежавшие на земле, мгновенно покрывались жесткой щёткой инея. Невысокое холодное солнце отбрасывало на стену тумана длинные тени, окружённые радужной окантовкой. По берегам островов стелился зелёный ковёр тундры, раскрашенный всевозможными цветами – на планете начиналось лето. Пурпурные камнеломки и жёлтые северные маки, синие колокольчики и фиолетовый астрагал заполняли собой всю землю. А снежные поля на склонах гор на закате местами окрасились в розовый цвет. Обширные долины, стремящиеся залезть на склоны гор, были застланы ледниками. Их беззвучные грязно-белые потоки медленно двигались к морю. На островах обнаружились северные олени и полярные лисицы, смешные суслики и черно-белые гагарки. Над долиной, где была разбита стоянка, безмолвно кружила полярная сова, а ближе к берегу можно было услышать клёкот множества перелётных птиц – казарок, гусей и куликов. Там же, у самой кромки суши, резвились в воде стаи зубаток и сельди, нельмы и лосося, а за ними лениво наблюдали покоившиеся на льдинах тюлени. На галечных пляжах под скалами устроили лежбище морские львы. И вся эта живность абсолютно не боялась людей, так что Ксении испытал стыд при мысли о том, зачем они пришли сюда. Остальные, впрочем, уже к полудню с радостным гиканьем охотились на оленей, ловили рыбу и моржей. Капитан запретил использовать огнестрел – чтобы не распугать дичь, но матросы легко справлялись и так. Так продолжалось весь день, а ближе к вечеру Ксения обнаружила, что капитан исчез, и отправилась разыскивать его – не столько опасаясь, что тот заблудится в тумане – хотя был вероятен и такой исход – сколько просто рассчитывая улучить момент и немного побыть с ним наедине. Орлова выдала длинная тень, и, проследовав за ней, Ксения остановилась у капитана за спиной. – Мне кажется, или вы избегаете общества людей? – спросила она. Орлов вздрогнул, но даже не обернулся. Лишь протянул руку, пытаясь нащупать ладонь Ксении – и та тут же протянула ему её. – Они утомляют меня, – сказал Орлов. – Я могу вас понять. Но почему вы сторонитесь и меня? Орлов вздохнул и теперь только посмотрел на неё. – Ах, Ксения… – он замолк и какое-то время просто стоял так. – Я же вам всё уже сказал. – Простите, но ваши действия немного противоречили вашим словам, – Ксения шагнула вперёд, приближаясь к нему ещё чуть-чуть. Теперь они стояли вплотную друг к другу, а на покрытый туманом остров медленно опускался ночной мрак. Орлов молчал. – Вы боитесь поранить меня, – произнесла вместо него Ксения. – Да, это так. – С чего вы взяли, что я настолько хрупка? К Орлову пришло понимание, что ещё немного – и ему придётся сдаться. У него не хватало слов, чтобы выразить то, что он чувствовал, глядя на Ксению. – Я не хочу, чтобы… – «чтобы вы стали такой, как я», – хотел было произнести он, но губы Ксении коснулись его рта, и Орлову пришлось замолчать. Секунду оба не двигались, но Ксения не собиралась отступать. – Там, на Сина… Вы уже взяли меня. Нам уже нечего терять, – прошептала она, на секунду отстраняясь от губ Орлова. Капитан застонал. Руки его опустились Ксении на поясницу, и он плотнее прижал девушку к себе. – Помните, вы говорили мне про звёзды? – прошептал Орлов наконец. – Я не из тех, что сходят со своего пути. – Я знаю. Поэтому и люблю вас. – Вы ничего не понимаете, Ксения. – Мне обидно, когда вы так говорите. Тем более, что вы не хотите объяснить. – Я всё вам уже сказал. – Не сомневаюсь, ваш словарный запас куда богаче, чем та его часть, что вы используете для меня. Орлов замолк и приник к губам Ксении, чтобы прекратить наконец этот бесполезный спор. Он чувствовал, что сдаётся – потому что этой упрямой девчонке просто невозможно противостоять. Тайга кругом была объята тишиной. Лишь где-то вдалеке похрустывали сучки под ногами матросов, и слышались их приглушённые голоса. Темноту нарушали лишь отдалённые отблески костров и далекие огоньки бесчисленных звёзд. Никто из них не заметил, когда расступился туман – и небо вдруг стало настолько прозрачным и светлым, что можно было разглядеть далекие вершины горных цепей. Бесконечная и невесомая вуаль раскинулась по всему небу. Дуновение невидимого божества едва заметно колебало её. Вся она мерцала мягким фиолетовым светом. Кое-где вдруг появлялись блестящие вспышки – и тут же теряли постепенно окраску, как будто лишь на миг появлялись из небытия и сразу растворялись облака. Когда двое наконец разомкнули поцелуй, на какой-то краткий миг сияние неба пропало – но тут же длинные лучи, местами собранные в яркие пучки, затрепетали над ними бледно-зелёным светом. Сорвались с места и со всех сторон – быстрые, как молнии – метнулись к зениту. На мгновение замерли в вышине, образовали огромный сплошной венец – и погасли, оставив вместо себя на небе лишь две небольшие дуги – ярко-красную и светло-зелёную. – Это всё вы, – прошептал Орлов, по-прежнему не размыкая объятий и плотно прижимая Ксению к себе. Ксения улыбнулась. – Вы просто давно не покидали Таурон. Всего экипаж «Варяга» провёл на планете три ночи и три дня – пока шлюп не был до отказа заполнен пойманными животными, которых планировалось разводить в трюмах галеона по пути домой и по мере необходимости пускать на мясо. Для большей части матросов это была первая высадка на сушу за долгие месяцы, и потому подниматься обратно не хотел никто – Орлову пришлось напомнить, что чем раньше они вернутся на корабль, тем раньше отправятся домой. Матросы недовольно переглянулись, но принялись выполнять приказ. О поисках князя Аргайла Орлов предпочёл не упоминать. О том, что скрывать что-либо было уже поздно, он узнал уже через несколько часов – когда шлюп вернулся на орбиту и пристыковался к посадочному отсеку корабля. В ангаре их уже ждал боцман с двумя десятками бравых ребят, вооруженных до зубов. – Начинайте разгрузку, – приказал он матросам. Орлов молча наблюдал за тем, как выполняется приказ, чувствуя, что сейчас произойдёт что-то ещё. И он не ошибся. Боцман повернулся к нему. – Граф Орлов, команда уполномочила меня доложить, что вы отстраняетесь от выполнения обязанностей капитана. Квартирмейстеры считают, что вы превысили полномочия и собирались использовать корабль в своих целях. «Варяг» берёт курс на Ветра и возвращается домой. – Вы понимаете, что дома вас ждёт трибунал? – спокойно спросил Орлов. – Не советую вам мне угрожать. Взять под стражу, – Чеботарёв мотнул головой, указывая соратникам на капитана. Ксения тут же схватилась за пистолет, но Орлов поймал её руку и крепко стиснул запястье. – Тихо, – сказал он. – Троекурову тоже в трюм. Со всех сторон их обступила команда, но Орлов отчётливо видел, что никто из них не готов первым броситься на него. – Я пойду сам, – сказал он, – и я требую суда. – Что-то ещё? – с насмешкой спросил Чеботарёв. – Пусть мою пленницу держат со мной. – А не много ли вы хотите, капитан? – зло оскалился боцман. – Все слышали мой последний приказ? – повысил голос Орлов. Из рядов матросов послышалось нестройное: – Да… Орлов кивнул и направился к дверям.