Глава 10

— Вот, теперь рассказывай, — устало опустилась за столик в тихом кафе.

Весь день Оля вела себя подозрительно тихо и кидала на меня непонятные взгляды. Чего я только не передумала! Если она сейчас скажет, что пожалела о своем решении стать помощницей из-за приставаний огненного… А если не только приставаний? Да я ж себе всю жизнь не прощу, что подбила девчонку на эту авантюру. Она хоть и младше меня всего на год, но такое ощущение, что как минимум лет на пять. Оставалось порадоваться, что жизнь к Оле оказалась куда благосклонней, чем ко мне.

— Ты же знакома с генеральным, да? Не просто так была вся эта кутерьма с договорами?

— Судя по твоему заговорщицкому шепоту, теперь с ним знакома и ты? Надеюсь, твое знакомство с ним было менее фееричным чем у меня, — вздохнула, откидываясь на спинку стула.

Последние три дня были самыми напряженными и непредсказуемыми в моей жизни.

— Ну как тебе сказать, — замялась Оля.

Во всем ее поведении чувствовалась неуверенность. Она вроде и хотела со мной поделиться, но в то же время опасалась. Мне в свое время тоже хотелось поделиться хоть с кем-нибудь, вот только не было того, кому я могла бы довериться.

— Что, Владимир Иванович и тебя запихал в машину, начав знакомство с угроз? — по лицу Оли стало понятно, схема отработанная и явно одна и та же.

— Только Алексей Петрович, — с жадностью уставилась на меня Оля.

— Что?

— Тебе не кажется, что что-то тут неладно, а их желание контролировать сыночков не что иное как прикрытие?

— Тебе тоже предложили обучение за слив информации?

— Угу, — угрюмо протянула Оля. — Только знаешь, начальник у меня хоть и скотина приличная, но не по себе мне становится от подобных перспектив. И ладно бы АП интересовали рабочие моменты, — сократила она имя второго генерального до инициалов. — Так его интересует именно личная жизнь. Мне практически предложили следовать за Максимом Алексеевичем тенью и держать свечку, подсвечивая ему в спальне.

Подошла приятная девушка и приняв заказ, быстренько удалилась оставив нас с Олей наедине.

— Не тебе одной, — буркнула, размышляя о том, какую игру затеяли генеральные.

— И ты..? — подалась она ко мне ближе. Еще немного и Оля переберется ко мне на колени.

— Отказалась, и от обучения и от слива информации.

— А он?

— Хмурился, ругался, пытался давить на нашу договоренность. Вот только договоренности о слежке и сливе информации не было, о чем я и сказала ВИ, — последовала я примеру Оли и сократила имя до инициалов. — Не знаю, но мне показалось, что генеральный остался доволен моим ответом, слишком уж довольным был его взгляд. От встреч мне отказаться не дали и даже предложили довольно приличную сумму, в обмен на список девушек и личных встреч ледяного.

Кто бы знал, какого труда мне тогда стоило сдержаться. ВИ предложил «доплачивать» мне такую сумму, что я смогла бы купить себе квартиру без ипотеки и всего лишь за полгода. Конечно с учетом отложенных сбережений и продажи своей старой квартиры.

— Надо рассказать об этом твоему ледяному, уж он то скажет, что нам делать! — возбужденно затараторила эта непоседа.

— Почему это сразу моему, чем хуже твой? — не было предела моему возмущению.

Как только представлю, как захожу к нему в кабинет и выкладываю все как на духу, так аж передернуло.

— Да он меня сразу по стенке размажет и даже не пожалеет!

— Ничего не размажет. Если придешь и расскажешь сама. А вот если он узнает про наши «свидания» с их папочками, тогда нас уже обоих по стенке размажут. Твой рассудительный и спокойный, если я расскажу своему, он сразу же засучит рукава и пойдет бить морды. А оно нам надо?

— Что-то мне страшновато, — передернула плечами, принимаясь за свое кофе и вкусное пирожное, что поставила перед нами официантка.

— Да ты-то чего распереживалась. Ничего он тебе не сделает. Вроде уже взрослая, а очевидных вещей не замечаешь, — фыркнула Оля.

— И что по твоему мнению я должна была заметить?

— Например взгляды ледяного, которые он на тебя бросает, — облизала она ложку, мечтательно закатив глаза. — Да я вообще поражаюсь как ты от этих взглядов еще не загорелась!

— Глупости не говори, — отмахнулась от нее своей ложкой.

— Это ты глупостью не страдай и раскрой наконец-то свои глаза! Тебя пожирает взглядом такой мужчина, а ты хлопаешь ушами. Вот окрутит его какая-нибудь предприимчивая девица, будешь потом лить слезы и кусать локти!

Снова захотелось плакать и смеяться. Смеяться от того, что мне не показалось и ледяной действительно ко мне не ровно дышит. Пора бы уже принять этот факт и перестать закрывать глаза на очевидные вещи. А плакать хотелось от того, что все его внимание и чувства кратковременны. Да и о каких чувствах может идти речь, разве что о желаниях. Кроме «я тебя хочу», больше от ледяного я ничего не слышала.

Оля увидев мою задумчивость, рассказывала очередную смешную историю из ее жизни, пытаясь меня развлечь.

Улыбаюсь, потому что на ее задорную улыбку не возможно не ответить. Киваю, вроде бы в нужных местах, а мыслями далеко отсюда. В квартире, где сейчас ледяное начальство рвет и мечет не застав меня на месте. Боюсь даже доставать свой сотовый, поставленный на беззвучный режим. Надеюсь только на то, что он не откусит мне голову, когда я переступлю порог квартиры.

Осталось потерпеть еще немного. Завтра выходные, а значит и осмотр выбранных мной квартир. Мелькнула трусливая мысль, а не попроситься ли на ночь к Оле? Вот только необъяснимой силой тянуло домой. Дом. С недавних пор это слово так и просится на язык, действительно ведь привыкла уже и к ледяному и к его квартире.

Интересно, что он выдумает на этот раз? В том, что мой начальник еврей и с ним нельзя заключать ни каких договоренностей, убедилась на собственном опыте.

В тот день, когда Артем прислал мне букет с извинениями, я так и уснула на диване после танцев. Не знаю сколько я спала, но когда открыла глаза, решила, что у меня галлюцинации.

Засыпала я на диване, а вот проснулась на пушистом ковре возле горящего камина. Полумрак, несколько не ровных огоньков свечей и потрясающее видение в виде моего начальника.

И нет бы дурре сразу понять, что проснулась, вот только свечи и ласковая улыбка безумно сексуального мужчины, ввели меня в заблуждение. Ледяной и романтика вещи не совместимые, тем более мой начальник в командировке.

Вот и решила я, что все еще сплю, а начальник с обнаженной грудью и босыми ногами всего лишь плод моей фантазии.

Тихая мелодия задевала невидимые струны в моей душе. Нежные поглаживания разливались по телу блаженством, но как я не хотела, прикосновения его пальцев не спускались ниже моего лица.

— Эй, ты меня вообще слушаешь? — пощелкала Оля пальцами возле моего лица.

— Прости, — виновато улыбнулась, выныривая из своих воспоминаний. — Ты о чем-то спрашивала?

— Да вот, стало вдруг интересно, о ком ты думаешь с такой блаженной моськой, — поддела меня эта неугомонная. — Скажи мне, что вы уже целовались! Ну, пожалуйста!

В голове мгновенно всплыло воспоминание. Артем обдающий своим теплым дыханием мое лицо.

— Сама, — шепчет мне прямо в губы. — Это легко.

И я подаюсь навстречу его приоткрытым губам. Тепло, мягко, нежно, сладко. Поглощенная нежной лаской и разгорающейся страстью не сразу поняла почему мир вдруг резко кувыркнулся. Прикосновение моих ладоней к горячей, гладкой коже его груди. Обжигающий взгляд, рваное дыхание.

Не знаю, кто из нас первым прервал поцелуй, наверное все-таки Артем. У меня бы просто не хватило на это сил. Чувства на грани, дрожь тела и необъятная благодарность, за его выдержку.

Так я и уснула, распластанная по его телу с тихим «спасибо» на губах.

А проснулась уже утром, в своей комнате, в кровати и снова на груди у ледяного!

Даже не стала выяснять с ним отношения. Не пристает и ладно, даже раздевать меня не стал, только лифчик снова болтался в районе живота.

Решила с ним договориться и взяла с него слово, что больше он не будет забираться ко мне в кровать. На этом и успокоилась.

А на следующее утро снова проснулась на его груди, только уже в его комнате и в его кровати! Вот и как с ним после этого договариваться? Пришлось взять с него слово, что бы он и в свою кровать меня не таскал. И ведь не лень ему было!

Третье утро. Не успела открыть глаза, а уже знала, что лежу на его груди. Даже интересно стало, как он выкрутился на этот раз и где же мы спали всю ночь? Ворох одеял, счастливая сонная улыбка и камин за его плечом.

Тут уж я не выдержала, как не взвыла белугой, не знаю. Полчаса отмокала в душе, пытаясь усмирить разбушевавшиеся гормоны. И уговаривала себя потерпеть еще немного.

— Все с тобой ясно и без слов, — затараторила Оля, лихорадочно сбрасывая кошелек и сотовый в свою сумочку. — Я бы конечно еще понаблюдала за твои восторженным лицом, но вынуждена ретироваться пока не попала под горячую руку, — покосилась она в сторону выхода. — В общем, я с тобой, мысленно конечно! Не забудь рассказать ледяному о генеральных, — послала она мне воздушный поцелуй.

— А ты? — возмущению моему не было предела.

— А я подтвержу каждое твое слово. Потом, например завтра!

И сделав мне ручкой, поскакала в сторону уборных.

Уууу, предательница. Сижу, провожаю взглядом ее фигуру и даже когда она скрылась за углом, все равно продолжаю провожать ее взглядом еще дальше! И оборачиваться совсем не хочется, и так чувствую тяжелый взгляд ледяного.

И вот сейчас даже плакать не хочется. Хочется заорать во всю мощь легких и орать до тех пор пока он не поймет, что я не кукла и не маленький ребенок за которым постоянно надо следить.

— Поговорим?

Пришлось поворачиваться лицом к Артему, усаживающемуся на место Оли.

— А есть смысл? — сил что-либо ему доказывать не было, да и не поймет он. Послушает, покивает, а сделает по своему.

— Смысл есть всегда.

— Угу. Только у каждого он свой, — буркнула, вертя в руках чашку из под кофе.

— Прогуляемся? — неожиданно предложил ледяной, небрежно бросая несколько купюр на стол.

Можно подумать у меня был выбор. Вложила ладонь в его протянутую руку и с обреченным вздохом поднялась со стула. А Артем будто и не замечал моего настроения.

Выход есть всегда. Тихо шепнула совесть. И я не могла не признать ее правоту. Можно стенать и плакать, а можно выбрать другой путь. Путь, признания своих чувств и желаний. Ведь начальник никогда ни к чему меня не принуждал, а если и принуждал, то я не особо и сопротивлялась. Почему-то была уверенна, если бы он видел, что мне действительно неприятно, то оставил бы свои попытки соблазнения.

А я ведь действительно не против, только страшно. Никогда не любила и сейчас не горю желанием, но разве любовь считается с чьим-то мнением? Нет, она всегда приходит нежданно и бьет по голове со всего маху. И ладно бы если б била сразу обоих, сходить с ума вместе веселее и проще, а если только одного, то все оказывается куда хуже.

Как и тог, вывод один. Или сдаваться на милость победителя, то есть моего горячо обожаемого начальника, либо рвать все ниточки и искать другую работу. Вот тут я и становлюсь перед выбором, новая квартира и разбитое сердце или старая квартира и куча сожалений. Выбор скажем таки не богатый и куда не плюнь везде плохо.

— Так и будешь молчать или последуешь совету Ольги? — разбил тишину голос Артема.

— Услышал, — опустив плечи, подвела итог. Теперь не утаишь, придется сдаваться со всеми потрохами.

Наверное, лучше рассказать сейчас, пока мы в относительно людном месте и есть неплохой шанс остаться в живых. Не размажет же он меня по асфальту в присутствии десятков свидетелей?

— Эту неугомонную нереально не услышать. Все чаще создается впечатление, что она всюду успевает и все про всех знает. Мне даже жаль Макса.

Злорадно усмехнулась, вспомнив наглые приставания огненного. Ну вот ни капли его не жаль.

— До сих пор на него злишься, — правильно понял мой настрой начальник.

— И на него и на вас тоже, — утвердительно кивнула головой.

Раз решили разговаривать по душам, то лучше начать с самого начала.

— Ладно он, приставал, а на меня за что? — искренне изумился ледяной.

— А не надо было на меня спорить. Тогда бы и этих приставаний не было, — фыркнула, не решаясь посмотреть на Артема.

Уволить не уволит, но что-то внутри меня все же продолжало сжиматься и трястись от страха. Кто его знает как он отреагирует на то, что я подслушивала их разговор?

— Мало Оксаночка услышать звон, надо еще понять откуда он исходит, — в его словах явственно чувствовался упрек.

— Хотите сказать, что я все не правильно поняла и никакого спора не было? — не весело хмыкнула поражаясь его наглости. Мало того что поспорили на меня, так он еще и упрекает меня в поспешных выводах.

— Договор, который ты подписала в самом начале… — начал он и тут же замолк, словно пытался подобрать слова. — Этот договор ты заключала с компанией, а не со мной. Максим имел право распоряжаться твоим рабочим временем так же как и я. А спорили мы не на тебя, а на твою преданность. Он был уверен, что за более высокую зарплату и сокращение твоих обязанностей, ты с легкостью переметнешься к нему.

В его словах был смысл. Теперь я взглянула на их спор под другим, но не менее болезненным для меня углом. Оба посчитали меня продажной.

— А вы значит, так свято верили в мою преданность, что решили действовать на опережение и увеличили мне зарплату, — даже я сама слышала в своем голосе неприятную горечь.

В груди болезненно сжался непонятный комок. Я до хрипоты отстаивала свое место перед Владимиром Ивановичем, а его сын, в это время не веря в мою преданность пытался меня попросту купить.

— Я не до конца был уверен в том, что ты не захочешь от меня уходить, но очень на это надеялся, — не стал отрицать очевидного Артем. — Как я не пытался перевести наши отношения в дружеское русло, ты от меня продолжала шарахаться как от чумного.

Я даже воздухом поперхнулась от его заявления о дружеских отношениях. Если это он пытался так завести эти самые теплые, дружеские отношения, то становилось страшно от того, что бы он со мной сделал, если бы не старался стать моим другом?!

Вспомнила все его крики, упреки, разносы и угрозы. Передернула плечами, с опаской покосившись на идущего рядом со мной мужчину. И это дружеское отношение? Теперь рассказывать ему о генеральных не хотелось еще больше, в свете открывшейся информации, мой страх быть размазанной по стенке в разы возрос.

— Ну вот, опять тебя испугал, — с сожалением выдохнул ледяной.

Только после его слов поняла, что медленно пытаюсь увеличить между нами расстояние. Замерла, сбившись с шага и вздохнув придвинулась чуть ближе, как и раньше, держась от него на расстоянии вытянутой руки.

— Иди сюда, — подавшись ко мне, сцапал мою конечность ледяной. — Не злой я, не псих и головой тоже не бился, — припомнил он мне мои слова перед командировкой. — Не умею я по-другому, понимаешь? Вместо красивых слов — рычу, вместо ухаживаний — задерживаю на работе, вместо свиданий — притащил тебя в свою квартиру. Раньше стоило только взглянуть и они сами… А ты… Не могу тебя понять и это бесит.

Мдааа, обстоятельно, познавательно и запутывательно. Никогда бы не подумала, что ледяной все это время интересовался мной как девушкой, а вон оно как оказывается.

— А я с вашим папой познакомилась, — выдала первое, что пришло в голову.

Никогда не умела плавно переводить разговор на другую тему, но сейчас меня меньше всего интересовало то, что Артем заметит мои неумелые попытки. После последних нескольких недель, его признание не стало для меня неожиданностью. Слишком уж красноречиво он себя вел. Не знала я только того, что хотел он меня с самого начала.

Слишком опасный разговор он завел. Слишком сильно хотелось верить в то, что помимо «хочу» есть еще хоть какие-то чувства. Вера, надежда, любовь. Три самые страшные слова. Они окрыляют, они ломают, они убивают и они же могут воскресить.

Любовью тут и не пахнет, но вероятность моей капитуляции, а после как следствие и любви, была слишком высока.

— Надеюсь, знакомство было приятным? — спросил ледяной с явным напряжением в голосе.

— Оно было… запоминающимся, — теперь, когда я не боялась, воспоминание о том как здоровенный амбал засовывает меня маленькую и хрупкую в черную машину, вызывало лишь слабую улыбку.

— Можешь больше не бояться, — начал уверять меня Артем, видимо, что-то увидев в моем лице или же, он просто очень хорошо знал своего отца. — Я с ним поговорю и он не подойдет к тебе ближе чем на десять метров.

— Да я и не боюсь. Сначала конечно было страшно, не каждый день тебя запихивают незнакомцы в чужую машину и пытаются запугать угрозами. Но потом мы немного поговорили, немного поругались и даже нашли общий язык. Правда вся эта мутность настораживает.

— Поругались? — замер Артем, пытливо заглядывая мне в лицо.

— Ну, да, — от чего-то засмущалась, отводя глаза в сторону. — Он просто хотел, что бы я сменила начальника, а я была против.

— Он тебе угрожал? Что-нибудь сделал? — взволнованно рычал начальник, замерев посреди тротуара и обхватив ладонями мое лицо. — Ты что-нибудь подписывала?

Показалось, что последний вопрос его интересовал больше всего.

— Ничего кроме нового договора и даже вчера, отказалась встречаться с вашим отцом, — выпалила шепотом на одном дыхании.

— Встречаться?!! — взревел Артем, как следует меня тряханув.

Подпрыгнула от его рева и кажется, даже позорно пискнула.

— Я ему прямо сейчас расскажу, что бывает с теми, кто пытается забрать мое! — выудил ледяной из недр карманов, сотовый телефон.

До контуженого мозга с трудом, но все же доходила абсурдность ситуации.

— А еще мне что-то про звон говорили, — буркнула, вырывая из рук Артема сотовый.

— Информацию ваш папенька просил сливать, а до меня ему нет никакого дела, — положила его сотовый в его же карман, еще и похлопала утешительно по груди.

— А ты?

— А я наверное дура, — пробормотала и снова двинулась в сторону квартиры.

Ноги болели неимоверно и как на зло перестала таскать с собой балетки. Зачем, живу теперь близко. А жаль, сейчас бы они мне очень пригодились.

— Почему дура? — догнал меня начальник.

— Отказалась потому, что, — решила его успокоить, а то чего доброго начнет опять злиться, а когда он злится, то начинает чудить.

— Новый договор составлял отец?

Кивнула, зная, что сейчас Артем сверлит меня взглядом, об этом свидетельствовали нервные мурашки бегающие по рукам.

— Рассказывай, — приказ отданный колючим голосом.

В душе поднялась волна протеста и тут же схлынула под нежными поглаживаниями моего запястья. Непостижимый мужчина, с ним никогда не будет просто.

Слегка прикрыла глаза, ровно на столько, что бы могла смотреть себе под ноги не отвлекаясь ни на что окружающее и начала рассказ.

Рассказывала скорее на автомате. Поймали, засунули в машину, поговорили, поехали в кафе. Не забыла рассказать и про Олю. Артем сначала хмурился, а потом его стала откровенно забавлять сложившаяся ситуация. Я даже попросила поделиться со мой его выводами и домыслами, правда не особо надеясь на ответ. А он взял и не просто ответил, а разложил все по полочкам, ну, почти все.

Оба генеральных оказались не просто друзьями, но и двоюродными братьями. В юности были весельчаками и балагурами, да и сейчас не прочь подшутить друг над другом или поспорить. Права я оказалась, когда решила, что яблочко от яблони не далеко падает.

Вот и в этот раз генеральным видимо стало скучно и они решили развлечься, а вот о чем они поспорили ледяной не знал или просто не хотел говорить мне.

По сему выходило, что спор касается непосредственно ледяного и огненного. Над моим предположением о том, что это борьба за власть, откровенно посмеялся и пояснил, что все они одна большая семья. Покивала для галочки, но все же решила не отбрасывать данную версию.

Владимир Иванович пересмотрел договор и теперь я работаю не на компанию, а именно на Артема. И вот тут получилась нестыковка, которую мне не смог объяснить даже Артем.

Зачем ВИ сначала составил договор таким образом, что я подчинялась только Артему и сразу же после этого, настаивал на том, что бы я была помощником Максима и ушла от Артема? Единственное, что приходило в голову это проверка. Вот только для чего она была нужна?

И насчет Максима я здорово придумала. Ему хоть и жаль его, но зато Олечка держит его в тонусе и исправно треплет нервы, не оставляя ему сил на меня. Новость была просто отличная, значит можно не прятаться по углам, когда на горизонте появляется Максим Алексеевич.

Слушая Артема и попутно размышляя, не заметила как мы уже переступали порог квартиры. Не помня себя от радости, скинула свои пыточные колодки и пробежав несколько метров, со стоном наслаждения зарылась пальчиками ног в пушистый ковер. Блажееенство. Вот сейчас немного постою, а потом на диван или лучше сразу на кровать и в позу звезды.

До кровати не дошла бы при всем своем желании, а вот диван был рядом. Правда до дивана я не дошла, а с комфортом доехала. Со словами «недоразумение ходячее, хоть бы сказала, что больно» меня подхватили на ручки и потащили на диван. А дальше…

— Боже! Только не останавливайся. Как же хорошоооо, еще чуть-чуть пожалуйста и можно даже посильнее.

Артем тихо посмеивался над моими криками наслаждения и продолжал дальше массировать мне стопы.

Всю жизнь могла бы вот так просидеть, жаль все заканчивается. Вот и руки Артема скользнув по стопе, медленно помассировали икры, слегка коснулись коленки и тут же исчезли. Вот и решай после этого поддаваться соблазнам. Минут десять под массаж размышляла быть или не быть, решила «быть», а он видимо решил «не быть».

— Поможешь приготовить ужин? — встал Артем посреди кухни, не зная куда себя деть и за что схватиться.

Вот так и закончилось у нас первое соблазнение. Первое и последнее, я даже обрадовалась, что у нас ничего не произошло, сейчас бы точно жалела.

Приготовление незамысловатого ужина поначалу выбивало из колеи, а ближе к концу откровенно стало раздражать. Первым делом побежала переодеваться, ничего нарядного, простые шорты из обрезанных джинсов и не слишком открытый топ. Даже косметику смыла, не желая лишний раз привлекать к себе внимание Артема.

Последняя ночь в его квартире, а завтра я просто обязана найти себе жилье иначе сорвусь. Артем появился на кухне сразу же после меня. Как всегда босиком и в неизменных спортивных штанах серого цвета, только футболка в этот раз была цвета весенней травы. Внешний вид начальника отвлекал и я откровенно тупила, иной раз зависая на несколько секунд, а потом пытаясь сообразить что же мне следовало сделать.

Вот кому-то нравится смотреть на мужские задницы, спины, грудь, руки, а я буквально сходила с ума от его босых ступней, особенно когда он становился совсем рядом и я опуская взгляд могла видеть насколько он больше меня. Во всем. Воображение рисовало полностью обнаженного Артема смотрящего на меня с диким голодом в глазах. Голод в его глазах был и в реальности, а вот обнаженного тела, увы нет.

Прилично издергавшись за время приготовления еды, сбежала в комнату отказавшись от ужина. Если во время готовки он всячески старался то задеть меня рукой, то невзначай прижаться всем телом, страшно представить, чем он решит закончить этот вечер.

Отругала свои взбесившиеся гормоны, полила их холодной водичкой, одела в пижамку и со спокойной совестью завалилась на кровать.

Есть хотелось ужасно, но еще ужасней не хотелось остаться с разбитым сердцем. Выждав для верности целый час, медленно выползла из комнаты, вслушиваясь на каждом шагу в тишину квартиры. Наверняка Артем уже поужинал и ушел спать или же снова работает в своем кабинете.

Не ушел и кажется даже не поужинал. Не спеша подошла к спящему Артему и разжав его пальцы, забрала стакан с чем-то явно алкогольным. Поставила на столик и снова вернулась к сидящему Артему, интересно, ему сейчас неудобно спать в такой позе или он такой же как я, где упал там и спит?

Решила укладывать. Сидит все равно на диване, тащить никуда не надо, немного толкнуть и накрыть сверху одеялом.

Вот сколько раз себе обещала?! Сколько раз заикалась к нему не подходить?! А все моя сердобольная натура. Прошла бы мимо и сейчас спокойненько поглощала бы вкусный ужин. Желудок полностью со мной согласился, поддержав громким урчанием.

— Зайченыш, расслабься, я не кусаюсь, — довольно пропело начальство, подгребая мое хрупкое тельце поближе к себе. — Столько ночей спали вместе и все было нормально, а сейчас что не так? Не могу тебя понять, сначала возмущаешься и швыряешься вещами, потом успокаиваешься и спокойно спиши со мной в обнимку, сегодня мне вообще показалось во время массажа, что ты хотела не только моих прикосновений, но и меня. И когда я решаю дать тебе немного времени, а самое сладкое оставить на ночь, ты нервничаешь весь вечер, а потом сбегаешь в свою комнату. Оксан, я ведь не железный, да и не мальчик давным-давно. Нельзя дразнить мужчину, а потом надеяться выйти сухой из воды.

— А давайте мы просто поговорим и решим все вопросы как цивилизованные люди? — слабо отбрыкиваюсь от его невесомых прикосновений. Но, боже! Как же хочется послать все подальше и податься навстречу его губам!

— Не думаю, что этот разговор будет для меня интересен. Хочешь, я прямо сейчас скажу все, о чем ты хотела мне поведать?

Важно киваю головой, мол, давайте, рассказывайте. А сама нагло устраиваюсь у него на груди. Сердце стучит бешенным барабаном, но уже несколько поздно смущаться и пытаться скрыть свою реакцию на прикосновения к его телу.

— Артем, — раздался голос начальника, и он с улыбкой принялся копировать мой голос. — Ты мне очень нравишься как мужчина и будь мы в другой ситуации, не задумываясь бы отдалась в твои умелые и сильные руки.

— Даже и не думала настолько тешить твое самолюбие, — фыркнула я, решив, что по прежнему обращаться к нему на «вы» будет как минимум странно.

— Допустим, не такими словами, но с той же сутью. Разве я не прав? — выгнул он бровь и дождавшись моего кивка, продолжил дальше. — Я понимаю ваши желания и полностью их разделяю. Но что будет когда вы наиграетесь? Вам ничего, а я останусь с разбитым сердцем по тому, что в такого мужчину как вы просто не возможно не влюбиться! — патетично и с придыханием пищал Артем тоненьким голоском.

— Фууу, — скривила я лицо. — В этот раз ты явно переиграл. А у самой все внутри сжималось. Прав, он во всем прав.

Артем продолжал пародировать мой голос и кривляясь объяснялся сам себе в любви. Я лежа сверху на начальнике прибывала в шоке и не могла не смеяться над его шутками. Вот только эти шутки были как никогда близки к правде, особенно если Артем на самом деле окажется таким, каким я его наблюдаю сейчас.

Такой домашний и простой, без холода во взгляде и высокомерия. С открытой улыбкой и потрясающим чувством юмора. Сегодня он открылся для меня с другой стороны.

Дурачась и разговаривая обо всем на свете, разогрели и наконец-то слопали ужин. Артем хвалил мои кулинарные способности и искренне сокрушался своей криворукостью в этом плане.

Несмотря на то, что мы с ним так и не поговорили, я не стала вновь поднимать тему наших отношений. Здесь и сейчас просто хотелось наслаждаться дружеской атмосферой. Впервые нам вместе было так легко и просто словно мы уже не один год с ним встречаемся.