Глава 5

Кэти Неужели такой малыш мог напугать полицейского? Хотя… Шерсть зверька стояла дыбом, а глаза-бусинки грозно сверкали. А еще одного взгляда на него хватало, чтобы понять – он не из Сурилрома, а не нашего мира. Таким животных у нас точно не водилось! Ладно, возможно, он кажется мне безобидным, просто потому что я уже мертва. Заметив меня, мышонок тут же полетел в мою сторону. Приземлившись на мою ладошку, он потерся острой мордочкой о мой большой палец и радостно застрекотал. Адам сложил руки на груди. – Кельвин, как ты вообще попал в дом? Кельвин покосился на зверька и, только убедившись, что тот отвлекся, рискнул пошевелиться. Он с шумом выдохнул и провел ладонью по лицу, вытирая пот. – Честное слово, я не вламывался в дом. У меня важные новости, и я надеялся застать кого-то из вас в агентстве и постучал в дверь. Она вдруг отворилась, ну я и вошел… Адам поднял голову и окинул холл внимательным взглядом, словно изучая нечто доступное только ему. Через несколько секунд он закатил глаза и тряхнул головой. – Ты и правда ни при чем. Я не успел подправить систему заклинаний дома, и она, воспользовавшись остатками моей магии, сделала это сам. Немного энергии так или иначе развеивается в пространстве. Я удивленно моргнула. – Серьезно? Система так умеет? – Такая старая, как эта – да. Современным охранным контурам эту возможность запретили, так как это не слишком безопасно. Отлепившийся от стены Кельвин непонимающе покачал головой. – И все равно не понятно. Система заклинаний решила подработать швейцаром? Какой смысл открывать дверь, если хозяев нет дома? Адам замялся, и я с подозрением посмотрела на него. Он явно что-то знал, но не горел желанием делиться этим с нами. Адам встретил мой взгляд и со вздохом признался: – Кажется, он ошибочно посчитал Кельвина близким другом хозяев, который может входить в дом в любой момент. – Правда? – просиял Кельвин. – Ошибочно, – многозначительно повторил Адам. Я погладила мышонка по пушистой шерстке между крыльями. – Хорошо, но что произошло дальше? Чем тебя так напугал мой зверек? – Ты еще спрашиваешь? – изумился Кельвин. – Это же тварь из Сурилрома! Как она вообще здесь оказалась? – Это долгая история. И он наверняка безобидный. Мышонок перебрался на мое плечо, где спокойно принялся грызть прядь моих волос. Он не провалился сквозь мое тело, словно и я, и он были обычными существами. – Безобидный?! – Кельвин от возмущения принялся размахивать руками словно ветряная мельница. – Да он накинулся на меня, едва я порог переступил. Сначала я даже не понял, что случилось. А потом… Видишь стену напротив? Мы с Адамом послушно посмотрели туда, куда указывал Кельвин. На потемневших от времени обоях красовалась дырка с оплавленными краями. – Это он сделал? Повернув голову, я искоса глянула на мышонка, но он принял такой обиженный вид, словно Кельвин его оскорбил. Длинные уши встали торчком, а черные кожистые крылья затрепетали. Адам наклонился и провел рукой над обоями, а с его ладони соскользнуло несколько искр. – Обои в этом месте уничтожены огнем. Это сделала летучая мышь? – Да, – обиженно подтвердил Кельвин. – Тварь плюнула пламенем, будто демонстрируя, на что способна, и больше я не шевелился. У меня нос чесался, но стоило мне дернуться, как он тут же начинал рычать. Адам помрачнел, и мое сердце дрогнуло. – Зато нам не нужен сторожевой пес. Здорово же? – воскликнула я. Мои наигранный энтузиазм никого не обманул. И Адам, и Кельвин смотрели на меня так, словно я сюсюкалась с ядовитой змеей. Словно почувствовав их неодобрение, зверек прижался ко мне и спрятал мордочку. – И как его зовут? – очень вежливо спросил Кельвин. Таким тоном обычно говорят с городскими сумасшедшими, которые могут выкинуть какой-нибудь дикий фортель. Если бы я могла схватить мышонка и убежать… Но магический свиток связал нас обоих с Адамом и его агентством. – Я не успела придумать, – вздохнула я. Адам махнул рукой, приглашая нас переместиться в гостиную. Я вместе с мышонком первой пролетела сквозь дверной проем, и над потолком зажглись магические шары освещения. Я посмотрела на Адама, не веря своим глазам. – Совсем забыл сказать, что настроил освещение в комнатах. Теперь магические шары не нужно активировать импульсом силы, они реагируют на присутствие. – А… – На тебя тоже, – Адам понял, о чем я хочу спросить. – Я вплел твою энергию в заклинание. Она, конечно, отличается от живого человека, но и этого оказалось достаточно. Неужели Адам заметил, что без него я могу пользоваться лишь свечами? – Спасибо! – выдохнула я. Адам посмотрел на меня долгим взглядом и словно хотел сказать что-то еще, но в этот момент нас прервал громкий шум позади. Обернувшись, я увидела Кельвина, возившегося с камином. Засучив рукава рубашки, он так старательно укладывал дрова, словно зажигание огня было его прямой обязанностью. Я удивленно моргнула, а Адам только глаза закатил. Избавиться от Кельвина будет не так-то просто! Когда в камине разгорелось пламя, Кельвин обернулся к нам. – Так какая именно новость привела тебя к нам? – кашлянул Адам. Улыбка сползла с лица Кельвина, и у меня появилось дурное предчувствие. Новое выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Кельвин на мгновение замялся, а потом заговорил очень серьезным тоном: – Для начала: никто не должен знать о нашем разговоре. – Его лоб прорезала глубокая складка, отчего он стал выглядеть старше своих лет. – Если Шарсон узнает, что я все разболтал, мне несдобровать. Он меня точно уволит, а без моего жалования моя семья не проживет. У меня семеро младших братьев и сестер, и только я уже работаю. – Этот разговор останется между нами. Я гарантирую, – кивнул Адам. Кельвин помедлил, а затем практически упал в кресло перед камином, протестующе скрипнувшее под его весом. Адам занял второе кресло, но его тело только выглядело расслабленным. Я уже достаточно хорошо знала Адама, чтобы заметить беспокойство в глубине серых глаз. Не мне одной почудились неприятности. Мышонок на плече возмущенно завозился, требуя внимания, и я тихонько шикнула на него, попросив не мешать. К моему удивлению, он послушался. Взлетел вверх и, зацепившись когтями за балку на потолке, повис вниз головой и, кажется, задремал. Все-таки в нем больше от летучей мыши, чем мне начало казаться. Но откуда тогда шерсть и плевки огнем? Твари из Сурилрома словно сочетали в себе черты нескольких животных. Кресел в гостиной больше не было, и я замерла напротив камина. Ни Адам, ни я не торопили Кельвина, и спустя несколько минут он все же заговорил. – Вы уже знаете, что констебль Шарсон вас невзлюбил? – Мы догадались, – хмыкнул Адам. Кельвин покраснел, наверняка вспомнив момент нашего знакомства, когда он по приказу Шарсона не подпускал потенциальных клиентов к нашему агентству. Здесь расчет констебля удался: никто, кроме булочницы, к нам так и не вернулся. Возможно, будь ее проблема попроще, чем воскресший мертвый муж, миссис Найджел тоже нашла бы другое агентство. – Вчера на утренней планерке констебль Шарсон сказал, что у него есть для вас неприятный сюрприз. Один из наших офицеров – Хэнки Толлеман – премерзко улыбнулся. Терпеть его не могу! – Кельвин передернуло от отвращения. – Хэнки не в первый раз помогает Шарсону в его делишках и, судя по ухмылке, он точно знал, о чем идет речь. Готов поспорить, Шарсон придумал план, как заставить вас закрыться. И, кстати, обитающей в доме твари из Сурилрома для этого хватит с лихвой. На скулах Адама заходили желваки. – Полагаешь, в ближайшее время нам стоит ожидать гостей? – Нет, – вдруг мотнул головой Кельвин. Я удивленно моргнула, а Адам закашлялся, с подозрением глядя на Кельвина. Я тоже запуталась. Разве не он только что рассказал нам о готовящем подставу Шарсоне? – Это еще не все, – вздохнул Кельвин. – Незадолго до обеда в участок пришел вызов в Цитадель. Вызывали Шарсона, а он взял меня с собой для солидности. Все остальные полицейские оказались заняты. В Цитадели нас сразу же проводили к нужному кабинету, и Шарсон велел ждать у дверей. Но мне все же удалось услышать часть разговора… – Удалось? – вскинул бровь Адам, отчего его шрам стал еще заметнее. – Насколько мне известно, все кабинеты в Цитадели оборудованы звукоизолирующими заклинаниями. Я перевела взгляд на густо покрасневшего Кельвина. – Ладно, признаюсь честно, я подслушал разговор. – Он похлопал по пристегнутому к поясу чехлу, в котором прятался его полицейский жезл. – После того как я немного поработал над ним, этот малыш освоил несколько фокусов. Я едва не присвистнула. А я-то думала, наш Кельвин чист как слеза Заступницы и не способен на подобные поступки. Оказывается, и ему не чуждо любопытство! Я бы с удовольствием подшутила над Кельвином и спросила, что еще умеет его жезл, но куда больше меня волновал Шарсон. Ощущение надвигающейся беды становилось все отчетливее. – И что же сказали Шарсону? – не выдержала я. – Если я все правильно понял, Цитадель велела ему не трогать ваше агентство и даже наоборот – оказывать всяческую поддержку. Я точно не ослышалась? Камин выбросил в воздух столп искр, но я даже не пошевелилась, все еще пытаясь осмыслить слова Кельвина. Наверняка я поняла его неправильно… Адам подался вперед, и его ноздри хищно раздулись. – Цитадель не интересуется делами гражданских. Они сказали что-то еще? – Я тоже удивился, – торопливо заговорил Кельвин. – Сначала подумал, что это своеобразная благодарность за вашу помощь с порождением, но после… Мое сердце с такой силой ударилось о ребра, что в ушах зашумело. Я вздрогнула и напомнила себе, что у моего тела не может быть физических ощущений. Все они лишь плод моего воображения, ответная реакция на эмоции. Словно пойманное с поличным, сердце тут же затихло. Кельвин тем временем продолжал рассказ, и с каждым предложением его голос звучал все неувереннее и тише. Вдруг он отвернулся от Адама и посмотрел прямо на меня. – Тот тип со скрипучим голосом сказал, что Цитадель интересуется… тобой, Кэти. Ты нашла тех бедолаг в желудке твари, и они собрали целую команду для изучения этого случая. Я озадаченно покачала головой, только сейчас осознав, что мой поступок не остался незамеченным. Но почему слова Кельвина звучат так зловеще? Я ведь не сделала ничего плохого, даже наоборот. – Я так и знал, что Цитадель не отстанет, – процедил Адам, поднимаясь из кресла. – Кельвин, спасибо за предупреждение. Я и прежде догадывался, что они не оставят нас в покое, но не думал, что все настолько серьезно. Я подплыла к Адаму, мерившему комнату широкими шагами, и заставила его остановиться и взглянуть на меня. – Ничего не понимаю. Причем тут Цитадель и я? Я поджала губы и сложила руки на груди, дав понять, что не сдвинусь с места, пока не получу ответ. – Кэти, – мягко начал Адам, не только не думая отходить, но и придвинувшись еще ближе. – В той, прошлой жизни ты когда-нибудь встречала духов? – Пока была жива? – перевела я, и Адам поморщился, словно моя формулировка его задела. – Не уверена, но вроде бы нет. У меня много вопросов к собственной природе, но ответов я не знаю. – Так я и думал, – кивнул Адам. – Понимаешь, ты… не очень-то похожа на обычного духа. Прежде у меня не было духов в подчинении, но сталкиваться доводилось. Обычно духи медлительны и заторможены. Они не смеются, а лишь выполняют приказы. Даже с инициативой у них так себе. – Может быть, все духи разные? – возразила я. – Возможно, я и при жизни была такой активной. – Но это не объясняет то, что ты сделала с Мэпси, – напомнил Адам. – Мы можем спорить о характере и манере поведения, но духи точно не владеют магией. Но ты расслышала последние слова жертв, проникла прямо в брюхо порождения… Больше всего это напоминает некую разновидность магии. Адам был как никогда серьезен, и мне отчаянно захотелось перевести все в шутку. Словно почувствовав это, Адам положил руки на мои плечи. Его ладони остановились в дюйме от моего тела, и хоть я не почувствовала его прикосновения, от такой близости перехватило дыхание. Я подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Адама, в которых плескалось слишком много эмоций, чтобы их расшифровать. – Что ты хочешь этим сказать? – голос внезапно охрип. – Ты не такая, как остальные духи. Я был в банке, который выдал мне ссуду, но твоего дела у них почему-то не оказалось. Парнишка из архива едва не плакал, убеждая меня, что не перемещал папку. Полагаю, это приказ из Цитадели. На заседании комиссии мне намекнули, что твой случай будут расследовать. Раньше духи не контактировали с Порождениями, и Цитадель это заинтересовало. Адам может быть грозным, отстраненно подумала я. Мне уже жаль того парня из архива. Я пыталась не думать о белых пятнах в прошлом, а вот Адам не забыл, что хотел мне помочь. Пока мои мысли блуждали, взгляд уставился на подбородок Адама, поросший темной щетиной. Интересно, какая она на ощупь? Вряд ли такая же мягкая, как шерсть мышонка. Я готова была думать о чем угодно, только не о том, что со мной что-то не так. И все же почему-то я не была удивлена. Я не помнила свою прошлую жизнь, но точно знала, что она состояла из проблем. И они преследуют меня даже после смерти. Глаза начало жечь, вот только слезы не приходили. – Кэти, посмотри на меня, – попросил Адам. Когда я не отреагировала, он переместился так, чтобы наши глаза встретились. – Почему Цитадель просто не заберет меня у тебя? – устало спросила я. – Я им этого не позволю, – в голосе Адама прозвучало обещание. – Твое присутствие в этом мире обеспечивает магический свиток, а он привязан ко мне. Поверь, я не отдам им тебя. Кому как не мне знать, как легко Цитадель ломает судьбы людей. Боль в его голосе заставила меня наконец очнуться и вернуться в реальность. Адам по-прежнему стоял так близко, что нас разделяли считанные дюймы. Его серые глаза были прищурены, а поджатые губы превратились в тонкую линию. Но сейчас он не пугал меня. Я знала, что его злость направлена не на меня, а на Цитадель. Как бы я хотела стереть печать грусти с его красивого лица… Позади раздался торопливый вздох, и я вспомнила о Кельвине, ставшем свидетелем нашего разговора. Отшатнувшись от Адама, я закашлялась и нервным жестом пригладила волосы на голове. – Спасибо, Адам. Мне повезло, что подходящая вакансия оказалась именно в твоем агентстве. – А я думал, это мне с тобой повезло, – улыбнулся он уголком рта. Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а потом я повернулась к Кельвину. – И тебе спасибо, Кельвин. Кстати, почему ты все-таки решился рассказать нам о Шарсоне? Лицо Кельвина залилось краской. – Вы мне нравитесь. Констебль Шарсон несправедлив к вам, Дымкам не помешает помощь. – Мы приложим все усилия, – улыбнулся Адам, и в его голосе слышалась твердая уверенность. Адам еще раз подробно расспросил Кельвина обо всем, что он видел в Цитадели, и тот наконец засобирался домой. Время давно перевалило за полночь, и я даже подумала предложить Кельвину переночевать в гостевой спальне, но вовремя вспомнила, что она представляет собой пустое помещение с гнилым полом и осыпавшейся с потолка штукатуркой. С приемом гостей придется подождать до ремонта. Уже в дверях Кельвин замер и понуро обернулся: – Адам, ты поправил контур дома? – Да, – кивнул Адам. – Запретил открывать дверь, когда меня и Кэти нет на месте. Кельвин загрустил еще сильнее. – А что насчет меня? Ты убрал меня из перечня близких друзей? Повисла пауза, и Кельвин уставился на Адама глазами брошенного под дождем щенка. Я даже позавидовала: вот уж кому не составляет труда разреветься. – Нет. Кельвин просиял, радостно попрощался с нами и даже помахал мышонку, занявшему свой сторожевой пост на шкафу. Дверь захлопнулась, и Адам усмехнулся: – Надеюсь, я не пожалею об этом.