Глава 30. Метка

Эйдан

Я почувствовал в этой девушке пару сразу, как только она появилась в аудитории с двумя парнями. Её мужьями. Её изумительный запах. Тонкий, свежий, сводящий с ума моего зверя. И второе, что почувствовал за время в несколько ударов сердца — это зависть.

Ревновать или злиться я не мог. Эльф и дракон были её парами тоже. Странно, что так получилось. Похоже, девочка не обычный человек. К тому же, ей повезло сразу встретить своих суженых прежде, чем её опустошили.

Внимание кошака Алистера выбило из колеи. Хотелось вырвать ему глотку. От него буквально волнами шло возбуждение. Однако, почувствовав, что он полон разочарования и досады, отпустил ситуацию с ним. Не для него этот подарок судьбы.

А та же зависть, что он почувствовал ко мне, сделала счастливым. Мы друг друга просто не выносили. Хотя, мне было бы на него наплевать, если бы не его придирки.

Заметил также, как странно на неё смотрит мастер Дарт, и его ученик в особенности. Маг, понятное дело, знал о её силе. А этот мутный тип тревожил. С тех пор, как застал его за отправкой магической почты, у меня не было к нему доверия. Не то чтобы никто услугами почты не пользовался, но на конверте, которое Патрик положил в шкатулку переноса почты, был знак старейшины светлых магов, мастера Лилана. Мало кто мог это сделать. В Академии — только мастер Дарт.

И даже не это меня так зацепило, а то, как среагировал на моё внезапное появление ученик, проявив бурю эмоций: страх, раздражение, ненависть. И то, как быстро он справился с этим. Даже, уходя, слегка кивнул головой. Учтивый скользкий тип. Когда парень исчез, проверил след, оставленный отправкой. Письмо точно отправилось в светлую обитель. И я почему-то был уверен, что не мастер Дарт попросил его отправить послание к странному адресату. Не было необходимости. Он и без магической почты мог с ним связаться.

В любом случае, стал бы за ним присматривать. Только моя недоверчивость и осторожность спасли меня несколько раз от неминуемой смерти. Кто устраивал для меня ловушки, понял сразу. Слишком въедливый запах у зла. Можно было уже смело озвучить имя вредителя и доносчика. Или позволить зверю вспороть ему брюхо. Но я решил понаблюдать ещё немного. Неспроста же этот недомерок шпионил в академии? У него есть хозяин в обители.

Появление в моей жизни Ирины всё изменило. Мои приоритеты были сконцентрированы сейчас только на ней. Моего зверя тоже. Я смог придти ей на помощь, когда она чуть не попала в беду. Это радовало. К тому же, Патрик пострадал ранее. И пусть небеса ко мне будут снисходительны, я был рад этому. Оставит нас на время в покое.

Смелая, решительная, красивая, умная. Она привлекла внимание не только мужчин, но и девушек. Ведь заклеймила татуировками самых выгодных женихов. Надеюсь, что сам окажусь в их числе.

Я мог бы продолжить замечательный список достоинств Ирины, однако он будет слишком длинный. Можно было сказать проще: потрясающая воображение, моя замечательная пара.

То, что она белый маг и огромной силы, было приятным и неожиданным дополнением к её бесспорным достоинствам. Я был счастлив. Ведь даже при опеке её венценосных мужей она могла подвергнуться опасности. Я тоже не смог бы её защитить от всех магических атак. То, что она сама сможет себя защитить, было здорово! Дальнейшие события это доказали.

Семья Ирины приняла меня в свой круг в качестве друга легко. Даже то, что я являюсь парой для неё, не встало между нами непреодолимым препятствием. Я даже пожалел о потраченном времени. Ведь мог бы и раньше стать другом для этих парней. Однако, вспомнив события давних дней, мне стало не по себе.

Всю жизнь я боролся с нечистью. Сколько себя помню. С тех пор, как исчезли снежные эльфы и моему народу — снежным барсам — пришлось закрыть все подступы к нашей территории. Мы были на грани исчезновения. В магическую академию я попал по собственному желанию. Хотя отец и был против. Однако, глава нашего клана дал разрешение.

Магия стремительно уходила из этого мира. Со снежными эльфами мы могли скапливать её и контролировать. А сейчас остался только зверь. Который тоже исчезнет вместе с магией. Меня это пугало неимоверно. Я не хотел терять своего барса.

Столько лет я вел себя замкнуто. Не участвовал в обычной студенческой жизни, не заводил себе друзей, не искал приключений с девушками. Было странно опять почувствовать себя полноценным. Когда моя девочка приняла меня как мужа, я стал целым.

Зверь скулил и рвался, требуя пометить пару. Сделать её своей навсегда, чтобы остальные оборотни близко к ней не подходили.

Но я не мог себе позволить напугать девушку. Сделать ей больно.

Мои руки мелко дрожали, когда касались этой тонкой, упругой и гладкой кожи. Мягкие волосы шелком струились сквозь пальцы. Они были схожи с жидким золотом. Её губы как лепестки роз были нежными, мягкими и насыщенно алыми. Сочными, как сладкие ягодки моей страны, с пикантной кислинкой. Я хотел пить её дыхание не отрываясь.

Однако Ирина отпрянула, не дав задохнуться от нехватки воздуха. Она чувствовала себя неловко и была слегка напугана. Зря.

Ник и Дэн прекрасно знали правила и законы этого мира, в отличие от Ирины. Убедившись, что нас оставили одних, она вздохнула с облегчением. Но я ей не дал возможности расслабиться, сразу опрокидывая на кровать.

Остаться обнажённым за секунды я умел. Жизненная необходимость. А разоблачать свой подарок с чувством и расстановкой, покрывая поцелуями, каждый освободившийся кусочек сладкой кожи, было неимоверным счастьем. С трудом оторвавшись от сладких губ, медленно сполз вниз, отдавая должное эстетическому и чувственному экстазу лицезреть и вкусить этого хрупкого, прекрасного тела.

Я не знал плотской любви до сих пор. Мечтал о том, что подарю свою любовь и копящуюся нежность своей паре. Страха, что опозорюсь в первый раз, тоже, к счастью, не было. Я был уверен в себе, как никогда. Наитие вело само. Всё, что происходило, нравилось и Ирине. Я чувствовал это. Она была такой отзывчивой, податливой, такой желанной, что с радостью окунулся в водоворот страсти. Первое вхождение принесло мне боль.

Я испугался, что ту же боль чувствует девушка, но она буквально дрожала от возбуждения. Жаркое, тесное нутро моей пары пульсировало, сжимая ставшее каменным достоинство. Начав с осторожных движений, стал ритмично входить и выходить из желанного тела, ускоряясь с каждым погружением.

Мои руки крепко сжимали согнутые голени девушки. Чуть выпрямившись, дал себе возможность увидеть, как моя плоть исчезала между розовыми лепестками лона и появлялась, покрытая блестящими соками любви. Моя сладкая девочка!

Почувствовав, что не выдержу долго, и увидев, как тянется, выгибаясь и жмурясь девушка, понял, что время пришло.

Перевернул её на живот, накрыл своими телом, плотно прижимаясь к мокрой от пота спине и входя до упора в пульсирующее лоно. В мгновение, когда излился внутрь, зарычал, и мои клыки вонзились глубоко под кожу на сгибе шеи и плеча девочки.

Сладкая, ароматная, густая, драгоценная влага оросила рот. Я чуть не потерял сознание от восторга и счастья.

— Прими меня как свою часть, любимая, — прошептал я в маленькое розовое ушко тяжело дышащей девушки.

— Куда я денусь с подводной лодки? Мой гарем пополняется. Ты был великолепен. Люблю тебя! — ответила она, тяжело выдыхая воздух и пытаясь выбраться из-под меня.

Кто бы ей позволил? Моя плоть стремительно твердела снова, а я ещё не успел выйти из жаркой глубины.

— Повторим? — прикусил полюбившееся ушко.

— Давай. Зато умру удовлетворённой и счастливой, — попыталась рассмеяться Ирина, но только сладко застонала, выгибаясь, как кошка.