Глава 39

– Ты мне даже предложение не сделал! – взрываюсь я, ну все, с меня хватит. – Как не сделал? – удивляется Димочка, – Несколько раз говорил: «Выходи за меня замуж». – Если ты не понимаешь, гамадрил приземленный, то говорить что-либо бесполезно, – фыркаю я, выскакивая из-за стола, – Мы с Катюшкой гулять, а вы…тоже гулять! – выкрикиваю, исчезая с кухни. Затем возвращаюсь, гневно топаю ногой в тапочке, вынимаю перемазавшуюся кашей Катюшку из стульчика и несу с собой наверх. – Сделал он мне предложение, ага. Ты бы вот вышла за такого? – спрашиваю счастливого измазанного ребенка, – Вот и я бы не вышла. Где кольцо, где признание в любви? – продолжаю возмущаться, пока умываю Катюшку. – Не выходи никогда замуж, мой цветочек, ни за что, – делаю свой вывод, переодеваясь на прогулку, – Не выйдешь? – Дя, – кивает Катюшка, сверкнув четырьмя зубами. – Вот и умница, – соглашаюсь с ней. Умытые, причесанные, нарядные, выходим из комнаты и спускаемся с Катюшкой вниз. На кухне все убрано, посуда перемыта и никого. В доме подозрительная тишина. – И куда все делись? – Неть, – разводит ручками Катюшка. – Значит, бросили нас, – делаю вывод, – Пойдем гулять, зря наряжались что ли. Выходим из дома и идем через сад к задней калитке. Дом у Егора и Веры находится в очень красивом месте. Яблоневый сад спускается прямо к широкому пруду, где сделан небольшой насыпной пляж. Вода чистая, видно песочек и камушки на дне. Жаль, что еще не так тепло, чтобы искупаться, но вокруг очень тихо, спокойно. Опускаемся с Катюшкой на теплый песочек и начинаем возиться с куличиками. У девочки тут уже свой песочный набор с лопаточками и формочками. Увлеченно лепим куличи, которые плохо держат форму, песок слишком рассыпной. Катюшка ворчит, я тоже возмущаюсь, но так втянулись, что обе подпрыгиваем, когда откуда-то над нашими головами резко начинает орать музыка «Свадебный марш» Мендельсона. Поднимаем головы и замираем с открытыми ртами. Над нами большой воздушный шар в виде красного сердца. Из подвесной плетеной корзины на нас смотрят три радостные мордочки: улыбающаяся от уха до уха Дим Димыча, Артемки и Ярослава. Шеф вытягивает руки вперед и по воздуху разворачивается длинный свиток с надписью: «Пончик, выходи за меня!» – Ой, Катенька, – прижимаю ко рту свою ладошку, чувствуя, как из глаз брызгают горячим потоком слезы. – Пончик мой, я тебя люблю! – кричит шеф, – Выходи за меня! Лови! – и спускает на тонкой веревке корзиночку с цветами. Бегаем, смеясь по пляжу с Катюшкой и ловим. Внутри лежит коробочка из красного бархата. Открываю и снова заливаюсь слезами. Кольцо, просто с неприлично большим бриллиантом. – Согласна? – кричит из корзины шеф. – Тетя Оля, соглашайтесь, – поддакивают близнецы. – Да, – шепчу тихо, пытаюсь натянуть кольцо, но оно чуть маловато. – Не слышу? – доносится с небес. – Да-да, – ворчу я, мучая палец, затем смиряюсь и толкаю кольцо на мизинец. Пусть пока здесь побудет. – Че говоришь? – орет шеф. – Да! – кричу в ответ. Слышу радостные вопли из корзины и шарик уносит с пляжа, скрывая с наших глаз. – Утели, – разочарованно смотрит в небо Катюшка. – Угу, улетел, но обещал вернуться, – соглашаюсь с ней, – Пойдем домой, скоро родители вернуться, а мы еще не обедали. Картошки жареной мы, видимо, не дождемся сегодня. Беру Катюшку за теплую ладошку и возвращаемся к дому. Наши воздухоплаватели появляются примерно через час с кучей пакетов из ресторана с готовой едой. Димочка хватает сразу меня за талию, шмякнув на пол пакет с бутылкой шампанского, которая на удивление не разбивается. – Точно согласна? – ласкается шеф, пытаясь поцеловать меня. – Ну, как тебе сказать… – изворачиваюсь от поцелуя, кивая на детей, которые с любопытством смотрят на нас. – Пончик, не нервируй меня, – рычит Димочка. – Я уже не пончик! – пытаюсь возмутиться. – Нет, но мне нравится, – лыбится довольный тигрище. – Ладно, – соглашаюсь я, – Бери меня замуж. – Ес! – кричит шеф, все-таки целует меня страстно в губы. Обед превращается в праздник с шампанской и деликатесной едой. Шеф с близнецами накупили всяких вкусностей, типа запеченной рыбы, салата из тунца и фруктов. Только со сладким совсем беда, ни десерта тебе, ни тортика. Грустно вздыхаю, прожевывая вкусную рыбку, запивая шампанским. – Мы теперь совсем без пирожных жить будем? – жалобно смотрю на шефа. – Не будем, – кивает он, – Но сможем. – Угу, – печалюсь я. Включаем какую-то семейную комедию, располагаясь в гостиной все вместе. Катюшка засыпает на руках у шефа, а я любуюсь этой милой сценой, представляя наших детей. Думаю, что из Димочки получится хороший папа. – Дождемся Егора с Верой и к моим родителям, а завтра к твоим, – шепчет на ухо мне шеф. – А может не нужно к моим? – пугаюсь я, представляя встречу моего папы и Димочки. – А что с ними не так? – волнуется шеф. – Да все так, – уклончиво отвечаю я, – А с твоими родителями как? – тоже волнуюсь, вдруг не понравлюсь. – Да мои вообще беспроблемные, – слишком активно отмахивается шеф, чем вызывает во мне смутную тревогу. – Точно? – Ну да, – не совсем уверенно отвечает он, – Главное я люблю тебя, а ты меня. – Что-то это меня мало успокаивает, – ворчу в ответ. Возвращение Егора и Веры взрывает дом радостными криками, причем громче всех выражаем свой восторг мы с Димочкой. – Ну, как все прошло? – улыбается Вера, тянется к моей правой руке, – Отлично, поздравляю, Дима, – укоризненно качает головой, замечая, что кольцо у меня на мизинце. – Зато камень красивый, – улыбаюсь я, – А размер чуть прибавим. – И когда свадьба? – хлопает по плечу шефа Егор. – Не знаем, – хором отвечаем мы с Димочкой, – Но скоро, добавляет он. – Не скоро, – добавляю я. – Что это? – возмущается шеф. – Подготовиться нужно, я хочу торжество, первый раз все-таки. – В смысле первый раз? – рычит Димочка, – Второго не будет! – Посмотрим, – коварно улыбаюсь в ответ. – Ольга! – кричит сердито шеф, а я закатываю глаза к потолку. – Что сразу Ольга, Ольга, – ворчу на него.