17

При выходе из преподавательского крыла мы сталкиваемся с Нейваром и Кевином. Ребята рады меня видеть и открыто улыбаются. Я одновременно была довольна нашей встречей и немного переживала о реакции мужчин. Мои губы самопроизвольно растягиваются в ответной искренней улыбке. Сердце ускоряет свой ритм. Я соскучилась. Прошла всего одна ночь, а я соскучилась? Причём по обоим. На плечи ложатся тёплые руки. Спиной чувствую две возвышающиеся горы, а передо мной ещё стоят, ничем не хуже, две фигуры и беглым взглядом водят по моему лицу, по мужчинам позади меня, по моим рукам.

Кевин первый замечает изменения во мне. Его глаза излучают вначале удивление, мне в этот момент почему-то становится стыдно, горячая волна по шее поднимается к щекам, и они, не спрашивая у меня разрешения, начинают полыхать. Оборотень поднимает глаза, и мы сталкиваемся с ним взглядами. Молчание между нами затягивается. Толпа обходящих нас и спешащих попасть в столовую только увеличивается. Несколько любопытных всё же останавливаются и со стороны наблюдают за нами, тихо перешёптываясь.

— Ты всё же последовала моему совету, — криво улыбнувшись, Кевин впечатал моё тело в своё, жадно водя носом по моей шее, замечая на ней укус. А я вдруг понимаю, что он тоже оборотень со всеми их заморочками. — Даже так, — оценивающе посмотрел он на Гарри и Фабулуса, сильнее прижимая меня к себе.

Не отвечаю, потому что и так всё понятно. Мои слова сейчас лишние. Прижимаюсь щекой к тёмно-зелёному пиджаку оборотня. Провожу рукой по лацкану, словно поправляя его. Даже через слои одежды слышу, как сильно бьётся его сердце, а грудная клетка тяжело приподнимается, вырывая чуть заметное рычание.

— Эй, — легонько ударяю его кулачком, — кто говорил, что поймёт и будет рад сближению? — смотрю на него серьёзно.

— Прости, — вздыхает он и поглаживает меня по щеке, — это инстинкты.

Пришла в себя, когда нас толкнули проходящие мимо студенты. Опомнилась и посмотрела по сторонам. Мы всё также стояли вчетвером в проходе.

— А где Нейвар? — покрутилась вокруг себя, не замечая своего голиафа рядом.

— Вон он, твой голиаф, — хмыкает Гарри, — стоит, стенку подпирает.

Беспрепятственно выпутываюсь из рук Кевина и иду, огибая идущих мне навстречу студентов, к одиноко стоящей фигуре мужчины. Нейвар смотрит на меня внимательно, немного отстранённо.

— Ней, ты чего ушёл? — спрашиваю голиафа и сама беру его за руку.

Он медленно опускает взгляд на наши с ним переплетённые пальцы, сжимает их слегка и переводит взгляд на меня.

— Не хотел вам мешать, — хрипло произносит он, пожимая плечами.

— А ты и не мешал, — с непониманием смотрю в его глаза цвета стали. — Ты такой же мой, как и они, — киваю я на оборотней, что стоят чуть в стороне. — И я соскучилась, — упираюсь лбом в его грудь, чувствую, как на мою спину поверх крыльев ложатся руки голиафа, и он сжимает меня в своих объятиях. — Пошли в столовую? — улыбаясь, смотрю на повеселевшего мужчину, и тот кивает мне. Беря мою руку, переплетает наши пальцы, как до этого сделала я. Мы подошли к ждавшим нас оборотням.

Мужчины пожали друг другу руки и, перекинув пару слов, мы пошли дружной компанией в столовую.

В столовой была уже привычная суета. До занятий у нас оставалось сорок минут, поэтому мы тихо переговаривались, стоя на раздаче. Как же хорошо, что она была магическая и не нужно было особо долго ждать. Желаемые мной блюда сами подлетали на поднос, мягко опускаясь, стоило мне только сказать вслух их название.

На завтрак взяла себе лишь геркулесовую кашу с фруктами и горячий чай. Мужчины же заказали в свои подносы всего и побольше и довольные пошли занимать свободные места. Сев за отдельный столик, заметила на себе чужие взгляды, что провожали нас, пока мы шли по проходу между столов. Передёрнув плечами, сбрасывая чужие взгляды, села за стол и принялась за свой завтрак. То ли я была такая голодная, то ли и правда каша оказалась такая вкусная, но я смела всё в считанные минуты и косилась на ягодную корзинку Фабулуса. Оборотень посмеялся и протянул её мне.

— Спасибо, — произношу я смущённо. Обхватываю губами сочные ягоды и нежную начинку, что таилась под ними. Яркий вкус малины и ещё какой-то неизвестной мне ягоды плавится у меня на языке. Я закатываю глаза от удовольствия и мычу. — Как ше вкушно, — не прожевав до конца, выпиваю остатки чая и облизываю губы. Поднимаю взгляд на мужчин, вижу улыбки на лицах Фаба и Гарри и горящие глаза Кевина и Нейвара.

— Что?

— Не делай так, Таня, — со смешком сказал Фаб. — А то парни оконфузятся, вставая из-за стола.

Поняв, о чём он говорит, снова смутилась.

— Так, с вами хорошо, но дела не ждут! — встав со своего места, сказал Фабулус и, взяв мою руку, пальцы которой испачкались в сладком джеме пирожного, порочно обхватил их губами и облизал, глядя мне в глаза. — Увидимся вечером, малышка, — томно прошептал он, любуясь моей реакцией. — Пойду решать вопрос с нашим жильём.

— Да, — каркнула я, прочищая горло, вновь залившись краской. Он специально это делает? Вводит меня в смущение.

— Мне тоже пора, мышка, — прижал меня к своему боку сидящий рядом Гарри. — Не забудь, вторая и третья пары мои, — поцеловав меня в щёку, быстро встал и ушёл.

Не задерживаясь, мы с ребятами тоже поспешили на занятия. Я и Нейвар — на боевую подготовку, а Кевин — в лабораторию под командование аттина Свота, местного врача.

Нейвар хорошо знал, куда нам идти, поэтому вскоре мы пришли в крытый зал с матами. Часть наших одногруппников уже были здесь, а кого-то мы встретили ещё в столовой. При нашем появлении они заулыбались и заулюлюкали, потому что мы всё также продолжали держаться за руки. Не обращая на них внимания, встали чуть в стороне. Ней со спины обнял меня, оплетая руками мои плечи. Мне так тепло и уютно в его объятиях, стою и с глупой улыбкой наблюдаю за дурачившимися ребятами. Парни по пояс оголены и шуточно играют мышцами, показывая себя во всей красе. Я смеюсь над их выходкой и, повернув голову, прижимаюсь носом к руке голиафа. Мик и Джарет отрабатывают рукопашный бой. Я внимательно слежу за ними, запоминая их движения и перехваты. Они с такой лёгкостью делали все эти удары, ставили защиты, перевороты, у меня аж глаза заблестели от плавности их движений. Мне бы очень хотелось также научиться двигаться.

— Что понравились, — тихо спросил Ней меня на ухо.

— Да, — с азартом в глазах ответила я, думая о их технике, но, похоже, мы сейчас говорили о разных вещах, потому что руки голиафа напряглись, сдавливая меня сильнее. — Ней, ты чего? — обернулась я, глядя на рассерженного голиафа с поджатыми губами. — Я говорю про их технику исполнения боя, а ты что имел в виду? — прищурив глаза и сложив руки под грудью, смотрю прямо на мужчину. Ней заметно выдыхает. Да что не так с ним?

Нашу чуть начавшуюся ссору останавливает приход профессора Ричарда. Я обиженно отхожу от Нейвара и становлюсь в линию. Занятие начинается.