Глава 27

Время неумолимо шло, ожидание превращалось в изощренную пытку. Пальцы нервно подрагивали, пульс участился. В голове творилась сущая каша.

Господи, ну сколько можно? Когда император уже придет⁈

Резко вздохнув, в который раз посмотрела на молчаливого Али: тот все так же сидел в одной позе, излучал спокойствие и уверенность. Досадуя на себя за неуместную эмоциональность, мысленно дала себе увесистый подзатыльник.

Что это я, ну в самом-то деле? В прошлой жизни кучу времени провела в судах, а тут на тебе: издергалась, как желторотый птенец. Если вдруг так случится и слушанье сегодня все же не состоится, ничего ужасного не произойдет.

Мне не даруют титул, но ведь и не лишат дворянства! А это значит, у Лопухина не появится право на Петю. Так что ничего страшного.

Чувствуя, как сердцебиение выравнивается, глубоко вздохнула. Осознавая, что прихожу в норму и вновь могу нормально думать, обвела взглядом суровых неподвижных воинов, нахмурилась.

Все же как-то уж больно вас тут много. В чем причина таких запредельных мер безопасности? Происходит что-то экстраординарное, и поэтому государь все никак не может прийти? Почему бы тогда нас просто не отправить по домам?

Впрочем, навечно нас тут всех все одно не оставят. Надо бы хоть посмотреть, кто еще пришел на слушанье.

Сделав вид, что устраиваюсь поудобнее, я чуть-чуть склонилась вперед. Быстро глянув направо, выпрямила спину, с бесстрастным выражением поправила на бедрах сумочку.

Гоев загораживал обзор, но разглядеть мужчин все же удалось. Старик с редкой, белесой растительностью на голове — Лопухин. А второй не кто иной как сам князь Шувалов. Пусть сейчас их лица видела мельком, однако фото в сети детально рассмотрела. Это, вне сомнений, они.

То, что оба явились — предсказуемо. Удивляло иное: с какого перепуга главу княжеского рода, посадили рядом с тем, кто его же решение и обжалует? Князю Шувалову, как еще одной стороне процесса, стоило бы находиться на удалении: так, как нам с Али.

Хм-м. Странно. Очень странно.

Предположим, я-то знаю, что Лопухин с Шуваловым работают сейчас в тандеме и им не в тягость находится рядом. Но откуда такая информация у императора? Сильно сомневаюсь, что «фэсбэшники» настолько заморочились с проверками.

И вот тут возникает вопрос: с какой целью главу элитного княжеского рода Шуваловых посадили плечом к плечу с каким-то Лопухиным? Вдобавок к этому мы все прекрасно понимаем, чем слушанье закончится: прошения старика удовлетворят, род Метельских аннулируют. Складывалось четкое впечатление, что государь решил ни много ни мало, но унизить главу неприкосновенного княжеского рода.

На мой дилетантский взгляд, подобное поведение для политика, мягко говоря, недальновидно. Сильно сомневаюсь, что император не понимает, чем ему может обернуться подобная выходка.

Что, черт возьми, у них тут происходит? Меня хотят еще и втянуть в политические игры? Да ну нет.

Тревожные размышления прервал зычный мужской голос:

— Прошу всех встать! Император и самодержец всероссийский, великий князь Финляндский и царь Польский Николай II Александрович Романов.

Слаженно поднявшись вместе со всеми, я последовала примеру Али и склонилась в низком поклоне. Простояв так довольно долго, заметила, как горец начал выпрямляться, вновь повторила за ним. Взгляд тотчас уцепился за императора: высокий худой мужчина в белоснежной рубашке с небрежно закатанными рукавами стоял за столом.

Рассматривая самодержца, через чуть интенсивнее замерцавшую защитную «стенку», я никак не могла взять в толк, почему он одет настолько просто. Разве что его величество просто мимо пробегал, ну и решил заглянуть, проведать как мы тут.

Это, что очередной плевок в сторону князя Шувалова? Дескать, ты настолько ничтожен, что не стоишь даже того, чтобы я официально оделся? С огнем государь играет.

Тем временем Николай II обвел взглядом нашу четверку, а после как-то уж слишком обыденно сообщил:

— Я рассмотрел прошение дворянина Лопухина. Считаю его подлежащим удовлетворению: решение главы княжеского рода Шуваловых о создании рода Метельских аннулировано. С этой минуты все члены незаконно созданного князем Шуваловым рода лишаются дворянства, привилегий и считаются простолюдинами, — государь замолчал, а у меня по спине пробежал неприятный холодок.

Что тут скажешь. Государь не только крепко щелкнул по носу Шувалова, но и дал понять, что двойной звезде самое место на придверном коврике.

М-да уж. Отвратительные ощущения. А что, если на этом все? Что, если никакого дворянства, да титула мне сейчас не дадут? От этого интригана можно ожидать любой пакости.

Хрен вам. Все одно не сломаете.

Чувствуя чей-то пристальный взгляд, повернула голову. Выпятив тощую грудь, Лопухин лучился от счастья и смотрел на меня с торжеством победителя.

Безумно захотелось этому старому козлу показать средний палец. Сжав волю в кулак, я мило улыбнулась «любящему» прадедушке. Тот явно не ожидал такой реакции и с недоумением захлопал куцыми ресницами.

Думал, что разревусь? Ну-ну. Размечтался.

Мысленно усмехнувшись, я вновь посмотрела на императора.

И в этот момент его величество холодно сообщил:

— В зале присутствует простолюдинка Владислава Метельская, — нервы моментально натянулись как струны. Не шевелясь, я неотрывно смотрела на самодержца, а тот на меня. Спустя короткую, но неимоверно тяжкую для меня паузу, государь повысил голос и властно продолжил: — За проявленную доблесть и храбрость в схватке у Шато-Эркен я, император и самодержец всероссийский, великий князь Финляндский и Царь польский Николай II Александрович Романов жалую вам, Владислава Юрьевна Метельская переходящее по наследованию дворянство, титул княгини и земли в Подольске. Документы вам завтра привезет фельдъегерь. Аудиенция закончена, — сухо обронил и, как если бы напрочь утратил интерес к происходящему, стремительно покинул зал.

Княгиня⁈ Земли? Ох, ничего себе. С чего это самодержец так расщедрился?

Наклонившись ко мне, Али шепнул:

— Умница. Отлично держалась, — и вновь предложил локоть.

Я аккуратно взяла князя под руку, не удержалась и взглянула на Лопухина. Вся его бравада напрочь исчезла. Настолько ошалевшего человека, прежде видеть не приходилось.

Как бы его прямо сейчас апоплексический удар ни хватил. Вон как начал интенсивно краснеть. Все ж таки не стоит интригами заниматься в столь почтенном возрасте. Чревато.

Вновь мило улыбнувшись шокированному прадедушке, я случайно поймала взгляд Шувалова. Вся моя радость мгновенно улетучилась. Этот невысокий, полноватый человек просто на меня смотрел. Однако я в прямом смысле чувствовала исходящую от него угрозу. А интуиция вопила: этот человек дьявольски опасен.

Что ж мне так везет-то⁈

Без излишней спешки, с достоинством и уважением я кивнула могущественному врагу, а после вместе с Али вышла из зала: нас сразу же окружила охрана.

Шествуя по коридорам дворца в сопровождении суровых воинов, я держала под руку привычно невозмутимого горца. Как и Али, внешне сохраняла хладнокровие, однако на душе было неспокойно. Сама не знаю почему, но с каждой минутой, все больше нервничала. Стены древнего Кремля начинали давить. Казалось, идем бесконечно долго. И дико хотелось как можно скорее убраться отсюда подальше.

Что-то слишком нервничаю. Определенно надо подышать свежим воздухом. Наконец-то мы добрались до выхода. Получив из рук воина свой мобильный, открыла сумочку. Кладя в нее телефон, услышала, как один из охранников обратился к Али:

— Князь Гоев, вас попросили задержаться.

На миг задумавшись, горец утвердительно кивнул, а после обратился ко мне:

— Побудь здесь. Я быстро.

— Очень хочу на воздух. Подожду тебя у входа, — ответила максимально спокойно. Однако мужчина неодобрительно нахмурился. Ему моя идея явно пришлась не по вкусу. Желая, уж не знаю кого, толи его то ли себя убедить в том, что все будет нормально, понизила голос, напомнила: — С наружи, как и внутри охрана.

— Ни шагу от воинов, — неохотно согласился князь и уверенно повторил: — Я быстро.

Выйдя на улицу, я немного отошла от воинов, дежуривших у входа в Кремль. Встав рядом с большой зеленой елью, задумчиво смотрела на людей, гуляющих по площади. Их стало меньше, а вот настроение, к сожалению, ничуть не улучшилось. Скорее ухудшилось. Если прежде, горожане были раздражены, угрюмы, то сейчас, замечала еще и злобные оскалы. Агрессия буквально витала в воздухе.

Может, их так плющит из-за погоды?

Я подняла взгляд к небу. Прежде ясное, оно затягивалось тяжелыми, свинцовыми тучами.

— Владислава, хочу с вами поговорить, — послышался властный мужской голос.

Отчего-то сердце забилось быстрее, противные мурашки побежали по телу. Ощущая, как волоски на руках встали дыбом, посмотрела на того, кто желал со мной пообщаться.

Шувалов⁈ Да что б тебя!

Мазнула взглядом по двум мужчинам в серых костюмах, замерших неподалеку.

Охрана князя. Что он от меня хочет?

Внутренне собравшись, довольно холодно промолвила:

— Слушаю вас, Андрей Андреевич.

— Владислава Юрьевна, должен признать, вы отличная актриса, — мужчина усмехнулся.

— Не понимаю, о чем вы, — я бесстрастно взирала на врага.

— Полноте вам. Давайте оставим эти игры, — он поморщился. — Девушка вы очень умная. И главное, ни перед чем не останавливаетесь. Не каждая сможет установить закладку смерти на собственного брата, а после убить его в машине главы княжеского рода. Удивили. Право слово, удивили.

— Что⁈ — изображая удивление и непонимание, я нахмурилась.

Опаньки. Я и не знала, что по остаточным следам конструкта можно опознать его создателя. Надо запомнить на будущее.

Тем временем мой собеседник понимающе хмыкнул, спокойно сообщил:

— Вы знаете, о чем я. И все же есть-то, о чем не осведомлены. К глубокому сожалению, князь Волконский попал в аварию. Мои воины находились рядом и поспешили на помощь. Но, увы, глава рода Волконский, а также его водитель уже были мертвы. А вот ваш братик еще жив-здоров, — Шувалов красноречиво замолчал.

Да ладно? Неужто опять банальный шантаж? А версия гибели Волконского прям впечатляет. Не убийцы, а отважные герои случайно оказались рядом, хотели помочь. Вот же гад-то.

Я молча смотрел на князя. Тот сокрушенно вздохнул и словно неразумному ребенку объяснил:

— Ваша закладка сработана на глазах моих ратников. В момент гибели мальчика им удалось не только считать фон темной силы, но и сохранить частичку. У меня есть бесспорные доказательства, что вы убили собственного брата. В случае возбуждения уголовного дела лет на двадцать загремите на каторгу, — мужчина смотрел на меня с превосходством.

Ну все. Время для игр действительно закончилось.

— И что дальше? — поинтересовалась я хладнокровно.

— Я не сообщаю властям о вашем преступлении, а вы добровольно становитесь членом моего рода, — безапелляционно заявил Андрей Андреевич. Глянул на наручные часы, деловито обронил: — Поехали, — он развернулся, собрался было идти. Заметив, что я не двинулась с места, полуобернулся, вопросительно изогнул бровь.

— Пожалуй, откажусь, — я сдержанно улыбнулась. — Меня отвезет домой князь Гоев.

— Девочка, ты не поняла, — Шувалов приблизился. Ощущая исходящую от мужчины опасность, я едва удержалась, чтобы не отшатнуться. Он же зловеще усмехнулся и пояснил: — Я не предложил тебя подвезти. Прямо сейчас ты едешь в мой родовой особняк.

— Нет, — безмятежно отозвалась, однако испытывала нешуточное беспокойство. Приближалась развязка.

— И почему же? — вкрадчиво поинтересовался князь.

— Не хочу, — я пожала плечами и улыбнулась.

На скулах мужчины заиграли желваки. Глядя на меня, как голодный питон на кролика, глава древнего рода жестко приказал:

— Едешь со мной. Это не обсуждается.

Елки-палки. Он же сейчас вполне может применить ко мне физическую силу. Еще и его охранники подключатся. Вот влипла.

Сжав кулаки, я гордо вздернула подбородок. В этот момент совсем рядом раздался спокойный голос Али:

— Я отвезу Владиславу Юрьевну. Не стоит беспокоиться, Андрей Андреевич.

Мужчины неотрывно смотрели друг на друга. Воины князя не сводили с них глаз. Над нашими головами витало напряжение. Казалось, еще чуть-чуть и полыхнет. Видимо, что-то почуяв, проходящие мимо люди начали останавливаться, перешептываться.

Не сводя с Али тяжелого взгляда, князь Шувалов с откровенной угрозой бросил:

— Не вмешивайся, младший Гоев. Пожалеешь, — и неожиданно схватил меня за запястье.

Зашипев от боли, заметила смазанную тень. Как и куда ударил моего врага Али, не увидела. Не успев даже моргнуть, поняла, что железная хватка главы рода Шуваловых ослабла. И уже через миг могущественный мужчина, выпустил мою руку, закатил глаза и начал заваливаться.

В эти же доли секунды княжеские ратники метнулась к нам. Не издав ни звука грандмастер резко выбросил руку в их сторону. Воздух пошел рябью, замелькали огненные нити. Через два удара сердца, крепкие мужчины валялись на брусчатке. Прижимая руки к лицу, они корчились, стонали от боли.

Я с силой прикусила губу и мысленно застонала. Защитив меня, Али поступил, как мужчина. Но вот во что ему это обойдется⁈

Меж тем, не обращая внимания на вставших в боевые стойки охранников Кремля, горец взял меня за руку, лаконично предложил:

— Пойдем, — и уверенным шагом повел через площадь, к парковке.

Мысли стремительно сменяли одна другую. И одна была хуже другой. Не проронив ни слова, я села на переднее сиденье шикарного кроссовера князя. Устроившись за рулем, Гоев снял георгиевскую ленту, положил ее в бардачок, завел двигатель. Не говоря мне ни слова, выехал со стоянки и поехал в плотном городском потоке.

За окном мелькали дома, яркие призывные баннеры с рекламой, спешили по своим делам москвичи и глазели по сторонам гости столицы. Одной рукой держась за руль, Али с кем-то сосредоточенно переписывался.

В очередной раз посмотрев на гордый профиль красивого мужчины, тихо спросила о том, что заставляло кровью обливаться сердце:

— Будет война родов?

Глянув по зеркалам, Али перестроился в крайний правый ряд, хладнокровно ответил:

— Это меньшая из проблем.

— Не понимаю, — я озадаченно нахмурилась.

— Сейчас едем ко мне домой. Твоя наставница и слуги уже там, — ловко обогнав несколько попутных автомобилей, мужчина всецело сконцентрировался на управлении.

Беспокойство перерастало в раздражение. Крепко переплетя пальцы, я настойчиво попросила:

— Не молчи.

— Что ж. Давай поговорим сейчас, — глава рода немного помолчал, а после сухо продолжил: — Пока мы с тобой проходили досмотр перед слушаньем, двойная звезда княжеского рода Щедриных напрочь снесла Реутов. После разрушения города Екатерина Михайловна превратилась в обезумевшего, кровожадного монстра. Сейчас она окружена военными, оказывает сопротивление, но ее однозначно ликвидируют.

Вот это новости. Щедрина та самая гадина, что истребила род Россов. Ей давно уже пора на плаху. Как же жаль людей… Стоп. У двойной звезды Шуваловых «крыша» поехала, теперь эта спятила и снова убила кучу народа. Неужто и меня такая же участь ждет⁈

Шокированная подозрением, я рвано вздохнула. Мужчина положил ладонь на мою, подбадривающе сжал и тотчас убрал руку.

— С тобой ничего подобного не случится, — в его тоне не было ни тени сомнения.

— Мне бы твою уверенность, — я кривовато усмехнулась и задала вопрос, который вертелся на языке: — Это же еще не все? Что может быть хуже, чем война княжеских родов?

— Ты не заметила, что сегодня люди стали…иными? — князь крепко сжал руль.

— Более агрессивными?

Али согласно кивнул, бесстрастно информировал:

— С давних времен над столицей установлена стационарная защита. Негативный фон пока сдерживается, жители еще адекватны. В регионах все обстоит гораздо хуже: кровавые побоища, грабежи, насилие. Полиция уже не справляется. И такое творится не только у нас. Аналогичное происходит по всему миру. Кроме этого, в сети появилась информация, что во Франции, Германии, Италии темные маги превращаются в монстров и безжалостно истребляют жителей.

— Темные маги превращаются в монстров, — повторила эхом. — Это же… — испугавшись собственной догадки, я резко замолчала.

— Очень похоже на то, что происходило в Шато-Эркен, — вслух высказал мою мысль Али. — Об иномирных чудовищах пока не говорят. Но думаю, это вопрос времени.

— В вашем замке никто из людей не выказывал агрессии, — я упрямо не желала верить. — Почему ты так уверен, что будут прорвы тварей?

В салоне автомобиля повисла гнетущая тишина. Сердце стучало где-то в горле. Я ждала и одновременно боялась ответа Али.

— Начальник личной охран императора давний друг моего отца, — поразительно просто признался горец. — Он под клятвой, прямо говорить, естественно, не мог. Настоятельно рекомендовал в ближайшие часы покинуть Москву. По всей видимости, массовые прорывы тварей ожидают уже сегодня.

Я судорожно сглотнула. А ведь горец прав. Все насущные проблемы действительно меркнут перед тем, что должно произойти. Тогда под Нальчиком, я залатала дыру в ткани мирозданья, но, видимо, лишь отсрочила неизбежное.

Сердце болезненно сжалось. Я не горела желанием спасать этот мир. К тому же прекрасно понимала, что мне банально это не по силам. Однако смириться с тем, что все, кто мне дороги должны погибнуть, просто не могла.

Должен быть, просто обязан быть выход. Но вот где он⁈

Выехав из столицы, автомобиль мчался по пустой трассе. Погруженный каждый в свои мысли, мы оба не спешили продолжать разговор. Подъехав к массивным кованым воротам, князь дождался, когда те распахнутся, заехал на территорию особняка. Припарковавшись на круглой площадке, заглушил двигатель.

Бережно взяв меня за руку, уверенно произнес:

— Все будет хорошо. В Архызе есть глухое ущелье Псыш. Твои и мои домочадцы уже собираются. Через два часа самолет.

Интуиция упрямо зашептала, что прятаться в горах бессмысленно. Крепко сжав ладонь горца, отпустила и выскользнула из машины. Закрыв дверцу, прижалась спиной к стеклу, прикрыла глаза. Я обладаю разрушительной силой, но ее недостаточно, чтобы защитить близких.

Ощущение полного бессилия, давило на плечи монолитной плитой. А мозг судорожно искал решение.

«Стой на месте. Я иду к тебе», — внезапно раздался в голове голос Росса.

*черновая авторская вычитка.

Дорогие читатели, в этой книге осталась последняя глава. Мы идем к финалу. Очень прошу воздержаться от прямых спойлеров. Коментам буду очень рада.