Глава 10

Данис

Марион смеялась, беззащитно запрокидывая изящную головку. Коса ее растрепалась, и длинные пряди красиво обрамляли раскрасневшееся лицо. Очень хотелось отвести локоны с ее лица, нежно провести по изящному ушку и припасть к ярким розовым губам, сладким от карамели, но вместо этого я мрачно следовал за ней с Керушем. Потому что как последний дурак все же согласился привести этого бабника на свое свидание.

Керуш поймал меня уже на выходе из Черного замка. Не знаю, как, но почуял, наверное. Я пытался выкрутиться, не говоря правды, но он легко вывел меня на чистую воду и заставил признаться, что я иду на свидание.

– Вот сейчас ты как раз меня с ней и познакомишь! – обрадовался кузен. Я хотел возразить, но он не дал мне и слова вставить. – Не забывай, что это именно я познакомился с ней первым! А ты обманул. Ты же не хочешь, чтобы я ей об этом рассказал?

Он вроде и смеялся, но было понятно: не познакомлю, так действительно сам найдет и обо всем расскажет. От этой мысли что-то внутри сжималось, страшно было увидеть разочарование в глазах Марион. И пришлось брать Керуша с собой. Я надеялся, что он просто поздоровается, а потом куда-нибудь исчезнет.

– Хочу представить тебе: это мой кузен Керуш. Керуш – рад познакомить тебя с Марион. Надеюсь, вы подружитесь, – произнес я, боясь, что девушка сейчас узнает в моем кузене того, с кем танцевала на балу.

Она действительно замерла, но в серо-голубых глазах ее отразился какой-то непонятный мне страх. Я взглянул на Керуша – тот тоже, кажется, был шокирован, потом бросил на меня быстрый взгляд и улыбнулся своей фирменной солнечной улыбкой и отвесил ей поклон.

– Приятно познакомиться!..

Все было странно. Эти странные игры в переглядки. И потом, вместо того чтобы исчезнуть, Керуш с Марион завел какой-то странный разговор ни о чем.

Я пытался намекнуть ему, что уже пора уходить.

– Так ты же вроде на ужин с мэром собирался?

– Его перенесли на следующую неделю, – отмахивался Керуш от любых моих намеков.

Марион… Как на зло, Марион смотрела ему в рот и смеялась всем его шуткам, да и сама как-то язвительно подтрунивала над ним, заставляя хохотать. Между ними образовалось какое-то своеобразное взаимопонимание, будто они в отдельном своем мирке и поэтому мне их не понять. Что смешного в облаках странной формы или интересного в цветах, свисающих с балкона одного из домов? Ерунда какая-то.

– Так что, Марион… Вас ведь зовут Марион, верно? – вещал Керуш.

– М-да, – невнятно ответила девушка.

– Так вот, Марион, знаете ли вы, что наш с вами Данис в детстве был самым большим заводилой среди моих родных?

– Ни за что не поверю, – хихикнула она, стрельнув в меня глазами.

– А тем не менее! Однажды ночью он даже залез на крышу самой высокой башни Черного замка и там…

– Я просто хотел понаблюдать метеоритный дождь, и ты это знаешь! – возмутился я.

– …И там просидел практически сутки, потому что дверь в башню захлопнулась и он не смог спуститься. А это было зимой.

– Какой ужас! – ахнула девушка и бросила на меня сострадательный взгляд, но я чувствовал только стыд из-за своей детской непредусмотрительности.

– А однажды… – продолжил экзекуцию Керуш.

Я прибавил шаг, чтобы не слушать, как этот гад перетрясает все мое грязное белье перед девушкой, которая мне… Да, я готов был признаться, что она мне нравится.

Чтобы хоть как-то оправдать свое бегство, я купил у случайно встреченной цветочницы букет. Вернувшись, сунул его Марион.

– Ой, спасибо большое! – улыбнулась она и, привстав на цыпочки, поцеловала меня в щеку.

– Что ж, наверное, мне действительно уже пора, – неожиданно произнес Керуш. – Данис, можно тебя попросить на пару слов? Прости, Марион, тут семейные дела…

Она с улыбкой кивнула и уткнулась носом в букет.

Пришлось отойти с ним. Я хмуро смотрел на кузена, ожидая очередной противной выходки.

– Итак… – произнес он задумчиво, поглядывая на Марион, которая осталась на другой стороне улицы и нюхала цветы. – Удачи! – неожиданно хлопнул Керуш меня рукой по плечу. – Марион действительно… необычная девушка. Не такая, как все, как ты и говорил.

Я напрягся.

– Что это значит?

Он хочет ее отбить?

– Только то, что я сказал, – пожал плечами Керуш. – Не упусти ее! – Он подмигнул и развернулся, чтобы уйти, а потом оглянулся и бросил: – Кстати, я признался ей, что мы с тобой поменялись.

– Что?! Зачем?! – заорал я на всю улицу и покосился на с любопытством косящуюся на нас Марион. – Зачем ты ей сказал?! – прошипел тише.

– Она ответила, что сразу заметила, что на свидание пришел не тот, с кем она была на балу. Она же не дура, – хмыкнул Керуш. – Но решила посмотреть, что будет дальше. И вообще, я сказал, что она тебе очень понравилась на балу, вот ты и пришел раньше меня на свидание, когда я задержался. Это звучит куда романтичнее, чем какие-то подозрения непонятно в чем. – Я почувствовал, что покраснел до самых корней волос. – И… послушай, Данис… – Керуш шагнул ближе и взглянул на меня серьезно. – Ты… – Бросил взгляд на Марион через мое плечо, но потом покачал головой. – В общем… просто прими ситуацию такой, какая есть. Есть ты, есть она. Вы можете полюбить друг друга. Если это произойдет – замечательно. А потом уже разберетесь.

– Хм… спасибо, – растерянно пробормотал я.

– И… нет у нее никакого браслета, поверь мне, – добавил он.

– Ты ее и об этом спросил?! – возмутился я.

– Неважно, – отмахнулся он. – Просто расслабься. В конце концов, у тебя сегодня свидание, а ты как на иголках!

– Это потому что ты!..

– Ладно, пойду я… – не дал он мне закончить и поспешил прочь.

Хмуро посмотрев ему вслед, я с трудом справился с желанием постучать головой о рядом стоящее здание и заставил себя вернуться к Марион.

– Куда мы теперь пойдем? – с улыбкой спросила девушка, беря меня под руку.

А вот с Керушем она за руку не держалась и вообще не прикасалась к нему.

– Давай просто погуляем. Я знаю место с красивым фонтаном, ночью там зажигаются фонари и вид просто прекрасный.

– Веди, – улыбнулась она.

Мы прогулялись по фонтанной площади. Когда-то в этом месте был пустырь, но затем его облагородили. Никак не могли выбрать изготовителя для фонарей, а потом объявили конкурс для всех кузнецов. Участвовали мастера не только из города, но и из окрестных деревень и даже из других городов. Самые лучше образцы были установлены на площади, поэтому каждый был уникален. А трое выбранных победителей своими фонарями оформили близлежащие улицы.

Марион с неподдельным интересом слушала эту банальную историю и рассматривала фонари, комментировала, что этот ей нравится, а этот не очень. Будто ей действительно интересно, будто для нее я не скучный педант, все время посвящающий исключительно своей работе.

– Ой, а этот не работает, – произнесла Марион, подойдя к одному из фонарей.

Амулет освещения в нем едва теплился, и вокруг было темно.

«Нужно записать», – мелькнуло в голове, но вместо этого я обхватил девушку за плечи и припал к ее губам поцелуем, пользуясь полутьмой.

Вечерело и стало прохладно. Я набросил Марион на плечи свой камзол, но все равно дольше гулять было уже слишком холодно. Я проводил ее до знакомого дома, где мы расставались и в прошлый раз. В окнах первого этажа гостеприимно горел свет. С улыбкой Марион отдала мне камзол, махнула рукой и в обнимку с букетом скрылась в саду.

Странный вечер. Я задумчиво прошел вдоль улицы, но уходить почему-то не хотелось. Подумалось, что можно посмотреть, какое окно на втором этаже зажжется после прихода Марион, и тем самым узнать, где она живет. Детская выходка, но я вернулся к дому и застыл в тени соседского сада, ожидая.

Вместо этого калитка вновь скрипнула и из сада, осторожно оглядываясь, вышла моя Марион. Зябко обхватив себя за плечи, с серьезным видом она быстро зашагала куда-то по улице. Нахмурившись, я последовал за девушкой на отдалении. Несколько раз она замирала и напряженно оглядывалась, будто боялась преследования, но я скрывался в переулках.

Постепенно район сменился менее зажиточным, здесь уже стояли трех-четырёхэтажные доходные дома, небольшие квартирки которых сдавались в наем, а на первых этажах были мастерские или магазины. В один из таких домов Марион и зашла, поднялась по узкой боковой лестнице и скрылась в квартире на четвертом самом последнем этаже. Зажегся свет в одном из окон, а я застыл удивленно во дворе. Она обманула, чтобы не показывать, как бедно живет?

Мимо шла какая-то пожилая женщина, подошла к лестнице, трижды плюнула и произнесла себе под нос наговор, отгоняющий злых духов.

– Простите, уважаемая! – догнал я ее, но женщина не слышала. Пришлось прокричать ей практически на ухо.

– Тфу, черт, напугал! Чего тебе нужно посреди ночи, окаянный?! – возмущенно проскрипела та, оборачиваясь.

– Простите, – громко и внятно повторил я. – Не могли бы вы мне помочь? Скажите, кто живет на четвертом этаже?

– Чего орешь, я не глухая! – взвилась старуха. – Где живет? На мансарде-то? – Она указала скрюченным пальцем на нужное окно, опять трижды сплюнула и сделала знак, отгоняющий злых духов. – Ведьма там живет, Ринка, с фамильяром своим. Тфу, дали же боги соседку! Котяра ее еще крылатый, страсти-мордасти…

– А еще кто там живет? – не понял я.

– Кто еще?

– Ну, с ведьмой, с ней кто-то еще живет?

– Фамильяр ейный, сказала же ужо! – возмутилась старуха. – И вообще, ты кто? Ты чего тут разнюхиваешь?

Я попятился от злобной старухи, которая уже норовила замахнуться на меня своей клюкой, дошел до арки, ведущей во дворы, замер в тени, привалившись к стене.

Что же это происходит? Как? Почему? Может, Марион просто нужно было сходить к этой ведьме по делам? Зелье, например, какое-нибудь срочно купить? Ага, с букетом цветов в руке и без пальто по ночной прохладе.

В голове не укладывалось, не было ни одной мысли, что может такое происходить.

Я сам не заметил, как простоял на месте, не двигаясь, до самого рассвета. Рабочий люд, который жил в этих доходных домах, зашумел, собираясь на работу, захлопали двери, прощались хозяйки со своими мужьями, отправляя тех на службу.

– Не шали и сиди сегодня дома! – прозвучал знакомый голос, заставив меня замереть.

Я увидел, как Марион пригрозила кому-то в квартире пальцем и закрыла дверь на ключ, а потом легкой походкой побежала вниз по лестнице. Марион… только в черном платье и с волосами, тщательно убранными под платок. Бледная какая-то, будто невыспавшаяся, но это была она. Моя Марион.

Ведьма.

Марина, она же ведьма Рина, она же Марион

Керуш молчал. Точнее, он болтал без умолку, но ничего не говорил о том, что уже видел меня. Как это? В голове не укладывалось, но оставалось просто радоваться тому, что он решил меня не сдавать. Или действительно не узнал? Я не знала.

Он привычно вел себя со мной как со всеми девушками, то есть флиртовал и норовил то ручку поцеловать, то еще что, но я вдруг поняла, что мое отношение к нему поменялось. Он был милым и симпатичным парнем, но сердце будто говорило: «Не то!» Мелкий он все же какой-то, инфантильный и несерьезный. Я не поддерживала фривольных шуток, не кокетничала и не позволяла держать меня под руку, даже чтобы перевести через лужу.

Керуш, наверное, тоже это заметил, он вообще был очень чутким собеседником, и постепенно сменил тему разговора, перешел с себя любимого на Даниса. Кажется, так много историй из жизни своего парня я никогда бы не узнала. Фигурировал в этих рассказах и Арвин, все трое, хоть и были кузенами, воспитывались все вместе в Черном замке у одних и тех же учителей. Данис – самый старший из троих и самый серьезный, в основном пытался остановить разные проделки младших и всегда брал ответственность за них на себя, хоть и сам тоже делал глупости. Арвин больше всего любил военную науку, тренировки с мечом и другим оружием. Ну, а Керуш, что неудивительно, был классическим двоечником и учебе предпочитал общение с девушками. На уроки его приходилось загонять розгами. Впрочем, кое-что он изучал с интересом: например, вызубрил несколько томиков стихов, чтобы кружить головы подругам.

Почему при таком раскладе Арвин стал наместником в Черном замке, а не Данис, я так и не поняла, но спрашивать поостереглась. Все же это вопрос местной политики. Вроде бы должность наместника не наследовалась, а дракона на нее выбирали на общем слете рода. Но кто знает, какие там подковерные течения.

Подловив момент, когда Данис пошел купить мне цветы, Керуш вдруг выпалил:

– А ты знаешь, на самом деле это я познакомился с тобой на балу, а Данис пришел на свидание вместо меня.

Он так смотрел на меня, что мне подумалось, что это какое-то испытание. И я сказала честно:

– Знаю. У него шрам на подбородке, которого у тебя нет. Конечно, я заметила разницу.

Керуш удивленно поднял брови.

– Почему ничего не сказала?

– Хотела узнать, зачем это было надо, – пытливо посмотрела я на него. – Подумала, что ты специально отдал меня ему, и хотела, чтобы он признался.

– Нет, что ты, – поспешил заверить меня Керуш. – Я просто… Я проспал и опоздал на свидание. А Данис… Ты очень понравилась ему еще на балу, и он знал, где мы встречаемся. Вот и пришел. Не хотел, чтобы ты стояла там одна и ждала.

Версия не выдерживала критики, ведь Данис уже был на месте, когда я подошла, а я пришла вовремя, но я все же кивнула.

– Но он ведь не собирался мне это рассказывать?

– Ему стыдно, он хочет всегда и во всем быть правильным и идеальным, – хмыкнул Керуш. – Но это ведь невозможно, ты же понимаешь…

Я кивнула.

– Никто не может быть идеальным.

– Вот и я так думаю. Ты ему очень понравилась сразу, а теперь он и вовсе влюблен.

Я покраснела.

– Мне бы хотелось услышать это от Даниса.

– Он же такой тюфяк, долго еще не скажет, – рассмеялся Керуш. – Он же вообще всего этого не умеет: свидания, девушки, подарки… – кивнул он на Даниса, который неуверенно нес мне цветы. – Но ты-то сможешь его понять, правда? Мне кажется, вы подходите друг другу.

Керуш проникновенно посмотрел мне в глаза, и я кивнула. Дракон будто намекал на что-то, но я не решилась переспросить, что он имеет в виду, а потом и Данис подошел.

Когда Керуш нас оставил, мы провели вместе чудесный вечер, закончившийся поцелуями на площади с красивыми фонарями. У меня кружилась голова и ноги подкашивались, не хотелось думать ни о чем: ни о выгодах, ни о контракте, ни о драконах. Были просто я и он в ночной темноте, свет звезд, мягкое сияние фонарей, журчание фонтана, теплые сильные руки, обнимающие меня. И в глазах его было что-то такое, от чего сердце сжималось. Неужели Керуш прав и это любовь? Неужели Данис скоро скажет это? И что я отвечу?..

Домой я летела на крыльях любви; захлопнув дверь, рухнула на колени подле сидящего граара и стиснула его в руках, будто плюшевую игрушку.

– Не покормила бедного голодного котика, а туда же – тискать, – проворчал он, впрочем не вырываясь, а наоборот, потираясь об меня большой головой.

Я почесала его под подбородком и за ушами, перебирая чешуйчатые складки.

– Ты же сам все сожрал без остатка! – Я на всякий случай проверила шкафчики в кухне, но да, действительно, граар добрался до всех запасов леденцов. – До утра не дождешься?

– Голодом морят несчастное животное, – тяжко вздохнул котяра.

Пришлось становиться к плите: одной рукой варить сироп, а другой готовиться ко сну. Карамель просто вылила на противень, чтобы быстрее остыла, и поставила тот на пол.

– Не трогай, пока не остынет, обожжешься, – пробормотала я.

Котяра, не мигая, с мрачным видом уставился на карамель, будто это могло помочь ей быстрее застыть.

– В голове не укладывается, что вот может быть какая-то жижа, а потом раз – и твердый камень.

– Камни тоже могут плавиться, только при очень большой температуре, – пробормотала я, укладываясь в кровать.

Но граар не позволил мне заснуть, пока я не рассказала о вулканах и магме, которая фактически является мягким расплавленным камнем. Кажется, я заснула где-то посреди рассказа о формировании бриллиантов в глубине земли под воздействием температуры и давления, и снились мне жеоды: вроде бы просто камень, но расколешь, а там внутри все покрыто блестящими кристаллами.

Я едва не проспала, и на работу пришлось почти бежать. А дальше рутина: варить карамель, лепить конфеты…

– Рина что-то совсем в облаках витает, влюбилась что ли? – пошутил кто-то, а я почувствовала, что заливаюсь краской, вызвав всеобщий хохот.

А днем Клодина влетела в кухню с выпученными глазами.

– Там дракон пришел!

– Опять лорд Керуш? – спросил рассеянно господин Дарбер.

– Нет, – помотала она головой. – Там лорд наместник Арвин!

У меня сердце оборвалось.

– Наместник хочет видеть Марион! – пояснила Клодина.

Я уже была готова шагнуть к ней, но тут сзади послышалось:

– Ну, что еще ему надо?!

И я запоздало сообразила, что сейчас не в той роли, сейчас я ведьма Рина, а не Марион.

«А вдруг Керуш проговорился и Арвин пришел устраивать разборки из-за того, что я, являясь ведьмой, притворилась обычной девушкой?» – мелькнуло в голове. Или…

В голове вилось еще с десяток вариантов, как все может быть плохо и что Арвину нужно.

– Идем скорее! – попыталась поторопить Марион Клодина.

– Я не могу, ты не видишь?

Та растерянно взмахнула испачканными в тесте руками. Вымешивать она его только начала, поэтому руки были все покрыты липкими кусочками.

Из зала послышались возмущенные крики, а потом дверь распахнулась, и в кухню влетел сам лорд наместник, легко отодвинув официантку, которая пыталась ему помешать. Я поспешно отвернулась к своему столу, стараясь слиться с пейзажем.

– Что происходит?! – ахнула растерянная Марион. Клодина поспешила уйти с линии огня между Арвином и ею, да и остальные кухарки вжались в столы. Раньше на кухне было не протолкнуться, а тут как-то все будто резко похудели, освобождая дорожку для Арвина к его бывшей.

– Ты! – Дракон был буквально в ярости, у него даже глаза были не человеческими, а оранжевыми с вертикальными зрачками. – Ты – гулящая девка!

– Что?! – опешила на такое заявление Марион, но не стала теряться, подскочила к бывшему и залепила ему пощечину, испачкав его лицо в тесте. – Козел безрогий! – рявкнула она.

Все кухонные работники замерли с открытыми ртами, они-то еще не видели, на каких эмоциях эта парочка обычно общается.

– Ты… ты стерва! Ты столько времени крутила мною как тебе заблагорассудится! Я так любил тебя, а ты!..

– Это ты отказался жениться на мне, а не я! Это ты меня на самом деле не любил! – села на своего любимого конька Марион.

Но, кажется, на этот раз у Арвина к ней были совсем другие претензии, не как обычно.

– Ты строила из себя святую невинность, а теперь проводишь ночи с другим?!

Работницы кухни слаженно ахнули, а Марион врезала ему уже с другой руки для симметрии.

– Пошел вон! – перешла она на визг.

– Что тебе не хватало?! – Арвин схватил ее за плечи и встряхнул. – Я готов был бросить все к твоим ногам, но ты от всего отказалась, чтобы предать меня с моим собственным братом?!

– Ты с ума сошел?! – еще больше оскорбилась Марион. – Я никогда не стала бы встречаться с Керушем! Не представляю, кто тебе это набредил. Иди домой и проспись, ты пьян!

– Я говорю о Данисе! Ты ведь всегда предпочитала самых высокопоставленных представителей рода, не так ли? – Он хрипло хохотнул. – Не наместник, так управляющий. Это все, что тебе нужно было, не так ли?! Власть и деньги?

– Ты совсем с ума сошел, я с ним никогда не была знакома.

– Я слышал, что вы провели вместе ночь. Зачем ему врать?

– Понятия не имею, и мне плевать! – Марион вырвалась из рук Арвина и попятилась. – Возьми себя в руки, в конце концов. Проспись! Тебе вообще нельзя пить, ты себя не контролируешь.

Она брезгливо скривилась.

– Я выпил всего ничего, – мотнул тот головой. – Братья никогда меня не обманывают, только им я и могу верить. А ты… Что тебе было нужно? Всю душу ты мне вымотала. Чего тебе всегда не хватало? Что есть у него, чего нет у меня?

Я заметила, что на ресницах Марион блеснули слезы.

– Мне от тебя никогда ничего не было нужно, кроме тебя самого. Это тебе было нужно больше, – призналась она, потом встряхнулась и взяла себя в руки. – Уходи. Не нужен ты мне больше, ни ты, ни любой из твоих драконов. Близко к Черному замку в жизни не подойду!

– Так ты поэтому? – неожиданно хохотнул Арвин, которого, кажется, еще больше развезло. Мне показалось, что он во время разговора начал сильнее пошатываться. – Решила быть с ним, потому что он не дракон, да? Решила, что его охомутать проще?

– Кто не дракон? О чем ты? Что за бред?! – раздраженно закатила глаза Марион и попыталась подтолкнуть Арвина к выходу. – Иди уже отсюда, иди домой, проспись.

– Данис не дракон, – повторил Арвин, а я шокированно зажала рот, чтобы не выдать себя. – Ты поэтому решила за него замуж выйти? Ничего у тебя не выйдет, слышишь? У него в голове только цифры, только расчет, он вообще любить не умеет. Ты понимаешь?! Он не сможет полюбить тебя, как я любил! А ты… ты предала меня. И теперь ты мне больше не нужна… – Он вдруг выпрямился, встряхнулся и, окинув кухонных работников горделивым взглядом, развернулся к Марион спиной. – Ты еще пожалеешь, что выбрала этого сноба. Приползешь ко мне на коленях, но я тебя уже не приму.

– Иди к дьяволу, Арвин! – разозлилась Марион. – Точнее, нет, иди к своей невесте, которую ты вытащил из другого мира… Впрочем, ты даже ей не нужен. Сбежала она от тебя! Не так ли?

Он ожег ее возмущенным взглядом.

– Я найду ее и еще тебе приглашение на свадьбу отправлю.

– С удовольствием приду ей посочувствовать, – сощурилась Марион.

Нетвердой походкой наместник все же вышел из кухни, прошел через зал для посетителей, а на улице обернулся драконом. Он стоял слишком близко, и жар его пламени опалил навес над столиками кондитерской. К счастью, погода стояла дождливая, и пожара удалось избежать. Дракон, неловко подпрыгнув, по кривой дуге полетел к Черному замку, а Марион принялась изо всех сил дубасить тесто, которое она должна была мешать. Обсуждать ситуацию никто не посмел.

Я повернулась к своему столу и закусила губу, чтобы не разрыдаться. Данис не дракон. Как я раньше не узнала, как не сообразила? Все его знакомые обращались к нему «управляющий Данис», а не «лорд управляющий», как положено к драконам из рода Черных Крыльев. Он простой маг, а значит, не подходит для исполнения контракта.

И что такое странное Арвин сказал, будто бы Данис провел ночь с Марион?