Глава 3

Марианна

Спешно семеню за Зариной по помпезным коридорам…замка? Вот так я попала!

— Госпожа, прошу вас поторопиться, — никак не унимается барышня, приподнимая подол платья, чтобы идти быстрее.

Меня проводят через просторную комнату с огромной люстрой, свисающей чуть ли не до самого пола. Успеваю заметить высоченные витражные окна. На стенах расположились странного рода канделябры. Картины с портретами каких-то важных личностей в камзолах. По центру комнаты расстелен узорчатый ковер. Винтажная мебель словно дополняет весь этот интерьер, завершая образ старинного замка.

Мы прошмыгиваем мимо зеркала во всю стену. Немного притормаживаю.

Из него на меня смотрит совсем юная девушка в пышном платье. На ее лице нет ни единой морщинки. Идеальная кожа с приятным румянцем на щеках.

Никакой тебе обвисшей кожи или морщин, в которых можно прятать рублевые монеты.

— Госпожа!

— Да, иду я, — поправляю свое платье, искренне веря, что скоро я смогу его с себя снять.

— Прошу! — не успеваю опомниться, как меня буквально вталкивают в кухню.

Спотыкаюсь о порог, руками хватаюсь за столешницу. По «счастливой» случайности на ней оказываются кастрюли, которые с грохотом валятся на пол. Звон металла заполняет всю кухню. Хватаюсь за кастрюли в попытках хоть немного снизить уровень децибел этой шумной какофонии.

— Лорд Вильгельм, я же вам говорила, что моя младшая дочь совершенно непутевая! — с громким вздохом произносит неизвестная мне женщина, обдувая себя веером.

Она вальяжно раскинулась на кухонном стуле, исподлобья посматривая в мою сторону с явным презрением. И эта женщина — моя матушка? Разве так говорят о своих детях? Бессовестная! Так и хочется высказать ей все, что я о ней думаю, но в груди беспричинно все сжимается в тугой ком отчаяния. На глаза едва не наворачиваются слезы.

Хозяйка этого тела всегда была в таких отношениях с матерью, раз я чувствую совсем не то, что хотелось бы? Бедняжка, по всей видимости, ей здесь было не легко.

— Марианна! Прекрати шуметь! — выкрикивает она, спуская ноги на пол.

Ее утонченная фигура в пышном платье, очень похожем на мое, грозно нависает надо мной. Такое ощущение, что все тучи мира сейчас собрались над моей головой и с них вот-вот посыплется град размером с куриное яйцо.

— Прости, маменька, — чуть ли не пищу я, собирая кастрюли друг в друга и возвращая их на мраморную столешницу. Склоняю голову. В груди все пылает. Маковка моя, что ж ты так перед ними пресмыкалась-то?

— Лорд Вильгельм, прошу вас быть более благосклонным. Вы же видите, что она совершенно не годится в ваши жены, — цокая, отвечает женщина. Отходит в сторону, опираясь на каменную стену, и только сейчас я замечаю рядом с ней молодую девицу.

На вид она немного старше меня. Первое, что бросается в глаза, из-под моих опущенных ресниц — это бледная как молоко кожа. Насколько я успела заметить, мы с ней немного похожи. Она моя сестра?

— Лорд Вильгельм, моя старшая дочь намного способней, этой…неудачницы, — брезгливо куксится моя маменька. Морщит свой курносый нос и отворачивается в сторону.

Непонятно по какой причине, но я отчего-то боюсь поднять голову вверх. Стою на пороге, склонившись так, словно провинилась сразу во всех смертных грехах.

— Марианна, будь так любезна и посмотри на меня, — раскатами грома разносится по кухне низкий мужской голос с хрипотцой, да так, что мне кажется, что вся посуда зазвенела от этих слов.

Преодолевая саму себя, осторожно переминаюсь с ноги на ногу. В груди все мгновенно сжимается в тугую спираль, готовую рвануть в любую секунду. Тяжело сглатываю. Отчего-то полностью подчиняюсь приказу и поднимаю голову вверх.

Нетерпеливо рассматриваю мужчину, забыв обо всем, что творилось в замке до этой секунды.

Его темные длинные волосы спадают ниже широких и крепких, как скала, плеч. Скрестив руки на груди, он буравит меня тяжелым взглядом. На его лице залегает глубокая межбровная морщинка. Взгляд становится еще более устрашающим.

На острых скулах красуется небольшая щетина. Такая, что он словно всего пару дней пренебрегал бритьем. Тонкие губы искажает пренебрежительная ухмылка.

Его развитые мышцы рук туго обтягивает черная атласная ткань. Талию обвивает широкий кожаный ремень.

«Он очень красив,» — едва проскальзывает мысль в моей голове, но все тело мгновенно наполняется животным ужасом.

Мужчина отрывается от стены, глядя мне прямо в глаза. Такое ощущение, что он напрочь игнорирует слова моей маменьки и вообще любое присутствие тех, кто находится в кухне вместе с нами. Медленным шагом он приближается ко мне.

В горле пересыхает. Сердце бросается вскачь, то и дело с силой ударяясь о грудную клетку, готовясь вырваться в любой момент. В ушах шумит. Пальцы рук покалывает от ужаса.

— Марианна, ты так и не хочешь ничего мне сказать? — цедит он с совершенно не подходящим ему равнодушием.

Моргаю в попытке избавиться от этого неприятного пощипывания в глазах. Не выдерживаю. Отвожу взгляд в сторону, встречаясь с насмешливой ухмылкой моей сестрицы. Что здесь вообще происходит?