Вулфи

Я впервые увидел Великое древо. Раньше рассматривал его лишь на страницах книги, которую читала перед сном бабушка. До сих пор помню картинку огромного могучего дуба, ветви которого терялись в облаках. Вживую этот исполин был ещё внушительнее. Хотя и выучил много новых слов, благодаря Саше, но в голове привычно всплыло: «хтонический звездец!» А когда Избранная прикоснулась к кроне дерева, вызвав целый всполох магического свечения и ярких искр, и вовсе лишился дара речи, ведь каждому известно, что невозможно дотронуться до Вечного дуба, сколько ни старайсяЗрелище было просто невероятным. Но нельзя было забывать о том, для чего мы здесь оказались. Странно, но мы так и не увидели Угрлха, хотя чувствовалось, что он где-то рядом. Обоняние подсказывало, что горный великан всего в нескольких десятках метров. Какая-то чертовщина. Не заметить этого здоровяка было очень тяжело. Я решил обежать по периметру огромный ствол древа, который по размерам был столь велик, что не поместился бы и на центральной площади столицы земель охотников. Начал свой путь, внимательно оглядываясь по сторонам, ведь великан мог притаиться где-нибудь, зная, что мы идём по пятам. Уж не ведаю, что нашептал ему голос, но ухо надо было держать настороже, а нос – по ветру. Все инстинкты охотника кричали, что наш горный товарищ совсем рядом. Если бы Вечный дуб не светился ярче, отзываясь на прикосновения Саши, возможно, не заметил того, что среди огромных корней дерева зияет странный провал. Сперва я решил, что мне показалось, но, подойдя ближе, увидел отпечаток сапожища великана. Угрлх явно был здесь совсем недавно и, судя по всему, каким-то образом смог войти в этот лаз. Я попробовал ступить по его следам, но едва нога оказалась вблизи одного из узловатых кореньев, как меня отбросило назад неведомой силой. Повторил попытку несколько раз, но результат был одинаков: всякий раз невидимый барьер отталкивал меня. В последний раз, когда решил прорваться с разбега, отлетел на спину так, что едва не лишился сознания. Но каким образом великану удалось преодолеть эту преграду? Что ж, из нас всех только Саша смогла бы войти внутрь… Я замер в нерешительности. Мысль о том, что придётся отпустить возлюбленную одну в этот коварный провал, где её может ожидать что угодно, обожгла душу. Да я сойду с ума, если отправлю её туда без защиты, брошу на произвол судьбы. Но при этом понимал, что другого выхода у нас нет. Оставалась ещё надежда на то, что Урд, потомок Первых и лесной житель, сможет убрать невидимый барьер своей эльфийской магией. Я был уверен: ради того, чтобы не оставить нашу Избранную наедине с опасностью, этот блондинистый сноб в лепёшку разобьётся, перетряхнёт всё вверх дном. Когда нужно, – порой и когда не нужно – он мог быть крайне настойчив. А уж ради Саши…