22

Тамара Константиновна

- И да придет в мир магический та, что перевернет его до основания. Душа проклятая. Невинная.  Мудрая не по возрасту. Преданная, но не сломленная. И да поможет ей тот, кто не знает прошлого своего истинного. Спящий. Отчаявшийся, но невероятно сильный по духу. И вместе они породят бога нового! Что возродит религию древнюю и восстановит справедливость, что утрачена была много веков назад, когда вторженцы из вселенных недружественных, коварно напали на мир ересью не тронутый и окунули его в бездну разврата дикого. Властью данной мне прошлым, настоящим и будущим - быть по сему. - Гремит голос на моей головой, пока я тихо и мирно пребываю в состоянии ужаса полного.

Тьфу, как неизвестный заговорила. В шоке я. В аффекте. 

- Клянись, дважды-рожденная! Клянись, что волю мою исполнишь! Что до конца пойдешь, даже если это потребует от тебя в жертву себя принести. А ослушаешься  - так тебе смерть раем покажется. - Так. Они мне надоели. 

- А без запугиваний можно? - Тяжело вздыхаю я и устало тру переносицу.

- Ну, это для того, чтобы ты поняла всю серьезность ситуации. - Отзывается голос.  - Новые боги, к смерти нас ведут. Тебе нужно их остановить.

- А для этого сделать ребенка с драконом, который совсем от рук отбился? Это моя миссия?

- Спасти мир этот грешный - снова заводит голос, свою шарманку.

- Да, да, да. Это я уже поняла. Но сделать то мне что нужно? Если без вот этого вот всего тумана? Прояснить для меня ситуацию, между прочим - в ваших же интересах, господин представитель старой религии. Без хорошего рецепта - предсказать, каким получится блюдо не получится! Цели - они конкретные должны быть. По времени ограниченные. Вот этот вот малыш - он вам когда нужен?

- К моменту, когда пятая луна седьмого дома звезды Асирис, попадет в дом Сокола созвездия воздушного водолея! - Пафосно отвечают мне.

- Дата. Мне нужна дата. Или количество лет, которое у меня есть, чтобы сделать то, что требуется. И вообще, почему именно меня выбрали исполнителем? Ну, проклял меня сын, но я то себя не проклинала.

- Ты стала игрушкой в жестоких руках богов. И не только. Твой дракон - тоже мучается. Силу свою сдерживает. От желаний своих изнывает. А ты – не даешь ему то, что нужно. 

- Что значит, не даю? Очень даже! Между прочим. - Кхм, как то двусмысленно прозвучало. - В смысле - все требования его я выполняю! Мясом кормлю. На глаза не показываюсь. И вообще - он не мой! - Огрызаюсь я. Он словно сын маминой подруги, с которым меня навязчиво хотят свести. 

- А надо - соблазнить и энергии его волю дать. Прошлое помочь вспомнить! - Назидательно, но уже не так пафосно отвечают мне.

- Но он мне не нравится! Шизик какой-то! Ей богу! Ну да, оболочка ничего! А дальше? Он же предложение больше чем из одной фразы выстроить не может! А кто мне стихи читать будет? Истории интересные рассказывать. Вот эти ваши стоны и вздохи, это, конечно хорошо. А поговорить? Я между прочим, мозговитых люблю. Можно этого дракона на джина какого-нибудь заменить? - А что? Отличный план! 

- Смертная! Ты хоть понимаешь с кем препираться посмела? - Гремит голос, как мне кажется, немного обиженно.

- С не очень умным руководителем? Ну вот правда! Никакой конкретики. - Развожу я руками. 

- Роди ребенка от дракона! Срок три года. Не сделаешь - убьем. Сделаешь - выберешь себе джина и будешь жить с ним долго и счастливо! - Огрызается незнакомец.

- Ага! А про ребенка вы подумали? Как он будет жить в неполной семье? Я вон одного такого уже вырастила! Одна! Так он меня проклял за это. А я между прочим, ночами из-за него не спала! Работала, просто до потери сознания. Плюс - снова смотрю на портрет котичка - не в обиду хвостатому будет сказано - но, я бы малыша ему не доверила. Странный он. Перепады настроения вечные. Недовольство. Может быть ему мозгоправа найти хорошего?

- МОЛЧАТЬ! - Не выдерживает моего напора голос. - Избранная задание получила. Выполнять!

- Но тут заминка! Я не могу! - Продолжаю отстаивать я свои права. И только я хочу рассказать про Селену, как мое горло сжимает сильный болевой спазм. Какого дьявола!

- Почему не можешь? Матка на месте. С гормонами все в норме. Ты здоровая самочка в самом расцвете лет! Кариес бы подлечить. Правая, семерка, снизу. Но, это мелочи. Плюс, эмпат. Магия есть. Ребенок будет драконом. Чешуя черная. Почти десять метров в холке. Может быть больше. Как кормить будете. Размер лапы -354. 

- Да это здесь при чем! - И снова я не могу ничего сказать. Только хриплю и беспомощно воздух ртом глотаю.

- А откуда вы про кариес знаете. И гормоны. - Вообще, странно все это. Я бы даже сказала, подозрительно.

- На этом все. Исполняй! - Рявкает голос напоследок и затихает.

Устало опускаюсь на пол.

Как же они меня все замучили.

Приведи мне котичка. Соблазни котичка. Роди для котичка наследника.

А я? Кто подумает обо мне?

Что в нем вообще такого, что он... – Сама не замечаю, как мой запал затухает, а на его место приходит обида, и какая-то обреченность.

- А как же я? Как же - щеки обжигают жгучие слезы. - Всю жизнь работала не покладая рук. В постоянном стрессе. С недосыпом. Попала в другой мир и тут всем должна. А за что? - Всхлипываю.

- Я ведь о таких простых вещах мечтаю. Поспать в сласть на вкусно-пахнущих простынях. Кофе попить медленно, за птичками в саду наблюдая. Да хоть Лисика гладить, и никуда не спешить. Любимой быть. Свободной. Счастливой. И чтобы защищали. А не вот это вот все - утыкаюсь носом в твердую мужскую грудь, обтянутую белой тканью. Чувствую на своей спине большие, горячие ладони.

- Вот да! Объятий! Очень вот таких объятий хочется! И чтобы крепче! Чтобы прям до хруста! - Озвучиваю я свое желание, и оно тут же исполняется.

Кажется, разум меня все-таки покинул. Или просто сон такой сладкий, наконец-то снится.

- Устала я, безумно устала - жалуюсь я своему подсознанию, приневшему сейчас вид совсем от рук отбившегося, судя по запаху.

-  От всех устала. Но я не сдамся. Вот сейчас, руки опущу на чуть-чуть. А потом, каак подниму. Как пойду вершить историю. И вздрогнет мир, и запоют литавры - сама не замечаю, как успокаиваюсь и сладко засыпаю.

Котичек

Что такое литавры? Почему они должны запеть? Откуда, во имя всех его жен, в библиотеке, в момент сладостного употребления мяса, прямо к нему на колени, свалилась эта рыжая пташка? Так еще и вся в слезах? Милая такая. Трогательная. Нежная. -  Думает необузданный, крепче прижимая к себе очаровательную кухарку, против которой настроен его разум, но совершенно неотвратимо сносит чувства.