8

Тамара Константиновна

Если до этого момента, я думала, что мне просто не повезло с эротическим сном, который медленно начал трансформироваться в кошмар, то сейчас я кажется, четко начала осознавать всю абсурдность происходящего.

Иначе, я никак не могу объяснить то, что вижу перед собой. 

И я не знаю, что шокирует меня больше: диковинная архитектура огромного города, раскинувшегося под нашими ногами, его местоположение - с одной стороны море, с другой горы, или, кхм, драконы.

Ну, или кто-то на них очень похожий.

Никогда не любила про них истории и считала просто динозаврами с крыльями, которым повезло попасть в поле зрения человеческой фантазии, которая и превратила их в наимудрейших и наикрасивейших созданий.

А тут. Крылатые, хвостатые, разноцветные! И чешуя на солнышке так и горит. Ну, просто, жар-птицы переростки. 

И ведь не один, или двое, а десятки! Большие, маленькие, средние.

Присматриваюсь и вдруг замечаю, что летают они не хаотично. Останавливаются иногда, пропускают других. Словно у них в небе - четкие правила воздушного движения, и они им неукоснительно следуют. Вот за это уважаю. Это правильно.

- Ксан, отведи, пожалуйста, меня в комнату. Как-то мне не очень хорошо. - Зову я паренька. 

- Пойдем. Это ты просто засиделась в четырех стенах. Завтра в город выберемся, и тебе сразу же лучше станет. - Сразу же отзывается красноволосый, берет меня под руку и ведет дальше по коридору.

 - Да, думаю так и есть. - Легко отвечаю я, продолжая переваривать только что увиденное.

Паниковать, конечно, рано, да и если честно, паника в критических ситуациях мало когда помогает, значит надо мыслить здраво.

Но как это делать, если мое сердце, не выдержав потрясения, устраивает мне приступ тахикардии? А еще дышать нечем, перед глазами то и дело темнеет, да и вообще, очень хочется сесть на пол и разрыдаться.

Мне? Тамаре, по прозвищу чугунок, которая даже на похоронах матери, ни одной слезинки не проронила?

Почему? Потому что не положено! Потому что хватит ерундой маяться и нюни распускать - командовал тогда отец тем, кто посмел нарушить торжественность момента своими неуместными всхлипами и причитаниями.

Эмоции - это слабость, учил он меня все детство. И я поверила. Отказалась от них. Даже когда муж изменил - не плакала. Всю ночь на кухне новые рецепты готовила. 

А слезы? Слезы это просто вода, которую из организма и другим способом вывести можно. Например, отваром липы. А что, отличное, между прочим, народное средство. Горло лечит, давление успокаивает, от шлаков организм чистит. 

- Тип личности у вас такой, Тамара Константиновна - говаривал мой мозгоправ. - Все переживания глубоко внутри прячете. Ничего не выпускаете. Но так нельзя. Однажды тело не выдержит, и что делать будете?

- Вот когда не выдержит, тогда и подумаю.  - Отвечала я ему. - А пока, вы мне лучше таблеточки выпишите волшебные. Чтобы я спать смогла. И все.

- Это не решение проблемы, а её купирование. Природе вы своей женской изменяете. - Вздыхал он. - Но не спрячетесь вы от неё. Все равно она свое возьмет. Вспомните еще про меня. - Прав был, черт белобрысый. 

Вспоминаю.

Вот с такими мыслями я и дошла до своей комнаты.

- Давай, я тебя здесь жду - кинул мне Ксан и сел прямо на пол, недалеко от моего нового места жительства. 

Вот ведь настырный какой! С другой стороны, спасибо ему сказать надо. Еще неизвестно, сколько бы я без его помощи по дворцу этому одна плутала.

- Хорошо. Я быстро. - Пообещала я и юркнула в свое жилье.

Закрыла за собой дверь плотно, да так и сползла по ней спиной вниз.

Нет, это совершенно невыносимо. Если я вот так все чувствовать буду - точно с ума сойду. Не испытывала эмоций, нечего и начинать!

- Мам. В общем. Знаешь, врачи дают не самый радужный прогноз. - Доносится до меня жалобный голос моего сына.

Маленькой мой! Как же мне к тебе вернуться! Скучаю по тебе невозможно! И ведь никак не получается. То одно отвлечет, то другое! А может, мне его самой позвать?

- Паша! - Тихонько кричу я ему. - Пашенька! Я здесь! Непонятно где, правда! Но здесь! Не оставляй меня, пожалуйста. Мне страшно очень. Одной. 

- Поэтому, я принял решение отключить тебя от аппарата жизнеобеспечения. Но ты не волнуйся! Я о твоем имуществе позабочусь. - Тут его голос незаметно меняется, а у меня перед глазами все плыть начинает.

Моргаю, и вот я уже стою в палате больничной. Вечер. За окном - серая, московская зима. И тело мое в постели лежит, все трубками и проводами обвитое. 

Кажется, только сейчас, вижу себя настоящей - уставшей, замученной женщиной. 

Перевожу взгляд на сына. Красавец он у меня все-таки. Статный, высокий. Волосы светлые, глаза серые, черты лица тонкие. В отца пошел. От меня только губы взял.

Вот только что-то в нем не то. Странно он выглядит как-то.

- Паш - шепчу губами и протягиваю к нему свою полупрозрачную руку. - Милый! Я здесь.

- Знаешь мам, а может оно и правильно, что ты вот так уходишь? И сама не жила толком, и другим не давала. А теперь, я хоть вздохнуть спокойно смогу. - А потом, он улыбается. Холодно так, я бы даже сказала победно.

Так, стоп. Что простите? Кому я чего не давала? Внутри моментально просыпается злость.

То есть, как образование оплатить в одном из лучших вузов страны, потому что сам не поступил, но очень хотелось - это маам, ну, пожалуйста! Так, я буду чувствовать твою любовь!

Как машину красивую купить - так это, просто потому что у всех есть, чего я, как лох один! Тебе что, не только времени на сына жалко, но и денег?

- Врачи, конечно, говорят, что шанс, что ты очнешься есть. Кома, знаешь, она еще не до конца изучена. Но, твоя квартира в центре мне слишком нравится. Да и счет банковский тоже. Так что, я подумал и решил…

Что он там решил, договорить этот засранец малолетний, не успел, потому что неожиданно замер. И кажется, даже дышать перестал.

- Эй! Предатель! АУ! - Подхожу к нему и трясу рукой перед его глазами.

- Не слышит он тебя. Заморозила я его. - Раздается приятный, женский голос за моей спиной. Резко поворачиваюсь и встречаюсь глазами с красивой незнакомкой, у которой на голове вместо волос - цветы. Розы, пионы, на плечи, словно пряди, колокольчики вот, свешиваются. И лицо, по последней моде сделанное: скулы - высокие, острые; носик маленкий аккуратный; губки пухленькие, глаза - большие. 

Одета она - в белый хитон. Одно плечо голое и почти до локтя увешено золотыми браслетами. Второе - полностью скрыто. 

И мне бы присмиреть, и затаиться. Вежливость проявить, но от услышанного только что, у меня внутри не то, что пламя гнева горит, а целый огненный смерч полыхает! Вот же стервец! Родную мать…

- Проклял - продолжает за меня незнакомка. - Представляешь, Тамара Константиновна. - Пошел к черному магу и проклял. Достала ты его. Но, я была рядом, и по доброте душевной, решила тебя спасти от смерти в муках и от послесмертия неприкаянного. 

- Может быть, представитесь - с трудом усмирив разбушевавшиеся во мне чувства, хрипло спрашиваю я.

- Меня зовут Селена. В вашем мире я известна, как богиня Луны. Но суть моя не так однобока, как считают многие. Ведь я царица изменчивости, владыка хаоса, королева ночи - тянет она томно и пафосно, а мне очень хочется добавить – гроза грызунов, тараканов и прочих мелких вредителей. - В общем, настоящая женщина. – Наконец, заканчивает она перечисления.

- И ты, моя дорогая, отныне, моя должница. - Вот теперь. Именно теперь, я окончательно влипла.

Только прелесть Тамары-чугунок в том, что сдаваться она не привыкла. 

Так что привычным жестом, засучив рукава, я смело вскидываю голову и смотрю в глаза моей новой знакомой.

- И как ты хочешь, чтобы я вернула долг? - После этих слов внутри воцаряется спокойствие и привычная уверенность. А главное - тишина! 

- Дракона хочу. Того самого Котичка. Чтобы с руки моей ел и в рот заглядывал. А то совсем с ним беда. Дикий, необсузданный, все планы по захвату мира строит. Вот я его силу в русло любви и направлю, с твоей помощью, разумеется. А не справишься - тут её глаза загораются огнем, и она голосом нечеловеческим в котором отчетливо слышны нотки металла, молвит - по ветру душу твою развею. И с ней, еще пару вселенных в придачу! Ты же не хочешь быть повинной в смерти ни в чем неповинных существ? - И глазищими своими сверк на меня! 

А в чем там проклятье сына заключалось? Может не поздно еще поменяться то?