Бонус

Ивас втолкнул сопротивляющуюся Арилию в небольшой сарай на самом отшибе Академии Диамант де Грин. Тут хранились старые диваны, столы и другая списанная мебель. В маленькое окошко светит луна, заливая красный бархат обивок бледным светом.

Здесь их никто не заметит, никто не услышит и не помешает.

Арилия дергалась, скалила острые клыки, пыталась его ударить. Иногда получалось, но даже силе носферату не противостоять мощи демона.

— Пусти меня, придурок! — заорала она, когда он, наконец разжал пальцы на ее локте. — Какого хрена ты творишь!

Ивас плотно прикрыл за собой дверь, и провел ладонью по волосам, заглаживая их назад.

— Я? — спросил он с нажимом. — А ты какого хрена? С каких пор решила, что я тебе подчиняюсь?

Арилия метала глазами молнии, и без того красные, они засверкали, как два рубина, клыки оскалились, она как-то вся подалась вперед, слишком наклонилась, выставляя напоказ свою торчащую грудь четвертого размера. А ведь вырез глубокий, ткань тонкая, ему прекрасно видны торчащие соски под ней.

Она прошипела, откидывая прядь с плеча:

— Ты должен был избавиться от нее! Должен!

— Я тебе ничего не должен, Арилия, — произнес он, сложив руки на груди.

— Ты что, не понимаешь? Она мне помешала! Она унизила меня!

— Да чем она тебя унизила?!

Носферату в бешенстве колыхнула черной копной и выдохнула:

— Да ты реально не понимаешь? Я должна была оказаться рядом с ректором! Я! А ты все испортил! Ты должен был ее убить!

Она шагнула вперед, намереваясь обойти демона и завершить то, чего не выполнил он, но тот шагнул в сторону, перегораживая ей путь.

— Пусти меня! — прошипела Арилия, подняв голову и глядя прямо ему в лицо. — Я сама все сделаю!

— Грохнуть студентку в угоду твоей прихоти что-то как-то перебор. Не кажется? — проговорил демон, разглядывая сверху ее чувственный профиль, естественно алые, как у всех носферату, губы, большую грудь, которая просто умоляет, чтобы ее потрогали, ущипнули.

Она толкнула его в грудь, Ивас перехватил ее запястья.

— Пусти! Ты должен был всего лишь…

— Да признайся, — прервал он ее, продолжая скользить жгучим взглядом по невероятно сочной фигуре, — тебе ведь не так важен сам ректор, как осознание победы.

Ее глаза расширились, губы распахнулись.

— Что? Нет! Я хочу быть с ректором!

Он Ивас всеми своими демоническими фибрами ощущал ее эмоции, ощущал ложь, перемешанную с желанием, бодрящий вкус гнева, и страх в виде вишенки на торте — все-таки физически он сильнее. А ее дразнящий аромат говорит сам за себя.

— Врешь… — произнес он хрипло и наклонился к самой ее щеке.

По лицу Арилии скользнула тень неуверенности, но она спешно и с вызовом произнесла:

— Вру? С чего бы вдруг?

— С того, — начал демон, наступая на нее и продолжая держать ее за запястья, — что в действительности тебя интересует другой парень.

Носферату дернулась, пытаясь вырваться, но Ивас держал крепко, она фыркнула, еще более неуверенно:

— Другой? Что за бред!

— Да? — продолжал наступать демон, пока она не уперлась задом в широкий стол. — Тогда почему у тебя вот ту все мокрое?

— Где… — начала Арилия, но не успела закончить, только охнула, когда она резко посадил ее на стол и засунул пальцы между ног.

— Вот тут, уголек, — прохрипел он, довольно скалясь.

Между ног девочки-носферату мокро, тепло, в отличии от большинства мнений. Он скользнул пальцем по ее насквозь пропитанным трусикам, она спешно заерзала, пытаясь отсесть, отодвинуться.

— Ты охренел совсем?! — выпалила она. — Я не буду с тобой…

Ивас снова не дал ей закончить — впился властным, требовательным поцелуем ей в губы, смял податливый рот, не давая даже попытки сопротивляться. Носферату стала колотить его по плечам, спине, бокам, больно колотить — удары носферату хоть и не как у демонов, но очень болезненны, если будет продолжать, сломает ему ребра. Но оторваться нет сил, он чувствует, как вперемешку с гневом, яростью и непокорностью из нее сочится неприкрытое, первозданное желание.

На такое способны только носферату.

Он обхватил ее задницу пальцами и прижал к себе, чувствуя пахом, как у нее жарко и мокро между ног. Она все еще его била, при этом отвечая на поцелуй, кусала его губы, он кусал в ответ.

— Я слышал, что носферату в постели нереально выносливы и горячи, — прохрипел он, нехотя оторвавшись от нее.

— Ты об этом не узнаешь! — прошипела Арилия, сверкнув рубиновыми глазами.

— Правда? — усмехнулся демон и повалил ее спиной на стол, прижав огромной ладонью кисти за головой.

Она сопротивлялась, дрыгала ногами, пока он стоял между ними и наслаждался шикарным видом колыхающихся грудей. Ивас знал, что сопротивляться она могла куда сильнее, и что травмы, которые они способны нанести друг другу, могут быть если не смертельными, то очень серьезными.

Но она до сих пор не предприняла ни единой попытки обратиться в дитя ночи и устроить настоящую драку.

А еще Ивас чувствовал вкус ее эмоций, в которых самыми яркими сочатся потки желания и страсти.

— Не смей, — часто дыша и поднимая грудь, проговорила Арилия чуть охрипшим голосом. — Я скажу родителям… твоим. Они тебя по голове не погладят.

— А я твоим, — отозвался демон, — Тебе за это тоже прилетит.

— Скотина! — выпалила она.

— Да, уголек, как скажешь, — усмехнулся Ивас и одним резким движением разорвал платье, отшвырнув его в строну.

Арилия шумно выдохнула и закусила губу. Ну конечно, она борется с собой, тщеславная колючка. Но он чувствует, как она вся исходит желанием, чувствует эти пьянящие потоки.

Ивас едва сдержал хрип, когда Арилия оказалась разложенная перед ним на столе, в одних тончайших трусиках в черную сеточку, с шикарной, колыхающейся грудью с крупными сосками, которые так и молят о ласке.

— Черт, уголек, какие у тебя шикарные сиськи…

— Я тебе не… а…а…а…

Демон припал губами к одному из сосков, стал дразнить, сосать, лизать, Арилия под ним стала извиваться, он ощущает, как она сама не поймет — чего хочет больше, чтобы прекратил или чтобы не прекращал.

— М… демон… — застонала она, — я тебя ненавижу… а…

Он скользнул пальцами по ее идеально плоскому животу и запустил их ей в трусики. Едва раздвинул складочки, Арилия выгнулась в пояснице, одновременно раздвигая ноги.

— А…а… не смей…

— Не сметь? — спросил он хрипло и чувствуя, как его член уже во всю готов. — Чего не сметь? Этого?

Он стал легкими дразнящими движениями трогать ее бугорок, Арилия застонала:

— Да…

— Да?

— Ивас… мерзавец… о…о…

— Все, что хочешь, уголек, — хищно усмехнулся демон и сорвал с нее трусики.

Она выкрикнула:

— Черт! Ивас! Оно десяток золотом стоит… а….

Он погрузил палец в ее мокрую щелочку, стал водить по кругу, назад-вперед, обрушил сотни поцелуев на ее ключицы, грудь, покусывать соски. Арилия выгибалась, стонала все громче, ее глаза налились, как дорогие рубины. Он наслаждался потоками эмоций, потоками страсти, дикого неуемного желания от нее. Оказалось, правда — носферату обладают усиленной чувствительностью.

— Гребаный стыд, Арилия, ты шикарна… — прохрипел демон.

Она все извивалась от его ласк, кусала пухлые губы, дергалась, приводя демона видом своей аппетитной груди в какое-то необузданное возбуждение. Он сам уже чувствовала, что на пределе, что дыхание участилось, что член в штанах стоит колом и сейчас вообще их порвет.

— А…а… — кричала носферату, — прекрати…

— Прекратить? — ответил ей в тон хрипло демон и продолжая ласкать ее мокрую дырочку. — Прекратить?

— Нет… — задыхаясь выпалила она.

— Продолжать?

— М… да-а… о….

Арилия в очередной раз прогнулась в спине, подставляя ему свои возбужденные коралловые соски. От нее сквозило уже сплошным потоком желания, таким сочным, сладковатым с легкой примесью горчинки, потому что она носферату. И это окончательно сносило демону крышу.

— Блин, уголек, я не могу больше, я трахну тебя, детка.

— М… да… сделай это…

Ивас одним жестом расстегнул штаны и освободил член, большой, поднятый. Арилия опустила взгляд, глаза расширились, она выдохнула:

— Ивас… какой большой…

— Не бойся, уголек, — успокоил он, направляя головку прямо к ее сочащейся дырочке, — я знаю, что делаю.

Он действительно знал — тела носферату способны адаптироваться. К мужским органам в том числе.

Демон входил в нее медленно, позволяя привыкнуть к его размерам. Глаза Арилии засветились еще сильней, она выгнулась, вцепившись в край стола за головой, тот хрустнул, посыпалась мелкая труха.

— Какой большой… как хорошо… а…. Да…

Ивас всем стволом ощущал ее тугую пульсацию, ее сладкие потоки эмоций, которые почти не заканчивались, видимо, все из-за этой повышенной чувствительности носферату. Это просто взрывало, сносило крышу. Она под ним, такая сочная, с раздвинутыми ногами, он в ней, он чувствует ее всю.

— Уголек, ты такая сладкая, — прохрипел он и задвигался в ней.

Арилия застонала, обхватив ногами его стан. Демон впился пальцами в ее круглые ягодицы, начиная двигаться все быстрее. Сарай наполнился шлепками его бедер о ее зад.

— Да… да… да… — кричала Арилия, извиваясь под ним, — трахай меня Ивас!

Он хрипел, как ненормальный, насаживая на свой член это сочное, аппетитное тело.

— Мой уголек, кричи…

— А-а-а… — стонала носферату, все сильнее подаваясь ему на встречу, — я хочу… хочу…

— Я знаю, уголек, я все чувствую, — сладко скалясь, произнес демон. — Перевернись.

Прежде чем Арилия смогла что-то сообразить, он вышел из нее и ловко перевернул ее, положив животом на стол и быстро поднял ей колено на столешницу.

Она только задышала чаще, призывно оттопырив зад.

Демон простонал, проведя пальцами по круглым ягодицам, потом звонко шлепнул.

— А-а-а!

— Вот так, уголек, не расслабляйся, — сказал он. — Какая у тебя классная задница.

А потом вошел в ее горячую дырочку, из которой с такой неохотой только что выскользнул. Из глотки Арилиии вырвался очередной крик страсти. Он трахал ее мощно, голодно, сильно, вбиваясь в ее упругое и сочное тело, впишись пальцами в ягодицы.

— Да… уголек…

— Ивас… Ивас… трахай меня… не останавливайся…

— О… ни за что… не остановлюсь…

Он насаживал ее на себя, впиваясь пальцами в упругую задницу. Арилия сама охотно и ритмично подавалась ему на встречу, шлепая ягодицами о его пах.

— А-а-а… — в так его движениям кричала она, упираясь локтями в столешницу и кроша пальцами ее край.

— Да, уголек, кричи…

Потом они переместились на диван, демон трахал ее сверху, сзади, на боку, совершал мощные, голодные толчки, насаживая ее на себя, впитывая ее эмоции, поглощая страсть, желание, эмоции носферату, которые оказались такими яркими, такими утроенными, что он в прямом смысле опьянел от них.

Арилия кричала, цеплялась за него, запуская длинные когти ему в спину, плечи, по коже струилось горячее — у него останутся напоминания об этой ночи. Шикарной ночи. Внутри девушки все сжималось, пульсировало, он каким-то совсем дальним умом понимал — у нее оргазмы, один за другим. Бешенные, неудержимые оргазмы, которые обдают его тугими волнами эмоций такой силы, что он уже не соображает.

Почему он раньше не спал с носферату?

Он сам не помнил, сколько времени это длилось, но когда кончил, Арилиря буквально взорвалась таким оргазмом, что их обоих вырубило.

Ивас пришел в себя первым.

Лунный свет все еще льется в окно, рядом на его плече лежит Арилия, даже милая, когда не скалится.

Он провел пальцами по ее щеке, смахивая локон, и она открыла глаза, все еще светящиеся рубинами, после такой страсти.

— И что будем делать? — спросила она.

— А что ты хочешь? — спросила Ивас и коснулся пальцами ее губ, он лично их искусал истерзал поцелуями.

Она вздохнула.

— Учиться…

— Тебя в Академию не пустят, — заметил он.

— Знаю.

— Убежим? — предложил Ивас.

Арилия приподнялась на локте и вытаращила на него рубиновые глаза.

— С ума сошел? Ни твоя, ни моя семья этого не одобрят.

Демон потер правый рог. Это правда. Семьи демонов и носферату никогда не захотят породниться — первые трясутся над династическим бизнесом, а вторые — над чистотой рода. Но кто же знал, что оказывается эта черноволосая заноза, этот уголек, окажется той, из-за которой не страшно и бизнес оставить на попечение младшего брата?

— Попросим помощи у лорда-ректора, — сказал Ивас после недолгой паузы.

Арилия рот раскрыла.

— Он не согласится, — произнесла она тихо. — Я ведь… ну, ты знаешь. Чуть не совершила… Ну…

— Знаю, — сказал демон. — Но все изменилось. Ведь так?

Ивас Абанор внимательно посмотрел в рубиновые глаза избранницы, которую выбрала ему не семья, а он сам. И сейчас всеми своими потоками ощущал — Арилия с ним предельно честна.

Девушка как-то непривычно для носферату потупила взгляд и кивнула.

— Да, мне жаль.

— Я знаю, — произнес демон, стараясь не показывать облегчения, которое в этот момент испытал. — И я договорюсь с ректором. Он поймет. В конце концов, лорд Гадар Дартион великий темный маг и ректор Димант де Грин. Он заботится о своих студентах.

Конец