Глава 24. Признание

Сосуд упал на пол, вино расплескалось по ковру яркими пятнами. – С ума сошла? Ты что творишь, азра? – сжал кулаки кабир. – Если думала, что таким образом заставишь меня передумать, то ты ош-ш-шиблас-с-сь. Угрожающее шипение вырвалось из его уст, и стал заметен раздвоенный змеиный язык. От ужаса я затряслась всем телом, понимая, что разозлила кабира. Одним прыжком мужчина кинулся на меня, повалив на ковёр. С криком я пыталась освободиться от его тяжёлого обнажённого тела, но силы были неравны. Он схватил мои руки, прижав к полу. – Вино отравлено! – выкрикнула я прямо в лицо нагу, срываясь в истерику. – У меня было видение, как вы умираете после того, как выпили его! – слёзы покатились из глаз, когда я ощутила, как горячий мужской член ткнулся в мой лобок. – Я дариши! Я могу видеть будущее! Мужчина замер, удерживая мои руки, и сурово посмотрел мне в глаза. – Что ты сказала? – отчеканил он каждое слово. – Я дариши! – уж лучше пусть он отправит меня в храм, чем будет насиловать столько, сколько ему вздумается. – С детства я вижу вещие сны, а минуту назад у меня было видение, как вы умираете. Всхлипывая, я тряслась, сжимая бёдра, чтобы его настырный член не вонзился в меня. Наг резко подскочил на ноги, освободив меня. Я попятилась к стене, подальше от него. – Бахт! – взревел наг, глянув на дверь. Тут же в комнату влетел амбал-охранник. – Забери кувшин и отдай его Икраму, пусть он проверит, отравлено вино или нет. И прикажи кому-нибудь, чтобы разбудили Умиду и привели её ко мне. Воин кивнул, схватил со стола кувшин и скрылся из покоев. – Если Умида тебя не признает, не жди от меня нежности и ласки, азра, – угрожающе процедил кабир. – Я разложу тебя прямо здесь на полу и возьму во всех позах с особым пристрастием. Я сильнее вжалась в угол, где сидела прямо на мраморном полу. Кто такая Умида, я понятия не имела, но имя мне показалось знакомым. Пока мы ждали её, кабир успел надеть рубаху и шаровары. Мне он кинул всё то же полотенце, чтобы я прикрылась. Трясущимися руками я закуталась в ткань, продолжая сидеть в углу. – Пока Умида идёт сюда, расскажи о себе, – сурово проговорил Армес, садясь на подушки возле столика. – И хватит трястись. Садись на ковёр, я не трону тебя. Пока. Его приказной тон не позволил мне ослушаться, и я на негнущихся ногах проползла по полу и села на самый край ковра, подогнув колени. Собравшись с мыслями, я коротко рассказала нагу о себе и о том, как попала в его мир. Он внимательно слушал меня и на каждую фразу хмурил брови, задумываясь. Прошло немного времени, когда дверь снова отворилась. На пороге появился худой старик в белой мантии в сопровождении охранника. Мужичок низко склонился перед нагом, бормоча: «Мой повелитель», и прямо на коленях пополз к нему, волоча по полу длинную седую бороду. – Что там, Икрам? – резко спросил его Армес. – В вине оказался сок корня захремара, – проблеял слуга. – Если бы вы его выпили, то… – Я знаю, что случилось бы. Не нужно напоминать, – оборвал его наг и посмотрел на охранника, который стоял у входа. – Бахт, вызови ко мне твоего начальника. Срочно! Воин тут же смылся исполнять приказ. – Икрам, как же ты пропустил отравленное вино? – с усилием проговорил наг. – Или сам налил отраву? – Что вы, мой господин! – бухнулся на колени старик, горячо выкрикнув. – Я столько лет верой и правдой служил вашему отцу и вам служить буду до самой своей смерти! Пощади, повелитель! Это не я! Не я! Клянусь Тимсахом! – Кто же тогда подлил яд? – прищурился Армес. – Не знаю! Я проверял вино! Оно было чистым! Кто-то потом добавил туда отраву! – причитал маг. – Пощади, Великий кабир! – Иди отсюда, сахшисс, – прошипел король. – Ещё одна промашка с твоей стороны – и будешь висеть над входом в город! Старик задом попятился к выходу, подметая пол седой бородой, и также на коленях выполз за дверь. – Как думаешь, азра, кто добавил отраву для меня? Может, ты? От такого вопроса я потеряла дар речи. – Куда бы я его спрятала? – возмущённо выдавила я из себя. – Я зашла в ваши покои в одном полотенце. – Ладно, расслабься. Я пока тебя не подозреваю, – пристально взглянул на меня мужчина. Снова отворилась дверь. На этот раз вошла старая женщина в чёрном балахоне и палантине, расшитыми золотыми узорами. Она шагнула в покои, гордо подняв голову, и мягко, не спеша, ступала по ковру. Встав перед сидящим на полу повелителем, гостья чуть склонила голову и устало произнесла: – Великий кабир, зачем звал? Спать не даёшь старой рабыне. – Умида, поверь, есть более важное дело, чем твой сон, – спокойным тоном ответил наг. – Взгляни на эту азру. Узнаёшь ли ты её? Женщина прищурилась и направила взгляд на меня. – Накинь, деточка, на голову полотенце, – мягко произнесла она, обращаясь ко мне. – Я получше разгляжу тебя. Перечить старой женщине не хотелось, и я набросила на себя ткань, скрыв волосы и лоб. – Да, мой господин, это она! – радостно воскликнула женщина, повернувшись к нагу. – Новая дариши для моего повелителя! – Но, Умида, ты не говорила, что у неё светлые волосы, – сжал кулаки мужчина, смотря на меня. – Так в моём видении она была в платке, и волос не было видно, только красивые голубые глаза, – невозмутимо ответила она, а затем прищурилась и подозрительно посмотрела на короля. – А что она делает в твоих покоях, Великий кабир? Уж не хочешь ли ты сказать, что она твоя новая наложница? Надеюсь, ты не успел испортить девочку? – Не успел, – процедил наг, шумно выдохнув. – Забирай её к себе и обучи всему, что сама знаешь. Пусть она не попадается мне на глаза. Хотя бы какое-то время. – Ох! – покачала головой женщина. – Видать, понравилась тебе азра, разожгла в тебе пламя. Согласна, красавица совсем не годится для того, чтобы всю жизнь прожить в одиночестве и не познать ласки мужчины, особенно такого, как ты, господин. – Умида, хватит! Уводи уж-ш-ше её отс-с-сюда! – прошипел наг. – И пусть Мурад приведёт мне Джану. – Хорошо, мой господин, – кивнула старушка. – Только пусть азра оденется. – Где твоя одежда? – сурово спросил меня Армес. – В купальне, – с трудом ответила я, сообразив, что провести ночь с кабиром мне всё же не суждено. Он указал на дверь. Ничего не понимая, я подскочила и побежала в купальню, где нашла на скамейке свои вещи. Спешно оделась и снова вышла в комнату к кабру. Умида не торопясь пошла к выходу, и я поспешила за ней. – Поторопи Мурада! Мне нужна хурра на ночь! – яростно прокричал нам вдогонку кабир. – Пойдём со мной, дорогая, – улыбнулась женщина и двинулась вперёд по коридору. За нами бесшумно последовал охранник. – Как тебя зовут? – ласково спросила старушка, идя впереди. – Меня? Василина, – выдохнула я, понимая, что сон всё же был вещим. Я не стану любовницей кабира. – Напугалась, Василина? Ничего, сейчас придём ко мне, и я всё тебе объясню, – обернулась она и хитро подмигнула.