Глава 27. О том, как куколка превратилась в бабочку

— Подожди, дуреха! — Донесся мне в спину окрик Карла.

Кулон он, видимо, подобрал и теперь мог отчитать меня, но я даже не обернулась. Не Карлу меня учить. Уж он-то знатно накосячил в своей жизни, мне до него далеко.

Видя такое дело, Карл уменьшился и шмелем полетел за мной. Догнал и запищал на ухо:

— Погибнешь же. О себе подумай.

Я не ответила — берегла дыхание. Карл довольно далеко ускакал. До поляны было приличное расстояние, а я оказалась совсем не подготовленной к бегу по пересеченной местности. Избаловала меня жизнь во дворце. Надо было больше заниматься физическим трудом.

Отдышка появилась быстро, и я существенно замедлилась, но не сдалась. Это не про меня!

Карл это заметил и проворчал:

— Ладно, упрямая ты дурында, помогу. Смени ипостась, это придаст тебе сил.

— Как? — Хрипло выдохнула я на бегу. Смена ипостаси мне пока так и не удалась.

— Вторая ипостась уже внутри тебя, она — часть тебя. Просто выпусти ее. Это как вылупиться из кокона.

Совет, честно говоря, был так себе. Обычный набор подбадривающих слов. Но по-своему он подействовал. Карл верил в меня. А я что же?

Простыня мешала бежать, путалась между ног, и я задрала ее повыше. На бегу да еще с такими неудобствами сложно сосредоточиться. Но я не могла остановиться и не могла подвести Кира.

Не сбавляя темпа, я на секунду закрыла глаза. Перед этим посмотрела вперед и вроде не заметила препятствий. Мне нужен был этот миг наедине с собой, чтобы нащупать ту самую связь со второй ипостасью, о которой говорил Карл.

Но я переоценила себя. Или недооценила коварство леса. Нога зацепилась за корень дерева, и я, потеряв равновесие, начала заваливаться вперед. От испуга глаза распахнулись. Я отчетливо видела приближающуюся землю. Еще немного — и случится удар.

В лучшем случае сломаю нос, в худшем — опять вырублюсь. Последнее пугало особенно сильно. Вдруг, когда я очнусь, Кира уже не будет в живых.

Земля была все ближе и ближе, еще немного, вот-вот… Но тут я поняла, что она больше не приближается. Расстояние между мной и землей оставалось неизменным. Хотя я вовсе не вернула себе равновесие и вроде как по-прежнему падала. Или точнее зависла горизонтально.

— Мать моя кобылица, — раздался пораженный голос Карла.

— Что со мной? — Взвизгнула я и дернулась в воздухе, но лишь неловко забарахталась, будто в воде.

Карл приблизился и обошел меня кругом.

— Моя куколка превратилась в прекрасную бабочку, — всхлипнул он. — А я всегда знал, что мама была шалуньей. Поговаривали, у нее в любовниках ходил сам Пегас, а еще будто я — его сын. И вот доказательство.

Карл указал на меня.

— Я — доказательство? — Я пошевелила ногами в попытке достать до земли.

В итоге загребла ими воздух и — ух! — перевернулась. Теперь я была хотя бы вертикально. Вот только незадача — пальцы ног по-прежнему не доставали до земли. Я парила в воздухе.

— Ты сменила ипостась, — снизошел до объяснений Карл. — У тебя теперь крылья.

— Чего?! — Я закрутила головой в попытке заглянуть себе за спину.

Было ужасно неудобно, но я все-таки сделала это — увидела их. Два огромных белых крыла. Они равномерно открывались и закрывались, держа меня на лету. Любопытно, что все происходило как бы само собой. Я не задумывалась над процессом. Наверное, это как с морганием. Мы же не думаем каждый раз — вот сейчас надо закрыть веко, а теперь пора его открыть.

— Ого! — Восхитилась я, а потом на всякий случай пощупала лоб — рога нет. Хоть в этом повезло! Впрочем, наличие крыльев — это тоже прекрасно. Лучше быть птицей, чем лошадью.

— Но ведь мой Дар от тебя, то есть от единорога, — поразилась я. — Разве нет?

— Да, но тебе передалась та часть меня, что была от Пегаса, — пояснил Карл.

Я кивнула. Отлично, меня все устраивает. Я планировала ворваться на ринг и проткнуть грифону зад рогом, но крылья тоже сгодятся. Буду атаковать с неба. Да, я собиралась драться вместе с Киром. И пусть кто-то попробует меня остановить. Ему же хуже будет.

Крылья намного быстрее ног. Они донесли меня обратно до поляны за считанные секунды. Правда сначала была небольшая неразбериха — пришлось немного потренироваться, чтобы управлять полетом, но я быстро все схватывала. Крылья как будто всегда были частью меня.

За миг до того, как появиться на поляне, я опустилась на землю. Сложившись за спиной, крылья исчезли, а я ворвалась на поле битвы подобно урагану. Но дальше пришлось притормозить.

Я не сразу разобралась, где друг, а где враг. Кир и грифон сцепились в одно целое. Единственное, что их различало — цвет. Золото грифона и черноту Кира не спутаешь между собой.

Грифон действовал по старинке — силой. Рвал когтями и пытался дотянуться зубами до глотки, чтобы перегрызть. У Кира была одна надежда — его Дар. Ипостась он сменил сразу же, но на этом его магия не заканчивалась. Как объяснил мне Карл, Дару грифона так же подвластна земля и воздух.

Вызвать ветер, чтобы швырнуть противнику в лицо пригоршню песка и ослепить его, заставить землю разверзнуться под лапами врага — Кир использовал любую возможность. Отбивал атаки ударом локального смерча или создавал холм из земли в качестве щита.

В результате вся поляна была перепахана от и до. Даже парочка деревьев выкорчевана. Настоящее побоище. Но лес и его повреждения меня мало заботили, а вот раны Кира — очень даже.

У него было несколько глубоких порезов от когтей грифона. Один, особенно сильный, пересекал грудную клетку. Кровь сочилась из раны, пачкая белую рубаху. Плюс грифон поранил клювом левое предплечье Кира, и он едва мог двигать рукой.

В одиночку Кир точно не справится. Ему нужен помощник. Ему нужна я.

Я собиралась сделать все от меня зависящее, чтобы спасти Кира, но тут вмешался Карл:

— Подожди! — схватил он меня за руку. — Лес может покарать тебя за вмешательство в поединок чести.

— Пусть только попробует, — буркнула я. — Грифон сам бьется нечестно.

Лезть в драку я не планировала. Не та весовая категория. Но у меня тоже есть Дар и довольно опасный. С его помощью можно усилить не только что-то хорошее, но и что-то по-настоящему плохое.

Но сначала я сосредоточилась на Даре самого Кира. Ему требовались дополнительные силы, он устал, и я усилила его Дар своей магией. Сразу после моего воздействия ветровая волна у Кира получилась особенно мощной. Грифона аж смело в сторону.

В ответ на примененную мной магию зашелестела крона дерева надо мной. Я запрокинула голову и посмотрела на листья. Кажется, лес хотел мне что-то сказать. Возможно, он так выразил возмущение от моего вмешательства в бой.

— Я имею право бороться за свою любовь, — заявила я лесу. — Если ты считаешь иначе, то у тебя нет сердца.

Дерево надо мной замерло. Лес задумался, а потом самая большая ветвь качнулась вперед, словно дерево кивнуло.

— Кажется, лес считает, что ты в своем праве, — расшифровал Карл послание леса. — Это же потрясающе! Ставлю на тебя свой аманит.

— С каких пор он твой? — огрызнулась я сквозь зубы. — Ты забыл, что проиграл спор.

— Как, собственно, и ты, так что вопрос с аманитом пока не решен, — отмахнулся Карл, а потом обратился к жителям леса, наблюдающим за поединком. — У кого еще есть ставки? Поторопитесь, скоро прием закончится.

Карл развернул настоящий тотализатор! За пару минут облетел зрителей и собрал ставки. Я бы его отчитала, если бы не была занята делом. Ничему жизнь не учит этого любителя азартных игр.

Но мне надо сосредоточиться на том, что происходит на поляне. Сил Киру я придала, а следом попыталась отнять их у грифона, уменьшив его Дар.

Грифон сразу почувствовал мое воздействие. Повернул голову и глянул так, что я едва устояла на ногах. Тряхнув головой, я взяла себя в руки и усилила напор. Я не сдамся! Пусть и не надеется.

Жаль, но мне удалось немногое. Грифон был слишком силен. Мне буквально приходилось пробиваться через его защиту. Такую мощную, что на моих висках выступила испарина от усердия.

В итоге я смогла лишь самую малость уменьшить Дар грифона. На нем это почти не сказалось. Обидно до слез. Неужели все? Нет, я еще повоюю. Не получилось уменьшить, попробую увеличить. Мой опыт с Тири показал, что эмоции, особенно отрицательные, — тоже оружие массового поражения. А у грифона полно негатива.

Я заглянула в его эмоции. Ненависть, жажда мести — все яркое, ядовитых цветов, аж глаза разъедает. Но была там и чернота. Та самая, которой грифон в качестве проклятия наградил Кира. Боль от потери любимой, нескончаемые страдания без нее.

Я бы по своей воле ни за что не стала причинять кому-то такие муки, но грифон меня вынудил. Я вложилась по полной в это усиление. Отдалась вся без остатка. Вдохнула в черноту грифона столько магии, что она буквально взорвалась облаком тьмы и едва не поглотила всю поляну. По крайней мере, я так это видела.

Грифон издал долгий протяжный полустон, полурык. У меня от него мурашки побежали по спине. Ему было больно. Невыносимо. Да, физически он не пострадал, но иногда душевная боль страшнее. Она разрывает тебя на части изнутри.

Сердце грифона тоже могло не выдержать и дать сбой, но в последний миг он собрался и совершил бросок. Еще один, крайний, отчаянный и оттого самый мощный. Клюв грифона распахнулась, Кир взмахнул рукой, заслоняясь. Он не успевал выставить щит или уклониться.

В ужасе я забыла обо всем на свете. О том, что я хрупкая девушка и мне не тягаться с грифоном по силе. О том, что я обещала Киру не вмешиваться. И, наконец, о том, что на мне вместо одежды простыня. Я просто распахнула крылья за спиной и полетела прямиком к Киру в отчаянной попытке спасти того, кого люблю.

— Ах! — прокатился по лесу вздох в ответ на мое появление на поле битвы.

Все зрители поединка, разинув рты, дружно смотрели на меня. Да что там зрители, грифон с Киром, забыв о бое, уставились в мою сторону.

— Иго-го! — заржал Карл. — Вот это я понимаю, эффектный выход.

Что тут сказать… Я в самом деле появилась максимально феерично. А все потому, что простыня слетела с меня из-за резкого движения, и я зависла в воздухе — крылатая и обнаженная.

Это был тот самый момент, когда я впервые порадовалась длинным волосам. Они прикрыли все стратегически важные места.

В другой ситуации я бы чувствовала себя ужасно неловко. Голая! Перед целой толпой! И все пялятся. Но сейчас мне было не до таких мелочей. Да, я не мечтала устроить стриптиз перед лесными обитателями, но жизнь иногда подкидывает сюрпризы.

Как ни странно, первым опомнился Кир. Возможно, потому, что он уже имел удовольствие видеть меня без одежды и даже трогать. Или просто вспомнил, что вообще-то у него поединок насмерть, и мое красивое обнаженное тело в том числе подвергается опасности. А значит, нужно срочно его спасать. Если, конечно, Кир хочет еще хоть раз провести с этим телом ночь.

Пока грифон не очнулся, Кир, собрав остатки магии, создал бронебойный снаряд из земли. По размеру и форме этакое пушечное ядро. А потом запустил снаряд прямо грифону в грудь.

В последнюю секунду грифон обернулся к Киру, увидел снаряд, но уклониться уже не успел. Земляное ядро ударило точно в цель. Кир так его спрессовал, что земля даже не рассыпалась, и грифона аж отбросило. Он пролетел несколько метров и ударился спиной о дерево.

Послышался хруст ломаемой древесины. Ствол дерева дал трещину, но и для грифона удар не прошел даром — магическое существо потеряло сознание.

Жители леса одобрительным гулом поздравили Кира и принялись делить выигрыш по ставкам. А я не знала — радоваться или грустить. То, что Кир жив, без сомнений прекрасно, но я не желала грифону зла или смерти. Вообще никому не желала. Но и ложиться добровольно на жертвенный алтарь тоже не собиралась. Грифон вынудил нас защищаться, мы боролись за свои жизни.

Сложив крылья, я опустилась на землю. Ко мне тут же подбежал Карл с простыней.

— Ты, конечно, выглядишь супер, но лучше прикройся, — с этим словами он протянул простыню мне.

Я тут же замотала ее вокруг себя и завязала узлом покрепче, чтобы точно не спала. Хватит одного стриптиза.

Я как раз покончила с одеванием, когда подошел Кир. Вид у него был потрепанный. Раны кровоточили, но он не обращал на них внимания. Слишком его потряс мой вид. Его впечатлило вовсе не устроенное мной шоу, а крылья. Кир не мог отвести от них взгляд.

— Крылья? Откуда? Я думал твоя вторая ипостась от единорога, — пробормотал он.

— Так и есть, — важно кивнул Карл. — Дар и вторая ипостась от меня. Но в моем роду были пегасы, и это сказалось на Ясмине.

— Ты еще кто? — нахмурился Кир.

Карл, не растерявшись, мигом сменил облик пухлого карлика на красавца мачо-мена. С меня чуть снова не спала простыня. Вот что он творит? Зачем подставляет нас обоих?

— Так я выгляжу более знакомо? — подмигнул красавчик Киру.

— Он не мой любовник! — тут же открестилась я, пока еще не поздно. — Просто единорог, наделивший меня Даром. Он помогал мне освоить магию, только и всего.

Я зажмурилась в ожидании реакции Кира. Одно хорошо — если сейчас он сбросит меня откуда-то, я хотя бы смогу полететь и не разобьюсь.

Но ответ Кира поразил:

— Я верю тебе, — произнес он и взял меня за руку.

Я осторожно открыла глаза. Мне не почудилось? Кир в самом деле отреагировал адекватно? Избавление от проклятия не прошло для него даром. Он стал другим. Спокойным, разумным, сдержанным. Приятно видеть Кира таким.

Следующее, что я сделала — порвала часть простыни на бинты и перевязала раны Кира. Пока это все, чем я могла помочь, но хотя бы кровь остановила.

Я как раз заканчивала с перевязкой, когда со стороны дерева донесся стон. Грифон приходил в себя. Вокруг него уже собрались лесные жители, мы с Киром, взявшись за руки, тоже подошли.

Грифон был серьезно ранен, но не смертельно. Открыв глаза, он посмотрел на меня, и я увидела, как по его щеке скатилась слеза.

— Карл, — попросила я, — дай мне аманит.

Единорог, не торгуясь, снял кулон, и я положила камень на плечо грифона. Соприкосновения с аманитом достаточно, чтобы магическое существо приняло человеческий облик. Вскоре перед нами лежал человек, а не зверь.

— Мы можем тебе чем-то помочь? — спросила я.

Грифон глянул удивленно.

— Я хотел тебя убить, — хрипло напомнил он.

— Было дело, — кивнула я. — Но что уж теперь…

— Любишь его? — поинтересовался грифон, глазами указав на Кира.

— Да, очень. И он меня.

— Я тоже когда-то любил и был счастлив, — вздохнул грифон. — Все, чего я сейчас хочу — снова быть с любимой…

Он глянул так, что у меня сердце заныло от тоски, а каково было ему.

— Мне жаль, что я ничем не могу помочь, — прошептала я.

— Это не твоя вина. Я признаю победу Кирриана и прощаю его. Ради любви, — грифон отвернулся и стряхнул с себя аманит, возвращая себе истинную форму.

Он смирился с проигрышем и с тем, что Кир будет счастлив со мной. Но для самого грифона ничего не изменилось. Хотела бы я увеличить его положительные эмоции, но пока не видела таковых. Возможно, нейробиология поможет магическому существу. В конце концов, они чувствуют так же, как люди.

Я могу открыть центр помощи для страдающих. Люди и магические существа будут обращаться ко мне, а я, соединив Дар и науку, буду делать их чуточку счастливее. Этакий магический психолог. И первым делом я помогу грифону. Сделаю для него все, что в моих силах.

Но сначала надо позаботиться о Кире и его ранах, а для этого как можно скорее вернуться во дворец.

Уходя, я забрала аманит и вернула его Карлу. Тот мигом принял человеческий облик и, кажется, был этому рад. Если грифон предпочитал животную ипостась, то единорог обожал быть человеком.

Теперь нам предстояло решить, как именно возвращаться домой. Кир был ранен, долгий полет ему не по силам. Но мы не успели это обсудить, нас отвлекли — среди деревьев мелькнуло что-то серебристое.

Я присмотрелась. Да это же единорог! И не один, а целых три. Первый покрупнее и два помельче.

— Упс! — Карл резко втянул голову в плечи.

— Ты их знаешь? — Спросила я.

— Это моя жена и дети, — прячась мне за спину, сообщил он.