Глава 48

Тридцатое августа началось в темноте. Тамара не сразу сообразила, почему ее будят среди ночи.

— В чем дело? — сонно пробормотала она.

— С днем рождения, детка, — сказал в ответ Баррэндоль. — Вставай, уже пора.

— Сейчас же ночь!

— Близится рассвет. Надень что-нибудь симпатичное. Например, вот это.

Нежно-голубое шелковое платье мягко спланировало на постель.

— Ничего не понимаю… С какой стати я должна вскакивать на рассвете? Что еще за новости?

— Нам предстоит небольшое путешествие. Собирайся, в карете выспишься.

Тамара, не стала спорить, поскольку все равно ничего не понимала и слабо ориентировалась в пространстве. Кое-как оделась и вслед за Баррэндолем покинула резиденцию маршальши. На лестнице и в коридорах им никто не попался навстречу, все нормальные люди в королевском дворце сладко спали и видели предрассветные сны. Наверняка эротические, можно даже не сомневаться.

— Может, все-таки объяснишь?

— Все объяснения потом.

Они вышли в парк, где скульптуры, цветы и фонтаны тоже, казалось, дремали. Ночная мгла уже начинала рассеиваться, в молочном небе показались бледно-сиреневые облака.

Прикрывая то один, то другой глаз и засыпая на ходу, Тамара позволила за руку довести себя до заднего двора, где стояли каретные сараи. На замощенной площадке нетерпеливо постукивала копытами четверка лошадей, запряженных в карету. Кучер дремал на козлах.

— Залезай, детка.

Баррэндоль подсадил Тамару, прикрикнул на кучера, и через минуту карета тронулся с места. А еще минут через десять покинула территорию вокруг королевского дворца, и понеслась во весь опор, на какой-то совершенно несусветной скорости. Впрочем, Тамаре было не привыкать, ведь она уже успела покататься на бешеных конях герцога Ахершмайса. Пассажирка умудрилась уснуть, прикорнув на мягком сиденье. Только через некоторое время ненадолго очнулась. Карету залил нежно-оранжевый свет, солнце вставало над славным королевством Цекробэжаль. Уже подавали голос ранние пташки, которым не сиделось в своих гнездах. А карета все неслась и неслась вперед.

Окончательно проснулась Тамара, когда явно перевалило за полдень. Судя по пейзажу за стеклом, они ехали по сельской местности. По обе стороны золотились поля, иногда мелькали ярко-изумрудные заросли. Лошади уже не мчались в сумасшедшем темпе, можно было поглазеть на окрестности. Тамара повертелась на сиденье, вопросительно посмотрела на своего спутника.

— Мы уже приехали, — сообщил он.

И точно. Карета остановилась, кучер распахнул дверцу. Тамара выбралась наружу и удивленно захлопала ресницами. Вокруг раскинулось огромное пространство скошенного поля, вдалеке на заднем плане выстроились снопы, над головой синело небо… Но не это, конечно, ее удивило. Поблизости виднелся длинный-длинный стол, за которым сидело множество мужчин. Оживленная и шумная компания…

Баррэндоль подвел Тамару к самому столу.

— Ну, наконец-то! — весело воскликнул граф Кьянофорр. — Мы уже заждались. Присоединяйтесь к нам.

Да-да, во главе стола — граф Кьянофорр собственной персоной. В расстегнутой рубашке, с сияющими глазами и помолодевший лет на десять.

— Могу вас уверить, что еще никогда карета не летела с такой скоростью, — ответил Баррэндоль.

— Я и не сомневаюсь.

Послышались и другие приветствия. Тамара и Баррэндоль не заставили себя упрашивать и уселись напротив графа. Кажется, буквально все участники пирушки под открытым небом были Тамаре уже знакомы. Еще как знакомы… Трудно было сразу опознать всех, Тамара даже слегка опешила. Справа улыбался господин Рэйман…

— До чего приятно снова тебя видеть, радость моя.

… слева — господин Дарсен… И другие посетители развеселого дома…Что свело их всех вместе именно сегодня?

Заметно было, что длинный стол (составленный из нескольких столов) накрыт на скорую руку, чисто по-мужски, без особых изысков. Зато он буквально ломился от даров природы — каких только мясных и рыбных блюд там не было. А еще — сочные фрукты, овощи, огромные пироги и маленькие пирожки и, разумеется, бесчисленные, разнообразнейшие винные бутыли. У дальнего края стола на земле стояли еще и бочонки с молодым вином. Без спиртного Тамара легко бы обошлась, зато снедь благоухала так аппетитно… Тамара оставила расспросы на потом и потянулась к пирожкам и прочим вкусностям, которые перед ней немедленно появились.

— Прекрасно выглядишь, дорогая, — сказал граф. — И день сегодня просто расчудесный!

Баррэндоль удивленно спросил:

— Что-то произошло, дорогой Арнаэль? Впервые вижу вас в таком радужном настроении.

— Вы же еще не знаете! Я все-таки развожусь с женой. Мой новый нотариус нашел лазейку в брачном договоре. Теперь это дело нескольких дней, все решено окончательно. Полный восторг! Графиня уже убралась из замка вместе со своей подзорной трубой. Я так счастлив, друзья мои!

Граф одновременно обнял и Баррэндоля, и Тамару.

— От всей души поздравляю вас! Это событие необходимо отметить!

— Вот именно!

Столь радостное событие здесь явно отмечали с самого утра, судя по настроению собравшихся, расстегнутым рубашкам, расслабленным позам и блестящим глазам. Лишь один из гостей печально произнес:

— Тем не менее, очень жаль, дорогой сосед, что вы расстались с супругой. Идеальная женщина, такая возвышенная… Мне будет не хватать проникновенных бесед с нею.

Это высказался маркиз Дюшенбрас, который расположился за столом наискосок от графа. Граф изумленно воззрился на него.

— То есть вам Кергонна нравится?

— Она мне всегда нравилась, вот уже много лет…

— Так что же вы молчали?!

— Еще недавно я был связан брачными узами с моей удивительной Лоржеттой. Но я не переставал восхищаться рассудительностью и превосходными качествами графини Кергонны… Восхитительная особа! Столько обаяния и такта…

— Да уж, такта у нее было хоть отбавляй!

— Вот именно. Вы не ценили сокровище, которое вам досталось.

Маркиз томно вздохнул.

— Послушайте, дорогой сосед, — с энтузиазмом откликнулся граф. — Я сейчас настолько счастлив, что хочу всех вокруг сделать счастливыми. И вообще обнять весь этот дивный мир. Напишите Кергонне, она временно поселилась в Лиловом замке в западной провинции. Моя бывшая супруга с удовольствием ответит на ваши пламенные чувства.

— Вы думаете?

— Уверен! Не зря же вы с ней беседовали. Как удачно все складывается…

Наблюдать за преобразившимся графом было сущим удовольствием. Просто совершенно другой человек. Вот что значит получить наконец желанный развод, которого ждешь почти двадцать лет. В другое время, чуть раньше, Тамара тоже моментально оживилась бы и принялась строить в отношении графа самые смелые планы. Но сейчас она все еще пребывала во власти меланхолии. К тому же, Тамару начали терзать смутные сомнения. Неужели со всеми этими замечательными мужчинами она успела?.. Их ведь здесь столько, что и не сосчитать. По крайней мере, Тамара сбилась со счета. Пожалуй, это уже перебор. И всем им об этом известно. Тамара почувствовала, что у нее краснеют уши. Пора, пора остепениться… Она спрятала ушки под прядями волос, чтобы не отсвечивали, и уткнулась в тарелку. Потихоньку спросила Баррэндоля:

— Скажи, а каким образом они все тут собрались?

— Я хотел устроить тебе сюрприз на день рождения. Правда, забавно получилось? Граф Кьянофорр — мой давний приятель, я списался с ним по соколиной почте, потом с господином Рэйманом. Тот тоже с удовольствием откликнулся. Да и все остальные не отказались…

— Но почему все получилось так быстро?

— Детка, соколиная почта действует быстро, лошади тоже не стоят на месте, дороги у нас отличные. Ты в своих странствиях блуждала по довольно запутанной траектории. Сама бы удивилась, если бы взглянула на карту. А мы сейчас прикатили в поместье графа по прямому пути. Именно отсюда и начались твои приключения.

— Тогда здесь был огромный стог…

— Его давно убрали, не будет же он стоять здесь все лето. Граф, конечно, сильно удивился, когда узнал, каким образом ты к нам попала.

— Ты все ему сообщил?

— Почему бы и нет?

Действительно, почему бы и нет.

— А почему это герцог Мэйкрасс опять ничего не пьет? — заметил граф.

Герцог тоже тут присутствовал. Тамара сразу его не приметила, слишком уж много народа набралось за столом. Герцог опять выглядел замечательно и улыбался ей очень даже дружелюбно. К счастью, сейчас его от Тамары не тошнило. Впрочем, сегодня на ней не было надето ничего золотистого, и бюст был слегка прикрыт.

— Мне врач запретил много пить, — оправдался герцог. — Еще примерно неделю.

— Ну, тогда налейте ему вина из той зеленой бутыли, оно совсем слабое. Не ждать же целую неделю.

Наметился очередной тост, граф поднялся с кубком в руке.

— Дорогая Тамара…

Тут он был вынужден прерваться, потому что подкатил очередной экипаж. Кучер натягивал вожжи с такой силой, что лицо у него чуть ли не посинело. Зато бешеные кони все-таки притормозили. Дверца экипажа распахнулась, и оттуда выскочил еще один господин. Весьма интеллигентный на первый взгляд брюнет. Он же — тонкий гурман, он же — главный помощник мэра. Тамара запомнила этого гостя под коротким именем Тин.

— Прошу прощения, что опоздал. Приветствую всех! — затараторил Тин. — Столько дел, что просто голова кругом. Мы сейчас строим новый мраморно-хрустальный бассейн при здании ратуши. Получается просто роскошно, однако столько времени уходит на встречи с архитектором и обсуждения на городском совете! Вы себе даже не представляете!

Он выхватил из глубины кареты увесистый букет, подбежал к столу и торжественно вручил Тамаре.

— Это от городского совета. А это от господина мэра лично.

Достал из кармана свернутый в трубку пергамент, на котором болтались круглые печати на шнурочках.

— Благодарственное письмо. На память о приятном вечере, проведенном в развеселом доме. Мэр убежден, что ты наверняка его запомнила.

Тамара напрягла память и действительно вспомнила тот яркий вечер с участием господина мэра. Пока она перебирала в памяти подробности (танцы на столе, совместное купание в ванне с лепестками одуванчиков и прочие подробности), Тин чмокнул ее в щеку, раскланялся с остальными и снова подбежал к карете.

— К сожалению, не могу долго задерживаться. Весь день расписан по минутам! Всего наилучшего!

Он запрыгнул в карету, которая лихо развернулась и помчалась в обратном направлении, только травинки из-под колес взметнулись.

— Какой занятой человек, — пробормотала Тамара.

— И не говори, — откликнулся церемониймейстер. — Не то что мы, бездельники. Между прочим, король тоже собирался сюда заглянуть, но в последний момент сорвалось. Сегодня с утра пораньше ожидалось посольство с Южного Побережья. Должен же их кто-то принять. Неудобно игнорировать послов. Правда, официальный прием можно было бы спихнуть на принца Марсэна. Но тот сейчас так занят в своем загородном замке, что в столицу даже не показывается.

— Ха-ха, знаем мы, чем принц там занят! Вернее, кем занят, — отозвался некий барон, с которым Тамара довольно тесно познакомилась во время праздника Возрождения. Правда, его имя она позабыла.

— У всех свои вкусы.

Граф Кьянофорр опять поднял кубок.

— Внимание, господа! Не отвлекайтесь… Дорогая Тамара! — обратился он к ней. — Позволь поздравить тебя с днем рождения и поблагодарить за приятные минуты и часы, которые ты нам подарила. С твоим появлением жизнь в королевстве Цекробэжаль заискрилась новыми красками.

— Да я же ничего такого… особенного не делала. Просто… просто… — пролепетала зардевшаяся Тамара.

Конечно, слова графа были всего лишь комплиментом в честь дня рождения, но все равно крайне приятно, когда тебя так ценят в масштабах королевства.

— Не скромничай. Есть в тебе что-то эдакое.

Баррэндоль вставил:

— Я вчера пересказал Тамарину историю Пфайсу. Вы наверняка слышали, это знаменитый придворный сочинитель. Он не на шутку заинтересовался, собирается писать целую книгу по мотивам приключений этой очаровательной особы. Обещал справиться как можно быстрее.

— Почитаем-почитаем! — раздалось вокруг.

— Ты прославишься на все королевство, детка.

Тамара прямо не знала, как реагировать. Получается, она все-таки попала в роман. Надо же, не зря об этом мечтала столько лет.

— Да, Пфайс — талантливый сочинитель, — сказал граф. — Особенно эротические сцены у него удачно получаются. Но Баррэндоль сказал, что ты мечтаешь вернуться домой…

— Ну… если честно, то да. Тут у вас шикарно, мне очень-очень нравится. И все-таки я не отсюда. А родина… она как бы так сказать, тянет обратно. Я бы даже с родителями помирилась. Но ведь это невозможно — добраться домой…

— В королевстве Цекробэжаль нет ничего невозможного. Особенно когда за дело берется наш почтенный Васс-Росс-Крамп.

Взгляды всех присутствующих обратились на другой конец стола, где на почетном месте, в деревянном кресле с высокой резной спинкой и инкрустированными подлокотниками восседал некий старец. Остальные-то участники пирушки расселись на чем придется. Тамара уже обратила внимание на этого необычного господина, очень уж он выделялся из прочей компании. К тому же, раньше она его не встречала. Она тогда решила, что это почетный гость или, может, какой-нибудь двоюродный дедушка графа.

Старец и впрямь оказался очень почтенного возраста. Длинные волосы и борода, тщательно завитые тонкими спиралями, были полностью седыми, даже с сиреневатым оттеком. Тем не менее, держался старец бодро, налегал на вино и закуски, добродушно улыбался и стрелял своими блестящими глазками в сторону Тамары. Серебряные украшения, вплетенные в бороду, игриво позвякивали. Тамара невольно вспомнила фотографии крутых стариканов с татухами и надписи: «Вот из-за таких, как он, пенсионный возраст и повышают». В королевстве, разумеется, все складывалось по-другому, но старец и правда был занятный.

— Раз барышня просит, я, пожалуй, тряхну стариной! — жизнерадостно заявил старикан и приосанился.

— В смысле?!.. — воскликнула Тамара.

Нечего себе сюрпризец ей приготовили! Дивный подарок на день рождения. Старость, конечно, следует уважать, но не до такой же степени!

— Не в этом смысле, — успокоил ее граф. — Господин Васс-Росс-Крамп могущественный волшебник. Сейчас волшебство и прочие подобные вещи не в моде, но иногда он идет навстречу просьбам своих друзей и почитателей.

Господин Васс-Росс-Крамп важно кивнул.

— Совершенно верно.

— То есть я смогу вернуться домой?

— Да, если хочешь.

Тамара глубоко задумалась, обвела взглядом собравшихся за столом и заодно окрестности, и громко произнесла:

— Хочу!

И тут же пожалела о своих словах. Однако не успела взять их обратно. Граф открыл малиновую бархатную коробочку, лежавшую на столе.

— Кстати, это тебе.

В следующую секунду он надел Тамаре на шею тонкую цепочку, на которой сверкало и переливалось сердечко. Крошечное, зато работа была такая изящная, что просто глаз не оторвешь, поэтому Тамара залюбовалась и промолчала. А граф шепнул ей на ушко:

— Если вдруг захочешь вернуться к нам, просто согрей это сердечко в ладонях.

Вот это другое дело! Раз все не настолько окончательно и бесповоротно, то почему бы и не попробовать? Тамара поднялась со своего места и уже растроганно наблюдала за соседями по столу. Надо же — и с этим она, и с тем, и с другим… И каждый из них бесконечно мил и привлекателен. Тамара сама не заметила, как от временной депрессии не осталось и следа.

А между тем господин Васс-Росс-Крамп тоже поднялся из-за стола, отошел шагов на десять и поманил Тамару.

— Именно сюда ты и свалилась тогда. Здесь проходит магическая воронка, так что обратно можно будет попасть только через нее.

— Арнаэль, я бы поставил здесь какой-нибудь памятный знак, — предложил Баррэндоль.

Граф теперь смотрел на мир сквозь радужные очки и всякое предложение воспринимал восторженно.

— Обязательно. Превосходная мысль.

Тамара встала в центр воображаемого круга, Васс-Росс-Крамп поднял руки, взмахнув широкими рукавами своей лиловой мантии, расшитой треугольниками и загадочными знаками. Он начал бормотать понятное только ему одному заклинание. Тамара предполагала, что это растянется надолго, однако волшебник вдруг топнул ногой, из-под каблука посыпались разноцветные искры, поднялись в воздух. Засверкали-замелькали- закружились, превратились в маленький смерч, обволокли Тамару. Уже ничего не было видно вокруг, кроме мельтешения пестрых искр. Вот в просвете мелькнул кусочек синего неба, потом золотистое поле, силуэты мужчин, которые махали на прощание руками. И Тамара взвилась ввысь. Вместе с ней взвилась запоздалая мысль: а ведь можно было устроить маленькую полевую оргию на свежем воздухе. Чудесный вышел бы прощальный эпизод. К сожалению, такие блестящие мысли обычно возникают слишком поздно, когда уже ничего не изменишь. Не возвращаться же теперь.

В прошлый раз путешествие показалось Тамаре довольно длинным. Странно, вниз она летела медленно и плавно, а вверх наоборот, мчалась, будто космическая ракета. Стенки тоннеля так и мелькали, воздух свистел в ушах. Наверное, волшебник-виртуоз задал максимальное ускорение.

«Интересно, как поживает…» — Тамара еще не успела толком представить таинственного персонажа, который уже попадался ей навстречу раньше, как он сам объявился. Призрачный хрен мирно парил в воздухе неподалеку от стены.

— Опять ты!!! — в ужасе воскликнул Призрачный хрен, едва успев метнуться в сторону и спастись от столкновения.

— Добрый день, — вежливо поприветствовала его Тамара, однако он вряд ли ее услышал.

Тамара уже успела отлететь далеко-далеко. Еще несколько минут стремительного полета… Стены тоннеля затянулись бурым туманом, пространство вокруг расплылось, заколыхалось… Сверху хлынул поток прохладного сырого воздуха. Темная муть над головой рассеялась, наверху возникло круглое отверстие — и утянуло Тамару…

*******

Тамара сидела на асфальте. Рядом валялись:

раскрытый ядовито-зеленый зонтик,

левая туфля,

каблук от левой туфли,

сумка.

Правая туфля была на месте, то есть на своей владелице. Остальная одежда тоже присутствовала, правда, узкая юбка порвалась по шву, но это мелочи. Вот такие дела. Тамара еще не успела ничего сообразить, как послышался голос графа Кьянофорра:

— Девушка, ну как же вы так неосторожно?

Изумленная Тамара подняла голову. Рядом стоял молодой мужчина в джинсах и толстовке. На лицо он был — вылитый мельник Трамель, глаза синие, как у герцога Мэйкрасса, а ямочка на подбородке — как у господина Рэймана.

— Ушиблись? Давайте я вам помогу!

Не дожидаясь ответа, незнакомец легко поднял Тамару и понес куда-то в сторону. Усадил на скамейку под липой, сбегал за Тамариным имуществом. Потом поставил на скамейку сумку, закрыл зонтик и надел на Тамару недостающую туфлю.

— Каблук приделаем, ничего страшного. Меня Олег зовут, а вас?

— Там… Тамара.

— Тамара, а вы верите в любовь с первого взгляда?

— В смысле?..

Тамара зависла. Да и более сообразительная девушка тоже, наверняка растерялась бы в такой ситуации. Совершенно не понятно было — все это во сне или наяву? Померещилось ей королевство Цекробэжаль или именно сейчас творится нечто фантастическое? И тут Тамара почувствовала, что за пуговицу блузки зацепился какой-то мелкий предмет. Она распутала тонкую цепочку, на которой висело крошечное сердечко. Сердечко весело сверкало и переливалось на свету. Из-за серых туч выглянуло солнышко…

Конец